This ain't a Switch, He's a Goddamned Freak

Джонни всхлипнул под ладонью, зажимающей ему рот. Член Саймона выскользнул, оставляя его дырочку пульсирующей вокруг пустоты. – Твою мать, Джонни... – Саймон хрипло выдохнул, проводя своими большими пальцами по тому, что успело вытечь обратно внутрь. Джонни вздрогнул от ощущения, балансирующего на грани невозможного, – Тише, щенок. Стоять можешь? Саймон наконец убрал руку с лица Джонни. Она была там так долго, что кожа будто прилипла, и на щеках Джонни отпечатались следы пальцев. Джонни судорожно вдохнул, ноги дрожали, когда он попытался перенести на них вес. Его руки вцепились в край раковины побелевшими костяшками, край впивался в ладони. Саймон крепко схватил его за талию, чтобы удержать. – Ага, лейтенант... Я в порядке, – протянул Джонни. Саймон издал недоверчивый хмык, придерживая Соупа, пока не убедился, что младший может стоять сам. Его глаза скользнули по полкам подсобки. Он схватил рулон туалетной бумаги и швырнул его Джонни. – Ну и джентльмен, – фыркнул Джонни, скомкав бумагу и пытаясь вытереть сперму с бедер. Это было безнадежно. Как он вообще до такого докатился – тщетно пытаясь оттереть сперму с себя, с раковины и еще не дать ей протечь на штаны? Саймон схватил его сзади, затащив в подсобку. Не успел он опомниться, как его прижали к технической раковине, толстый смазанный палец уже скользнул в задницу, а большая ладонь заглушала стоны. Джонни сглотнул, горло слегка саднило от удушающего захвата, которым Саймон сжал его, когда Джонни был на грани. Часть его надеялась, что синяков не останется. Большая часть надеялась на иной исход. Саймон уже был в штанах, будто ничего не случилось. Он просто помыл руки над раковиной и снова натянул перчатки. Джонни вздохнул и швырнул бумажки в мусорку. Он убрал чувствительный член обратно в штаны и в третий раз проверил одежду на наличие пятен спермы. – Ну как я выгляжу? – спросил Джонни, проведя рукой по волосам. Щеки горели, глаза были мутными, губы припухли от того, что он их кусал. На щеке еще слабо алел отпечаток пальцев. Шея покраснела там, где лежала другая рука Саймона. – Хм... Как будто тебя только что поимели в подсобке, – сказал Саймон. Джонни показал ему средний палец. – Пошел ты. – Брифинг в пять. – Твою мать, времени нихера не осталось, элти?!– Даже с гребанной балаклавой на лице Джонни знал, что этот ублюдок ухмыляется. Он провел ладонью по лицу, надеясь хоть немного скрыть следы их встречи. Все началось после Лас-Альмаса. Они не говорили об этом, не официально. Они никогда не садились вместе и не выясняли отношения. Джонни это было не нужно. Он знал, что он принадлежит Саймону по укусам на своей коже. По этой первобытной потребности обладать друг другом. Он знал, что и Саймон у него в руках. Джонни точно знал, как взорвать бомбу по имени Саймон Райли. Ему нужно было лишь провести пальцами по редким участкам обнаженной кожи. В такие моменты Джонни мог видеть, как расширяются зрачки Саймона, прежде чем тот отводит взгляд. Это была игра. Их игра. Это было все, что им было нужно. Джонни знал, что Саймон хочет его до такой степени, что это, возможно, тревожно. Джонни никогда не чувствовал себя в большей безопасности, чем когда Саймон прикрывал ему спину. Его лейтенант теперь прикрывал его везде, куда бы они ни пошли. Он был собственником и, возможно, слегка безумен... но, черт возьми, Джонни был бы лжецом, если бы сказал, что сам не такой. Ему нравилось, что они не боялись причинить друг другу боль. В глазах Саймона появлялся этот особенный блеск, когда его большая рука сжимала горло Джонни. Что-то животное в Джонни находило кайф в том, чтобы кусать спину Саймона и оставлять следы, напоминая ему о себе. Особенно ему нравилось позже, на заданиях, трогать эти следы от укусов. Единственное, чем Джонни мог описать свои чувства, глядя на Саймона, разговаривая с ним, думая о нем – это термит. Быстрое воспламенение перерастает в интенсивный, всепоглощающий жар, который уничтожает тебя за секунды, но без искры он инертен. У них была эта чёртова искра. Они оба были слегка чокнутыми. Это было идеально. Брифинг был скучным. Джонни поморщился, когда впервые садился. Он поднял взгляд на Саймона и мгновенно пожалел об этом, когда увидел тот же огонь, тлеющий в медово-янтарных глазах. Он фыркнул и откинулся на спинку стула, даже если это вызвало боль в пояснице и немного спермы вытекало наружу. Джонни был взрослым мальчиком и мог держать это в себе. Саймону было сложнее. Джонни знал, что это настоящая причина, по которой он носит маску. Саймон чувствовал себя слишком уязвимым, слишком выразительным, слишком открытым. Так ему приходилось держать дистанцию, и он сделал выбор: не показывать свои истинные чувства. После брифинга они разошлись по своим делам. Джонни ненавидел, когда их расписания не совпадали, но он находил способы развлечь себя.

***

[Сообщение: Каспер] В тренажерке? Джонни уставился на сообщение. Он возвращался после проверки снаряжения перед вылетом. Вылет в 06:00 завтра... Он знал, что Саймон ищет его не просто чтобы подстраховать на тренировке. Ненасытный ублюдок. Джонни усмехнулся про себя и отправил большой палец вверх. Он заскочил в свою комнату за спортивной сумкой. Джонни чуть ли не вприпрыжку шел в спортзал. Он обожал спарринги с Гоустом. Это было как прелюдия перед сексом. Хватать, бороться, бить, пинать, кусать – все было дозволено. Иногда Джонни позволял себе наглость и давал Гоусту пощечину. Он помнил первую ночь, когда сделал это. Большой ублюдок не стал ждать, пока они вернутся в свои комнаты. Он трахнул Джонни прямо в душевых. Саймон поставил его на колени и задушил своим большим членом, украшенным пирсингом. К тому времени, как Саймон позволил ему кончить себе на ногу, Джонни уже рыдал. Джонни передернуло от воспоминания. Он быстро переоделся в спортивное нижнее белье и спортивную одежду. Это была свободная майка, которая затрудняла захваты, – ткань скользила по коже, – и шорты, не оставляющие простора для фантазии, поэтому вместо обычного белья Джонни и надел джоки. Он вышел из раздевалки и огляделся, заметив громадную фигуру у матов. Саймон поправлял перчатки, пока Джонни подходил. Саймон все еще был в балаклаве, но уже переоделся в обтягивающую черный компрессионный топ, шорты и компрессионные лосины. Этот человек не любил показывать кожу, и это было чертовым преступлением. Джонни чувствовал себя викторианским джентльменом, который возбуждался бы от мельчайшего вида лодыжки. Но кожа Саймона была прекрасна. Он был настолько бледен, что почти светился. Она была гладкой; единственной текстурой были мягкие неровности и впадины его шрамов. Однажды Джонни провел целую ночь, вырисовывая их языком. Он убил бы за возможность сделать это снова. Светлые волосы Саймона были такими тонкими и светлыми, что казались скорее текстурным отличием, чем визуальным. Джонни знал, что он сам волосатый ублюдок. Саймон любил вылизывать дорожку волос, ведущую к его члену. – Мы будем приступать к делу или ты так и будешь на меня пялиться? – прогудел Саймон. Джонни оскалился в улыбке, становясь в стойку напротив стены мышц. – Ну давай уже, нетерпеливый придурок. Мне даже поглазеть на тебя нельзя? – Не здесь, – голос Саймона понизился до этого хриплого шепота, когда они были в таком настроении. Так никто, кроме Джонни, не слышал грязных вещей, которые он произносил между ударов. Он