Не просто подруги

      Кагами сидела на краю мягкого диванчика и о чём-то размышляла. Вот она нашла наконец-то свою первую подругу — Маринетт. Конечно, она была для неё соперницей в любви, но Кагами явно её уважала хотя бы за то, что она есть. Она давно поняла, что Маринетт — это и есть Леди Баг. Она гордилась ею, хоть та была неуклюжая в образе школьницы. Всё таки, если твоя подруга — герой твоего города, то ею определённо можно гордиться. Но всё же Кагами смеялась с попыток Маринетт признаться в любви блондину.       Кагами любила Адриана, добивалась его взаимности. И вот теперь она с ним встречается. Однако она чувствует себя не в своей тарелке. Строгий отец Адриана, Габриэль Агрест, известный дизайнер, не против отношений его сына с дочерью подруги. А мать синеволосой вообще уже ждет, когда они наконец-то поженятся. Но почему же возникает это странное чувство? Кагами изначально влюбилась в известную модель, теперь эта модель — её парень, но почему же спустя столько времени, проведённого за попытками встречаться с Адрианом, Кагами хочет разорвать столь желанные когда-то отношения?       Но мысли Кагами прервал зашедший в комнату Адриан, держа в руках белую кружку с горячим черным чаем.  — Держи, Кагами! — сказал зеленоглазый и протянул горячую кружку японке. — На улице холодно, ты наверняка замёрзла, так что тебе нужно согреться, хотя бы так. Если хочешь, я могу принести булочки к чаю.  — А? — спросила Кагами и посмотрела блондину в глаза. — Эм, нет, спасибо. Я и так попью. А чай с сахаром?  — Без. А ты с сахаром любишь?  — Не то что люблю, но иногда, бывает, пью.  — Ну, хорошо тогда, — кивнул блондин и сел за свой стол.       На улице хлопьями валил снег, и уже от одного взгляда на него по коже пробегали мурашки. Но Кагами стояла у окна и смотрела на прохожих людей, которых, в свою очередь, было не так уж и много. Она отпила чай и сильно обожгла язык, но, как подобает леди, не подала виду.  — Скоро Рождество, ты уже решила, что кому подаришь? — без энтузиазма спросил Адриан.  — Я… не знаю, — заикнулась Кагами.  — Гм?  — Я хочу подарить Маринетт какой-нибудь прикольный подарок, но что это может быть такое — я понятия не имею, — протараторила синеволосая. — Ты ведь лучше меня знаешь, что может понравиться Маринетт, не так ли?  — Ну, наверное, — неуверенно сказал подросток.  — Так посоветуй! Что бы ты ей такого подарить, чтобы она обрадовалась?  — Ну не знаю. Я ей когда-то подарил блокнот с котятами, и она сильно обрадовалась. Я думаю, что её любая простая вещь обрадует.       Кагами строго посмотрела на блондина. Похоже, он так глуп, что даже не понимает, что Маринетт радовалась тому, что подарок подарил ей сам Адриан. Японка явно словила фейспалм. Она удивлялась тупости её парня.  — Что такого, Кагами? — Адриан в недоумении посмотрел на девушку и даже отложил все свои тетради на столе в сторонку.  — Ни-че-го, — по слогам проговорила Кагами. — Ты лучше скажи, что ты думаешь о Маринетт?  — Ну, она хороший друг и ей можно доверять. А также на неё можно положиться… Я так думаю, — сказал Адриан и сглотнул.  — Вот как… — промолвила Кагами. — То есть, она просто друг?  — Эй, Кагами! Хватит уже. Скоро Рождество, мы должны думать, что кому подарить, а не обсуждать друзей!  — Ты дурачок? Мы обсуждаем друзей, чтобы понять, что им лучше подарить! Неужели ты такого элементарного не понимаешь?!  — Прости, я не специально.  — Ты тоже меня прости, я не подумала. Ещё нужно подарить подарки родителям. Ты ведь не против?  — Ну, покупать отцу подарок на его же деньги звучит как-то странно и очень тупо.  — Серьёзно, что ли? У тебя нет своих собственных, заработанных денег?  — Я на работу ещё не устраивался. Я ещё не такой взрослый.  — О Боже! Лука, в отличии от тебя, доставщиком пиццы работает и зарабатывает свои деньги. Так возьми пример с него. Скажи это отцу. Я думаю он разрешит тебе работать, ведь он наверняка хочет, чтобы ты стал самостоятельным! Хватит сидеть у него на шее! — с презрением проговаривала Кагами.       Синеволосая явно всё больше теряла интерес к блондину. Как будто она специально делала всё, чтобы выставить его беспомощным щенком, который ничего не умеет. Иными словами, находила повод с ним порвать. Однако отпускать давнюю любовь, которую еле получила, было сложно, поэтому нужно было убедиться, что эта давняя любовь очень жалка. Причины такого отношения к своему возлюбленному были непонятны самой Кагами. А ведь правда, зачем она вообще это делает? Что заставляет её бросить известную модель?  — Извини, Адриан, но мне нужно идти, — взволнованно сказала Кагами и как можно скорее попрощалась. — Пока!       Японка спустилась по лестнице, зашла на кухню и схватила булочку, купленную в пекарне Дюпэн-Чэн. Откусив довольно большой кусочек, Кагами направилась к выходу, надела теплое длинное серое пальто и красную шапочку с понпончиком.  — Ты куда, Кагами? — спросила Натали, вышедшая из другой комнаты.  — Ну, мне надо идти просто, — сказала Кагами первое, что пришло в голову.  — Ладно… — с презрением проговорила секретарша. — Но ты мне напиши, как до дома дойдёшь, чтобы я не волновалась. Вот тебе мой номер.       Натали дала Кагами свой телефон, и последняя в свою очередь быстро записала номер, после чего протянула телефон хозяйке.       Выйдя из дома, доедая булочку, Кагами направилась к Маринетт за ещё одной такой же булочкой. Она всегда удивлялась, как её родители так искусно пекли хлебобулочные изделия. Просто «божественная» еда, которую можно было есть с чем угодно: с кофе, с какао, с чаем, даже с водой и просто так.       Дойдя до пекарни, Кагами легонько приоткрыла дверь, чтобы не запускать внутрь холод и зашла. Её поприветствовала Сабина.  — Здравствуйте, Сабина! — поздоровалась в ответ Кагами. — Можно мне две булочки с молочным шоколадом?  — Конечно же! — радостно сказала пекарь и достала с подноса две ароматные булочки. — Как раз их недавно испекли. Ещё тёплые. Бери бесплатно.  — Ой, спасибо, конечно, но я не могу взять их бесплатно. Это неприлично.  — Ну, ладно. Я не буду давить. Твоё слово, — сказала мама Маринетт и завернула три булочки в пакетик.  — Но я просила две, — проговорила Кагами.  — Ничего страшного, одна в подарок. Всё равно мы столько не съедим.       Кагами сдалась и заплатила всего за две булочки. Взяв в пакетик, она попрощалась и вышла из пекарни, всё также приоткрывая дверь, дабы не запустить холод.       Идя по белому хрустящему снегу и оставляя следы позади себя, Кагами всё больше восхищалась родителями Маринетт. Но вскоре она вспомнила об Адриане, и тут же у неё возникли не самые лучшие мысли о нём: «Глупенький избалованный ребёнок и ничего более. Да, возможно, отец плохо с ним общался и изолировал его от общества, но… ЧЁРТ, ЧЁРТ, ЧЁРТ! Он всего лишь ребёнок, подросток, он ещё исправится. Я не должна плохо думать о нём, тем более за спиной. Я же не лицемерка. Сейчас я должна помочь ему справиться с многолетним одиночеством, а не осуждать! Но, бля, он задолбал строить из себя невинного ангелочка! У него такой гарем, почему же все так в него влюбляются? Что в нём такого? Да, он симпатичный и красивый, добрый, но не более! Хотя что я говорю. Сама же в него и влюбилась. Но я с ним дружила ещё до того, как он стал моделью! Но я не должна себя оправдывать. Наверное я еще не доросла до отношений. Чувствую себя рядом с ним неловко и очень странно: вроде хочется к нему, но как только нахожусь рядом с ним, хочется поскорее от него уйти. Что же это такое?»       Уже через несколько минут Кагами подошла к своему дому и с грустью на глазах открыла дверь двери.