Их маленькая игра

      Маэстро сопроводил всех до выхода, принимая благодарности от впечатлённых и счастливых гостей. Когда почти все уже вышли из его поместья, краем глаза он заметил женский силуэт, который шёл медленно, будто нехотя. Мужчина повернул голову, чтобы рассмотреть гостью. Это была девушка на вид около двадцати пяти лет с короткими вьющимися волосами и кожей фарфорового цвета. Она выглядела маленькой и хрупкой. Её тело украшала белоснежная блузка с двумя расстёгнутыми пуговицами и длинная чёрная юбка.       Незнакомка смотрела на него своими голубыми глазами с какой-то грустью, будто не хотела узнать отсюда. Будто ей хотелось остаться здесь ещё на минуту хотя бы. Когда все уже вышли и незнакомка осталась наедине с ним, Маэстро спросил у неё:       — Почему ты не уходишь?       Девушка не спешила отвечать, избегая зрительного контакта с ним. Маэстро мог бы крикнуть «ХЭЛЛО-О-ОУ», но видел, как та трясётся и вздрагивает от обычного шороха. И поэтому лишь подошёл ближе. Брюнетка не двинулась. Но подняла на него свои голубые глаза.       — Не ухожу, потому что не хочу. Этого ответа достаточно? — довольно дерзка ответила незнакомка, смотря на него немигающе.       Маэстро опешил. Но тут же улыбнулся уголками губ. Он немного не ожидал, что такая с виду тихая девушка может быть довольно дерзкой и острой на язык.       — Как тебя зовут?       Она очень тихо, почти шёпотом ответила:       — Ева. Ева Эверли.       Мужчина не смог сдержать нежной улыбки.       — Ева... — повторяет её имя, словно пробуя на вкус.       Ева продолжала стоять и буравить его взглядом, тонкими пальчиками теребя рукав блузки. Она будто что-то замышляла, либо хотела что-то сказать, да не решалась. Он ждал от неё подвоха. Ведь эта Ева наверняка не так уж проста. Минуту назад она ему ответила слишком дерзко, а теперь стоит и делает вид, будто ничего такого не было.       Маэстро это затянувшееся молчание уже порядком начинало надоедать. Он сделал ещё шаг к ней. Теперь их разделяли всего несколько жалких сантиметров. Ева сделала шаг в сторону. Мужчина ухмыльнулся.       — Хочешь поиграть в кошки-мышки? — спросил он тихо и спокойно, однако именно в этом спокойствии и скрывалась настоящая опасность.       Эверли заливисто рассмеялась, убегая куда-то вглубь поместья. Её звонкий голос эхом распространился по коридору:       — Попробуй найти меня, Маэстро!       Маэстро цокает, но продолжает довольно улыбаться.       — Что за девчонка... Но мне нравится!       Захлопнув входную дверь, мужчина телепортировался в тот зал, где всё происходило. Он бросил взгляд на то разбитое окно, откуда выпал мэр, и не сдержал победного смешка.       — Оставлю это окно разбитым как память о твоём маразме и безумии, мерзкий старик. — он довольно улыбнулся, вспоминая тот момент.       Из приятных воспоминаний его выдернул звонкий смех девушки, раздавшийся где-то из конца зала. Маэстро повернул голову и увидел силуэт в чёрной мантии и надетой на лицо маской скелета. Брюнет хмыкнул и стал подкрадываться к Эверли.       — Ах ты хитрюга! Думала, что у тебя тоже получится провернуть этот трюк? Те мальчики хотя бы делали это тихо и незаметно, а не попадались так легко. Интересно, чего ты этим добивалась?       Подойдя к проказнице, мужчина не спешил стягивать с неё маску. Ева стояла неподвижно, лишь иногда слегка поворачиваясь в сторону.       — Что, не собираешься раскрываться? Я ведь всё равно нашёл тебя, проказница.       Брюнетка мотнула головой, что означало «нет». Маэстро потянулся к маске и стал медленно снимать её, наслаждаясь этим моментом. Но каково же было его удивление, когда он наконец-то снял череп, а мантия упала на пол. Никого не было и его просто обманули, надурили. Девичий смех раздался за его спиной.       — Попался, Маэстро!       