Вкус любви

***

      — Маэно! — срывающимся на крик голосом произнес Цугино — Ты любишь меня? Любишь же?! — истерично вскричал Цугино, держа в руках кухонный нож. Он постепенно надвигался на испуганного Аки. У доктора не получилось. Не получилось вылечить своего пациента вторым способом, теперь Хару займется самолечением и вылечится, съев Маэно. Поморщившись от таких мыслей док продолжил отходить к стене, пытаясь придумать способ выжить и помочь Хару. Но он думал слишком долго. Цугино, не теряя времени резко подлетел к нему. Схватил в тиски, не давая двинуться. Маэно от неожиданности дёрнулся, безуспешно пытаясь выбраться. И тут же за это поплатился. Хару с размаху впечатал его в стену, словно вбил гвоздь. Аки врезался в холодный бетон, как танк. Крик застрял в горле. Штукатурка осыпалась на голову. Из глаз полетели искры. В ушах стоял отвратительный звон. Ноги подкашивались, а голова неприятно запульсировала. Перед глазами все расплывалось, Цугино раздвоился. Маэно попытался сфокусировать зрение и почувствовал, как его волосы стали влажными. Он медленно прошелся пальцами по своим рыжим волосам, и посмотрел на свою руку. Ужас тут же прокатился волной по всему телу. Кровь. Аки сдавленно вскрикнул и мелко задрожал. — Цугино, постой! Н.не нужно этого делать. — он нервно улыбался, пытаясь переубедить своего пациента, все ещё подрагивая, может из-за холода, может из-за удара. А может из-за страха перед смертью? — Да? И почему же? — Цугино склонил голову набок, искренне не понимая — Почему ты не даёшь мне любить тебя? — Одной рукой он прижимал его к стене, а второй держал нож, так и наровясь ударить Аки в самое сердце. Нервно сглотнув доктор наконец нашёлся с ответом: — Потому что это. не единственный способ проявить любовь! — Нет! это единственный и верный! — раздражённо воскликнул Хару — Разве есть что то прекраснее чем съесть любимого человека?! Только представь. Я ем твои органы, весь в крови. Частичка тебя навсегда останется во мне — он убрал руку, прекращая удерживать Маэно и приложил ее к груди — А хотя. — он вернул руку на прежнее место и ненадолго задумался — мои родители. проявляли к друг другу любовь. особым способом. Думаю мы можем попробовать! Но потом я все равно съем тебя.       Маэно перевёл дыхание, думая что выбил себе время. Хару прильнул к его губам, затягивая Аки в поцелуй. Его поцелуй был сладким, как яд. Док почувствовал как по телу разливается липкая волна, но он не мог отстранится. Сердце Маэно учащённо забилось, от непонятных эмоций. На лице доктора отразилась гамма чувств, и он в шоке вытаращился на Цугино. Хару подрагивал в предвкушении, представляя как будет иметь своего любимого доктора. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь их дыханием.       Цугино отстранился, и в этот миг что то острое полоснуло по щеке. Царапина отозвалась тупой, ноющей болью, будто в кожу запустили крошечные раскалённые иглы. Аки сжал челюсть, поморщившись. Он прикусил губу, чтобы не застонать в голос. Щека горела, будто по ней провели раскалённым прутом, а кровь медленно стекала по подбородку. Маэно инстинктивно потянулся рукой к щеке. Но Цугино резко присёк это, раздражённо сжав его руку железной хваткой и переплёл их пальцы. Хару сжимал и разжимал его ладонь, пока ему не надоело и он впечатал руку Маэно в стену. Аки зарычал от боли, лишний раз боясь позволить себе хоть какое то движение. — Маэно. не сопротивляйся, я хочу убедиться что ты действительно любишь меня, а после твоя смерть будет самой лучшей — горячо шептал больной.       Аки надеялся успеть что то сделать для того чтобы сохранить свою жизнь, и вылечить Цугино. Ведь он любил его. нормально любил, а не как Хару. Его болезнь стала для доктора испытанием. Он искренне хочет вылечить Цугино, несмотря на то что прямо сейчас он хочет убить своего дока. Любовь Аки — не только желание быть рядом, но и глупая надежда на то, что вместе они победят зено. Маэно хотел сбежать отсюда с Хару. Показать ему ту любовь, в которой он так нуждается.       Пока он об этом думал Цугино зря времени не терял, и жадно вцепился губами в шею своего доктора, оставляя на нежной плоти яркий, багровый засос. Хару отстранился и оценил свои старания. Цугино не мог отвести взгляд от шеи возлюбленного, багровый след сильно выделялся на фоне белой кожи. Хару победно ухмыльрулся. От неожиданности Аки негромко простонал, и тут же пожалел об этом. — Маэно. тебе нравится? — он заглянул в светло красные глаза дока. — скажи с такой же интонацией что любишь меня. У доктора ещё остались остатки гордости, и поэтому несколько секунд они тупо пялились друг на друга. Наконец, Хару надоело ждать, острый конец ножа легко вошел, уперевшись в кость предплечья. Острая электрическая вспышка боли пронзила руку. Аки побледнел и вскрикнул. Маэно рванулся назад, в попытке отстранится, но его затылок с глухим стуком врезался в стену. На мнгновение глаза застелила белая пелена, а по позвоночнику прокатилась ледяная волна боли. Он слышал как с его руки капает кровь на пол. Кап, кап, кап. — Ц.