Таверна. Уютно. Недорого

      В кухне ссорились. Сначала тихо, но постепенно всё громче. Стараясь не обращать внимания, я продолжила раскладывать бельё. Но когда среди гула я различила голоса хозяина таверны Боно и моего сына Рина – поспешила туда.       На кухне я застала стоящих кружком хозяина, девушек – официанток, и своего сына. Хозяин разводил руками, девушки стояли с обиженными лицами, Ринедэл что–то ожесточённо говорил.       – Что случилось? – вмешалась я.       – Кто её позвал? – зло оглядел окружающих Рин.       – Никто меня не звал. Я услышала ваши крики и спустилась.       – Ничего особенного не случилось.– начал объяснять хозяин.– Просто хотели попросить тебя поработать в зале...       – А я –против! – не дал ему договорить Рин.       Выполнять работу официантки у меня получалось неловко, поэтому я не любила работать в зале и сама была не рада такой просьбе. Но тут явно было что–то ещё.       – К нам пожаловала буйная компания? – попыталась угадать я.       – Наоборот. – буркнул мой сын.       – Вы меня заинтриговали! Теперь я точно должна всё узнать! Не волнуйся, – Постаралась я успокоить сына. – Сейчас разберёмся.       В ответ он очень внимательно посмотрел мне в глаза, взял поднос с заказом, надел сияющую улыбку и, как ни в чём не бывало, вышел в зал.       Когда он ушёл, мне показалось, что Боно даже выдохнул. Как бы он потом не припомнил Рину дерзкое поведение. Разгрузкой дополнительной телеги дров, например.       А вообще, с чего бы такие страсти?       – Да–да, расходитесь отсюда уже! Вы мне мешаете! – заворчала наша повариха Эндж, переставляя кипящую кастрюлю.       Оставшиеся участники обсуждения послушно переместились в угол.       – Илси, обслужи, пожалуйста, столик у окна. – продолжил хозяин. – Им начала подносить Лиль, но один из них подошёл и сказал, что если мы хотим, чтобы они остались, то должны прислать другого официанта, лучше постарше. А я хочу, чтобы они потратились у нас.       Я с удивлением посмотрела на нашу рыжую красотку Лиль. Та явно была обижена: бровки свела, носик наморщила. Она, конечно, может вести себя озорно и дерзко, но она внимательная, хитрая и осторожная, умеет понравится любым посетителям. Чем она им могла не угодить?       – Что за странности? Не пугайте меня. Дайте я хоть погляжу на них. Монстры они что ли?       – Мммм... Ну, почти.       – Почти монстры?!       Мы с Лиль прильнули к приоткрытой в зал двери.       Считая, что я уже согласилась, Боно за нашими спинами исчез.       – Смотри, вон те двое. У окна. – всё ещё обиженным голосом зашептала Лиль.       В зале, полном посетителей, табачного дыма и запахов еды, за тем столом, на который она указывала, сидели двое. Один сидел лицом ко мне, второй – спиной. Собственно, всего лица первого гостя я всё равно не могла видеть. Он был в светло–сером дорожном костюме, с надетым на голову капюшоном из–под которого в районе волос торчало что–то острое. Словно солома. Нижнюю часть его лица закрывала маска–ворот кофты. Были видны только глаза, окружённые какими–то сероватыми наростами. Второй был крупный, хорошо сложенный, с длинными светлыми волосами, спадающими ниже спинки стула. Перед первым стояла пустая тарелка и чашечка кофе. Перед вторым была уже целая стопка тарелок и пиалок, и он активно продолжал трапезу. Одеты просто, украшений не видно. Оружие при них, правда, было явно не дешёвое. Особенно впечатлял двуручный меч, стоящий по правую руку от длинноволосого.       – Это эльф и... никогда не видела такого… Кто это? – спросила я у Лиль.       – Что такое этот, в маске, я не знаю. У него всё лицо такое. Как будто в коре. Фу. А второй – не эльф. Хотя, всё равно, красавец. – мечтательно вздохнула она.       – Ладно. Пойду хоть тарелки уберу. И с чего это Боно решил, что у них много денег?       – Много. – снова вздохнула Лиль.       Я повязала красный фартук работников зала, взяла поднос, блокнот, тряпку и пошла к столику.       – Добрый вечер! – поздоровалась я и голос мой всё–таки дрогнул.       