Мужчина обернулся. Никого не было. Но буквально через секунду Ева явилась перед ним во всей красе, будто из ниоткуда. Маэстро был мягко говоря удивлён тому, что Ева оказалась не обычной девчонкой из Нормал-Уэлли, а такой же, как и он — со способностями, которые люди не считают нормальными. Он не сдержал своей искренней улыбки.       — И ты сегодня с ними была всё это время, пока я показывал мэр, кто тут настоящий монстр, верно? — его голос смягчился.       Ева кивнула.       — Да. Я ведь тоже когда-то жила здесь, развлекала детей и своих сверстников. Но тот мэр с гражданами также пришёл ко мне домой без стука и требовал покинуть город. А я тогда была слишком юна и не достаточно умело пользовалась своими способностями, чтобы сопротивляться. Я всячески отказывалась, дети кричали и пытались защитить, ведь я для них была другом. Но потом... — она затихла и опустила голову, будто рассказывает нечто постыдное. Спустя несколько секунд паузы Эверли продолжила, но уже гораздо тише, как пятнадцать минут назад у выхода, — Они заперли меня с родителями в нашем небольшом уютном домике и подожгли его. Мои родители тоже волшебники, и мы кое-как выжили. Хоть нам и удалось быстро восстановить свои тела, но... — она всхлипнула и, повернувшись к нему спиной, разорвала на себе рубашку и спустила её, обнажая свою изуродованную шрамами спину, — Посмотри на это! Их огонь оставил шрамы и изуродовал меня! Их так просто не убрать! От обычного огня ведь такого не происходит с таким, как мы, верно?..       Её голос сорвался на рыдания. Маэстро подошёл к ней ещё ближе и стал рассматривать шрамы. Каждый из них выглядел так, будто её резали живьём, а не сжигали. Пальцем он почти невесомо коснулся одного из этих рубцов. Девушка вздрогнула.       — Они со мной уже больше десяти лет, но всё также болят...       Руки её тоже были в шрамах, но те почти незаметны и очень малы. Больше всего, судя по всему, пострадала именно спина. Ева продолжала плакать, её немного потряхивало. И тут Маэстро обнял её, не в силах больше видеть, как та плачет из-за пережитого кошмара. Они оба понимали, какого это, когда ты чем-то отличаешься от обычных людей, а они выставляют тебя изгоем и угрозой всего мира. Эверли обмякла в его руках и накрыла из своими. Мужчина уткнулся носом в её иссиня-чёрные кудри, вдыхая аромат ежевики.       Рядом с ним Еве было спокойно. Даже с теми детьми она не чувствовала себя так. Маэстро прижался своей грудью к её спине вплотную. Но это не ощущалось так, словно её снова пытаются сжечь. Они очень долго молчали. Зал погрузился в гробовую тишину, которую в один момент прервал тихий голосок Евы:       — Но даже после всего этого мы не покинули своего дома. Мы остались здесь, но просто стали скрываться, чтобы все думали, что выгнали нас. Даже тогда, когда ты провожал их и встретил меня... Они не могли увидеть и даже почувствовать моего присутствия. Я для них навсегда исчезла. Это для тебя я не перестала скрываться, когда они уже ушли.       Брюнет продолжал слушать её, прижимая к себе хрупкую на вид, но на деле очень сильную Еву Эверли. Они стояли так очень долго. Несмотря на то, что её верх был обнажён, Маэстро согревал её. До этого он никогда не встречал подобного ему.       Но, к огромному сожалению, всему хорошему свойственно заканчиваться быстро. Ева мягко убирает с себя руки мужчины и поворачивается к нему. Брюнет старается смотреть только в её васильковые глаза и не отпускать взгляд на обнажённую грудь. К его счастью, девушка накинула на плечи блузку, на которой уже отсутствовали пуговицы, и запахнула её.       — Ты мне нравишься, Маэстро. Не против, если я буду каждый день навещать тебя?       От неожиданного признания щёки брюнета порозовели. Он отвернулся, чтобы Ева не видела его смущения.       — Что? Тебе ни разу такого не говорили? — смеётся она, подходя к мужчине ближе, чтобы рассмотреть его лицо.       — Вот именно, что никогда! И... что ты делаешь?       — Что? Я никогда не видела румянца на твоём лице. А тут такой шанс выпал! Такое бывает раз в жизни, ведь ты обычно бледный, как вампир. — в конце она ухмыльнулась.       