Новый друг Саши Семёнова

Холодное чёрное небо маленького городка потихоньку начало оттесняться утренней зарёй. В затхлой квартире старой хрущёвки готовился проснуться Саша Семёнов, не так давно заснувший после очередной родительской ссоры. Его комната, сырая и блеклая, была насыщена жёлтыми оттенками старых советских обоев и земляными тонами мебельного гарнитура, готового вот-вот сломаться и быть выкинутым на помойку истории. Хозяин комнаты отчаянно пытался поддерживать чистоту и порядок, но сквозящие бедность и неблагополучие скрывали собой его старания. Старенький lenovo послушно издал сигнал ровно в семь часов утра, и Саша проснулся, рывком вытащенный из желанной матрицы сновидений. Он поспешно выключил будильник, параллельно обдумывая возможность миновать похода в школу, но вскоре отбросил эту идею и смирился с неизбежностью. Саша поёжился от морозного воздуха, пронизывающего комнату из открытой форточки, забытой с вечера. На нём были лишь трусы. Сделав бессмысленную попытку растереть ладонями замерзающие части тела, он торопливо принялся натягивать на себя повешанные на стул домашние вещи. В первую очередь он нацепил залатанные изношенные спортивки, затем огромную камуфляжную футболку отчима и тёплые носки, приготовленные специально для утреннего согревания. Последним штрихом стала старая плотная кофта, которую Саша надевал постоянно, а потому не давал ей даже шанса постираться. В таком виде, потерев заспанное лицо с тёмными кругами под глазами, он взял в руки телефон и тихонько направился в сторону кухни. Скрипучая дверь комнаты отворилась, открывая вид на узенький коридор с потрескавшимся линолеумом и ободранными грязно-зелёными обоями. В конце прохода виднелась кухонька, манившая прохладным светом из деревянного окна. Саша сделал несколько бесшумных шагов и оказался в том самом месте, где планировал позавтракать и провести ближайшие минут пятнадцать. Кухня представляла собой маленький закуток, площадью не больше ванной комнаты. Заляпаные жиром и копотью стены частично покрывала белая плитка, в верхней части переходившая в полопавшуюся штукатурку. У окна стояла старенькая «Бирюса» и тихо гудела, подпирающая её раковина ломилась от количества грязной посуды, оставленной со вчерашнего дня. Прежде всего Саша привычно начал убираться на столе. Жирные тарелки отправились к своим собратьям в раковину, различные липкие упаковки с пакетиками были распиханы по полкам. Любимая Сашина кружка предательски стояла с чьим-то холодным кофе на дне. Ему пришлось помыть посуду, чтобы избежать родительского гнева, а также протереть все горизонтальные поверхности, это отняло некоторое количество времени. Только после этого он смог позволить себе присесть. Стол был заботливо накрыт сальной клеёнчатой скатертью с цветочно-сигаретным орнаментом. На столе расположились все самые нужные предметы: полупустые солонка и перечница, небрежно брошенная стопка салфеток, переполненная пепельница, подставка для книг с маминой эзотерикой и ваза со странными конфетами, которые никто не ест. Аппетита не было совершенно, а потому Саша налил себе чай и присел за стол, чтобы убить время в телефоне. Экран пестрил бессмысленными картинками и быстро меняющимися образами. Сашино лицо, ничего не выражавшее, тупо уткнулось в одну точку, и лишь его серо-голубые глаза, подсвеченные белым светом, бегали слева направо. Общий вектор увлечений Саши был совершенно обычным для парней его возраста, разве что некоторым интересам мешало отсутствие компьютера. Наиболее выделяющимся своим хобби он считал историю и географию, но никто из его круга общения не разделял этой заинтересованности. Справедливости ради, круг общения Саши был настолько мал, что его впору было бы назвать «отрезком общения», соединяющим Сашу с его единственным другом Димой. Стена кухни по