Иллюзия любви

      Двадцать шестой полигон находился далеко за пределами деревни — один из тех, куда обычно отправлялись опытные шиноби, если не хотелось случайно снести половину ближайшего леса. Подальше от гражданских и случайных прохожих.       Тёплый послеполуденный ветер лениво гнал пыль. После нескольких часов тренировок земля была исполосована глубокими бороздами, кое-где еще тлели обугленные пни, а над прогретой солнцем травой лениво дрожал воздух. — Еще раз, — спокойно сказал Иваши.       Генма только усмехнулся. — Не надоело проигрывать? — Пока нет. — Вот это настрой.       Он привычным движением провернул в зубах сенбон. Через мгновение все четверо сорвались с места. Полигон мгновенно ожил. Металл звенел о металл. Кунаи впивались в стволы редких деревьев. Аоба почти растворился среди ветвей, исчезнув из поля зрения, но Райдо успел заметить мелькнувшую тень и резко ушел в сторону. — Сверху! — коротко бросил он.       Поздно. Несколько сюрикенов уже летели в него. Райдо отбил два, третий скользнул по жилету. — Засчитано. — Аоба победно вскинул пальцы. — Только потому что ты каркаешь громче своих ворон, тебя легко заметить — буркнул Райдо. — Это называется отвлекающий маневр. — Отвлекающий маневр — это когда заметили их, а не тебя.       Генма тихо рассмеялся. Ему всегда нравились такие тренировки. Без смертельной серьезности. Без миссий. Без крови. Просто возможность проверить друг друга. Он резко сократил дистанцию до Иваши. Тот успел поставить блок. Несколько ударов. Локоть. Колено. Отскок. Снова обмен ударами. Иваши был невероятно техничен, но Генма постоянно ломал привычный ритм, действуя так, словно импровизировал. Он двигался мягко, почти лениво, но каждый шаг был точно выверен. — Ты опять жульничаешь, — заметил Райдо. — Я творческий человек. — Ты ленивый человек. — Это тоже творчество. Лениться нужно уметь красиво. — усмехнулся Генма. — Держи спину, Райдо, — бросил Ширануи, легко уходя кувырком в сторону от пущенного Аобой огненного шара.       Аоба, поправляя сползающие на нос темные очки, недовольно проворчал: — Ты бы сам под ноги смотрел! Иваши, жми его, перекрывай левый фланг!       Иваши, сорвавшись с ветки высокого дуба, попытался зажать Генму в тиски с помощью техники земли, но тот лишь коротко рассмеялся. Сложив быструю печать, он исчез в облаке белого дыма, оставив вместо себя сухую корягу. Секундой позже Ширануи уже сидел на толстой ветке чуть выше того места, где до этого сидел Иваши, непринужденно покачивая ногой. Его бандана съехала набок, а со лба катился пот, но выглядел он на редкость довольным и расслабленным.       К четырем часам дня все уже заметно устали. Аоба сидел на поваленном бревне, вытирая полотенцем лицо. Иваши спокойно пил воду. Райдо развалился прямо на траве. Генма тоже сделал несколько глотков из фляги и довольно шумно выдохнул. — Все. Я на сегодня закончил.       Райдо даже головы не повернул. — Сдался? — Конечно. — Неужели возраст? — Вообще-то ты старше меня.       Генма поднялся на ноги и потянулся, похрустывая позвонками. Он потянул себя за ворот мокрой от пота футболки и комично сморщил нос. — Надо успеть заскочить в душ и привести себя в божеский вид. — А куда это ты, собственно, намылился? — вскинул брови Райдо. — Мы с Риэ идем на выставку того столичного художника, Кагецу Мидзухаси, чьими афишами обклеены все заборы в деревне. Она очень ждала эту выставку. Месяца два мне про нее рассказывала. Художник приехал всего на неделю. — Ты? На художественную выставку?! — Аоба подошел ближе и приложил ладонь ко лбу Генмы. — Температуры вроде нет… Ты когда последний раз искусство видел? Когда Анко на заборе резиденции пьяная автограф ставила?       Генма со смешком оттолкнул его руку. — Отстань. — Нет, ну правда. Настоящий Генма максимум бы спросил, где там бесплатные закуски. — Или сколько осталось до конца, — добавил Иваши.       В Иваши полетело свернутое полотенце. Тот ловко поймал его и широко ухмыльнулся. — Стойте — стойте! — замахал руками Райдо. — Мне больше интересно, что еще за Риэ? — Да, кстати. — Заинтересованно вскинул брови поверх очков Аоба. — Подружка Митараши, что-ли? — Это Анко её в прошлом месяце на спор в «Барбекю-Q» затащила, — поинтересовался Иваши. — Та, что чуть не задохнулась от острого соуса? — Да, да, — весело заулыбался Аоба, вспоминая тот вечер, — а потом попыталась запить его саке, перепутав стаканы. Едва не пробудила в себе стихию огня. — В смысле «что еще за Риэ»? — Генма беззлобно рассмеялся, качнув сенбоном — Моя жена. И тот соус, к слову, был просто адским. Я едва не рыдал, когда его попробовал.       Повисла короткая тишина. Аоба с Иваши переглянулись. Райдо моргнул. — Ага! Почти поверил. — Он ткнул Генму кулаком в плечо и широко ухмыльнулся.       