Сквозь неоновый туман

На улице шёл дождь, капли сильно барабанили по стеклу. Кокичи Ома сидел на своей кровати в халате и читал книгу, неспешно попивая чай, который принесла ему служанка. Он даже не сказал ей «спасибо». Откуда у него служанка? Да всё просто: у него богатые родители, вот и весь ответ. Парень сидел так до тех пор, пока не решил быстро принять душ. Пока тёплая вода стекала по телу, он думал, чем бы заняться, но в голову ничего не приходило. Стоило ему вернуться в комнату, как на телефон пришло уведомление от такого же состоятельного друга. Тот приглашал его прогуляться. Вот только не в роскошное кафе, а просто пройтись пешком по улице, без всяких автомобилей. Кокичи сначала не горел желанием куда-то идти, но всё-таки ответил: — Хорошо, жди, сейчас выйду. Ответ от друга прилетел буквально через минуту: — Да я уже почти у твоего дворца, подхожу. Кокичи быстро оделся и взял с собой немного денег — не так чтобы целое состояние, но для обычных людей сумма показалась бы приличной. Когда он спустился к другу, дождь уже прошёл. На улице было сыро, приятно пахло намокшим асфальтом. Сначала они шли в конкретное место, но потом разгулялись и сами не заметили, как забрели в незнакомый район. Вдруг среди маленьких невзрачных магазинчиков они увидели клуб. Самый обычный, прокуренный клуб, где обычно тусуются студенты и любители дешёвого алкоголя. Кокичи и его друг были навеселе, поэтому решили зайти внутрь — просто посмотреть, как там всё устроено и чем вообще занимаются здешние люди. Они перешагнули порог. Внутри вовсю гремела какая-то русская песня примерно 2010 года. Пахло непонятно чем, пространство заливал яркий фиолетово-розовый неоновый свет. Вокруг царил хаос: в углах целовались парочки, кто-то спешно выбегал на улицу или в туалет, чтобы протрезветь у унитаза, а остальные просто стояли в стельку пьяными у барной стойки. Кокичи тоже немного выпил за компанию. В какой-то момент его друг ушёл домой, а вот Ома остался. И так получилось, что он начал целоваться с каким-то парнем, чьего имени даже не спросил. В полумраке он лишь смутно запомнил его лицо: сквозь чёлку, прямо посреди лица, в левую сторону была повёрнута непослушная прядка волос, а по бокам лица свисали аккуратные сине-серые пряди. Глаза незнакомца Кокичи рассмотреть не успел, потому что тот был в кепке и целовался с закрытыми глазами. Конечно, целоваться с парнем, да ещё и в кепке — полнейший абсурд, но Кокичи тогда был уже точно нетрезв, так что винить его за это не стоило. Утром Кокичи очнулся в своей постели. Было пять часов утра. Голова раскалывалась так, будто по ней били молотком, а во рту пересохло. Он совершенно ничего не помнил. Кое-как поднявшись, парень поплёлся в ванную. Под монотонное журчание воды из крана в памяти начали всплывать первые отрывочные воспоминания. «Так... вчера я пошёл гулять с другом... Стоп, мы забрели в какой-то дешёвый клуб?» Ома напрягся. Он почистил зубы, умылся и залез под душ. Когда тёплые капли упали на его плечи, это не принесло привычного расслабления. Наоборот, перед глазами вспыхнули яркие неоновые цвета. Он вспомнил душное помещение, весёлый смех друга... вспомнил, как друг ушёл, оставив его одного. И как к нему подошёл какой-то парень. Они заговорили, а потом... В голове Кокичи повисла гробовая тишина. Он вспомнил. Он вчера целовался! Целовался с парнем, чьего лица даже толком не разглядел. В памяти всплывали лишь смутные детали: тот был высоким, с тёмными волосами, а ещё... ещё Кокичи постоянно