правую руку отделяла Сашу от его спящих родителей. Их комната была раза в полтора больше его и изначально должна была служить чем-то вроде гостиной, но, увы, ребенку туда входить не разрешалось даже для уборки. Псевдогостиная вместила в себя большую двуспальную кровать, нещадно продавленную в некоторых местах, а также забитый мусором рабочий стол, где стоял полуживой компьютер. Советский пыльный ковёр утеплял собой одну из стен комнаты. Пол был в высшей степени грязным, помимо пыли там кое-где находились липкие следы от пролитого пива, валялись всякий мелкий мусор и скомканные бумажки, нестиранная одежда и прочие вещи, до которых никому не было дела. Если бы Саша мог зайти сюда, то в его нос сразу проник бы резкий запах перегара и сигарет. В этом запахе присутствовали нотки потной одежды и любимых маминых духов. Солнце, которое уже успело немного подняться, не смогло проникнуть в окна, потому как те были завешаны плотными шторами. Наличие штор на окнах не зависело от времени суток и было почти постоянным атрибутом комнаты. Здесь же и находилась наполовину стеклянная балконная дверь, которую открывали крайне редко. Основным предназначением балкона было складирование хлама. На кровати, что расположилась почти в середине комнаты, спали родители. Родителями их можно было назвать лишь с биологической точки зрения, и то не всех. Ближе к стене лежала Ира, мать Саши: неприятного вида женщина лет сорока, но на деле лишь тридцати двух. Ее фигура была довольно бесформенной и заплывшей, а лицо явно опухло от постоянного употребления алкоголя, но ещё содержало в себе намеки на былую красоту. В своих размерах она явно уступала мужу Андрею, отчиму Саши. Тот на вид имел килограмм сто пятьдесят. Это давало ему абсолютное физическое превосходство перед женой и приёмным сыном, а также перед многими своими дружками-собутыльниками. Отчим продрал глаза и неуклюже скатился с кровати. Многочисленные отходняки с силой давили на его разум, не давая ему думать о чём-либо кроме удовлетворения накопившихся потребностей. Он медленно пошёл в сторону туалета. У самой двери он остановился и посмотрел на Сашу, тот поднял на него глаза в ответ. В привычно осоловелом взгляде отчима трудно было разглядеть что-то человеческое, и это больше всего заставляло его бояться. Потупив еще пару секунд, он наконец зашёл в туалет и скрылся из поля зрения. Через какое-то время, допив чай, Саша сполоснул кружку и пошёл умываться. Ванна представляла собой маленькую жёлтую комнатушку, облепленную дешёвой плиткой. Прямо напротив входа располагалась раковина с зеркалом. Сашка на автомате открыл кран и принялся умывать лицо. Он старался держать глаза либо закрытыми, либо смотреть вниз, в общем, всячески избегал визуального контакта с зеркалом. Наверное, как и многие подростки, Саша отказывался принимать свой внешний вид и лишний раз не напоминал себе о том, как он выглядит. Нащупав руками парочку новых прыщей, Саша принялся их выдавливать. Для этого ему всё же пришлось взглянуть на своё отражение. На носу находился довольно крупный фурункул, который тут же было уничтожен двумя тонкими пальцами. Наверное, нос – единственная часть лица, которой Саша почти не стеснялся. Когда-то давно мама поделилась с ним наблюдением, что его узкий римский нос с горбинкой – фамильная гордость Семёновых. Почему-то, вспомнив об этом, Саша ощутил некую тоску. Закончив с лицом, он привёл в порядок остальное и, немного посвежев, вышел из комнаты. К тому времени его мать уже сидела на кухне и завтракала, включив радио. Саша поздоровался с ней, но не получил никакого ответа, хотя, вроде бы, он сделал это достаточно громко. Зайдя к себе, парень принялся за переодевание. Одним из главных преимуществ маленького гардероба было отсутствие мук выбора, по крайней мере, Сашка себя так успокаивал. Сегодня, как