сделал ложный выпад на Джонни и уже поймал его левым хуком в бок, – Не нужно думать о том, как я выгляжу. Думай о том, что я делаю. Джонни оскалил зубы. – Я буду думать о том, что сделаю с тобой позже, – прошипел Джонни. Они обменялись несколькими ударами, большинство из которых были заблокированы. Джонни видел, что Саймон не впечатлен им сегодня. Джонни решил сменить тактику и ушел вниз, пытаясь подсечь Гоуста. Ублюдок был как гребаное дерево; это почти никогда не работало, но Джонни все равно пытался. Гоуст поймал его за талию в тот момент, когда плечо Джона коснулось бока Призрака. Саймон поднял Джонни в воздух. Он швырнул его как мешок, выбив весь воздух из сержанта. Джонни быстро сориентировался и встал на носки, снова бросаясь на Гоуста сбоку. Он вогнал кулак глубоко ему в живот, вырвав приглушенный выдох из более высокого мужчины. Он знал, что нужно продолжать: такой удар мало что делал с Саймоном. Джонни толкнул его, чтобы вывести из равновесия, и замахнулся, вогнав кулак с чрезмерной силой в солнечное сплетение Саймона. Это дало ему то, что он хотел. Саймон согнулся пополам. Джонни запрыгнул ему на спину, используя свой меньший размер как преимущество. Он обхватил икрой плечо Саймона и, используя вес обоих, потянул вниз. Они рухнули на мат, голова Саймона покоилась на бедре Джонни. Он обхватил его, сжимая и душа блондина силой своих ног. – Попался, ублюдок, – сказал Джонни, самодовольно глядя сверху на Саймона. – Что скажешь? Саймон посмотрел на Джонни снизу расширенными зрачками. Его балаклава съехала, глаза едва виднелись в отверстии. Он не пытался вырваться из захвата, а вместо этого прижался лицом прямо к паху Джонни. Джон напрягся, его хватка ослабла, когда Саймон стал глубоко, жадно вдыхать его запах. Джонни был уверен, что пахнет не лучшим образом. Они уже трахались сегодня, он не мылся, бегал туда-сюда – Твою мать, Саймон, – Саймон потерся носом о его член и прижался еще ближе к основанию. Его дыхание вырывалось влажными, обжигающими струйками воздуха, касаясь кожи Джонни. Джонни просто не мог схватить его за волосы и оттащить. Он ослабил хватку, тяжело дыша, стоя на коленях прямо над Саймоном. Ублюдок просто лежал, тяжело дыша, как будто Джонни действительно его душил, но Джон знал. Его гребанная маска теперь пахла Джонни, и Саймон не мог сбежать от этого пьянящего запаха. – Я с тобой еще не закончил, – прошипел Джонни сверху. – Сделай так, чтобы это стоило того. Джонни фыркнул и встал. Он изо всех сил пытался незаметно поправить эрекцию. Этот смешок позади него чуть не стоил Саймону еще одного удара, но лейтенант уже уходил к душевым. Джонни замешкался на мгновение, прежде чем последовать за ним. Они не могли ничего сделать в душевых, три другие кабинки уже были заняты. Чтобы не рисковать, Джонни зашел в кабинку на другой стороне от кабинки Саймона. Это дало ему шанс остыть и, возможно, подразнить Саймона видом своей задницы. Внезапный прилив вдохновения настиг его, когда он намыливал грудь, и он поставил себе цель закончить первым. Он помчался по коридорам в свою спальню, вытащил запертый сундук, который хранил под кроватью. Это был стандартный армейский рундук. Он не выглядел неуместно, засунутый под его койку. Если бы кому-то удалось его открыть, им пришлось бы рыться в его демисезонной одежде, чтобы добраться до спрятанных там сокровищ. Джонни схватил пару наручников, засунул их в свою сумку для душа и направился в комнату Саймона. Наручники были из мягкой черной кожи с цепочкой почти полметра, которая позволяла пристегивать их к перекладине. И они были достаточно большими для огромных запястий Саймона. Он своим ключом открыл дверь в комнату Саймона, зная, что у него есть всего несколько мгновений до прихода лейтенанта. Он бросил сумку у кровати и нырнул под нее. Пришлось протиснуться плечами под раму. Оказавшись под кроватью, он прикрепил цепочки и замки к главной стальной балке в изголовье кровати. Он даже пару раз дернул для верности, а после спрятал наручник в щель между матрасом и стеной, зная, что его не будет видно. Он выбирался из-под кровати, когда услышал, как ключ Саймона поворачивается в замке. Он пнул свою сумку под кровать. Джонни поспешно забрался на стол. Саймон открыл дверь и швырнул грязную одежду в корзину, которую держал сбоку. Это было частью его ритуала после душа. Он увидел Джонни и приподнял бровь. Саймон любил менять балаклавы на гейтеры после душа, чтобы волосы могли высохнуть. Дело было не в том, что их было много. Когда они начинали, его голова была выбрита настолько коротко, что Джонни не за что было ухватиться. Теперь же Джонни мог схватить горсть прекрасных светлых кудрей. – Что твердое и обычно делается на столе? – спросил Джонни, убрав руки за спину. Он небрежно сидел, скрестив ноги в лодыжках. – Домашнее задание по математике, – ответил Саймон, запирая за ними дверь. Саймон подошел к столу и растолкнул ноги Джонни в стороны, освобождая себе место. Лейтенант зажал младшего прямо у стола, прижав к себе. Он схватил Джонни за челюсть и приподнял его лицо. Джонни стянул гейтер вниз, и рот Саймона набросился на него. Он был голоден, вылизывая горячую полосу вдоль шеи Джонни. Его зубы впились в плоть плеча. Джонни зашипел, когда Саймон не ослабил хватку, пока не убедился, что там останется синяк в форме укуса. Джонни вздрогнул. Он открыл рот, высунув язык между губ. Взгляд Саймона замер на нем, и он откинул голову Джонни еще дальше назад. Он набрал слюны во рту и смотрел, как длинная струйка тянется, пока не упала на высунутый язык Джонни. Джонни проглотил. Саймон поцеловал его по-настоящему, втягивая его язык себе в рот. Джонни обхватил плечо Саймона рукой, другой рукой вцепившись в его волосы. Он провел ногтями по его спине, зная, что они не оставят лучших следов, пока на нем есть футболка. Чёртова ткань опять мешалась... – Тебе нравится эта футболка? – Только посмей... – прошипел Саймон. Джонни уже схватил ее и разорвал футболку по спине. – Ты ебанный наглец, – прорычал лейтенант. Он подхватил Джонни со стола за бедра и припечатал его к бетонной стене у кровати. Джонни был во власти Саймона, пока его ноги не касались пола. Он ухмылялся, разрывая ткань спереди, так что она бесформенно свисала с плеч. Джонни сжал грудь Саймона, большими пальцами провел по пирсингу сосков. Джонни так полюбил их на Саймоне, что спросил, не хочет ли Саймон, чтобы он сделал себе такой же. Этот гребаный взгляд, которым Саймон его одарил, навсегда врезался в память Джонни. Он не мог подобрать слов, чтобы описать безудержное возбуждение, промелькнувшее на лице его лейтенанта. Джонни опустил голову и вонзил зубы в плоть над сердцем Саймона. Он впился, чтобы каждый неровный след его зубов остался на этой белоснежной коже. Саймон застонал, когда Джонни провел языком по ямкам от зубов. Он принялся высасывать темно-фиолетовый засос на его ключице. Саймон оторвал Джонни от стены, чтобы тут же припечатать обратно, разрывая контакт между его ртом и своей кожей. – Думаешь, тебе это сойдет с рук? – прошептал Саймон у самого лица Джонни, – Думаешь, я поощряю такое поведение? – Что ты собираешься сделать со мной, лейтенант? – спросил Джонни, встречая его взгляд. Уверенность Джонни была непоколебима. Он чувствовал, как чертовски тверд Саймон у его бедра. Даже если тот был зол из-за футболки, результат того стоил, – Плётки в моей комнате, – промурлыкал Джонни. Саймон