бился лбом обо что-то твёрдое, пока они целовались. Точно, это был козырёк кепки! Но самое ужасное — это был его первый поцелуй. «Что за чертовщина?! Как я вообще на это пошёл? А главное — ПОЧЕМУ С ПАРНЕМ?!» — паника накрывала с головой. — «Я что... гей? Нет, быть не может! И что теперь делать? Жить как обычно и притвориться, будто ничего не было?» Ответов не было. Решив закопать эти мысли поглубже, Кокичи собрался в школу. Служанка уже приготовила ему форму и накрыла завтрак. К счастью, рюкзак Ома собрал ещё с вечера, так что долго возиться не пришлось. Кокичи быстро поел, оделся и пошел в школу. В классе он привычно сел за свою парту. До звонка оставались считанные секунды, как вдруг дверь с шумом распахнулась. В кабинет тяжело дыша влетел парень. Он был высоким и худощавым, одетым в стандартную школьную форму: чёрный пиджак, галстук и брюки. На его голове красовалась чёрная кепка, сильно надвинутая на глаза. Парнишка пытался восстановить дыхание, когда его прервал строгий голос преподавательницы: — О, здравствуй! Так ты наш новенький? Почему так долго? — спросила учительница, рассматривая вошедшего. Парень сделал ещё один судорожный вдох и виновато произнёс: — Да... Извините, пожалуйста, за опоздание. — Ладно, ничего страшного, — смягчилась учительница. — Всё-таки первый день, пока кабинет нашёл... Проходи. Из-за глубоко надвинутой кепки разглядеть глаза парня было практически невозможно. Тем временем новенький начал представляться: — Меня зовут Шуичи Сайхара... Буду рад познакомиться, — тихо и крайне неуверенно произнёс он. Большинство одноклассников даже не повернули головы — для них это был самый обычный, неприметный парень. Но Кокичи ловил каждое его слово. Внутри у него всё так и кричало от волнения. «Неужели это он? Тот самый парень из клуба?» — пронеслось в голове у Омы. Но он тут же попытался осадить себя. — «Нет, не спеши с выводами. Такое совпадение просто физически невозможно... Или возможно?» Резкий голос учительницы оборвал его мысли: — Хорошо, Шуичи, садись на любое свободное место. Сайхара послушно кивнул и прошёл ко второму ряду, выбрав парту почти в самом конце класса. Тем временем в мыслях Шуичи царил не меньший хаос: «Фух, кажется, это мой класс... Ну как, как можно было опоздать в самый первый день?!» — Шуичи мысленно ругал себя на чём свет стоит. Когда учительница строго спросила, где его носило, он вздрогнул. — «Господи, почему я вечно говорю так тихо и неуверенно? Теперь они точно думают, что я какой-то странный!» Учительница продолжала выжидающе смотреть на него, и Шуичи поспешил представиться. «Отлично, Сайхара, ты снова опозорился. Ладно, надо просто поскорее сесть». Пытаясь найти свободное место, Шуичи быстро оглядел класс. Взгляд зацепился за одного паренька. Тот был довольно низкого роста, с растрёпанными фиолетовыми волосами, торчащими в разные стороны. И этот фиолетоволосый буквально пожирал Шуичи взглядом. «Это ещё кто? И почему он так вылупился на меня? Я настолько глупо выглядел, когда представлялся?» — Шуичи на секунду замялся, проходя мимо его ряда. — «Стоп... мне кажется, или он мне кого-то напоминает? Да нет, бред какой-то. Наверное, просто показалось». Как только прозвенел звонок на перемену, Кокичи тут же вырос перед партой новенького. Опёршись руками о край стола, он с хитрой улыбкой наклонился вперёд: — Приве-е-ет, Сайхара-чан! Какая интересная у тебя кепка. Ты её вообще когда-нибудь снимаешь? Ну, например... когда очень занят? Шуичи от неожиданности