и обычно, он надел короткие школьные штаны, потрёпанную синюю рубашку и чёрные тонкие носки. Чтобы занять большее количество свободного времени, он перепроверил собранный с вечера рюкзак. Саша вышел из квартиры и попрощался с домашними, но никто этого не услышал или сделал вид, что не услышал. До школы было довольно близкое расстояние, преодолеваемое обычно минут за пять. Можно было идти немного медленнее и растянуть дорогу на десять минут, если было настроение прогуляться. Свежий утренний воздух обдувал Сашино лицо. На жёлто-розовом небе при желании можно было отыскать полупрозрачную луну. Туманная атмосфера пронизывала мокрые от росы деревья, придавая им приглушённые оттенки. Через пустую детскую площадку иногда проходили ребята с рюкзаками в том же направлении, что и Саша. Он зашагал в сторону школы, иногда задевая ботинками влажную траву. В одной руке он весело крутил пакет со сменной обувью, а вторую руку держал в кармане куртки. Саша не успел оглянуться, как уже подошёл к дверям школы. Он влился в плотный поток людей, пытающихся протиснуться в узкий проём. Пройдя через двойные деревянные двери, он оказался перед турникетом. Как прилежный мальчик, он уже держал наготове свой пропуск и привычным движением руки приложил его к считывателю. Лампочка турникета сменила свой цвет с красного на зеленый, и Саша вошёл внутрь. Так как он пришёл довольно рано, то очередь у гардероба была сравнительно маленькой. Александр присел на лавочку у большого окна и принялся снимать свои мокрые старые ботинки. В качестве сменки он надел довольно приличные на вид туфли сорок первого размера, купленные в прошлом году на китайском рынке. Саша снял куртку и встал в очередь. Получив номерок в обмен на вещи, он посмотрел на часы и увидел на них 7:35. Кабинет в такое время точно закрыт, а значит парню придётся как-то провести это время вне класса. Он немного прошёлся по фойе, где проходила половина школьных мероприятий, и уселся на лавочку. Одним из любимых занятий Саши было рассматривание людей, приходящих в школу. На данный момент почти никого не было, а посему он принялся рассматривать само помещение. Пол фойе был устлан серой плиткой с белыми пятнами. Помимо серого цвета, проскакивали и красный с зелёным. Вместе они образовывали некий нейтральный орнамент, не имевший для Саши особого интереса. Стены были покрыты новой белой штукатуркой, ещё чистой после недавнего ремонта. Большая часть стен фойе была занята квадратными окнами. С одной стороны они показывали площадку перед школой, которую отделял от внешнего мира кованый чёрный забор, а с другой стороны виднелся внутренний двор школы, где не было ничего интересного сверх клумб и мусорных баков. В теплые времена года за этими клумбами ухаживает группа девочек из кружка учительницы по биологии. Саше бы тоже было интересно в этом поучаствовать, но он слишком стеснялся попроситься к ним. Спустя пять минут школьники начали приходить более активно. Сашка занимал удобную позицию прямо напротив турникета, где хорошо просматривались прибывшие ученики. Подсознательно он хотел увидеть там Диму, хоть и знал, что тот приходит не раньше 7:55. Зато он заметил других ребят, которых уже давно наблюдал. Больше всего ему, конечно же, нравилось следить за девушками. Он не делал этого навязчиво, не пытался их преследовать и узнать о них всё, просто Саша любил подмечать одних и тех же особ перед уроками и на переменах и думать о том, как они живут и о чём думают. Сегодня его настигла большая удача, ведь он увидел ту самую девушку, которая ему уже очень давно нравится. Она была очень красивой незнакомкой из параллельного класса, всегда предпочитающей идеально сидящую на ней одежду строгого стиля. Саша никогда не видел рядом с ней подруг или парней, что было довольно удивительным. Иногда он