Тот, что был в капюшоне, только кивнул мне в знак приветствия, но я чувствовала, что он внимательно смотрит на меня. Неэльф, не отрываясь от еды, ответил что–то бодрое сквозь жевание. Я стала собирать грязную посуду. Сначала, от волнения я не видела ничего кроме тарелок и никак не могла посмотреть на гостей. Но по мере уборки, я успокоилась и заметила, что кофе у монстра закончилось, а у длинноволосого сбиты костяшки пальцев, что одежда у них крепкая и хорошо пошитая, но грязная и запылённая. Тогда, набравшись храбрости, я подняла глаза на капюшон и спросила:       – Могу я предложить вам ещё чашечку кофе? – встретилась я с ним взглядом. У него были необычные, но всё–таки человеческие глаза. – А к чёрному кофе у нас есть лимон или галеты с солью и кунжутом.       Он некоторое время молчал, а потом опустил ворот кофты и ответил с сильным акцентом.       – Да, ещё чашечку. И галеты. Спасибо.       Теперь я увидела его лицо. Оно было сплошь покрыто твёрдыми пластинами. Действительно, походившими то ли на древесную кору, то ли на чешую. Но мне показалось, что пластинки эти были каменными, поэтому мне лицо монстра больше всего напомнило галечный берег.       Голос у каменного был неприятный, но речь была спокойной и вежливой.       Я улыбнулась с облегчением, записала и повернулась к неэльфу. Он действительно был не эльф. Это был немолодой человек со шрамами и первыми морщинками. Впрочем, даже с повреждениями, было видно, что у него правильные черты лица, светлые брови, ресницы и большие голубые глаза. В юности он, наверное, был великолепен. Бывший красавчик широко улыбнулся, демонстрируя отсутствие нескольких зубов. Я улыбнулась ему в ответ:       – Хотите что–нибудь на закуску?       – Эээ... Нет. Впрочем, закуску тоже можно. – он поводил рукой по вырезанному на столе меню, а потом, просияв, просто ткнул пальцем в грязные тарелки на подносе. – Принесите мне ещё две порции вот этого! И ещё порцию этого! – Теперь он указывал в стоявшее перед ним недоеденное блюдо.       Говорил с ещё большим акцентом, но тут и так было всё понятно. Монстр в капюшоне приложил ладонь ко лбу, а я с удивлением обнаружила, что внимательно изучаю объедки на подносе.       – Похоже на говяжье рагу с овощами… – я глянула в его тарелку на столе. – Лапша с креветками?... Лапша с креветками – две порции и говяжье рагу с овощами?       Я смешивала блюда только на словах, но мне уже начинало казаться, что у меня кружится голова.       – Да! – весело подтвердил длинноволосый. – И галеты мне тоже принесите! А компот какой–нибудь кисленький у вас есть?       – Есть лимонад.       – О, отлично! Давайте кувшин! Два!       Я пошла на кухню. Там я отдала заказ Эндж, поставила на поднос кувшины с лимонадом, кофе, галеты и понесла их гостям. В зале меня, с моим тяжёлым подносом, сразу же чуть не сбил с ног нетрезвый посетитель, тут же рядом внезапно оказался один из столиков, а потом мне навстречу попалась наша официантка. В итоге, мне удалось обойти все препятствия, увернуться от всех встретившихся мне на пути и благополучно достигнуть столика у окна. И как девушки–официантки, справляются с этим так изящно?       Я поставила перед гостями напитки и галеты.       Каменный опять сидел с поднятым воротом и выражения его лица я не видела.       Длинноволосый, жестикулируя, что–то эмоционально говорил. Как только перед ним появились галеты, он, не прерывая речи, сгрёб из миски целую пригоршню и отправил их все себе в рот.       – Ваш заказ будет готов через полчаса. – сообщила я.       Бывший красавчик, меня, кажется, не услышал, а монстр кивнул и сказал: "Спасибо."       Чтобы не пропустить готовность заказа, я решила не возвращаться к белью, а остаться на кухне. Сменив фартук на большой кухонный, я добровольно поступила в распоряжение Эндж. По её велению я чистила овощи, искала упавшую пробку, таскала воду, резала зелень. А потом она объявила, что блюда готовы. Снова надев красный фартук, я поставила тарелки на поднос и понесла заказ.       В зале меня опять окутали табачный дым, запахи еды, пота и гул голосов.       