вздрогнул. — Э-э... привет, — тихо ответил он, инстинктивно поправляя козырёк. — Нет, я... почти всегда в ней. Мне так комфортнее. — Хм-м, вот как? — Кокичи прищурился. Он подошёл чуть ближе, сокращая дистанцию. — А мне почему-то кажется, что этот козырёк ужасно мешается. Особенно если нужно к кому-то приблизиться. Он ведь прямо... бьёт по лбу, верно? При этих словах внутри у Шуичи что-то оборвалось. В его голове пронёсся безумный, размытый флешбэк: фиолетово-розовый неон, громкая музыка и парень, который постоянно утыкался лбом в его кепку во время поцелуя. Сайхара почувствовал, как к горлу подступает жар, а щёки начинают стремительно краснеть. Он уставился на Кокичи широкими от шока глазами. — Ты... — едва слышно прошептал Шуичи, сжимая кулаки под столом. — Мы... вчера?.. Кокичи внутри сам безумно паниковал, но его маска уверенного в себе шутника сработала идеально. Он лишь шире улыбнулся, прижал палец к губам и заговорщически подмигнул: — Ну-ну, Сайхара-чан, не надо так громко. Давай оставим это нашим маленьким секретом. По крайней мере, пока ты не расскажешь мне, как приличный мальчик в кепке оказался в таком злачном месте! Шуичи замер, даже боясь вздохнуть. Его лицо мгновенно вспыхнуло пунцовым цветом. — Я... я просто... — Шуичи попытался выдавить хоть какое-то оправдание, но горло словно пережало спазмом. — Что «просто»? — Кокичи наклонил голову набок, его фиолетовые кудри слегка качнулись. Он опёрся подбородком на ладони, заглядывая Шуичи под козырёк. — Потерялся? Заблудился? Или примерный мальчик решил взбунтоваться против правил? — Пожалуйста, тише... — едва слышно прошептал Шуичи, инстинктивно натягивая кепку ещё ниже на глаза. — Мы можем... не обсуждать это здесь? В этот момент над дверью кабинета оглушительно зазвенел звонок, возвещая о начале следующего урока. Кокичи картинно вздохнул, медленно выпрямляясь. — Ладно-ладно, Сайхара-чан, — Ома заговорщически подмигнул ему напоследок. — Спасаю тебя от позора. Но учти: от этого разговора ты так просто не отвертишься! Урок начался, но ни один из них не мог сосредоточиться на монотонном голосе учителя. Шуичи сидел, уставившись в пустую тетрадь, и пытался заставить свои щёки остыть. «Ладно... Ладно, Сайхара, успокойся», — мысленно приказал себе парень. — «Да, мы поцеловались. Это не конец света. В конце концов, это далеко не первый мой поцелуй». Шуичи вспомнил свои прошлые отношения. У него уже было два партнёра, так что сам по себе поцелуй не был для него чем-то новым. Но вчерашний случай выбивался из всех рамок. Во-первых, это было спонтанно, глупо и в дешёвом клубе. Во-вторых, этот парень — Кокичи — теперь сидел всего в нескольких метрах от него. И почему он так себя ведёт? Будто совершил величайшее преступление века... Тем временем Кокичи на первом ряду крутил в руках ручку, едва не ломая её от напряжения. «Мой первый поцелуй... Мой! Первый! Поцелуй!» — эта мысль буквально выжигала ему мозг. — «Я хранил его для чего-то хотя бы эстетичного! А в итоге отдал какому-то парню в кепке у грязной барной стойки!» Кокичи злился на себя, на этот клуб и особенно на Сайхару, который выглядел таким невинным, но вчера... Ома нахмурился. А ведь Сайхара вчера не выглядел удивлённым или неумелым. Наоборот, несмотря на то что они оба были пьяны, Шуичи двигался мягко и опытно. «Подождите-ка... Для него это что, был не первый раз?! Он что, целовался до меня с кем-то ещё?!» Эта мысль почему-то задела гордость Кокичи ещё сильнее. Он резко вырвал клочок бумаги из