фыркнул, проводя языком по челюсти Джонни. – Не нужна мне плётка, чтобы отшлепать тебя. Думаю, я могу сделать тебя фиолетовым одной рукой, – Джонни закусил губу. Он обожал эти большие руки на себе. Саймон опустил руку и сжал эрекцию Джонни. – Но я знаю, как сильно ты это любишь, щенок, – Саймон укусил его за ухо, – Нельзя, чтобы ты думал, что это награда. – Тогда сделай так, чтобы я это возненавидел, – парировал Джонни. Он притянул Саймона для очередного голодного поцелуя. Он чувствовал металлический привкус крови – кто-то из них прикусил достаточно сильно, чтобы пошла кровь. Саймон подвел их к кровати и уронил Джонни на матрас. Саймон воспользовался моментом, когда они разъединились, чтобы сбросить остатки футболки. Джонни действовал мгновенно, когда Саймон попытался отстраниться. Он обхватил ногами талию Саймона, чуть ниже ребер, и потянул ублюдка вниз, так что тому пришлось опереться на руки. Саймон навис над Джонни, который одарил его кокетливым взглядом. – Я мог бы загладить свою вину, элти... попросить по-настоящему красиво. Отсосать тебе, пока ты сам не попросишь меня прерваться, чтобы оседлать тебя. – Джонни закусил губу, глядя на Саймона. Он знал, что Саймон не поддастся на это, его выражение было безучастным, пока он наклонялся ниже к Джонни. – Или... я мог бы заставить тебя сделать это в любом случае, – выдохнул Саймон прямо в ухо. Джонни провел ногтями по спине Саймона, наслаждаясь тихим шипением, которое это вызвало у старшего мужчины. Их рты снова столкнулись, скользкая поверхность языков была наркотической. Джонни притянул Саймона ближе ногами, пытаясь затащить его на кровать. Саймон охотно последовал за его движением, забираясь сверху, чтобы нависнуть над Джонни. Джон обожал ощущение огромного тела Саймона, вдавливающего его в матрас. Он был не маленьким мужчиной, но Саймон заставлял его чувствовать себя именно таким. Лейтенант сделал глубокое, грязное движение бедрами, прижимая Джонни к кровати так сильно, что каркас заскрипел. Потребуется много усилий. Джонни должен был правильно выбрать момент, когда Саймон наконец ослабит бдительность. Тогда это будет проверкой силы. Джонни прервал поцелуй, покусывая челюсть Саймона, покрытую щетиной. Джон запустил пальцы в волосы, мягко завивающиеся на затылке Саймона, и удержал его на месте, оставляя засос прямо над пульсирующей точкой на изгибе челюсти. Он обожал это делать. Он любил чувствовать, как дыхание Саймона становится глубоким и тяжелым. Он знал, что глаза Саймона, вероятно, закрылись от прикосновения его губ к шее. Саймон издал очень тихий стон, и это был сигнал для Джонни к действию. Джонни перевернул их, прижимая Саймона к матрасу. Ему потребовались тренировки с весом почти каждый день, чтобы приподнять Саймона бедрами, но это определенно точно того стоило. Он ухмыльнулся, запыхавшись, глядя на Саймона сверху. Его карие глаза были широко раскрыты, когда он моргнул, глядя на Джонни. – Ладно... ты меня поймал. И что дальше? – спросил Саймон, пытаясь скрыть тот факт, что он впечатлен. Джонни сел на колени, прямо по центру бедер Саймона. Он провел руками по его обнаженной груди, пальцами очерчивая оставленный укус. – Я же спросил... как насчет того, чтобы я оседлал тебя? – спросил Джонни, покачивая задницей на члене Саймона. Джонни не стыдился своих распутных дней молодости; эти навыки он все еще мог использовать. В первый раз, когда он сел на колени Саймона и дразнил его плавными движениями бедер, бедняга прорвал дыру в обивке подлокотника кресла. Конечно, задачей тогда было не прикасаться к Джонни. Саймон с треском провалился. Лейтенант скользнул своей большой рукой под футболку Джонни, задирая ее, чтобы открыть его живот, покрытый волосками. Гоуст смотрел, как мышцы перекатываются и сокращаются, пока младший продолжал двигать бедрами в греховных кругах. Джонни сорвал с себя футболку, небрежно отбросив ее в сторону. – Вполне справедливо, – промурлыкал Саймон, играя с одним из сосков Джонни. – Вот так. Руки по швам, элти, – Джонни взял запястья Саймона в свои руки и прижал их над его головой. Саймон приподнял бровь. – Мы оба знаем, что ты не сможешь удержать меня, – бросил вызов Саймон. – Думаю, смогу. – Джонни наклонился, чтобы поцеловать его снова. Это был медленный, тягучий поцелуй, начинающийся с простого прикосновения губ. Джонни не торопился, уговаривая Саймона открыть рот. Он ворвался языком ему в рот и лизнул то место, где у Саймона был сломан зуб. Саймон растаял в поцелуе, прекрасно открываясь для Джонни. Он посасывал язык Саймона, убеждаясь, что тот достаточно отвлечен, чтобы он мог дотянуться до наручника. Он плотно обхватил запястье Саймона одним кольцом прежде, чем мужчина разорвал поцелуй, резко вскинув голову. – Какого черта..?! – Сюрприз, ублюдок. Саймон дернул наручник, проверяя его надежность. Он держался крепко. Но теперь возникла проблема: Саймон знал, что происходит. Джонни забрался по телу Саймона, вцепившись в его свободное запятие изо всех сил, пока Саймон пытался вырвать его. – Джонни! – прорычал Саймон. Джонни знал, что это не их стоп-слово, так что он все еще был в порядке. Саймон не сказал "эвакуация". Это была ранняя граница, которую они установили. Они обсудили, что разрешено, что запрещено, что делать, если что-то пойдет не по плану, и стоп-слово. Так что все, что они делали вместе, не требовало излишнего планирования. Джонни бы с удовольствием потратил дни на планирование настоящей сессии с Саймоном, но работа не позволяла. – Минутку, элти. Немного занят, – сквозь зубы процедил Джонни, перемещая колено на плечо Саймона. Он сел прямо ему на лицо, прижимая член прямо к носу Саймона. Саймон, казалось, завис на мгновение от неожиданного прикосновения члена к лицу. Джонни надавил на его напряженную руку, достаточно, чтобы засунуть ее в наручник. Когда он убедился, что Саймон надежно зафиксирован, он скользнул по его телу вниз, проводя рукой по едва заметному шраму от вивисекции. – Вот и все... дикий ублюдок. – Джонни облизнул губы. Саймон надулся, по-своему страшно. Это выглядело скорее как угрожающий взгляд, но Джонни знал, что мужчина расстроен тем, что его перехитрили. Джонни сполз с кровати и потянулся, поднимая руки над головой. Саймон сверлил взглядом спину Джонни. Он наблюдал, как Соуп снимает остатки одежды. Он вышел из джока и залез под кровать за забытой сумкой. Джонни достал смазку и устроился между ног Саймона. Он положил руки на шорты с Саймона, стаскивая их с этих толстых бедер. С каждым дюймом обнажающейся кожи Джонни целовал обнажающуюся часть ног. Затем он отбросил штаны и поцеловал другую ногу обратно вверх. – Джонни... – выдохнул Саймон, его лицо и грудь покраснели от смущения. – Позволь мне позаботиться о тебе, Саймон, – сказал Джонни. Он целовал бедра Саймона, поглаживая руками его ноги. Он пока избегал прекрасного члена, желая заставить Саймона извиваться. Джонни прижался носом к основанию его члена, тихонько дыша. Он смотрел, как тот дергается при каждом выдохе. Когда Джонни впервые увидел член Саймона, у него отвисла челюсть. Лейтенант был крупным мужчиной, и логично, что он был пропорционален. Но что его по-настоящему ошарашило, так это гребаные украшения. У Саймона было два пирсинга через головку члена. Джонни запомнил название только потому, что сказал ужасную шутку, когда они были потными и отдыхали после траха. It's called a Dydoe. Yeah, I'd die doeing