Не бывает бескровных жертв

Так пускай же ожидания час

Будет сладок для нас…

Упоительна власть мгновенья,

Жар нетерпенья наши души объял.

Даст нам забвенье этот призрачный бал.

В искушенье счастливый дурман…

Бал вампиров — Час настал

Истребительницы вампиров всегда были занимательным зрелищем. О, не счесть, сколько раз эти глупые девицы, напоминающие трепещущие на ветру колючие розы, оказывались в руках Вольтури, чтобы затем история повторилась вновь. Не важно, как много раз Аро с благоговейным придыханием отрывал их прекрасные головы с шелковистыми волосами, выпивал досуха, наслаждаясь чужой агонией, или иными изощрёнными способами доводил до безумного забвения. Потому что в конце концов появлялась новая чёртовая истребительница. Эта преемственность спустя века даже начала их всех немного раздражать… Но Баффи… Баффи, казалось, превзошла всех своих предшественниц и по силе, и по стоическому желанию сопротивляться судьбе. Удивительно, в её диком взгляде исподлобья не было той обречённой покорности, что так забавляла вампиров и что так часто мелькала в очах других истребительниц. Вместо этого в нём плескалась дерзость девчонки, которая привыкла убивать вампиров и отпускать колкости в самых стрессовых, опасных ситуациях. Она также не склоняла голову, не молила о пощаде и не впадала в ступор от их величия, Саммерс смотрела так, будто придумывала план спасения на всевозможные случаи. И это, чёрт возьми, было восхитительно. Аро не мог отвести от Баффи взгляда, когда та впервые предстала перед ним, будучи такой обманчиво хрупкой на вид, со светлыми волосами, разметавшимися по плечам, и с нахмуренным лицом. Саммерс была дивным, но опасным видением, вот почему он почувствовал, как в его мёртвой груди разгорается огнём странное, почти забытое чувство. Это был не голод, а жадное, всепоглощающее томление, заставляющее хотеть запустить пальцы в льняные волосы, но не чтобы сломать девице шею, а чтобы откинуть мешающие пряди в сторону и припасть к лебединой шейке. Он хотел бы услышать, как её голос, обычно такой язвительный и насмешливый, сорвётся на крик от бессилия, когда поймёт, что не может защитить всех. В тот день в Вольтерре она была готова драться до изнеможения, чтобы защитить глупую, наивно влюблённую Беллу Свон от упырей. Именно там она наконец увидела воочию тех, кто являлся в обрывках кровавых видений, преследовавших её по ночам. Эти холодные, выточенные словно бы из мрамора лица снились Баффи сотню раз: они склонялись над растерзанными телами её предшественниц, смеялись, смакуя чужую агонию, и тянули к ней свои ледяные пальцы с пугающим обещанием убить и других. Саммерс видела, как Аро с блаженной улыбкой отрывает девичью голову, как Кайус высасывает жизнь до последней капли и как Маркус равнодушно отворачивается. Это то, что невозможно забыть. Но сейчас, стоя перед ними, Баффи чувствовала не тот липкий, парализующий страх, что сковывал во снах, а ярость. Если ей не скрыться от тёмного Провидения, тогда Баффи просто убьёт их. Неудивительно, почему Саммерс изучала всех присутствующих кровопийц, запоминала каждое движение и каждый взгляд, просчитывала, кто из них самый быстрый, кто самый опасный, а кто просто притворяется слабым. — Джейн, ты привела не только Элис и Беллу, но ещё и саму истребительницу вампиров! — со странной радостью в голосе воскликнул Аро, хлопнув ладонями. — Прекрасно! — Слушайте, парни, — сказала она, когда вампир скользящей походкой направился к ней, — у меня был долгий день, я не спала уже сутки, и если вы думаете, что я боюсь вас больше, чем своих выпускных экзаменов, то вы глубоко ошибаетесь. Если с головы этой девушки упадёт хоть один волос… Своей дерзостью, а также сочетанием хрупкости и смертельной опасности, действующим как дурман, Баффи лишь возбуждала в нём жажду. Не зря же Аро называют коллекционером… В конце концов она ушла, живая и невредимая, так и не узнав о тех несчастных, которых чуть позже привели им на обед. Аро