тетради, быстро набросал пару строчек, сложил записку в треугольник и ловко запустил её назад. Записка приземлилась точно на парту Шуичи. Сайхара вздрогнул. Он аккуратно развернул записку. На ней аккуратным, размашистым почерком было написано: «Сайхара-чан, а ты, я смотрю, времени зря не теряешь. Скажи-ка мне честно... я ведь у тебя не первый, да?» Шуичи почувствовал, как краска снова приливает к лицу, и скомкал записку в кулаке. Он решил проигнорировать её и дождаться вечера. Кокичи не стал настаивать на обеде, и весь оставшийся день они провели, делая вид, что не замечают друг друга, хотя оба сидели как на иголках. Наконец, прозвенел звонок с последнего урока. Шуичи собирался медленнее всех, надеясь, что Кокичи уйдёт вперёд. Когда Сайхара наконец закинул рюкзак на плечо и вышел из школы, на улице уже начинало смеркаться. Воздух был пропитан вечерней прохладой и запахом сырого асфальта. Шуичи поправил кепку и направился к школьным воротам, надеясь незаметно проскользнуть к остановке. Но стоило ему сделать шаг за калитку, как из тени раскидистого дерева у забора донёсся знакомый голос: — О-о-о, Сайхара-чан! А я уж думал, ты решил сбежать и мне придётся завтра прийти в школу с мегафоном. Кокичи стоял, прислонившись спиной к кирпичному забору. На нём уже не было строгого школьного пиджака — он небрежно накинул его на одно плечо. — Я не собирался сбегать, — тихо, но уже твёрже ответил Шуичи. — Просто... собирал вещи. Так о чём ты хотел поговорить? Кокичи хмыкнул, оттолкнулся от стены и подошёл ближе. Разница в росте заставила его слегка закинуть голову назад. — О чём? Для начала о том, почему ты так спокойно реагируешь. Наша утренняя переписка... Ты ведь так и не ответил. Скажи мне, Сайхара-чан, ты часто целуешь случайных прохожих в дешёвых клубах? Или я просто попал под горячую руку? Шуичи неловко почесал затылок и тихо усмехнулся: — Ладно-ладно, никаких загадок. Просто... вчера был сложный день, и я сам не знаю, как там оказался. Давай просто пойдём? Кокичи победно хмыкнул и зашагал рядом. Дорога к дому Омы предстояла долгая. — Ну так откуда ты перевёлся, Сайхара-чан? И почему посреди учебного года? Тебя выгнали за плохое поведение? Или ты тайно грабил банки? — Нет, ничего такого. Просто семейные обстоятельства... Пришлось переехать к дяде. — Хм-м, скучно-о-о! А друзья у тебя на старом месте остались? Или ты всегда такой одиночка? — Были... — Шуичи на секунду замялся, его взгляд на мгновение потускнел. — Но сейчас мы почти не общаемся. У всех своя жизнь. Они перешли дорогу и свернули на тихую, усаженную деревьями улицу. Кокичи продолжал засыпать Шуичи вопросами, а Сайхара отвечал просто и коротко, иногда переводя стрелки на самого Ому, из-за чего тот начинал увлечённо рассказывать о своей «невероятно важной» жизни богатого наследника. В такой болтовне они подошли к высоким кованым воротам огромного, красивого особняка. — Ого... Ты действительно живёшь здесь? Красиво. Ну, вот мы и пришли, — сказал Шуичи, остановившись. Кокичи тоже остановился. Вся его весёлость вдруг куда-то испарилась. Он вспомнил вчерашний вечер и то, каким потерянным выглядел Шуичи у барной стойки. Кокичи сделал шаг ближе и спросил: — Сайхара... Вчера в клубе, когда ты сидел один, у тебя был такой вид... будто ты хотел просто исчезнуть. И когда мы целовались, ты так отчаянно цеплялся за меня, словно тонул. Что у тебя случилось? Шуичи буквально застыл на месте. Вопрос Кокичи попал в самую больную точку. Сайхара судорожно вздохнул, и его пальцы