that too. Это делало оральный секс очень приятным, и Джонни любил чувствовать, как они тянут его за крайнюю плоть. Сейчас простые серебряные стержни были горячими на ощупь, выделяясь на фоне покрасневшего члена. Джонни открыл рот и прижал язык к ним, тихо застонав от текстуры. – Твою мать! – выдохнул Саймон, дернув наручники. Джонни сменил тактику, открывая смазку. – Бьюсь об заклад, ты был так уверен, что поимеешь меня дважды за сегодня, что даже не подготовился, – сказал Джонни, смазывая пальцы, прежде чем обвести ими анус Саймона, – О, и что это у нас тут, Саймон? – спросил Джонни, вводя первый палец глубже, чем ожидал. – Ты что, не только дрочил себе в душе? – спросил Джонни с недоверием. Даже уши лейтенанта покраснели. – Если бы ты смотрел, то заметил бы. – Как же плохо, элти. Люди могли бы увидеть, как ты сам себя трогаешь. Тогда бы они задумались, зачем. И ты ведь знаешь, я ни с кем не делюсь, – голос Джонни стал глубже, пока он говорил. Он укусил бедро Саймона, заставив того дернуться. Поскольку Саймон начал без него, Джонни ввел второй смазанный палец, двигая ими мягко, но глубоко, взад-вперед. Саймон расслабился, напряжение покинуло плечи, его бедра приподнялись, чтобы впустить Джонни глубже. – Я знаю, милый. Я здесь, – прогудел Джонни, потирая большим пальцем изгиб бедра Саймона. Он дразнил его, избегая простаты. Джонни добавил еще немного смазки на руку и ввел третий палец. Растяжка заставила Саймона открыть рот в беззвучном стоне; Джонни завороженно смотрел на это маленькое движение. – Когда-нибудь я хочу посмотреть, как ты будешь выглядеть на моем кулаке, Брамаир. – Саймон закрыл глаза, поворачиваясь лицом к стене, чтобы Джонни не видел его выражения. Ублюдок. Но он чувствовал, как Саймон напрягся от этой идеи, его дырочка трепетала и сжималась вокруг пальцев Джонни. – Держу пари, ты будешь идеален. Румяный, рыдающий, пока я позволяю тебе трахать себя на нем. – Джонни, – простонал Саймон. Джонни закусил губу, чтобы скрыть самодовольную ухмылку, и наконец изогнул пальцы, вытаскивая их. Джонни снова ввел их, неумолимо массируя простату. Спина Саймона выгнулась дугой от матраса, и он заглушил стон, прикусив руку. Джонни поцеловал основание его члена, проводя носом по яичкам, пока не смог взять одно в рот. Бедра Саймона сжались вокруг его головы, и глаза Джонни сощурились в улыбке. Он отстранился, давая Саймону момент отдыха. Джонни смазал свой член, устраиваясь между бедер Саймона. Его глаза блуждали по телу под ним. Он видел пятнистый красный румянец по всей груди Саймона, то, как она вздымалась неровно, с глубокими вдохами и тихими звуками. Саймон изо всех сил пытался спрятаться в своих руках, но не мог из-за того, что был связан. Именно в этот момент Джонни захотел быть к Саймону ближе. Он вытер смазанную руку о шорты, лежащие рядом. Затем взял бедро Саймона и направил его ногу себе на плечо. – Какого черта? – Я хочу так, – объяснил Джонни. Он взял другое бедро в руки и направил Саймона так, чтобы его колени оказались на широких плечах Джонни. – Так нормально, Брамаир? Саймон кивнул, наблюдая, как Джонни поднимается выше по кровати. Саймон легко сгибался. Он работал над своей гибкостью, обычно начиная день с растяжки. Джонни знал, что Саймон может выдержать, будучи согнутым пополам. Джонни протянул руку между ними, взял свой член и направил его ко входу Саймона. Их взгляды встретились – финальная проверка. Саймон кивнул. Джонни вошел, головка проскользнула внутрь, и затем началось скользящее, плавное продвижение вперед. Джонни закрыл глаза, закусив щеку изнутри. Саймон всегда был таким чертовски горячим, его дырочка слегка сжималась каждый раз, когда Джонни продвигался чуть глубже. Когда он вошел полностью, их лица разделяли всего несколько дюймов. – Привет, красавец, – улыбнулся Джонни. Саймон закатил глаза, его щеки стали еще краснее. Джонни любил трахать Саймона в такой позе, потому что этот ублюдок обычно стеснялся. Саймон не умел принимать нежность, а Джонни скорее умер бы, чем не сказал бы Саймону, какой он красивый. Джонни отвел бедра назад и резко толкнулся вперед, выбив из Саймона тихий стон. В такой позе он мог все слышать и видеть. Саймон не мог спрятаться. Джонни задал медленный, глубокий ритм. Он толкался глубоко, следя за тем, чтобы угол был именно таким, как нужно Саймону. Он понял, что все правильно, когда пальцы ног Саймона поджались, а спина выгнулась дугой на матрасе. Джонни продолжал в том же темпе столько, сколько было нужно. Голова Саймона моталась из стороны в сторону, короткие вздохи и прикушенные всхлипы заполняли пространство между их телами. – Именно так, Саймон. Так чертовски идеально, – выдохнул Джонни, глубоко входя. Его руки сжимали бедра Саймона, так как они принимали на себя большую часть его веса, чтобы удерживать его. Саймон разваливался на части. – Джонни... Черт, да, так. Глубже, Джонни! – Джонни изменил положение колен и толкнулся глубже, как просил Саймон. Тот чуть не закричал, когда Джонни попал в нужную точку, едва успев прижаться лицом к руке. – Послушай себя, – усмехнулся Джонни, пот капал с его носа на шею Саймона. Саймон встретился взглядом с Джонни. Они были расплавленным золотом, сверкали диким огнем. Джонни протянул руку между ними и сжал влажный член Саймона. Он даже не заметил, как сильно Саймон испачкался, смазка и предэякулят покрывали его член и живот. Это облегчило руке Джонни движение в такт его бедрам. Когда Саймон кончил, это было с беззвучным криком, его тело напряглось и содрогнулось от волн удовольствия, пронзивших его. Джонни получил коленом в висок, звезды взорвались перед глазами. Это стоило того взгляда на лице Саймона. Джонни трахал его сквозь оргазм, собственное удовольствие сворачивалось тугим узлом внизу живота. Он скрипнул зубами, вдыхая их запах. Он позволил ногам Саймона упасть с его плеч, зацепив их за локти. Его толчки участились, он бросил прежний ритм, подчиняясь своей потребности. Он просто хотел пометить Саймона глубоко внутри своей спермой. Джонни застонал, его рот припал к груди Саймона, когда он наконец кончил. Он прижался бедрами вплотную к заднице Саймона, пальцы ног поджались, когда его член пульсировал глубоко внутри его лейтенанта. Джонни хотел, чтобы тот истекал его семенем. Он сделал паузу, чтобы перевести дыхание, прежде чем открыть глаза. Саймон смотрел на него с чем-то, что Джонни не мог определить. Что бы это ни было... это было мягким. Джонни послал ему легкую улыбку и осторожно вытащил смягчающийся член. Он потянулся через край кровати и снова залез в свою спортивную сумку. Он достал силиконовую пробку и смазал ее. Джонни провел ею по расслабленному входу Саймона, собирая всю вытекшую сперму, прежде чем плотно вставить ее внутрь. Джонни поцеловал лодыжку Саймона, прежде чем опустить его ноги. Он мягко массировал его бедра, разминая мышцы. Саймон звякнул цепочкой наручников. Джонни потянулся, чтобы расстегнуть их. Саймон наблюдал за ним, мягкий и податливый. Джонни массировал его плечи и запястья, большими пальцами разминая мышцы. – Слишком далеко зашел...? – тихо спросил Джонни, ложась рядом с Саймоном на ограниченном пространстве стандартной койки. Саймон покачал головой и повернулся, чтобы поймать губы Джонни в поцелуе. – Если ты еще раз порвешь мою футболку, у нас будут проблемы, – пригрозил Саймон. Джонни не мог воспринимать его всерьез, когда он был так явно вытрахан.