цугино. я люблю тебя! — он постарался сказать это со всей страстью, лишь бы пациент не причинил ему большего вреда. — Ох, Маэно ты так мило смущаешься — он сжал подбородок Аки, смотря ему прямо в глаза       Вдруг Хару занёс над ним нож. Ну все. Это конец. Он не смог спасти его, бездарный доктор. Маэно почувствовал как одинокая слеза скатилась по его щеке и замжурился, ожидая смерть. Но вместо смерти он услышал звук рвущейся ткани и смех сумасшедшего. — Маэно. ты такой. милый когда плачешь — задыхаясь от смеха выдавил из себя Хару, стягивая с него жалкие остатки футболки. Оказывается он решил таким образом, не замарачиваясь раздеть его. Аки тут же поёжился от холода и жгучего стыда. Цугино, смотря в глаза Маэно, резко вытащил нож из его руки, заставляя того вскрикнуть. Хару, перехвати руку и прильнул губами к ране, целуя её, заставляя ощущать смешанные чувства. Мурашки пробежались ро всему телу. Нижняя часть лица больного побагровела от крови что текла из раны. Он упивался ею, причмокивая. И наконец Цугино отстал от руки. — Маэно. ах. ты такой вкусный. А ведь это только часть тебя! Я так хочу чтобы ты понял меня, понял почему я хочу тебя съесть. Он вдруг замолк, и снова принялся мусолить его руку, слизывая кровь, в этот раз не сглатывая ее, он отпрянул, и начал приближаться к лицу Аки. До того сразу дошло что сейчас будет. Осознание того что сейчас вообще происходит ударило, словно ток, и он забился в конвульсиях пытаясь вырваться. За что получил довольно глубокую ножевую рану в плечо. От боли он уже был готов сползти по стенке, в глазах периодически темнело, непонятно по какой причине он все еще в сознании. Цугино сделал то что хотел, поцеловал его ртом который был весь в крови. Маэно пытался воспротивиться, крепко сжав зубы, но это мало чем помогло. Кровь хлынула ему в рот, заставляя вспомнить болезненные воспоминания.             Натсуки. Девочка с голубыми волосами стояла прямо перед ним, улыбаясь. «нет, уходи! болезнь прогрессирует, беги!» вопил Аки, но девочка не собиралась слушать его. «Съешь меня, братик» это была будто переломная фраза. Перед глазами мелькали обрывки воспоминаний. То как он ел её, поглащал её плоть. Кровь. Кровь была повсюду. «Теперь частичка меня, навсегда останется в тебе» От Натсуки оставалось все меньше и меньше. Он ел даже кости, болезнь заставляла есть ее мясо, несмотря ни на что. Она больше не дышала. Не двигалась. Она больше никогда не назовёт его братиком.       Душевная боль ощущалась как настоящая. А нет, похоже это физическая боль, а не душевная. Открыв глаза он увидел перед собой бьющевося в истерике Хару, который наносил серию ударов по разным местам бедной руки Маэно, превращая её в болтающийся кусок мяса. Взглянув на руку, Аки чуть не стошнило. По щекам текли горячие слёзы, а все тело била дрожь. Хотелось отрезать эту руку, лишь бы не чувствовать это. На всех местах его конечности были глубокие раны. Казалось, что сейчас он снова отключится погрузившись в тягостные воспоминания. Белые точки мелькал перед глазами, Аки орал от боли, захлебываясь слезами. Хару заткнул ему рот рукой. — Почему ты игнорируешь меня? Маэно! — истерично кричал Цугино — Разве это любовь? Ты не замечаешь меня! Маэно, почему?! Почему меня никто не хочет замечать — задыхаясь кричал Хару. Маэно уже почти осел на пол, как вдруг его хорошенько встрясли и схватили за волосы. Тут же его голову с силой впечатали в шершавую стену. Острая как нож боль пронзила голову, в которые раз затмив все вокруг, Аки захрипел, и его ударили снова. Из глаз брызнули искры. Ещё удар. По шее разлился жар, острая почти непереносимая боль раздавалась по всему телу. Маэно ненадолго потерял сознание, неизвестно сколько еще было таких ударов. На стене осталось багровое пятно. — Нет! — вскрикнул Цугино, заметив что Маэно потерял сознание. Он тут же прекратил долбить своего доктора головой об стену — мы не закончили! не смей! Как следует встряхнув Аки, тот вернулся в сознание. Цугино затянул Маэно в поцелуй. Грубо кусая его губы, он попутно стягивал с себя штаны.       