побелели, крепко сжав лямку рюкзака. — Это... не твоё дело, Ома-кун. Извини. Мне пора, — глухо произнёс он. Прежде чем Кокичи успел хоть что-то возразить, Шуичи развернулся и быстрым, почти паническим шагом скрылся в темноте улицы. Ома так и остался стоять у ворот своего роскошного дома — с приоткрытым ртом и в полном недоумении. «И это всё?! Сначала целует меня в клубе, а теперь просто убегает?! Ну уж нет, Сайхара-чан, со мной такие фокусы не пройдут!» В последующие несколько дней Шуичи превратился в настоящего призрака. Он приходил в класс ровно со звонком и исчезал в ту же секунду, как заканчивался урок. Если Кокичи пытался подойти к нему, Шуичи тут же находил повод уйти. Он упорно не поднимал глаз и делал вид, что Кокичи для него не существует. Для избалованного Омы это было невыносимо. Его эго было уязвлено, а любопытство жгло изнутри. Шанс представился в пятницу вечером. Кокичи караулил Шуичи у выхода и, когда тот быстрым шагом направился в обход людных улиц, тихо двинулся за ним. Шуичи, пытаясь срезать путь, свернул в узкий проход между двумя старыми кирпичными зданиями. Там было темно и тихо. Идеальное место. Услышав позади себя шаги, Шуичи обернулся, но было уже поздно. Кокичи практически влетел в этот переулок, рванул вперёд и резко преградил Шуичи путь, буквально впечатав его спиной в холодную кирпичную стену. Ома упёрся обеими руками в кирпичи по бокам от головы Сайхары. Шуичи от неожиданности больно ударился лопатками, его кепка слегка съехала набок, открывая испуганные янтарные глаза. — Попался, Сайхара-чан! — тяжело дыша, победно выдохнул Кокичи. Он стоял так близко, что Шуичи чувствовал тепло его дыхания. — Думал, сможешь бегать от меня вечно? А теперь ты будешь стоять здесь и ответишь на все мои вопросы! Шуичи тяжело дышал, глядя на Кокичи в упор. Его сердце бешено колотилось, но на этот раз... это был не только страх. Сайхара медленно опустил руки и обречённо выдохнул. — Я не убегу, Ома-кун. Обещаю. Я просто... я просто трус. Кокичи, который ожидал сопротивления, опешил. — Трус? И почему же наш загадочный Сайхара-чан вдруг называет себя трусом? Шуичи отвёл взгляд в сторону. — Потому что я испугался. В прошлый четверг... перед тем как пойти в тот клуб, я пережил худшие часы в своей жизни. У меня была девушка, Каэде. Мы встречались очень долго, и я делал для неё абсолютно всё. Но она постоянно манипулировала мной, шантажировала и заставляла чувствовать себя виноватым. А в тот вечер я увидел её с другим парнем, Рантаро. Шуичи на секунду замолчал, сглотнув ком. — Когда она заметила меня, она даже не смутилась. Она начала кричать на меня при всех, говорить, какой я ничтожный неудачник... Это было так больно. Я просто сбежал. Напился в первом попавшемся клубе, чтобы заглушить её слова. А потом появился ты... Я ответил на твой поцелуй не потому, что мне всё равно. И не потому, что я часто так делаю. Мне просто нужно было почувствовать, что я ещё живой. Но когда я узнал, что ты учишься в моём классе... мне стало безумно стыдно. Я испугался, что использовал тебя в качестве пластыря. Извини меня, Кокичи... В переулке повисла тишина. Кокичи стоял как громом поражённый. Все его капризы и задетая гордость из-за первого поцелуя в этот миг показались ему такими мелкими. Перед ним стоял парень, которому разбили сердце. Ома медленно опустил руки. Вместо того чтобы съязвить, он сделал то, чего сам от себя не ожидал: мягко, осторожно потянул за козырёк кепки Шуичи, стягивая её с его головы. — Эй, — тихо позвал Кокичи, глядя на растрёпанные сине-серые волосы Сайхары. — Посмотри на меня, Сайхара-чан. Шуичи послушно поднял глаза. — Во-первых, эта Каэде — круглая дура, раз потеряла такого парня, как ты, — твёрдо сказал Кокичи. — Во-вторых... ты вовсе не использовал меня. И вообще-то... — Ома вдруг сильно покраснел и отвёл взгляд, — ...