***

Джонни мгновенно проснулся, когда почувствовал руку на своем затылке. Он дернулся, пытаясь перевернуться и посмотреть, кто его трогает. Кто бы это ни был, он прижал его к месту. Они расположились лагерем посреди ебанной пустыни. Рука сжала затылок Джонни. Он размахнулся, пытаясь понять, где находится тело. Он ударил по твердым мышцам, запаниковав, когда почувствовал нож у бедра. Ему нужно было вооружиться. – Легче, Джонни, – прошептал Гоуст, – Не хотел бы привлекать всеобщее внимание, верно? – Джонни вздрогнул от захвата, расслабляясь лишь настолько, чтобы понять, что это Гоуст, а не враг. – Черт возьми, Иисусе, ты пытаешься меня убить? – Ты был бы уже мертв, если бы я этого хотел, Джонни, – сказал Саймон, срывая тонкую простыню с Джонни. Он был в трусах, потому что было слишком чертовски жарко для чего-то еще. Саймон, должно быть, возвращался с дежурства. Его рука в перчатке скользнула по позвоночнику Джонни, останавливаясь, чтобы вдавить большой палец в ямочки у основания позвоночника. – Шлюха, – сказал Гоуст, увидев, как бедра Джонни уже приподнимаются ему навстречу. Он провел другой рукой в перчатке по его животу к поясу трусов. – Уже встал? – Ты мне снился. – Надеюсь, что-то хорошее. – Ты душил меня своим членом. Надеялся вернуться ко сну, если честно. Это займет много времени? – поддразнил Джонни, оглядываясь на Саймона через плечо. Койка не выдержала бы их. Эти хлипкие штуки едва выдерживали одного из них. Саймон встал на колени у изножья койки и дернул Джонни назад за бедра. – Моего внимания тебе недостаточно? – спросил Гоуст. Его голос, хоть и тихий, был наполнен... ревностью? Джонни слышал этот тон несколько раз, когда они выходили вместе и кто-то обращал на него внимание. Саймон действительно ревновал к самому себе? Он стянул трусы Джонни. Он не снял их полностью, позволив болтаться на лодыжках сержанта. Джонни тихо засмеялся. – Что ты задумал? – спросил Джонни, глядя на него сквозь ноги. Саймон приподнял маску достаточно, чтобы обнажить рот. Он улыбнулся Джонни. Сердце Соупа каждый раз трепетало, когда он видел эту улыбку. У Саймона был шрам, из-за которого его губы странно кривились при улыбке, и она открывала взгляду его резец и щель от сломанного зуба. Саймон облизнул губы, и Джонни замер. – Это ебанный пиз... У Саймона был пирсинг в языке. На задании. Хватка Саймона усилилась, притягивая бедра Джонни в нужное положение. Он раздвинул его ягодицы большими пальцами, удерживая их, чтобы можно было видеть его пульсирующую дырочку. – Саймон... – выдохнул Джонни. – Ты подготовился для меня здесь, Джонни? Мы на задании. Ты чертова шлюха. – Саймон был прав. Теперь Джонни мылся тщательно именно потому, что понятия не имел, когда Саймон, черт возьми, на него набросится. Он просто спал посреди мексиканской пустыни, а его лейтенант прижимал украшенный пирсингом язык к его дырочке. Он был бы дураком, если бы не подготовился. Он бы возненавидел себя, если бы не был готов к Саймону в любой момент. Джонни заглушал звуки, кусая руку, прямо над татуировкой SAS. Саймон держал его открытым и вылизывал вход кончиком языка. Он перешел от легких, как перышко, касаний к глубоким движениям языка, которые проводили шариком по краю ануса. Бедра Джонни дрожали, член капал на койку. Лужица предэякулята собралась между его коленями. Волосы на его теле прилипли к коже, живот был липким от того, как его член раскачивался. Щеки Саймона были немного румяными от усердия, с которым он засовывал лицо между ягодиц Джонни. Саймон ел его так, будто Джонни был его последней трапезой. Он всасывал край ануса Джонни, вырывая отчаянные всхлипы у брюнета. Кости пальцев Джонни побелели, он вцепился в подушку, словно та могла его спасти. Рука Джонни затекла, челюсть сжалась. Если бы их застали, им был бы конец. Слюна Саймона капала на яички Джонни. Его щеки стали мокрыми, когда он прижался лицом глубже в ягодицы Джонни. Он трахал его языком взад-вперед, меняя хватку, чтобы ввести большой палец в перчатке. Джонни всхлипнул от грубой текстуры ткани на чувствительном анусе. Саймон зубами стянул другую перчатку. Его рука сжала ноющий член Джонни. Рука Саймона была большой, с грубыми мозолями, которые сводили с ума, задевая головку члена Джонни. Джонни подавил стон, прижимаясь лицом к подушке, впиваясь в нее зубами вместо руки, когда он приближался к разрядке. Он чувствовал себя сжатой пружиной, готовой вот-вот раскрыться. Гоуст дрочил ему безжалостно, мокрые звуки наполняли палатку. Большой палец Саймона в перчатке едва двигался взад-вперед, пока он использовал хватку на заднице Джонни, чтобы заставить его раскачиваться на коленях. Джонни кончил с едва сдерживаемым криком, проливаясь на койку и пачкая бедра. Саймон довел его до конца ленивыми движениями запястья, пока Джонни не перестал кончать. Саймон стоял и смотрел, как подрагивают мышцы спины и бедер Джонни, прежде чем вытащить палец. Он толкнул Джонни, чтобы тот лег на койку, испачкав спермой ткань. – М? – промычал Джонни, поворачивая голову от подушки. Он, возможно, забыл дышать все это время, перед глазами плыли пятна. Сквозь них он видел, как Саймон пробует сперму с руки, а другую перчатку сует за пояс. – Пей воду. Ты обезвожен. – Что? – спросил Джонни, переворачиваясь на бок. Он поморщился от беспорядка, оставленного на нем, сперма блестела маленькими жемчужинами на волосах его живота. – Ты слышал меня. Пей воду и отдыхай. – А ты? – Джонни кивнул на все еще твердый член Саймона в штанах. – Не беспокойся об этом. – Он ухмыльнулся Джонни, натянул маску обратно и вышел из палатки, не сказав больше ни слова. – Я получил, что хотел. – Черт возьми... – выдохнул Джонни, откидываясь на койку и закрывая глаза рукой.