Маэстро видел, как в её васильковых глазах пляшет хитрый и игривый огонёк. Она ухмыляется, думая, что имеет власть над ситуацией и может легко подтрунивать над ним. Он отворачивается от Евы и делает шаг вперёд, давая ей почувствовать вкус «победы». Чтобы через секунду уже с серьёзным и немного опасным видом надвигаться на неё и тем самым теснить к стене.       На лице возникла игривая улыбка, в глазах вспыхнул опасный огонёк. А сама Эверли не то чтобы сопротивлялась. Ей наоборот нравилось то, в какую сторону повернула их небольшая игра. И она могла бы попытаться сбежать или исчезнуть в конце концов. Но хотелось сейчас чувствовать себя уязвимой и незащищённой.       Вот, её спина коснулась стены. Маэстро поставил руки по обе стороны её головы, тем самым заключая в ловушку. Их взгляды были прикованы друг к другу. Своей ладонью Ева проводит по воротнику его рубахи, по шее. Кадык мужчины дёргается от её прикосновений, сам он тяжело сглатывает.       Стояли они так около минуты, пока терпение Маэстро не иссякло. Он, поддавшись порыву, накрыл губы девушки своими. Брюнет никогда прежде некого не целовал. Не было с кем. Эверли ответила довольно быстро, зарывшись рукой в его кудрявые смолистые волосы до плеч. Мужчина убрал руки со стены и стал блуждать ими по телу гостьи, иногда забираясь под блузку. Температура в зале заметно поднялась. Дышать становилось труднее. Разум уступал место вожделению. Их тела просили большего, нежели просто поцелуя.       Ева пыталась найти хоть какие-то застёжки или пуговицы на рубахе Маэстро. Однако тот убирал её руки, не давая раздеть себя. Им пришлось отстраниться, пока возбуждение не накрыло их полностью с ног до головы. Они тяжело дышали, не прерывая своего зрительного контакта. Мужчина чувствовал, что брюках становилось невероятно тесно.       Но ему казалось неправильным делать это с девушкой, с которой он только сегодня познакомился. Причём после того, как узнал её ужасную предысторию и поцеловал, повинуясь в этот момент лишь похоти. Маэстро сделал шаг назад, второй. Он старался не смотреть на обнажённые ключицы, грудь и живот Евы, чтобы не передумать. Эверли с поволокой глядела на него.       — Куда ты? — в её голосе было искреннее удивление.       Маэстро отвернулся, устремив свои карие глаза в пол.       — Прости, Ева, я не могу так... Мы с тобой едва знакомы, чтобы переходить к таким отношениям. Я не хочу, чтобы всё произошло... так быстро. Да, мы с тобой оба не обычные люди, мы умеем делать то, чего не могут остальные. Но я не хочу, чтобы мы с тобой об этом потом жалели, особенно ты. А этим лучше повременить, если мы с тобой конечно продолжим держать связь.       Когда в этой безжалостной борьбе всё же победил разум, Ева понимающе кивнула. Маэстро был прав — они не слишком знакомы, чтобы познавать... настолько глубокую связь между мужчиной и женщиной.       — Ты прав. Лучше подождать.       И в этот момент в спине появилось жжение. Эверли зашипела от боли, её ноги подкосились. Её звала семья, и это означало то, что ей немедленно надо было покинуть Замок Сомплейс-Элс и возвращаться домой. Маэстро заметил это и тут же бросился к ней.       — Ева, что с тобой?       Брюнетка выставила руку, не позволяя тому подойти ближе.       — Всё в порядке. Это семья меня зовёт. Мне пора домой. Я ещё навещу тебя, Маэстро.       И ничего больше не говоря, она пошла к массивным дверям. И, перед тем, как она вышла, Маэстро сказал ей вслед:       — Ты тоже нравишься мне, Ева.       В этот момент она скрывается за углом и использует свою способность оставаться невидимой. Сердце колотится, словно бешеное, кровь пульсирует в висках. Она планировала просто понаблюдать со стороны, как Маэстро наказывает мэра, а после этого поговорить с ним, но никак не... Такие же мысли были и у Маэстро. Но они оба знают, что на этом вечере всё не закончится. Ведь именно сегодня они начали свою маленькую игру, в которой победителей нет.