вообще-то, для меня это тоже был особенный момент. Так что прекращай прятаться. Мы теперь в одной лодке. — Особенный момент?.. — тихо повторил Шуичи. — Да! И вообще, не заставляй меня повторять это дважды, Сайхара-чан! Моё признание — это эксклюзив, понял? Шуичи молчал секунду, а потом его губы дрогнули. Напряжение, которое копилось в нём всю неделю, вдруг бесследно исчезло, и он негромко, очень тепло рассмеялся. — Спасибо тебе, Кокичи. Мне... действительно стало гораздо легче. Ома довольно улыбнулся и протянул ему кепку: — Ладно, держи свой щит. Но обещай, что больше не будешь прятать от меня глаза. И сбегать тоже не смей! — Обещаю, — улыбнулся Шуичи. Прошёл месяц. Жизнь парней изменилась до неузнаваемости. Шуичи больше не был одиночкой с задней парты. Теперь его каждый день можно было увидеть в компании Кокичи. Ома постоянно таскал Сайхару по самым разным местам: от роскошных игровых центров до тихих, уютных крыш, где они могли часами болтать. Боль от предательства Каэде постепенно утихала, вытесненная звонким смехом Кокичи и его заботой. Шуичи чувствовал, что рядом с Омой он наконец-то может быть самим собой. А Кокичи с каждым днём всё больше понимал, что этот скромный парень в кепке стал для него самым дорогим человеком на свете. В один из выходных снова пошёл сильный дождь — точь-в-точь как в тот день, когда они впервые встретились. Парни сидели в огромной комнате Кокичи, устроившись прямо на полу возле кровати. На столе дымились две чашки сладкого чая, а служанку Кокичи отпустил ещё пару часов назад, на этот раз вежливо сказав ей «спасибо» — Шуичи плохому не научит. За окном капли громко барабанили по стеклу. В комнате царил мягкий полумрак, освещённый лишь гирляндой над кроватью. — Хей, Шуичи, — тихо позвал Кокичи, отставляя чашку в сторону. — М-м? — Сайхара повернул к нему голову. На нём не было кепки, и его сине-серые пряди мягко падали на лоб. — Я тут подумал... — Кокичи придвинулся ближе, его фиолетовые глаза таинственно поблёскивали. — Тот поцелуй в клубе... Он был глупым. Мы были пьяны, пахло алкоголем, и музыка орала. Это совершенно не считается! Шуичи тихо хмыкнул, приподняв бровь: — Не считается? И что же ты предлагаешь, Ома-кун? — Я предлагаю исправить эту ошибку, — Кокичи резко сократил расстояние между ними, аккуратно взяв Шуичи за воротник домашней футболки. Его ухмылка на секунду дрогнула, выдавая волнение. — На этот раз всё должно быть правильно. На трезвую голову. И... только между нами. Шуичи тепло улыбнулся. Он медленно положил ладонь на щеку Кокичи, чувствуя, как тот вздогнул от приятного прикосновения. — Я только за, — прошептал Сайхара. Они поцеловались. На этот раз не было никакой спешки, никакого неона и душной толпы. Это был мягкий, невероятно нежный и осознанный поцелуй, от которого у обоих перехватило дыхание. Когда они наконец неохотно отстранились друг от друга, Кокичи, тяжело дыша и пряча покрасневшее лицо в плечо Шуичи, тихо пробормотал: — Ну всё, Сайхара-чан... Теперь ты официально мой парень. И даже не думай спорить! Шуичи лишь крепче прижал его к себе, вдыхая знакомый аромат, и тихо прошептал ему на ушко: — Я и не думал спорить, Кокичи.