***

На этот раз Джонни потратил время на тщательное планирование. Они вернулись из долгой шестинедельной операции, и, хотя обещания свободного времени не было, Прайс делал все возможное, чтобы дать им время на восстановление. Он заказал необходимые припасы. Ожидание чуть не убило его. Сегодня он получил последнюю часть пазла – посылка казалась бомбой в его руках. Эту бомбу он хотел взорвать. Джонни пробрался в свою комнату, перепроверяя приготовления. Он открыл содержимое и положил его в сумку, приготовленную под кроватью. Он засунул голову под кровать, чтобы проверить наручники. Все еще прочно прикреплены к стальной балке, составляющей каркас кровати. Он знал, что не стоит пытаться проделать тот же трюк с Гоустом, но надеялся, что на этот раз тот согласится быть связанным добровольно. Все, что ему теперь нужно, это Гоуст. [Получатель: Каспер] Обсудим миссию? Ответ от Гоуста не заставил себя долго ждать. Он отправил большой палец вверх. Джонни мог ожидать его не раньше чем за пять минут до отбоя. Джонни проверил себя в зеркале, убеждаясь, что с волосами все в порядке. Он сходил в ванную почистить зубы. Как и было обещано, за пять минут до отбоя раздался один стук, и дверь Соупа открылась. Гоуст вошел с сумкой через плечо. Он щелкнул замком, прежде чем повернуться к Джонни. Саймон был в своей обычной компрессионной футболке для тренировок и темно-серых спортивных штанах. Джонни было почти жаль бедные штаны, которые чуть не лопались по швам на бедрах Саймона. – Привет, страшила, – поприветствовал Джонни, подходя, чтобы снять сумку с плеча Гоуста. Он узнал в ней спортивную сумку Саймона. Это было удобное прикрытие для их набора для после-ухода. Джонни убрал сумку в сторону, его руки вернулись на грудь Саймона. Он посмотрел на более высокого мужчину, встретившись с теплым карим взглядом. Его ладони скользнули вверх, пока пальцы не подцепили край маски, чтобы задрать ее на нос Саймона. Саймон наклонил голову, чтобы поцеловать Джонни в губы. – У меня есть к тебе предложение, – выдохнул Джонни, когда поцелуй прервался. Саймон одобрительно промычал, его большие руки легли на талию Джонни. – Я хочу снова использовать те наручники, но не хотел скрывать этого от тебя. У меня запланировано больше, но думаю, тебе все понравится. Нужно только, чтобы ты раздеться. Саймон посмотрел на кровать. Джонни расстелил водонепроницаемое одеяло, чтобы защитить простыню и матрас снизу. Он переместил руку, чтобы нажать на укус на бедре Джонни, оставленный несколько ночей назад, вызвав тихий шипение у младшего. – Я вижу, ты подготовился, – Саймон кивнул, соглашаясь на наручники, наклоняя голову, чтобы притянуть Джонни для медленного поцелуя. Жар между ними был жидким и расплавленным, их языки встретились. Саймон укусил губу Джонни и оттянул ее, зажав зубами, его глаза не отрывались от Джонни. – Раздевайся, пушка, – приказал Джонни, зализывая укус. Он шлепнул Саймона по заднице, отступая, чтобы снять ботинки. Саймон не торопился. Он аккуратно складывал каждую вещь после того, как снимал ее, убирая на стол Джонни, чтобы они были подальше от места действия. Саймон снял трусы, взглянув на Джонни, когда откидывал их. Соуп никогда не понимал, как Саймон умудрялся сохранять такое нейтральное выражение лица, имея при этом животное желание в глазах. Это было похоже на взгляд в зеркало души. Жар за этими янтарными глазами был настолько интенсивным, что Соупу иногда было трудно смотреть на них напрямую. Это было опасно, влечение этих глаз. Джонни знал, что его обожгут... но он всегда любил играть с огнем. Саймон подошел и положил подбородок на плечо Джонни, его рука скользнула под футболку, поглаживая живот. Джонни улыбнулся и накрыл руку Саймона своей, сжав ее. – Какое слово, если станет слишком? – спросил Джонни, нуждаясь в подтверждении, что Саймон не будет настолько глуп, чтобы переступать свои границы ради Джонни. – Эвакуация, – Саймон поцеловал линию вдоль шеи Джонни. Джонни улыбнулся и взял Саймона за руку, потянув его к кровати. – Ложись, великан. – Саймон растянулся на кровати с поразительной грацией для мужчины его комплекции. Джонни снял маску с лица Саймона и положил ее на тумбочку. Он взял его лицо в свои руки, проводя большим пальцем по шраму от уголка рта к уху. Он снова поцеловал его, вкладывая в поцелуй столько любви, сколько мог. Джонни забрался сверху на грудь Саймона и снова достал наручники. На этот раз надеть их на Саймона было гораздо проще. Удивительно, что происходит, когда он сотрудничает. Джонни проверил, насколько туго они сидят, и одобрительно кивнул. Он знал, что если Саймон связан, никакая другая депривация не может быть использована. Но это не означало, что сенсорные игры были исключены. Джонни посмотрел на сумку, выглядывающую из-под кровати, и улыбнулся. Он начал с того, что провел пальцами легкие, бессмысленные узоры по груди Саймона. Однажды Саймон объяснил, что у него не очень хорошая чувствительность в областях вокруг шрамов. Джонни любил щекотать его, пытаясь понять, что он чувствует. Его целью всегда было заставить Саймона чувствовать себя хорошо. Мысли Саймона были немного запутаны, и если боль заставляла его чувствовать себя хорошо... Джонни был счастлив потакать ему. Он соскользнул с кровати, игриво щелкнув по одному из проколотых сосков Саймона. Джонни поклонился и достал первые предметы, которые хотел. В его руке были силиконовое кольцо для члена и бутылочка со смазкой. Он раздвинул ноги Саймона, встав на колени между ними. Саймон внимательно наблюдал за ним, покусывая губу в предвкушении, когда Джонни поцеловал кончик его мягкого члена. Он прошёлся поцелуями по стволу вниз, затем обратно вверх, рукой обхватив основание. Он поцеловал пирсинги, проведя по ним языком. Он зажал один зубами и слегка пошевелил, чувствуя, как ноги Саймона дергаются вокруг его головы. Джонни улыбнулся, прижимаясь губами к боку его члена, чтобы Саймон чувствовал улыбку. Саймон был идеального размера. Достаточно большой, чтобы Джонни приходилось стараться, чтобы взять его в глотку. Но не настолько большой, чтобы было больно, когда Саймон трахал его грубо. Он поцеловал дорожку обратно к головке, проведя языком по щели. Он погрузил язык в нее, полуприкрыв глаза, встречая взгляд Саймона. Саймону пришлось отвести взгляд, румянец заливал его щеки. Джонни взял головку в рот, прижимая язык плоско. Он надул щеки и медленно задвигал головой. Член Саймона ожил у него во рту, так охотно реагируя на внимание Джонни. Джонни вдохнул носом, прежде чем взять Саймона в глотку. Перед глазами поплыло, нос прижался к аккуратным светлым кудрям Саймона. Джонни отстранился, собрал лишнюю слюну во рту и позволил ей капнуть на член Саймона. Он добавил смазку, прохладная жидкость заставила Саймона извиваться. Джонни погладил его член ленивыми движениями запястья, пока Саймон не стал достаточно твердым. Джонни смазал кольцо, прежде чем надеть его на Саймона, продев его яички через него. Он улыбнулся при виде этого. – Вот это зрелище, элти, – сказал Джонни, протягивая