Heart Wants What It Wants.

Когда вы возвращались по коридорам Башни Мстителей… Ты держала подозрительно большую дистанцию между собой и Баки — особенно для двух людей, которые буквально только что целовались. Баки заметил это мгновенно. — Ты о чем-то задумалась. Ты посмотрела вперед: — К сожалению. Баки улыбнулся про себя. Затем ты внезапно указала на него пальцем: — Я возвращаюсь туда и буду вести себя так, будто ничего не произошло. Баки моргнул: — …Что? Ты продолжала идти: — Так что не садись рядом со мной. Баки выглядел совершенно ошарашенным: — Что? Ты, наконец, посмотрела на него: — Страдай. Баки уставился на тебя так, словно ты снова в него выстрелила: — Что?! Ты скрестила руки на груди: — Мне пришлось наблюдать, как твоя подружка приносит твой телефон в Башню. Баки тут же простонал: — Детка… — Нет. — Ты ткнула в него пальцем ещё настойчивее. — Я страдала. Так что теперь твоя очередь. Баки провел ладонью по лицу: — Я даже не встречался с ней так долго. Ты посмотрела на него без капли сочувствия: — Вау. Баки вздохнул: — Это было три недели, и я даже не целовал её так, как только что поцеловал тебя. Твои шаги замедлились. — …Что это вообще значит? Баки беспомощно пожал плечами: — Это значит… — Пауза. — Я держал её за руку. — Еще одна пауза. — Она пару раз поцеловала меня в щеку. Он посмотрел прямо на тебя: — Но я не целовал её. Тишина. А потом, быстро: — Ты буквально можешь найти её и спросить, если не доверяешь мне. Ты прищурилась: — Это тебя не спасет. Баки моргнул: — В смысле? Ты перестала идти. Развернулась к нему всем корпусом: — Ты всё равно с ней встречался. Это мгновенно заставило его замолчать. И вина снова отразилась на его лице. Настоящая вина. Баки осторожно сделал шаг ближе: — Я знаю. Затем тише: — Мне жаль. Его пальцы нашли твою руку. И в этот раз ты позволила ему её держать. Едва-едва. — Ты был несправедлив. К ней. Ко мне. И к самому себе. Баки тут же кивнул: — Я знаю. — Дрожащий вдох. — Я знаю, что был засранцем. Он на секунду опустил взгляд: — И я определенно не заслуживаю того, чтобы вернуть тебя, как будто ничего не случилось. Затем он снова посмотрел на тебя. И каким-то образом этот взгляд ударил больнее, чем всё до этого. — Но Т/И, — его большой палец медленно прошелся по твоим костяшкам. — Ты — единственный человек… ради которого я действительно хочу жить. Ты замерла. Полностью. Потому что Баки не был драматичным. Не был поэтичным. А это значило, что каждое слово, слетевшее с его уст… стоило ему огромных усилий. И прежде чем ты успела прийти в себя, он снова подался вперед. Медленно. Будто давая тебе время остановить его. И будь проклято твое предательское сердце… ты тоже подалась навстречу. Взгляд Баки мгновенно потеплел. Но прямо перед тем, как его губы коснулись твоих, ты прижала ладонь к его рту. Баки моргнул. Оскорбленно. Приглушенно: — М-м-м? Ты сузила глаза: — Страдай. — Пауза. — Пока я не перестану злиться. Баки простонал прямо в твою ладонь. А ты? Ты ухмыльнулась. И просто ушла. Оставив его стоять там, с видом человека, который чувствует себя «лично пострадавшим от любви». Когда ты вернулась в общую гостиную… Все присутствующие тут же подняли на тебя взгляды. Подозрительные маленькие стервятники. Ты проигнорировала их всех и спокойно села рядом с агентом. Прямо на то самое место, где сидела раньше. Через несколько секунд вошел Баки. Увидел тебя. Увидел агента. Затем медленно опустился в кресло напротив, как человек, вступающий в психологическую войну. Тони внимательно наблюдал за вами обоими. А потом посмотрел на тебя: — …И что это было? Ты небрежно взяла свой напиток: — Он снова начал действовать мне на нервы. Тони медленно кивнул: — Хм. — Пауза. — Вы двое невероятно сбиваете с толку. Тем временем агент продолжал что-то тебе рассказывать. А ты? О, ты была просто исчадием зла. Ты улыбалась. Смеялась. Подалась ближе. Полностью сосредоточенная на агенте. Как будто суперсолдат напротив тебя не умирал медленной смертью изнутри. Баки сидел тихо. Страдая. Видимо для всех. Наконец Стив наклонился к нему: — Приятель? Баки не отвел от тебя взгляд: — Она меня наказывает. Сэм тут же расхохотался. А потом прошептал: — Если честно, ты это заслужил. Баки тяжело вздохнул. Стив похлопал его по плечу: — Не сдавайся. Ты прошел долгий путь. И… после этого ты заставила его выгрызать каждый дюйм этого пути. Дни. Буквально дни. Ты флиртовала со всеми, кроме Баки. Причем прямо у него на глазах. С агентами. Официантами. С какими-то случайными рекрутами Щ.И.Т.а. В какой-то момент Сэм поймал тебя на том, как ты улыбаешься бариста, и чуть не свалился со стула, потому что Баки в этот момент выглядел так, будто готов вступить в рукопашный бой с эспрессо-машиной. Но когда вы оставались только вдвоем? Это было даже хуже. Потому что тогда… ты дразнила его. Ты стояла слишком близко. Рассеянно касалась его руки. Мягко улыбалась ему. Задерживала взгляд на его губах на полсекунды дольше, чем следовало. И каждый божий раз… Баки подавался вперед. С надеждой. Теряя голову. Готовый поцеловать тебя. И каждый раз ты отстранялась в самую последнюю секунду. Ни поцелуя. Ни объятий. Ничего. А ты каждый раз уходила с улыбкой, пока Баки стоял там, задаваясь вопросом о каждом решении, которое он когда-либо принимал в своей жизни. А Баки терял рассудок. Потому что теперь ты была к нему добра. И в этом-то и была проблема. Ты улыбалась ему. Разговаривала с ним. Иногда садилась рядом. Касалась его невзначай, как будто ничего не случилось. И каждый божий раз Баки думал: «Ну вот, сейчас…» А ты снова отстранялась. Как будто протягивала воду умирающему от жажды человеку, а потом отдергивала руку. Сэм наслаждался этим слишком сильно: — Ты создал монстра. Баки смерил его гневным взглядом из другого конца кухни. Сэм указал на него вилкой: — Она училась у тебя. Справедливо. Очень справедливо. Баки ненавидел то, что это было справедливо.