Генма удивленно изогнул бровь. На его лице отразилось искреннее, глубокое недоумение, сменившееся снисходительной ухмылкой. — Ладно, пошутили и хватит, хорош прикалываться. Мы три года уже женаты. В прошлом месяце годовщину праздновали — кожаную свадьбу, между прочим. Я ей тогда тот дурацкий браслет из кожи ящерицы подарил, который мы с Иваши в Стране Ветра выторговали. — Он повернулся к Иваши — ты еще ржал, что он пахнет сушеной рыбой!       Улыбка начала понемногу сползать с лица чунина. — Генма…я никогда с тобой никакой браслет не выбирал. Какая еще жена? Ты с Риэ даже не разговаривал толком никогда. Райдо тебя, похоже, от души по кумполу приложил, когда в то дерево швырнул. Ты живешь один в своей квартире у тренировочного поля номер три. Мы у тебя пиво в прошлую субботу пили, там из женских вещей только грязный фартук старой хозяйки квартиры валялся! И то только потому что ты его выкинуть не успел. — Ты же сам жаловался, что пол года уже ни с кем не встречался — подхватил Райдо. — Да что вы несете?       Раздражение впервые промелькнуло в голосе Ширануи. Улыбка сползла с его лица. В висках словно что-то кольнуло раскаленной иглой, заставив на секунду поморщиться. Боль исчезла почти сразу. Он глубоко вдохнул. — Все нормально? — Спросил Аоба. — Да. — Он снова улыбнулся. Немного натянуто. — Просто… кольнуло. Перегрелся, наверное.       Райдо сделал шаг ближе. — Генма… — Да что с вами всеми? — Теперь в голосе прозвучало настоящее непонимание. — Шутка затянулась, уже не смешно. Завязывайте.       Никто ничего не ответил. Именно это молчание, почему-то, оказалось страшнее любых слов. Генма переводил взгляд с одного лица на другое. Все трое смотрели на него… слишком серьезно. Улыбок больше не было. Внутри неприятно зашевелилось что-то холодное. «Почему они так смотрят?».       Аоба молча наблюдал за Генмой. Слишком внимательно. За много лет он научился отличать, когда тот валяет дурака, а когда говорит всерьез. Сейчас Генма не играл. Он искренне не понимал, почему друзья делают такие удивленные лица.       Аоба незаметно сложил печать. — Кай.       Чакра едва ощутимой волной разошлась вокруг Генмы. Ничего. Тот даже не моргнул. Продолжал смотреть на Райдо с тем же недоумением. Аоба нахмурился. Пока Райдо продолжал спорить с Генмой, он спокойно подошел ближе, будто просто хотел лучше слышать разговор. — Да брось, — сказал он самым непринужденным тоном. — Не поверю, что ты три года умудрялся скрывать жену.       Проходя мимо, он легко коснулся плеча Генмы. Совсем естественно. Пальцы едва заметно вспыхнули чакрой. Тонкий поток энергии мягко вошел в систему циркуляции чакры Генмы, осторожно прощупывая ее, пытаясь нащупать чужеродное воздействие. Ничего. Никакого сопротивления. Никакого искажения. Никаких следов наложенного гендзюцу.       Аоба медленно убрал руку. На лице ничего не изменилось, но внутри стало не по себе.       Генма снова поморщился. В голове опять стрельнуло. На этот раз сильнее. Он резко втянул воздух. Ладонь сама легла на затылок. Боль не исчезла. Она осталась. Тупая. Давящая. Будто кто-то медленно сжимал голову железным обручем. И снова стрельнуло. Генма зажмурился, шумно выдохнув сквозь зубы. Сенбон выпал из его приоткрытого рта и бесшумно исчез в пыли. Из-под носа вдруг сорвалась темная капля и сорвалась на зеленый жилет. Потом еще одна. — Генма? — Райдо мгновенно оказался рядом, положив тяжелую ладонь ему на плечо.       Тот машинально коснулся лица. Посмотрел на красные пальцы и нахмурился. — Странно… — Сядь! — Да ерунда…       Но боль уже пульсировала внутри черепа. Каждый удар сердца отдавался в висках. Он снова посмотрел на друзей. — Послушайте…       Голос дрогнул. Он запнулся. В памяти вдруг словно столкнулись две картины. Райдо смеется на его свадьбе. Райдо говорит, что никакой свадьбы не было. Анко обнимает Риэ после церемонии и говорит что теперь Риэ официально его проблема. Анко никогда об этом не говорила. Дом. Кольца. Совместные вечера. И… Пустота. Тишина. Одиночество.       В голове будто что-то затрещало. Он пошатнулся. Из левой ноздри Ширануи медленно потекла тонкая, темно-красная струйка. Она быстро перечеркнула губу и закапала на подбородок. Генма рассеянно провел тыльной стороной ладони по лицу и посмотрел на свою испачканную руку с каким-то детским, растерянным непониманием. — Что за…       Райдо что-то говорил, но его голос начал двоиться, превращаясь в невыносимый, давящий гул. Боль в голове больше не отпускала — она разрасталась, пульсируя тяжелыми ударами прямо за глазами. Генма покачнулся. Тонкая красная дорожка медленно показалась из правого уха.       Аоба побледнел первым. — Райдо…       Тот уже был рядом. Генма поднял на него мутный взгляд. Будто хотел что-то сказать. Но лицо вдруг исказилось от боли. Глаза закатились. Колени подогнулись. Райдо едва успел подхватить его прежде, чем тот рухнул на землю. — Генма!       Ответа не последовало. Голова безвольно повисла. Аоба уже оказался рядом, быстро прижав пальцы к шее друга. — Жив. Но пульс слишком частый. — Иваши, вперед, расчищай дорогу! Предупреди медперсонал! — скомандовал Райдо, легко вскидывая обмякшее тело Генмы себе на спину. — Аоба, страхуй. Бегом в госпиталь! Быстрее!