руку за тряпкой в своей сумке, чтобы вытереть руки. Джонни спрыгнул с кровати и лениво потянулся, подняв руки высоко над головой, хрустнув позвоночником. Саймон тяжело дышал носом, его глаза пристально следили за телом Джонни. Он наблюдал, как Джонни достает следующий предмет из своей сумки с игрушками. – Серьезно? – спросил Саймон, звуча не впечатленно, когда увидел серебряное игольчатое колесико в руке Джонни. Джонни приподнял бровь. – Ой да ладно? Тебе не нравится? Ты даже не знаешь, что я с ним задумал, Саймон. – Соуп ухмыльнулся, нависая над Саймоном. Он провел колесиком по контуру его тела. Оно прочертило путь от бедра, вдоль ребер к подмышке. Саймон заерзал, пытаясь ускользнуть от ощущения. Саймон явно думал, что это будет скучно. – Ммм, ясно. Теперь нечего сказать, Саймон? – спросил Джонни, проведя шипами колесика по одному из сосков Саймона. Гоуст ахнул, закусив губу, чтобы заглушить звук. Джонни не мог сдержать самодовольную улыбку, когда Саймон уставился на него. Джонни усилил нажим колесика, вырывая из Саймона прекрасный шипящий вздох. Это был не один из тех тупых для начинающих. Он был достаточно острым, чтобы впиваться, но не разрывать кожу. Джонни уделил такое же внимание и другому соску. Он держал Саймона в постоянном напряжении, одной рукой гладя его руки, шею и грудь, в то время как колесико прокладывало путь в противоположном направлении к талии Саймона. Оно оставляло яркую красную пунктирную линию на море мурашек по бледной коже. Джонни поднял его, оставляя Саймона в темноте, пока другой рукой сжимал его челюсть. – Ты будешь хорошим мальчиком для меня? – спросил Джонни, наклоняясь, чтобы прошептать у самого уха. Его обычный глубокий голос сменился хриплым шепотом, который он приберегал только для Саймона, – Сможешь быть терпеливым и принять все, что я для тебя запланировал сегодня вечером? – Саймон встретил его взгляд вызывающе. Джонни провел большим пальцем по шраму на губах Саймона, надавливая, чтобы заставить его открыть рот. Саймон укусил его за палец. Джонни фыркнул и отдернул руку. Он взял колесико и провел им прямо по нижней части члена Саймона. – Твою мать...! – Саймон подавился, его ноги сжались в попытке защитить член. Джонни расположился на кровати, сев на одну ногу Саймона. Он раздвинул их одной рукой и снова провел колесиком по животу Саймона. Он с восторгом наблюдал, как член Саймона дернулся, несмотря на искаженное выражение его лица. – Тебе это нравится, лейтенант? Быть в моей власти... – Джонни наклонился, чтобы поцеловать косточку бедра Саймона. Он лизнул соленую горячую кожу, запах мускуса был таким сильным вблизи источника, – Это может вскружить мне голову. – Ублюдок... – прорычал Саймон сквозь стиснутые зубы. Джонни провел колесиком по внутренней стороне бедер Саймона, наблюдая, как прыгают мышцы и кожа покрывается мурашками. Джонни сдерживал выражение лица, пока его глаза встретились с глазами Саймона, и колесико направилось прямо к шву его яичек, надавило и прокатилось короткое расстояние, прежде чем исчезнуть с кожи. Саймон дернулся в своих путах, кровать задрожала. Он навис над телом Саймона, удерживая себя так, чтобы их тела не соприкасались. Член Саймона был настолько эрегирован, что стоял прямо и сочился. Он оставлял влажные следы на футболке Джонни, и тот цокнул. – Весь перепачкался, – прошептал Джонни на ухо Саймону. Саймон облизал губы, глаза закрыты. Он был таким красивым, раскрасневшимся и покрытым легкой испариной. Джонни поймал языком капельку пота, стекающую с виска Саймона. Джонни снял футболку, швырнув ее в сторону стола. Он отложил колесико на тумбочку для дальнейшего использования и потянулся за следующим оружием. – Думаешь, он сможет быть тихим? – спросил Джонни, поигрывая темно-красной свечой в руке. Глаза Саймона расширились, прежде чем он снова вернул свое выражение к бесстрастной маске. Джонни знал, что он не доставит ему удовольствия без борьбы. Чертов наглец. Джонни несколько раз чиркнул зажигалкой, которую достал из кармана, наблюдая, как тело Саймона напрягается с каждым щелчком. Он зажег фитиль и смотрел, как воск начинает плавиться. Он наклонил свечу, и первые капли упали на грудь Саймона. Саймон сжал челюсть, сдавленный звук застрял у него в горле. Джонни облизнул зубы, устраиваясь на коленях между бедер Саймона, зажигалка снова исчезла в кармане. – Красный тебе идет, Саймон, – задумчиво сказал Джонни, проводя дорожкой воска по центру его груди, позволяя ему собираться в ложбинке живота. Грудь Саймона вздрагивала, когда он делал глубокий вдох. Джонни дал ему небольшую передышку, наблюдая, как жар от воска разливается румянцем по коже вокруг капель. Джонни снова поднял свечу, сосредоточившись на груди Саймона. Жгучий интенсивный жар действовал на Саймона, и Джонни это было видно. Его лицо было почти таким же красным, как застывающий на коже воск. Упрямые слезы стояли в его глазах, стекая обратно к линии волос. Его член был красным и возбужденным, струйка предэякулята соединяла его с животом, куда он периодически поднимался Джонни потратил дни на поиски правильных свечей для этого. Он нашел несколько, которые ему понравились, и заказал кое-что особенное для уборки. Ему нужно было избегать прямого попадания воска на член Саймона, потому что у того было слишком много волос. Джонни хотел причинить ему боль, но мысль о том, чтобы вычищать воск из лобковых волос, казалась пыткой. Он взял свечу, позволяя воску капать на собственные пальцы, разглядывая Саймона. Он уронил немного воска на внутреннюю часть бедра, и это принесло ему то, что он хотел. Саймон всхлипнул, его тело рванулось с кровати, чтобы быть тут же дернутым обратно на матрас путами. Он капнул воск выше, позволив одной капле упасть на яички Саймона. Мужчина закричал и ударил Джонни ногой в бок. Джонни поймал его ногу и проделал то же самое с другим бедром. Саймон дрожал от переизбытка ощущений. Когда Джонни снова встретился с ним взглядом, он увидел, насколько расширены и затуманены были его глаза. Мужчина просто парил в небесах. Джонни задул свечу. Он позволил Саймону побыть в этом состоянии некоторое время, его дыхание было глубоким и прерывистым. Его грудь вздымалась, заставляя воск трескаться. Джонни успокаивающе провел рукой по его боку. Он поставил свечу на тумбочку и потянулся за второй. Она была из маленького магазинчика. Свеча была в основном из застывшего масла ши, залитого в красивую фарфоровую чашку для чая. Она была слегка ароматизирована лавандой и позиционировалась как "горячее массажное масло". Идеальное средство для удаления воска. – Как насчет чашечки чая, Саймон? – усмехнулся Джонни, зажигая фитиль. Саймон посмотрел на него сквозь слезы, издав заинтересованный звук. – Чего? – прохрипел он, голос слабый и разбитый. Джонни кружил чашку, позволяя образоваться приличной лужице. – Ты же так любишь чай, подумал, тебе понравится и это, – объяснил Джонни с ленивым пожатием плеч. Масло будет прохладнее, чем воск, и это было частью плана. Жар все равно заставит чувствительную кожу гореть