Когда я подошла к столику, там сидел только монстр. Он медленно потягивал кофе и покусывал галету. Один кувшин из–под лимонада был пуст, галеты со стороны длинноволосого отсутствовали. Впрочем, меч его был на месте. Я оглядела зал и увидела его у барной стойки, за которой сегодня работал Рин.       Пока я расставляла принесённые тарелки, бывший красавчик вернулся к столику. Когда он оказался рядом, я почувствовала себя маленькой, хотя миниатюрной не была. Он оказался очень высокого роста.       Увидев блюда, он издал радостный вопль. Он сел за стол, в предвкушении пару раз ударил в ладоши, а потом обернулся на меня и его лицо вдруг приобрело озадаченное выражение.       – А вы не...? – спросил он.       – Что–то не так? – уточнила я.       Может я забыла что–нибудь им принести?       – Я всё думал... Я вспомнил! Вы похожи... Одна моя знакомая... Не могу вспомнить имя... Она пекла такие чудесные пирожки... А вы не она?       – О, нет, вы ошиблись. – улыбнулась я. – Мы с вами никогда не встречались.       – Да?... – чуть грустно переспросил он.       Какое–то время он смотрел на меня и на его лице сохранялось напряжённое выражение, но потом он перевёл взгляд на тарелки перед собой и с энтузиазмом набросился на лапшу.       Я посчитала разговор законченным, выдохнула и направилась в сторону кухни.       – Простите! – окликнул меня монстр.       Я вернулась.       – Можем мы попросить вас посидеть с нами? – спросил он.       – Посидеть? – удивилась я.       Монстр задумался на мгновение. Мне казалось, что он вспоминает или подбирает нужные слова.       – Да. – ответил он. – посидеть с нами, поговорить.       – Вам для компании, наверное, нужны “девочки”? – уточнила я.       – Нет–нет–нет! Никаких "девочек". Ни в коем случае! – поспешно ответил он и бросил быстрый взгляд на своего товарища. – Вы показались моему другу знакомой. А мне – порядочной женщиной. Вот просто и посидите с нами. Как будто вы ...эм–м–м... эта самая его знакомая.       Его разъяснения только больше запутали меня.       Я покосилась на дверь кухни. Боно, конечно, был бы доволен, если бы я села развлекать гостей. Но он же сам будет не рад, если чистого белья не будет хватать.       Каменный заметил брошенный мной в сторону кухни взгляд.       – Я доплачу за потраченное вами время. – сказал он.       В растерянности я замялась: “Только если действительно так... Я не работаю тут обычно…”       Монстр воспользовался заминкой. Быстрым и лёгким движением он схватил свободный стул, стоявший у соседнего стола, и поставил его между собой и бывшим красавчиком. Потом он сделал приглашающий жест. Я села.       Длинноволосый во время всего этого разговора молчал, шумно втягивал в себя лапшу, и только переводил взгляд с меня на Каменного и обратно. Теперь, когда я села, он широко улыбнулся мне. Настолько широко, насколько это вообще было возможно с таким количеством лапши во рту.       – Только пить я с вами не буду. – предупредила я и, всё ещё не понимая, чего именно от меня ждут, добавила – И, учтите, я – замужем.       – То, что вы замужем это очень хорошо. Это как раз то, что нужно. – ответил монстр и тоже улыбнулся. Сдержанно, но приветливо.       До этого он не выказывал эмоций и его улыбка окончательно сбила меня с толку.       – Да. Она замужем за жрецом культа Огня. – внезапно раздалось у меня за спиной.       Позади меня обнаружился Ринедэл с бутылкой в руках. Он сияюще улыбался гостям, но улыбка его колебалась на грани оскала.       – Это вы? – с сомнением оглядел Рина монстр. – Вы не похожи на жреца.       – Я – её сын. – услужливо, но с тем же оскалом, ответил Ринедэл. Он поставил перед гостями по стакану и откупорил бутылку. – У меня нет ни магии, ни оружия, но у нас достаточно столовых приборов и... я отлично играю в дартс.       – Вы не вежливы. – медленно, выделяя каждое слово, сказал монстр.       Его с Рином взгляды скрестились над столом. В глазах сына я увидела тёмные огоньки. Надо было сказать ему что–нибудь успокаивающее. Но тут вдруг Длинноволосый, сквозь всю лапшу, какая была у него во рту, радостно крикнул Рину: "Да ты эльф!"       