слышал, как она общается со своими одноклассниками. Девушка всегда держалась отстранённо, словно ей не было до них никакого дела. Увидев на настенных часах 7:50, Саша встал с нагретой скамьи и отправился в старший блок. Он уже и забыл, как много лет назад, ещё в младших классах, мечтал сюда попасть. Теперь же это место преследует его почти каждый день. Пройдя через деревянный проём и окинув быстрым взглядом сонных дежурных, он поднялся по бетонной лестнице прямиком на второй этаж. Первой парой в расписании стояла литература, так тяжело дававшаяся Саше. Сегодня они в очередной раз будут обсуждать "Войну и Мир". Парень не читал и, более того, даже не собирался начинать. Его устраивало знание краткого содержания и нескольких подробных анализов. Он подошёл к двери как раз тогда, когда учительница её открыла, и вторым после неё вошёл в класс. Его законным местом уже не первый год была последняя парта у окна. Классический выбор человека, хотевшего стать аутсайдером. Как только Сашка сел за неё, его накрыло волной сонливости, и он, без промедления, лёг на парту, подложив под голову рюкзак и обняв его руками. Когда он в следующий раз открыл глаза, класс был уже почти полон. Саша тут же различил образ Димы, сидящего на средней парте среднего ряда. Их когда-то давно рассадили учителя, и с тех пор они могут общаться только на переменах. Дима тоже посмотрел на друга и улыбнулся, а затем повернулся обратно к учительнице. Сашка счёл нужным подготовиться к занятию и убрать рюкзак на крючок, а затем опять лёг, но теперь уже на холодную деревянную парту, покрытую бирюзовой краской. — Здарова, — послышался шёпот справа. Приветствие сопроводилось продавливанием скрипучей лавки и теплотой человеческого тела, которое Саша ощутил правой рукой. Это к нему подсел его сосед по парте Руслан, а значит, урок уже идёт примерно минут десять. Сосед жил не очень далеко от школы, но постоянно приходил с опозданием. Саша инстинктивно протянул правую руку для рукопожатия, чтобы совершить неотъемлемый мальчишеский ритуал. — Здаров, — ответил Саша, не глядя, и снова попытался погрузиться в сон. Ему было всегда удивительно, как такой как он может взаимодействовать с таким как Руслан. Тот выглядел крепким парнем, немного выше Сашки. С его внешностью, Рус вполне мог стать харизматичным школьным хулиганом или бунтарём. Он имел резкие черты лица: в меру широкую челюсть, раздвоенный волевой подбородок, угловатый нос с горбинкой, которую точно получил во время драки. Зоркие, но вместе с тем немного уставшие карие глаза сопровождали хмурые неказистые брови. Через левую бровь проходил явно самодельный шрам, который, тем не менее, делал лицо «круче». Причёска тоже многое давала понять. Саша, как человек, который раз в два месяца стригся «как обычно» в дешёвой парикмахерской, восхищался причудой стилиста на голове Руслана. У того сверху были средней длины каштановые волосы, неизменно уложенные назад, а по бокам и сзади всё было сбрито до нескольких миллиметров. Сейчас такая причёска уже не вызывала вопросов у более консервативных и скованных понятиями одноклассников, но всё же заставляла лишний раз не связываться с её обладателем. Подсознательно Саша чувствовал себя в безопасности, когда Руслан находился рядом с ним. — Сань, – глухой низкий голос Руслана резко вывел Сашу из полудрёмы. — Что? — Она сейчас спрашивать по домашке будет. Лучше бы тебе не спать. Саша вздохнул и приоткрыл глаза. Ребята впереди находились посреди обсуждения какой-то там битвы, а учительница им помогала и подсказывала правильное мнение. Он в спешке открыл тетрадку и взял ручку, словно пытаясь перехитрить русичку, давно за ним наблюдающую. — Мы вообще на какой теме сейчас? – спросил Александр, впервые за день взглянув на Руслана. Тот, как обычно, держал в руке телефон и с интересом читал