заново. Когда масла набралось достаточно, он поднял чашку в шуточном тосте. – За здоровье, элти, – Джонни вылил содержимое прямо на грудь Саймона, где было больше всего воска. Саймон чертовски громко заревел. Его спина выгнулась, затем снова упала на матрас. Он хотел уйти от этого. Другая рука Джонни растирала масло по груди Саймона, размягчая воск. Он просто сдвигал его в сторону. Не зря он сегодня подготовил одеяло. Грудь Саймона была чистой и блестящей, покрытой красивым розовым оттенком. Джонни не мог перестать втирать масло в его кожу, его рука двигалась успокаивающими кругами. Еще больше предэякулята сочилось из члена Саймона в постоянной струйке. Джонни почти забыл, что бедный ублюдок не мог кончить. Джонни дал следующей порции собраться в чашке. Саймон судорожно глотал воздух, его голова моталась из стороны в сторону. Джонни дал ему время прийти в себя. Когда Саймон, казалось, пришел в себя, Джонни с огромным удовольствием разбил это состояние вдребезги. Он вылил масло прямо над членом Саймона, позволяя ему стекать вниз и вокруг яичек. Немного попало на ствол, а затем он направил струю на бедра, чтобы очистить воск. Но Джонни не ожидал, что Саймон закричит, снова дернет наручники, и гребаная кожа лопнет у заклепок. Дешевые ублюдки. Руки Саймона схватили Джонни за плечи, оттолкнув его назад, так что он ударился спиной об изножье кровати. Его грудь вздымалась, когда он смотрел на Джонни невидящими глазами. – Сай...? Саймон несколько раз сглотнул, дрожащей рукой потянулся между ног. Он стер воск с бедер и таза, его хватка была до боли сильной на ключице Джонни. – Саймон, ну же, любимый, скажи мне что-нибудь? – взмолился Джонни. Он слышал отчаяние в собственном голосе. – ...Ты – ебанный мертвец, – прошептал Саймон. Джонни узнал этот тон и попытался выскользнуть из-под хватки Саймона. Гоуст схватил его за бедра, его руки с усилием разорвали штаны Джонни. Он услышал треск шва, и затем Саймон перевернул его. Он стянул штаны с ног Джонни. Свеча была погашена в суматохе, небольшая лужица масла окружала ее на бетонном полу. Саймон сорвал с Джонни нижнее белье. Оно было пропитано предэякулятом. Джонни был твердым все это время, страдая без прикосновений, пока играл с Саймоном. Саймон взял мокрую ткань и затолкал ее глубоко в рот Джонни. Джонни поперхнулся, вкус был горьким и невыносимым. Саймон еще немного повозился сзади. Соуп замахнулся и ударил мужчину по руке. Гоуст поймал его запястья и крепко прижал их к пояснице одной большой рукой. – Думаешь, ты чертовски милый, Джонни? – спросил Саймон, обводя смазанным пальцем дырочку Джонни. Глаза Соупа расширились, и он захныкал сквозь импровизированный кляп. – Было видно, как тебе нравилось это. Садист, – выдохнул Саймон, все еще восстанавливаясь после пытки, – Я покажу тебе, кто здесь главный. Без особой подготовки и предупреждения Джонни почувствовал, как скользкая тупая головка члена Саймона касается его ягодиц. Джонни застонал сквозь кляп, его глаза закатились. Его спина выгнулась дугой, одной рукой Саймон держал его запястья, другой – бедра, направляя его обратно на этот толстый чёртов член. Он чувствовал, что его разрывают пополам. Его тело дрожало, пальцы ног поджимались. – Шлюха, – прошептал Саймон, кусая шею Джонни. Гоуст не дал ему времени на восстановление. Это было наказанием за то, что он играл с едой, прежде чем сожрать ее. Саймон, вероятно, был на пределе из-за эджинга. Он глубоко вонзился в Джонни, рука с бедра переместилась, чтобы удерживать его за грудь. Темп был жестоким и глубоким. Член Соупа был мокрым, раскачиваясь от силы толчков Саймона. – Кому ты принадлежишь? – прошептал Саймон. Джонни захныкал, пытаясь произнести имя Саймона. Он почувствовал улыбку у своего плеча, прежде чем зубы оставили новый след. Толчки Саймона уже становились беспорядочными. Он не протянет долго. Его рука скользнула по груди Джонни к его члену. Джонни лихорадочно закивал, умоляя прикоснуться к его забытому члену. Саймон снова улыбнулся у его плеча и шлепнул его по члену, наблюдая из-за плеча, как тот качнулся. Фейерверки взорвались за глазами Джонни, перед тем как его зрение померкло. Его тело окаменело, оргазм пронзил его. Его член дернулся, сперма выстрелила ему на грудь. Джонни даже не заметил, что немного попало за край кровати и на пол. Саймон прижался бедрами к заднице Джонни, и он почувствовал, как расплавленная пульсирующая струя спермы начинает наполнять его. Затем звон в ушах стал слишком громким. Реальность вернулась в фокус. Джонни первым делом заметил, что лежит, его голова покоится на груди Саймона. Мужчина лениво перебирал его волосы. Джонни застонал, разминая челюсть, и посмотрел на Саймона. Выражение лица Саймона было мягким и сонным. Его кожа все еще была слегка розовой и хорошо увлажненной. Единственным долговременным свидетельством их игры. – Черт, прости, Саймон. Я должен был позаботиться о тебе, – пробормотал Джонни, осознавая свой проеб в этой ситуации. – Видимо, я сделан из более крепкого материала, раз ты не можешь выдержать лёгкий шлепок, – Саймон поцеловал Джонни в висок. – Ох, это был не "легкий шлепок"! Ты ударил меня по члену! – запротестовал Джонни, пытаясь сесть. Саймон удержал его на месте твердой рукой на плече. – А ты вылил горячее масло на мой. Все честно, Джонни, – мягко промурлыкал Саймон, – Покажешь, где ты это купил. – Тебе понравилось? – Хорошо ощущается на мои шрамах... – признался Саймон, проведя пальцем по одному из больших шрамов на груди. Кожа выглядела мягкой и упругой. – Тогда мы можем повторить... – зевнул Джонни, поворачивая голову, чтобы не дышать в лицо Саймону. Саймон поймал его за подбородок пальцем, приподнимая голову. Они обменялись нежным поцелуем. – Отдохни, – прошептал Джонни, поло жив руку на сердце Саймона. – И ты, Джонни...

***

Саймон ненавидел эти "командосплочаемые" вечера, которые Прайс пытался навязать. Он пришел поздно, показывая старому ублюдку, что не хочет там быть. Когда он вошел в бар, Прайс заказывал следующую порцию. Джонни и Газ были у доски для дротиков, посреди игры. Они вели тихий разговор, стоя достаточно близко, чтобы их голоса не были слышны, несмотря на оживленность в баре. Саймон осторожно подошел, его присутствия пока не заметили. – То есть ты свитч? Би-свитч? Ты не можешь определиться, приятель? – поддразнил Газ Джонни, подходя к доске для своего броска. – Не знаю, что ты имеешь в виду. Это не то чтобы... мы планируем, кто будет сверху каждую ночь. В этом и прелесть. Мне не нужно думать. Просто действовать. В какие-то ночи я выхожу победителем, в какие-то нет, – объяснил Джонни с пренебрежительным пожатием плеч. Газ уставился на него с любопытным выражением. – Что? – спросил Джонни. – Ты имеешь в виду, как в спарринге, приятель? Вы деретесь, чтобы решить, кто сверху? – Ага... – Саймон видел со своего места, как затылок Джонни покраснел от этого признания. Газ разинул рот. – Что!? – Окей. Значит, ты не свитч, ты чертов псих, приятель. Саймон не мог сдержать улыбку под маской. Джонни был его психом.