Он крикнул это так громко и неожиданно, что и я, и Ринедэл, и Каменный вздрогнули, а посетители за ближайшими столиками обернулись на нас.       Каменный шумно выдохнул и закатил глаза.       Рин посмотрел на длинноволосого и прищурился.       – Полуэльф. – поправил он настороженно.       – И ты любишь дартс! – раздался следующий восторженный вопль.       Неэльф сглотнул лапшу, вскочил и обнял полуэльфа за плечи. Рин, несмотря на свой высокий рост, оказался ниже гостя почти на голову.       – Это же здорово! – восхищался Длинноволосый. – Пойдём скорее играть! Давай сделаем мишень?       К такому Рин был не готов. Он растерянно посмотрел из объятий Бывшего красавчика сначала на меня, а потом на Каменного. Монстр равнодушно взялся за свою чашечку кофе.       – У нас есть мишени. Там, на стене... – слегка сдавленно сказал Рин.       Он поставил бутылку на стол и Длинноволосый увлёк его в указанном направлении.       Я повернулась туда, где в глубине зала на стене были мишени. Несколько спокойно сидевших до этого посетителей, прервали свои ужины и тоже пошли туда. Мне было не видно что там происходит. Я привстала, но около мишеней уже собралась толпа.       Я обернулась к монстру.       – Ваш друг... – начала я.       – Извините его, пожалуйста. И не волнуйтесь. – сказал Каменный.       Он отставил чашечку кофе, взял принесённую Рином бутылку, налил немного себе в стакан, понюхал, поставил рядом с собой, но пить не стал.       – Он, конечно, доставляет много проблем, но он очень хороший человек и, действительно, мой друг. Когда–то мы путешествовали довольно большой компанией. Это было давно. Сейчас, как бы это правильно сказать... он заскучал. Его супруга, могущественная волшебница, заметила это и придумала для него небольшое приключение. Но отпускать его одного она не решилась и попросила меня его сопровождать. Приглядывать.       В этот момент из того угла зала, где были расположены мишени, раздались восторженные крики.       Монстр прервался, а когда самые громкие возгласы стихли, продолжил:       – Сейчас мы возвращаемся домой. Завтра мы продолжим наш путь к порталам. Мой друг соскучился по своей семье. И чем меньше нам остаётся дней в пути, тем меньше он спит и тем больше говорит о возвращении. Вот я и хотел бы, чтобы вы побыли с нами. А мне позволили побыть со своими мыслями. Его жена ужасно ревнива. Вы показались ему какой–то там замужней знакомой – и это очень хорошо. И... главное, что вы не рыжеволосая.       – Ооо! – только и смогла протянуть я.       Никогда не подумала бы, что цвет волос может быть главным.       Как всё запутано.       Мимо нас торопливо прошёл Рин. Он стремился к своей барной стойке, ища спасения.       – Извините, молодой человек! – окликнул его Каменный.       Рин обернулся и подошёл к нашему столику. Теперь его улыбка Монстру была искренне приветливой: "Да?"       – Не могли бы вы принести мне какую–нибудь прессу? У вас печатают газеты?       – Да. У нас есть вчерашние столичные новости. Хотите? Два медяка.       – Да. Спасибо.       – Внесу в счёт. – кивнул Рин.       В этот момент из угла таверны, там, где были мишени, снова послышался гул радостных голосов и даже одобрительный свист. Рин покосился туда.       – Ещё один. – прокомментировал он с досадой.       – Что? – не поняла я.       – Он изводит наши дротики. – с недовольством в голосе пояснил Рин. – Он кидает дротик в предыдущий брошенный и расщепляет его.       Я с удивлением перевела взгляд на Каменного, но тот никак на это не отреагировал. Рин дежурно улыбнулся и ушёл, а через мгновение вернулся с газетой и протянул её Монстру. Но газета в его руке дрогнула. К столику вернулся муж волшебницы.       – Ты здорово кидаешь дротики! – радостно воскликнул он и хлопнул полуэльфа по плечу.       – Да, но ты лучше. – ответил Рин сдержано.       Он отдал газету, улыбнулся и удалился.       – Этот парень правда хорош! – садясь за стол, обратился неэльф к Монстру. Потом он сделал глоток лимонада, сразу уменьшив содержимое кувшина на треть, посмотрел на рагу, на остатки лапши, и расстроено добавил: "Так мало осталось?"       