Το χάος κυβερνά τα πάντα

Ты неистово бьёшься о моё тело. Я чувствую. До основания, заставляя выть, крик ударяет лёгкие. Тело больше не клетка. Я - хаос. Первоздание в своем величии. Волна страстей накрывает меня, вновь и вновь, наполняя чем-то новым, диким, неизвестным. Я хочу дотронуться до тебя, чувствовать твою жизнь, и когда исчезнут кости, мы станем единым целым. У Кассандры волосы спадают прядями к ногам, как ветви печальных деревьев ивы. Семена разрастаются в её сердце, открывая нечто пугающее, но слишком реальное, то что наступит позже. О, что за миг мучительного озарения? Она слишком живая, внутри постоянно из самых недр земли прорастают соцветия. Ужасные, невыносимые. Клетки сжимаются, уступая место этой силе, идущей бесцельно в путях её тела, завладевая им целиком, не оставляя шанса спастись. Кажется, грудь заполняется азалиями, причиняя нечеловеческую боль, будто ребёнок, рождающийся из матери. Слезы льются из глаз. Ах, что и говорить, проклятая Аполлоном, Кассандра была прекрасна. Я следую по её следам на расстоянии и задаюсь вопросом, имею ли я право на подобное? Я наблюдаю, выжидаю, но даже мне самой неизвестно, что я желаю найти на самом деле. Слишком сложно принять эмоции, ведь все те названия, которые нам известны, слишком скудные, не способные описать всё чувствовавшееся в человеке. Ты испытываешь отвращение, но вместе с тем тебе вовсе не хочется отворачиваться, ведь в какой-то степени ты им восхищаешься. Меня влечёт к ней. Я чувствую бурлящий поток крови, вынужденный терзаться в моем теле. По коже бегут мурашки, ощущаю чужой, тяжёлый взгляд. Я знаю, что будет происходить дальше, и я это ненавижу, но как можно сопротивляться? -Она навсегда ушла, а ты в отчаянии ищешь осколки, за чтобы зацепиться, чтобы не сойти с ума. - Холодные, лишённые чувств глаза заглядывают мне под кожу слишком глубоко, интимно, от этого еще страшнее. -Раньше я так боялась, но какое это теперь имеет значение? Ты причинишь мне боль, и я точно буду счастлива. -На моих костях разрастаются смертельно опасные букеты, они разъедают, я чувствую жар от них. - Слова несчастной Кассандры вгоняют тысячи игл в моё чрево, как будто я снова рождаю, а кровь горячим потоком стекая по бёдрам стремится к земле, выпуская на свет новую жизнь. Ткани спадает с девичьей плоти, обнажая бледную кожу, молодость, огонь. Где-то на очень глубинном уровне во мне пробуждается нечто сродни желанию. Как спелый плод инжира, соки растекаются. Я чувствую великий голод. Все тело будто в потугах, ищет освобождения от себя самого. Я как зверь срываюсь с места. Изящная, грациозная, юная женщина, впиваюсь в эту тонкую шею, подобно животному, подчинённому инстинктом, впитываю запах, трогаю везде жилы, мышцы, мягкость и линии. Нет того, чего бы я не коснулась. Очерчиваю спелые груши-груди. Языком, прибираясь к пупку ниже у лона, пробую на вкус, оно больше не кровоточит. Хочется захлебнуться. Во мне ничего человеческого, всё вытеснено горечью моих страданий. Смогу я теперь обрести целостность? Жар моего и чужого тела. Кассандра прижимается ко мне. Мы сливаемся в настоящий хаос. На кончиках пальцев я собираю капли пота, на спине, хочу узнать каждый её выступ, каждую кость, так непристойно виднеющуюся из-под кожицы. Губы оставляют метки, во рту хранится чужой вкус, я обретаю утерянное вновь. Жрица отстраняется, не сразу осознавая, я вижу рассеченное пополам горло. Руки цепляются, пытаясь сохранить остатки жизни, но не выходит. И вновь тот же безжизненный взгляд и женское умирание, подобно убитой священной лани.