Смерть в картине.

Вивьен и Эдвард.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

(Тяжело скрипнула дверь, и в комнату, полную запаха старых книг и сухих трав, скользнула тонкая фигура. Свет камина запутался в её светлых волосах, отбросив на пол длинную, острую тень. Она остановилась у кресла-качалки, и даже не глядя на тебя, я чувствовал, как потрескивает в воздухе её сила — дикая, необузданная, совсем как у старика Вивьена когда-то.) Лолита: (Голос звенит едва сдерживаемой яростью, пальцы сжимают подол платья так, что того и гляди порвут тонкую ткань) Дедушка. Я не для того училась сворачивать горы в пыль и читать судьбы по звездам, чтобы стать... приданком. Приложение к родовому договору. Объясни. Ты. Почему? (Она делает шаг вперёд, и тени в углах комнаты вдруг дрогнули, потянулись к ней, словно желая укрыть. В её серых глазах, таких же, как и у портрета дедушки в молодости, висящем над камином, пляшет не детская обида, а холодная сталь. Она ждёт ответа, и всё вокруг кричит о том— что если он её не устроит, этот мир содрогнётся.) (старик Смит): (Медленно перестаёт качаться, поставив старые, узловатые руки на колени. Тусклые, голубые глаза смотрели на неё исподлобья, и в уголках моих губ прячется давняя, усталая усмешка.) — А ты думала, внучка, великая сила даётся просто так? Чтобы разбрасываться ею, как конфетти на ярмарке? Я создал этот обычай не ради бумажек и подписей. Я скрепил кровью то, что трещало по швам ещё до твоего рождения. (он кивает на кресло напротив, стоящее в самом центре пентаграммы, вырезанной когда-то в деревянном полу.) — Садись. И перестань прожигать дыру во мне взглядом. Ты ведь не за тем пришла, чтобы жаловаться на судьбу, правда? Ты пришла спросить меня, как... Как сделать так, чтобы Уэльс Стрит либо подчинился, либо исчез. Или я ошибаюсь? (Лолита вздёрнула подбородок, но всё же опустилась на край кресла, спиной к пентаграмме. Светлые волосы скользнули по подлокотнику.) Глава рода посмотрел на неё. Красивая, молодая, как и он в своё время. Но характер старого человека был слегка хуже. –ты хочешь, чтобы я убрал этот обычай? (Лолита резко вскинула голову, серые глаза сверкнули.) — А ты можешь? (В голосе — вызов и едва заметная надежда.) — Ты же сам сказал — кровью скреплено. Но ты и создавал. Значит, и разрушить сможешь. (Подалась вперёд, подавляя желание схватить деда за руку.) — Или... ты не хочешь? Мужчина фыркнул. –твоё право. Можешь отказаться. Я закрепил этот обычай. Но я не говорил, что это общеобязательно. Но послушай мой рассказ, девочка. И прими решение сама. С чистой головой. (Лолита замерла, хмурясь, но кивнула. Откинулась на спинку кресла, сложив руки на груди.) — Рассказывай. (В голосе — капризное нетерпение, но взгляд девушки стал внимательнее. Она слушает.) — Только быстро. У меня завтра... встреча с этим. Не хочу идти туда полной дурой. Старик усмехнулся. –ты такая же как я в молодости, гордая, сильная и конечно, полная энергии. Я расскажу тебе о жизни наследника рода Смитов, родился в 1890 году. Не самый чистый век. Но нас не задевали мировые тревоги. Я тогда родился в городе с огромной историей, а проживал в особняке своей семьи. В моё время два могущественных рода враждовали. Характер мой был ей богу, как у безумца. Хехе... (Лолита нахмурилась, но промолчала. Только пальцы перестали теребить подол.) — ... Скучно... — буркнула она себе под нос, но беззлобно. — Дальше. (Повела плечом, усаживаясь удобнее, хоть и делала вид, что ей всё равно.) — Я слушаю. Про вашу вражду. И про то, зачем ты вообще решил нас с ними связать. Я усмехнулся. –когда мне исполнидось полных десять дет, моё сердце было горячо и неумолимо враждебно к Стритам. Я видел в них только грязь. А потом встретил юношу, Эдварда Стрита. Сильный парень был. Ему тогда