Подняв взгляд на меня, он спросил:       – Есть у вас ещё что–нибудь вкусное?       – Пойду, узнаю на кухне, что осталось из горячего. – я встала из–за стола, прихватив пустую посуду.       На кухню я вошла со странным ощущением нереальности происходящего.       – Ты что такая ошалелая? – окликнула меня Эндж, бросая грязный противень в корыто. – Опоили тебя там что–ли?       – Ох. Нет. Не опоили. – ответила я. – Но от этого не легче.       – Чего солидную женщину к пройдохам всяким посылать? – начала ворчать она. – Боно как выдумает... А ты тоже хороша... Нет, чтобы сразу отказать ему! И без того дел много. А ты ”дайте я погляжу”!       – Эндж, что у тебя что из горячего осталось? – прервала я её.       – Что осталось... Индюшачьи голени с фруктами сейчас будут готовы. Там яблоки, слив немного тоже туда порезала... Больше ставить ничего не буду. Домой хочу.       – Пойдёт.       Мне тоже пора было идти домой. Дочки и так весь вечер были без старших.       Я вернулась к гостям. Перед Длинноволосым стояли пустые кувшин и тарелка из–под лапши. Сам он уже принялся за рагу. Но рагу не мешало ему что–то говорить Монстру. Последний опять сидел с поднятым воротом. Его чашечка из–под кофе была пуста.       – Из горячего сейчас будут готовы индюшачьи голени с фруктами. – объявила я.       Бывший красавчик прочавкал что–то одобрительное.       Я обратилась к Монстру: "А вы хотите что–нибудь ещё? Только горячего сегодня больше предложить не можем."       Каменный ответил не сразу.       – У вас не будет какого–нибудь сладкого фрукта? – после паузы спросил он.       – Есть яблоки. Но они не всегда попадаются сладкие.       – Давайте попробуем. Принесите, одно, пожалуйста.       Собрав посуду, я вернулась на кухню. Почти все наши девушки–официантки, толпились там, собираясь домой. Они уже переоделись и ждали одну задержавшуюся.       Печь опустела. В ней была только одна утятница.       – Ну–ка, посмотрим... – Эндж вытащила утятницу из печи и заглянула под крышку. – Готово.       Она выложила содержимое утятницы на большое блюдо.       – На двоих в самый раз. – сказала она и поправила фрукты, но, видимо, не удовлетворившись получившейся картиной, присыпала ножки какой–то сушёной травкой.       – Да там только один ест... – протянула я.       – Один!?       – Да.       – Всё, что ты уносила?       – Да. – подтвердила я и пожала плечами. – Всё влезло и не похоже, чтобы он насытился.       Эндж ахнула и в восхищении всплеснула руками: "Настоящий мужчина!"       – Эммм... – Засомневалась я подобному признаку.       Но Эндж меня уже не слушала. У неё были свои стандарты. Было видно, что она впечатлена и растрогана. Она мечтательно вздохнула. Я решила ничего не говорить и не портить ей настроение своим скепсисом. Она ещё раз вздохнула, оглядела получившееся блюдо, и скомандовала: "Забирай."       Я поставила тарелку на поднос, добавила блюдце с яблоком и фруктовый нож.       За моей спиной девушки–официантки дождались последнюю и группкой вышли на улицу через кухонную дверь.       Когда я, в очередной раз, очутилась в зале, то заметила, что посетителей стало меньше. Тех, кто приходил поужинать и пообщаться, сменили любители выпивки и сомнительных ночных развлечений.       Длинноволосый расправлялся с рагу и опять что–то говорил монстру. Правой рукой он орудовал вилкой, а левой ударял о стол, помогая себе в разговоре. Я расставила перед ними блюда и села на прежнее место.       Работавшим днём пора было уходить. В таверну пришли ночные работники. Семейная пара – Ферко и Анка. Оба высокие, худощавые, с очень бледной кожей, большими тёмными глазами и ярко–алыми ртами. Они направились к стойке – принять дела. Рин показал сменщикам заказы, передал кассу и тоже освободился.       – Всё. Я – домой. – сказал он, подойдя к нашему столику и обведя глазами сидящих.       Я приподнялась идти с сыном, но он махнул рукой, останавливая меня.       – Я поговорил с Ферко. Он обещал присмотреть за тобой.       – Рин, я...       – Не волнуйся. Если малявки дом не спалили, – Тут он усмехнулся, – я с ними справлюсь. Уложу. А если спалили – все сюда вернёмся.       Он ещё раз обвёл взглядом сидящих за столом, отдельно внимательно посмотрел в глаза Каменному, кивнул всем и ушёл.       Длинноволосый при появлении Рина прервал свою речь и я решила этим воспользоваться. Надо разузнать хоть что–нибудь гостях, раз уж я буду сидеть с ними ночь.       – Откуда вы? Как попали к нам? – Спросила я.       – Мы... из Красного Мира. – ответил Каменный, взял яблоко и отрезал кусочек.       – О! – удивилась я. – Я о таком и не слышала! А ваш мир такой же как и наш?       – Да. Он похож на ваш. – продолжил Монстр. – Мы воспользовались порталами в вашем мире, чтобы добраться до нужного места. Сейчас возвращаемся назад.       – Если это не секрет, вы могли бы рассказать про ваше путешествие?       – Это… не секрет. – улыбнулся Каменный.       Он отпил вина, положил в рот кусочек яблока и кивнул Длинноволосому. Тот подкинул в рот рагу и продолжил рассказ вслед за Монстром.       Мне было неудобно, что ему приходится отвечать на мой вопрос во время еды, но, похоже, кроме меня это больше никого не смущало.       – Мы, – С готовностью сообщил он, – выполняли поручение Лины Инверс!       – Кого? – не поняла я.       – Лина Инверс! – повторил он, но видя моё недоумение, добавил. – Бандитоубийца!       Я покачала головой. Его объяснение ничем не помогло мне.       Тогда Длинноволосый воровато огляделся по сторонам, нагнулся низко над столом и прошептал: “Дажедра.”       Я удивилась его поведению, но и это слово ни о чём не говорило мне.       – Вы не знаете Лину Инверс? – расстроенно протянул он.       – Нет... – смущённо улыбнулась я. – Я не...       – Не может быть! Она же величайшая волшебница!       – Я не очень разбираюсь в волшебстве.       – Я тоже не разбирался, пока не встретил её. Я вам сейчас её покажу. Вот она, посмотрите, посмотрите – заговорил неэльф, поспешно вытирая руки о штаны.       Я в растерянности покосилась на Монстра. Он подбадривающе закивал мне и развернул газету.       Длинноволосый, тем временем, вытянул из–за пазухи массивный кулон, висевший у него на шее на простой и крепкой верёвке. Сам кулон, в отличие от шнурка, был дорого украшен орнаментом и камнями. Неэльф с нежностью погладил его и открыл, показывая мне. Внутри кулона отделка была ещё изящнее и богаче. Посередине этого великолепия была миниатюра. Портрет женщины с ярко–рыжими волосами и... красноватыми глазами.       – Правда, красивая? – спросил хозяин кулона, снова нежно погладив его.       На какую–то долю секунды мне подумалось, что он шутит. Женщина на портрете была откровенно страшненькой. Я посмотрела на него, но увидела в его глазах, обращённых на портрет, искреннюю любовь. Мне стало совестно.       "Бедная наша рыжая очаровашка Лиль… – подумала я. – Хорошо, что она не видела, кому принадлежит сердце бывшего красавчика."       – Да, конечно. – ответила я ему. – Очень выразительное лицо.       – Да! Именно! – подхватил он так радостно, что мне снова стало совестно.       Я опять обернулась на Монстра. Тот снова одобрительно покивал мне и скрылся за газетой.       Длинноволосый закрыл кулон, погладил его и убрал за пазуху. Он собрал остатки рагу и набил ими рот, всем видом показывая, что сейчас продолжит рассказ.       Посетителей, тем временем, осталось совсем немного.       Ферко взял гитару и, сев на табурет у стойки, стал наигрывать негромко напевая. Двое, выпивавших за соседним столиком, гостей принялись разноголосо подпевать ему. К счастью, делали они это не долго и вскоре вернулись к своим кружкам.       Бывший красавчик отодвинул пустую тарелку, поставил перед собой блюдо с индюшачьими голенями, удовлетворённо оглядел их и продолжил рассказ.       – Лина… – заговорил он, – она задумала провести ритуал. Это будет ритуал чёрной магии. Для этого ей нужны голова и шип с хвоста Медузы!       – Несчастная, беззаботная, ничего не подозревающая Медуза… – Печально прокомментировал Каменный из–за газеты.       – И она отправила нас за этими ар… ати... фактами!       – Простите, – не выдержала и прервала я,– но разве у медуз бывают шипы? Это должна быть какая–то особая медуза?       Длинноволосый тем временем схватился за индюшачью голень, поднял её с тарелки и замер.       – Эээ... – ответил он.       Заметив паузу, монстр сложил газету.       – Она была особенной… – печально начал рассказывать он.       – Точно! Была! – хохотнул второй и, брызнув во все стороны соусом, вгрызся в индюшачью голень.       Каменный осуждающе посмотрел на него и продолжил:       – Собственно, не совсем понятно почему это создание прозвали Медузой. Оно жило у воды, но по строению тела медузой оно не было. Это была… химера – на этом слове он вздохнул, – химера скорпиона и саламандры. Хвост с шипом как у скорпиона и голова саламандры. И, да, надо упомянуть, что, несмотря на исходный материал, это было довольно крупное существо. Размером с лошадь или корову.       – Да, хвост был знатный! – подхватил рассказ Длинноволосый. – Во–от такой! Мне потребовалось два удара, прежде чем я отсёк его! – сообщил он, дважды ударяя ребром правой ладони о стол, не забывая при этом левой закидывать в рот запечёные фрукты. – С головами было проще! Их было много. Но это были ложные головы. Я их рубил, а они всё время отрастали новые! Но потом мы добрались до истинной! И–и–и – хрясь!       И он снова принялся за индюшку.       Теперь я точно знала кто из них монстр.       – Хотите посмотреть на неё? – отвлекаясь от голени, спросил Настоящий монстр.       – На что?       – На истинную голову! Вот она. Тут. – он потянулся свободной рукой под стол и принялся там шарить.       – Нет–нет, спасибо! Мне совсем не хочется! – успела отказаться я и переставила ноги, чтобы случайно не наступить на артефакт под столом.       Каменный чуть–чуть отпил из стакана с вином, отрезал ещё кусочек яблока, покачал головой и с довольным видом опять отгородился газетой.       Настоящий монстр стал рассказывать мне каких чудовищ он ещё убивал. Каменный, не отрываясь от газеты, комментировал некоторые истории. Волшебные и не очень существа потянулись передо мной вереницей. В конце концов, я потеряла им счёт и моё сопереживание начало всё больше склоняться на сторону поверженных, а моя голова – всё больше опираться на руку.       Длинноволосый заказал себе ещё бутылку, а потом ещё одну и ещё. И всё рассказывал и рассказывал.       А потом я вдруг услышала плавную, тягучую речь Ферко:       – Поднима–а–емся, поднима–а–емся. Домой, домой.       Я очнулась.       Ферко выпроваживал какого–то заснувшего за столом выпивоху.       Посетитель ворчал, противился и хотел продолжения.       – Вечером приходи. Вечером.– убеждал его Ферко.       Похоже, что я тоже заснула. Я оглянулась. В окнах занимался рассвет. Свеча на столе погасла, весь стол был уставлен пустыми бутылками. Каменный сидел в расслабленной позе, откинувшись на спинку стула, вытянул ноги и сложив руки на груди. Глаза у него были закрыты, ворот кофты поднят. Сложенная газета лежала на столе, прижатая одной из бутылок.       А Настоящий монстр всё ещё продолжал свои рассказы:       – ... Слейв. Вот это был взрыв! А какая была яма! Местные жители расстроились и погнались за нами...       Выпивоха, покачиваясь, вышел из таверны. Наш столик остался единственно занятым.       Ферко оставил дверь таверны открытой и пошёл по залу с метлой, поднимая стулья и выметая из–под столов мусор. В дверь тянуло утренней прохладой, Анка за стойкой звякала монетами, подсчитывая выручку. Их смена заканчивалась.       Проходя мимо нашего столика, Ферко поймал мой взгляд и напомнил: "Утро."       От его голоса Каменный открыл глаза и обернулся на окно.       – Нам пора идти. – сказал он Настоящему монстру.       Только тут Длинноволосый прервался.       – Как? Уже утро? – он покрутил головой, удивлённо посмотрев сначала в одно окно, потом в другое.       – Давай расплачиваться и в путь. – ответил Каменный.       