Хару ударил по голове Аки, от чего тот свалился на колени. Ему было тяжело соображать и он заторможенно регировал. Перед ним предстал член Цугино. Сначала он, непонимающе захлопал глазами, но потом понял что вообще сейчас происходит. Хару возбудился от того как хуярил Маэно головой об стену, какого чёрта! Аки уже давно растерял остатки гордости, но все равно он не мог так. Этот больной ублюдок же сейчас заставит его!.. Фу! Нет, нет, нет. Надо срочно что то.       Он не успел. Вцепившись в рыжие волосы Цугино всадил в глотку Маэно свой член, от чего снизу сдавленно всхлипнули. Аки почувствовал как его тело свёл рвотный позыв, который он постарался подавить, но безуспешно. Ему пришлось глотать свою рвоту. Хорошо что Хару вроде не почувствовал этого… Мало ли что он может сделать. А тот во всю шатал его голову вперед назад, постанывая. — Ахх. черт, док, это так хорошо. Отвратительно. Маэно уже не стесняясь плакал от собственной ничтожности. Хару ещё пару раз толкнулся в глотку Аки и кончил. Доктор слегка заторможено отстранился и принялся отплевываться. — Ты что. не хочешь попробовать меня? — обиженно спросил Цугино и схватил его за, еще более менее целую вторую руку. В глазах у него сверкнуло что то жестокое. Хару резко вывернул ему руку, сустав поддался и в следующий миг раздался хруст. Маэно повалился на пол и на секунду замер. В глазах потемнело от ужаса, по руке разлилась волна жара. а а следующую секугду острая боль затмила все остальное. Аки закричал, от боли, от бессилия и унижения. — Убей меня уже! — взмолился, задыхаясь слезами доктор. — Оуу, нет, ещё рано, дай мне полностью полюбить тебя. Он стянул последний элемент одежды с Аки, полностью оголяя его. Тот слегка смутился, и тут же покрылся мурашками от холода. И не только от холода. Еще от страшного осознания, что ему это понравилось, что его возбудило поведение пациента. Ему вдруг сало невыносимо противно от себя, как будто внутри что то надломилось. — Маэно. — ласково начал он — я так и знал что тебе нравится — черноволосый вцепился в нижню губу Аки, прокусывая ее насквозь. Кровь смешивалась со слезами и стекала по подбородку. Хару взял на руки Маэно, и снеся компьютер посадил его на стол.       Без прелюдий он тут же впихнул свой агрегат в анал бедного доктора. Тот завопил что есть мочи и задергался на столе, больно задевая сломаную руку и то что уже сложно было назвать рукой. Он пытался вырваться, но Аки было слишком плохо от потери крови, он чувствовал что теряет связь с этим миром, но он никак не мог потерять сознание, из-за этой резкой и сильной боли внизу. Он чувствовал как его плоть разрывается и кровь стекает по ляшкам. — Туговато идёт — пожаловался Хару, и вышел из него. Это было райское чувство, чувство свободы, а не наполнености. Глаза дока закатились от облегчения, но ему тут же засунули пальцы в рот, вновь пробудив рвотный рефлекс. Ужасная догадка поразила сознание. — Нет. пожалуйста, хватит! — в глубине души Аки понимал что это не сработает, но он уже не контролировал себя. Будто не слыша его Цугино запихнул сначала один палец, растягивая, затем второй, третий… Хару снова вошёл, в этот раз сразу до упора, удовлетворённо улыбнувшись. Аки уже беззвучно плакал и без эмоционально смотиел в одну точку. Но к сожалению для себя, через некоторое время он понял что ему это нравится. Член внутри него задевал чувствительную точку. Он еле сдерживал рвотный позыв. — Помогите. — шептал Маэно. когда Хару был на пике, он начал надрачивать доктору. Тот приняв свою скорую кончину решил насладиться последними минутами жизни, и не скрывая свое «удовольствие» стонал как последняя шлюха. По телу прошёлся ток, и Аки, выгнув спину кончил. Через секунду он почувствовал как его изнутри заполняет сперма. — Я люблю тебя, Маэно — Я тебя тоже люблю, Цугино. Пациент замахнулся и ударил ножом в живот, вскрывая его, обнажая внутренности. Маэно все ещё был в сознании, и чувствовал как по его органам проходятся рукой. Странное чувство. Но через пару мнгновений он перестал его ощущать, как и все остальное.       Хару пихал в себя внутренние органы своего возлюбленного. Упиваясь «любовью». Покончив, он вдруг ошарашенно уставился на Маэно. — Ты же. больше не сможешь любить меня. — в его глазах, ещё секунду назад полных жизни гаснет свет — Нет. неужели мы больше никогда не повторим эту прекрасную ночь? — одинокая слеза упала на окрававленное тело доктора. Плечи Цугино мелко задрожали. В нос ударил запах крови и страха. Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони — Нет, нет Маэно как же так! — он рыдал, склонившись над телом Маэно. Немного успокоившись, он приставил к горлу нож. — Я люблю тебя, Маэно.