было... Ох... Одиннадцать лет. Мы встретились у дуба. Я читал книгу, когда он наклонил голову и бросил в меня камень. Хех. (Лолита невольно усмехнулась, в серых глазах мелькнул азарт.) — И что ты сделал? Подождал, пока он подойдёт, или сразу магией? (Подалась вперёд, подперев подбородок кулаком. Гнев поутих, сменившись любопытством.) — Ты же не из тех, кто просто проглотит обиду, дедушка. Я тебя знаю. Я усмехнулся. –я сразу же отложил книгу и схватил его за воротник, начал покрывать такими грязными словами, что тот обомлел, а потом засмеялся, отбросив меня своим барьером. Смеялся, пока я не сломал его. Потом мы дрались, когда силы истекли, уже руками...– дедушка входхнул, словно вспоминая что-то тёплое – удивительно для меня, он выиграл. (Лолита вскинула брови, на губах застыла усмешка.) — выиграл? Тебя? (В голосе — неверие и лёгкое возмущение, будто это её задело.) — И что, ты смирился? Или подкараулил потом, когда он один был? (Пальцы нервно барабанят по подлокотнику.) –подкарауливать-это низко. Не моё. Я кричал ему, что возьму реванш. (Лолита подалась вперёд, серые глаза блеснули.) — И взял? (Голос тише, почти шёпот. Она забыла про обиды, про завтрашнюю встречу — только история деда.) — что было дальше?? /ПРОШЛОЕ/ Блондинистый мальчик с длинными волосами и ресницами такого же цвета орал на черноволосого парня, стоящего сверху над ним: –эй!! Ты меня слышишь уродина паскудная?! Я убью теюя в следующий раз!! Ты будешь захлёбываться кровью! Понял меня?! (Черноволосый парень — худой, острые скулы, в грязной рубашке — вытер разбитую губу тыльной стороной ладони и вдруг... улыбнулся.) — Громкий у тебя голос, Смит. (Опустился на корточки, заглядывая в бешеные серые глаза снизу вверх.) — Аж в ушах звенит. Но ты первый, кто послал меня так... красиво. (приполнялся, отряхнул колени и посмотрел ему прямо в глаза, усмехнувшись шире, их лица разделяло всего несколько сантиметров). — Буду ждать. Только кровью захлёбываться неинтересно. Давай на что-нибудь посерьёзнее. Мальчик с голубыми глазами, как светлое летнее небо, фырнул, плюнув ему в лицо. –пошёл ты! Чертов Стрит!! Голос Лолиты: "что?! Так и сделал?!?" Голос Вивьена в старости: "да. Так и сделал". Черноволосый парень медленно стёр плевок. Усмехнулся. — Горячий. (Встал, навис сверху, но бить не стал. Вместо этого протянул руку.) — Вставай. Не маленький. На травке расселся, будто девка. (Усмехнулся, и в этой усмешке не было насмешки — скорее вызов.) — Или же устал? Лолита (из настоящего, перебивая): — И ты взял его за руку?! Дедушка! Старый Вивьен: — А ты как думаешь? Блондин стиснул зубы. –чертов Стирт!! Парень фыркнул, схватив противника за руку и повалил рядом с собой, снова начиная драку, но уже на земле, в этой траве. Стрит-из богатой семьи, с дорогой одеждой фыркнул. Но дрался. Блондин ударил его по лицу. –вот ублюдок!!! Ещё и смеешь ржать?!? (Эдвард, получив по лицу, только рассмеялся громче — совсем не по-аристократически. Схватил блондина за ворот, пытаясь прижать к земле.) — А ты забавный, Смит! Совсем страх потерял? Или дури так много, что ума не осталось? (В глазах — уже не насмешка, а настоящий интерес.) — В первый раз на меня с кулаками лезут из-за камня. Обычно бегут к папочкам жаловаться. Я фыркнул. –ты? Ну уж нет, я не такой слабак как ты и вся твоя семейка. (Эдвард на миг замер. Улыбка сползла с лица, сменившись чем-то тяжёлым.) — Про семью не надо. (Голос тихий, но в нём вдруг прорезалась та самая порода, которой так гордились Стриты. Он резко отпустил блондина, откатился в сторону и встал, отряхивая белую, но уже изорванную рубашку.) — Я один тут дерусь. Семья здесь ни при чём. (Повернулся к блондину спиной, сделал шаг, но остановился.) — Ты сильный. Для Смита. Но язык у тебя длиннее рук. Это тебя и погубит когда-нибудь.