провожал её взглядом, в его голосе, прощаясь с девушкой, явственно проступили нотки вожделения, а на губах застыла тень сладострастной улыбки: — С упоением жду нашей новой встречи, истребительница вампиров. — Не взаимно, — ответила Баффи, закатив глаза. Конечно, они могли бы растерзать девчонку, но… зачем? На её смену придёт другая, и так по кругу. Это скучно и банально, куда увлекательнее — наблюдать за ней из тени, предвкушая новую встречу. К тому же Баффи, можно сказать, выполняла за них грязную работу, истребляя как раз тех неугодных, кто по глупости мог раскрыть их тайну или привлечь ненужное внимание людей. Так что пусть живёт. Пока что. Когда они встретились в третий раз, она попыталась его убить, чуть ли не повалив на землю своей сверхчеловеческой силой в одном из тёмных переулков Сан-Франциско. Такую дерзость Аро ей, конечно же, простил, вдоволь насмеявшись после, когда вкушал девичьи губы. Баффи и правда отличалась от других истребительниц кровопийц — она, похоже, была первой среди них, кто пустил монстра во плоти в свою постель. Это вопиющая, почти неприличная дерзость. Спала ли она с вампиром из желания бросить вызов судьбе, или же просто питала слабость к мертвякам с красивыми лицами — не важно. Когда женские ноги обвили его бёдра, а её низ живота заныл от растяжения, в голове промелькнула одна мысль: Баффи, будучи не совсем обычным человеком, могла пережить не только нападение вампира, но и секс с ним. Её не нужно беречь и тем более нежно ласкать, боясь ненароком сломать. Саммерс — не та девица, которая обмякнет в руках, если он сожмёт её запястье чуть сильнее. В истребительнице вампиров было столько силы, что с ней можно было не притворяться нежным и не сдерживать свою истинную природу. Она громко, не сдерживаясь, стонала, пока Аро вбивался в свою погибель с неумолимой скоростью, терзая внутри самые чувствительные места. В это же мгновения длинные, выточенные словно бы из арктического льда пальцы вампира скользили по чужому лицу, спускаясь к шее и едва уловимо щекоча разгорячённую кожу. Он определённо считывал её воспоминания, вот что поняла Баффи, почему-то совсем не противясь. Удивительным было и другое: мужчина мог запросто убить её прямо сейчас, и зная об этом, Саммерс всё равно отдалась ему. — Какой, однако, ты интересный экземпляр, — прошептал Аро, остановившись и невесомо постукивая по нижней девичьей губе, откровенно издеваясь над той. — Интересно, что будет, если я, — рука скользнула вниз и опасно сжалась на шее, — обращу тебя? Насколько сильной тогда ты станешь, истребительница вампиров? Этой мысли Аро предался с почти религиозным упоением, представляя, как сначала вцепится в желанную шею, а затем умастит пальцы в густой крови и обведёт ими увядающие девичьи уста. Вот только велика вероятность, что он получит не спутницу, а собственного палача. Баффи стонала и сильно тянула его за волосы, пока чужие руки сжимались в кулаки по обе стороны от её головы. С губ то и дело срывались прерывистые, задыхающиеся стоны. Дыхание перехватило, когда мужчина склонился и впился в губы страстным поцелуем, проталкивая язык. Аро мог бы, конечно, вкусить её, но кровь истребительницы всегда сводит с ума, заставляя любого вампира потерять контроль. Он не мог этого допустить, не сейчас, когда Баффи стала его личной la tua cantante. Саммерс ахнула, когда сильные пальцы впились в девичьи бёдра до алых отметин, притянув после к себе с такой силой, что кровать вновь содрогнулась. — Даже не думай сломать что-нибудь в этой квартире, — раздался приглушённый, задыхающийся шёпот Баффи. — О, но ведь это самое что ни на есть изысканное наслаждение — доводить тебя до исступления, — ответил он, растягивая слова и дурманясь её пряным ароматом разгорячённой кожи. Это лишь сильнее распалило его собственное желание. Поздней ночью, когда всё закончится, их пути разойдутся. А потом они снова пересекутся. И снова… И снова… Пока костлявые руки смерти наконец не заберут Баффи.