какой-то текст на сером фоне. — Честно, сам не понимаю. В беседе класса есть ответы на домашние вопросы, если что, – заботливо пояснил сосед, а затем продолжил залипать в экран. Саша потянулся за своим телефоном, до этого момента лежавшим в кармане брюк. Пролистнув блокировку экрана с красивой картиночкой, он попал прямиком в нужный диалог. Кто-то из хорошистов скинул скриншоты каких-то сайтов с множеством текста. Парень открыл первый из них и попытался вникнуть в смысл написанного. — Смотри, — Руслан показал Саше неприличный прикол. В ответ он получил лишь смешанную реакцию из смешка и смущённого непонимания. У этих двоих рамки морали находились явно на разных уровнях. Еле сдерживая улыбку, Рус убрал телефон из под носа Сашки и принялся листать дальше. — Тебе такое нравится? – решил поинтересоваться Семёнов. — Да, неплохой, — ответил Руслан. — Но есть и смешнее. Сейчас. Он принялся увлечённо менять вкладки и что-то набирать. Саша смотрел на экран соседа в ожидании. — Ладыгин! — Внезапный голос учительницы выбил ребят из колеи. — Тебе похоже очень весело там, на Камчатке. Давай тогда начнём с тебя. Скажи, с какой целью было дано Аустерлицкое сражение в произведении? У Руслана резко исчезла увлечённая ухмылка с лица. Он поднял голову и окинул взором весь класс: половина ребят смотрела на него, впрочем, ничего не ожидая. Такая практика внезапных вопросов известна любому школьнику и студенту. Естественно, даже зная про готовые ответы, он не собирался их подучивать, чтобы отвечать на вопросы устно. Спустя несколько вечных секунд тишины, внимание учительницы переключилось на соседа. — Может Александр знает? Саша уже знал, что его спросят, но все равно мгновение протупил, пытаясь сформулировать ответ из обрывков запомнившегося текста. — Ну… Это важный момент в книге, там писатель задевает много сложных проблем. Личность человека… — Здесь он сделал небольшую паузу, чтобы вспомнить, что было дальше, но учительница, видимо, получила уже больше ожидаемого от человека, который только проснулся. — Кто дополнит? — она обратила внимание на уже давно поднятые в воздух руки и ткнула пальцем в одну из них. — Неплохо, — сказал Руслан. Саша ничего не ответил, лишь потёр немного покрасневшее от стыда лицо и снова лёг на парту. Теперь его точно не должны потревожить в ближайшее время. — Ты, вообще, сколько ночью спишь? — По-разному, — пробубнил парень. — Сегодня где-то часа четыре. — Играл? — Не, так получилось. — Хочешь прикол? — Хочу. — Я сегодня вообще не спал. … Прозвенел звонок на перемену, Саша не придал ему значения. — Санёк! Пойдём. — Две руки резко хлопнули его по плечам. Саша вздрогнул и медленно начал подниматься из-за парты. Засунув телефон в карман, он повернулся в сторону друга и заспанными глазами осмотрел его. — Пошли. Прогулки на перемене — это одна из тех вещей, за что Саша любил ходить в школу. Они с Димой каждый день, раз в 45 минут, выходили из кабинета и ходили по этажам, иногда спускаясь вниз и бродя по фойе. Это была хорошая возможность обсудить накопленные за день новости или придумать что-то новое. — Математику делал? — Начал. — Дашь списать? — Там неправильно. — Да ладно тебе, я как раз только последние сделал. Дадим друг другу списать, и получится одна нормальная домашка. — Серьезно? Почему с конца? — Да шучу. Просто неправильная всё равно лучше, чем ничего. — Ладно, дам потом. — Чем вчера вечером занимался? — Да ничем особо. Смотрел то, что ты мне прислал. — И как? — Пока нравится. Там же ещё три сезона, да? — Да, но последний лучше не смотреть, он такой себе. Ребята спустились на первый этаж и присели на кожаные диванчики, стоявшие рядом с партой для дежурных. Остальные три дивана уже были заняты, а перед вытянутым зеркалом, висевшим посреди этого уютного пространства, как обычно стояла компания