***

В тот же день… Вся команда была в лифте, спускаясь вниз на какой-то благотворительный вечер, куда Тони заставили пойти. Ты снова стояла рядом с агентом. Тихо посмеиваясь над чем-то, что он сказал. Баки стоял в углу лифта, выглядя как викторианский джентльмен, наблюдающий, как его жена садится в экипаж к другому мужчине. Стив покосился на него. Обеспокоенно: — Бак. Баки даже не моргнул: — Она коснулась его руки. Сэм чуть не подавился: — О боже мой. Тони оторвался от телефона: — Ты теперь считаешь прикосновения к рукам? Баки выглядел глубоко оскорбленным: — Она коснулась его руки дважды. Нат не выдержала и рассмеялась. Ты наконец обернулась: — О чем вы там шепчетесь? Тони тут же ответил: — Барнс отслеживает твои контакты с чужими руками, как будто это программа слежения. Лифт звякнул. Двери открылись. И прежде чем Баки успел хоть как-то прийти в себя, агент протянул руку, чтобы помочь тебе перешагнуть лужу на улице. Ты приняла его руку машинально. А Баки? Он сорвался. Подошел к вам. Выдернул твою руку из руки этого парня. И, даже не глядя на бедного, сбитого с толку агента, бросил: — Она справится. Вся группа замерла. Агент моргнул: — …Окей? Ты уставилась на Баки: — Джеймс. Баки тут же осознал. Упс. Тони прикрыл рот рукой, пытаясь не рассмеяться. Сэм провалился полностью — он уже хохотал в голос. Баки посмотрел вниз, на твою руку, которая всё ещё была в его ладони. Так, словно забыл, что сам же её и схватил. Он тут же отпустил твою руку. — …Понятно. — Пауза. — Прости. И черт возьми… Он выглядел искренне расстроенным собой. Не ревнивым. А именно расстроенным. Потому что он пообещал себе вести себя лучше.