Длинноволосый встал и пошёл к стойке. Я думала, что после всего выпитого им спиртного, он будет идти, как минимум, нетвёрдо. Но, к моему огромному удивлению, двигался он легко и ловко. Подойдя к стойке, он посмотрел чек и воскликнул: "Удивительно! А я и не заметил, что столько выпил!"       Удивлён был не только он. Анка тоже заглянула в бумажку и открыла рот.       Настоящий монстр развязал пояс и стал высыпать оттуда на стойку монеты. У него действительно были деньги. Внимательные Лиль и Боно, наверняка, заметили и оценили этот широкий и тяжёлый пояс. Монеты звенели, а Длинноволосый их сыпал и сыпал.       – Простите, – отвлёк меня от этого завораживающего зрелища Каменный.       – Да? – обернулась я.       Он приспустил ворот.       – Спасибо вам. – сказал он.       Сквозь продолжающийся у стойки звон, я услышала сдавленный голос Анки: "Э… этого хватит. Этих пяти хватит."       – Да? – остановился Настоящий монстр.       И опять начался звон монет. Теперь, видимо, Длинноволосый собирал их обратно в пояс.       Каменный развязал, висевший у него на ремне, мешочек, выбрал из него несколько монет и протянул их мне. Я взяла.       – Спасибо. – сказала я, разглядывая монеты.       Это были очень щедрые чаевые.       – Это за потраченное вами время.       Потом он снова покопался в мешочке и вытащил ещё одну монету. По сравнению с другими, она показалась мне более блестящей.       – Это – монета Святого Королевства Сейрун. Это вам на память и на удачу.       Я взяла монету: большую, тяжёлую, из перламутрово–жёлтого металла, с коронованными профилями с каждой стороны. С одной стороны – мужским, с другой – женским.       – Если у вас будет возможность, – сказал Каменный, – обязательно побывайте в столице Сейруна. Это особенное место.       Я кивнула.       Каменный встал из–за стола, поправил одежду и перевязь, и тоже пошёл к стойке оплатить свой чек.       Я принялась убирать со стола.       Когда я в очередной раз вернулась к столу забрать пустые бутылки, то увидела, что гости расплатились и уходят.       Заметив меня, Каменный попрощался.       – До свидания! – произнёс он своим вежливым спокойным тоном, кивнул головой, поднял ворот и направился к выходу.       – До свидания! – ответила я.       Длинноволосый помедлил, словно прислушиваясь к чему–то, а потом сказал:       – Нет. Прощайте.       В противоположность последнему слову, он широко улыбнулся, поправил за спиной огромный меч, перекинул через плечо мешок с артефактом и тоже вышел из таверны.       "Увы, он, наверняка, прав." – подумала я, стоя в дверях и провожая взглядом удаляющиеся фигуры.       Поднимающееся солнце будило суету дня. Заскрипел ворот колодца, где–то хлопнула дверь. Мне показалось, что в кухне я слышу голос Эндж.       – Так я и думал! – возник у меня за спиной ворчащий Ринедэл.       – Всё в порядке. Они замечательные... Э–э–ммм–м... люди. Я рада, что познакомилась с ними.       – Да, я знал, что они не держат злых мыслей... А ещё предполагал, что ты просидишь с ними всю ночь и спать не будешь.       – Ты поэтому не хотел, чтобы я с ними говорила?       – Конечно. Ладно, я пойду в мастерскую.       – Приходи на обед.       – Мне Эндж с собой завернула.       – Что завернула?       – Надеюсь еду, но в обед узнаю.       – Тогда просто так приходи...       – Ближе к вечеру. Может, Ваирья как раз объявится.       – Ладно. – вздохнула я, – теперь я – домой. Провожу девчонок в школу и спать лягу.       

Послесловие

      Разбудил меня шум на кухне. Похоже, дочки вернулись из школы.       – Уважаемый Ваирья, – услышала я голос своей старшей дочери – рассудительной девочки Абиголь. – Вы разлили весь компот! – с укором сообщала она.       – Не весь, а половину.       – Как же так? – поддержала старшую сестру младшая – Бланка. – Вы же служитель элементов природы!       – Это правильно. Но. Я – служитель Огня, а не текучих элементов!       Послышался щелчок, за ним – шипение, по комнатам прошла волна магии.       – Оооо! – благоговейно протянули девочки хором.       Я насторожилась. Наличие служителя культа Огня в доме – источник множества непредвиденных ситуаций. Кажется, мне пора было встать и вмешаться.