девушек. Саша немного залюбовался на них в то время, пока Дима залипал в телефоне и что-то быстро писал. Судя по всему, его девушка ему опять что-то прислала. Семёнов восхищался и в то же время немного недоумевал от той формы отношений, что выбрал его друг. Девушка, о которой Саша знал уже довольно много из его уст, находилась в нескольких тысячах километрах от их города. Помимо этого, их разделяли два часовых пояса. Тем не менее, они каждый день находили время не только на переписку, но и на голосовое общение. Дима после одиннадцатого класса, по его словам, хотел поступать к ней. Саша же, представлявший свое существование только рядом с лучшим другом, тоже присматривал себе вуз в том городе. Раздался звонок, и ребята с диванчиков разбрелись по своим кабинетам. Женская компания тоже куда-то ушла. Друзья не спеша поднялись и побрели в сторону класса, стараясь сделать крюк как можно больше. Так, иногда перебрасываясь фразами, они в приподнятом настроении вошли в кабинет. Здесь, тут же отделившись, Дима сел за свою парту, а Саша, как обычно, пошёл к Руслану. Парень заметно посвежел и уже не тянул голову к парте, хотя желания присутствовать на уроке у него не прибавилось. — Во. Нашёл. — Руслан протянул руку с телефоном к лицу Саши и показал тому ещё более похабный прикол. — Фу, не. Прошлый был лучше. — Да ты не понимаешь. Незаметно пролетел и второй урок. На перемене класс собрал вещи и дружно пошёл в сторону другого кабинета. На счастье там было свободно, и, скинув лишнее, почти все разбрелись по разным частям школы. Дима с Сашей как обычно обходили территорию старшего блока, разбавляя скучный день весёлыми беседами. Начавшаяся математика теперь уже требовала более пристального внимания учеников. Саша сидел и усердно пытался вникнуть в содержание нового материала. Ладыгин как обычно что-то читал и изредка посмеивался. На этот раз он немного осмелел и позволил себе надеть наушники. Телефон Сашки лежал на столе со включенными мобильными данными. Сам парень в это время конспектировал доказательство очередной скучной теоремы. За окном цвела весенняя серость, через приоткрытые окна до ребят доходило пение птиц. Сам класс сидел в тишине, увлечённо уткнувшись лицом в тетрадку. Учительница шкрябала мелом номера упражнений. Наступило ровно десять часов, и Сашин экран засветился, показывая владельцу новое уведомление: «Сегодня день рождения Руслана Ладыгина». Семёнов взял телефон, поднёс его поближе, чтобы прочитать. Затем он задумчиво повернулся в сторону соседа и произнёс: — С днём рождения. — Пасиб, — отвлечённо ответил Руслан. — Сколько тебе? — Семнадцать. Не особо важная дата. — Всё равно же праздник. — Ну да. Большинство людей проводят день рождения в кругу семьи, по крайней мере, до определённого возраста. Они сопровождают это тортом, свечами, застольем и прочими радостями жизни. Саша же привык, что для его семьи не существует такого праздника. Хотя на родительские дни рождения собирается толпа незнакомых людей, и он старается в такое время домой не соваться. Для него самого же типично отмечать этот день вместе с Димой. Пару раз его родители даже устраивали Саше посиделки с тортиком. — Как будешь праздновать? — Да никак. Маман вечером стол накроет, посидим и всё. Ну, может, с пацанами потом пойдем, поиграем. — А днём? — Не знаю, дома посижу. — Не хочешь погулять? – Саша никогда раньше не предлагал такого Руслану. Не находил в себе необходимой смелости что-то подобное сказать такому самодостаточному человеку, наверное, боясь отказа. В этот раз ему показалось, что они сказали за сегодня друг другу больше слов, чем обычно. Ну, если не согласится, то и ладно – с Димой погуляю. Всё, что угодно, лишь бы как можно позже вернуться домой. Руслан на секунду замер, а затем повернул голову в сторону Саши и шёпотом произнёс: — Можно.