Первый раз

— Почему ты так хочешь это попробовать? — спросил Скайквейк, когда Дредвинг неуверенно оседлал его бёдра. — Мне просто любопытно, какие ощущения я получу от этого, и… — мех запнулся, обеспокоенно скользя взглядом по лицевой пластине своего брата. — Ты хочешь меня, — закончил за него Скайквейк и добродушно усмехнулся, когда синий сикер перед ним медленно кивнул.       Старшему меху нравилась эта наивность в голосе его близнеца, а ещё больше его заводил тот факт, что Дредвинг был совершенно невинен. — А ты… Когда-нибудь делал это до меня…? — он сразу же понял, насколько глупым был этот вопрос, потому как если не смотреть на одинаковый биологический возраст, Скайквейк жил гораздо дольше него и имел, несомненно, не мало партнёров. — Тебе не обязательно знать об этом, — мрачно произнёс зелёный мех и нежно потёр жёлтую скулу меха, — Сосредоточься на том, что будет сейчас.       Дредвинг заметил пошлую усмешку на фейсплейте сикера, которую прежде он никогда не видел. Быть может, точно также он ухмылялся для кого-то другого… Несмотря на то, что это причиняло ему боль, синий механоид решил поскорее избавиться от этой мысли, чтобы не испортить момент и не волновать своего брата, который может прочесть каждую его мысль без колебаний.       Манипуляторы зелёного меха аккуратно коснулись крыльев на плечах Дредвинга. Мягкое прикосновение послало по всему его корпусу волны удовольствия, исходящие от плеч. Но всё же младший мех знал, что Скайквейк осторожничает, хотя сомневался, что сможет выдержать ласки пожёстче.       Тем временем трансформер под ним продолжал нежно гладить и сжимать тонкие крылышки на плечевых сегментах сикера. Теперь Дредвинг понимал, почему его собратья так часто занимаются этим. Любой контакт с крыльями сикера может подарить ему массу эмоций и ощущений: как приятных, так и неприятных. Но синий мех мог охарактеризовать то, что он чувствовал только словом «блаженство». Больше в его голову ничего не приходило. Он издавал тихие постанывания, пока Скайквейк водил когтями от кончиков до основания крыльев, стараясь задеть самые чувствительные датчики на его плечах под бронёй, и Дредвинг извивался каждый раз, когда это происходило.       По правде говоря, синий мех скрывал от своего близнеца то, что к нему часто приставали другие сикеры, желавшие забрать с собой его девственность, в которой они были на сто процентов уверены, когда случайным образом задевали его силовое поле своим. Дредвинг был поражен их излишней настойчивостью и напористостью. — Ты хочешь, чтобы я продолжил? — тихо спросил Скайквейк, когда его манипулятор медленно провёл от верхней части спины до основания крыльев, заставив Дредвинга вздрогнуть, издать полукрик-полустон и почувствовать возбуждение, проходящее по всему его корпусу и бившее вниз — под паховую броню. — О… Да, Скайквейк, я хочу… — он медленно выгнулся навстречу пальцам на его спине, чтобы его губы снова раскрылись, выпуская стон удовольствия вперемешку с похотью, которая медленно окутывала его разум. — Знаешь, а ты ведёшь себя тише многих мехов, которых так ласкают, — Скайквейк ухмыльнулся и увидел томный взгляд синего трансформера напротив, отчего почувствовал лёгкое напряжение под паховой бронёй. — С теми мехами не осторожничают, — он хмыкнул и снова выгнул спину, подставляя крылья под нежные прикосновения брата. — А ты хочешь, чтобы я не осторожничал? — спросил Скайквейк, останавливая движения под неудовлетворённый стон близнеца, — Я могу быть жёстче. — Да… Пожалуйста… — прошептал он. Корпус просил грубости, просил жёстких касаний. Дредвинг был перевозбуждён. Так вот, как это — чувствовать себя на вершине блаженства благодаря любимому меху и стонать от каждого прикосновения к телу, — Пожалуйста, Скайквейк, я правда этого хочу… — Ты в любой момент можешь попросить меня быть нежнее, — сказал он и наклонил Дредвинга ближе к себе, чтобы паховые брони тесно вжимались друг в друга, а ему было легче ласкать крылья своего брата.       Сначала он был ласков и нежен, как до просьбы Дредвинга, но позже поглаживания стали более настойчивыми и страстными, чтобы синий сикер, лежащий на нём, застонал от перевозбуждения и удовольствия. Системы младшего меха начали предупреждать его о перегреве, посылая сообщения, которые он старательно игнорировал. Включились вентиляторы. — Ты же не против того, что я доведу тебя до перегрузки? — хрипло спросил Скайквейк, и его губы искривились в нежной улыбке, — Я хочу увидеть, как ты перегружаешься, — он ущипнул кончики крыльев синего механоида, заставив того охнуть и устало выдохнуть в шейные магистрали близнеца. — Сделай это, — это тот шёпот, который Скайквейк жаждал услышать, шёпот, чей хозяин сейчас нетерпеливо дрожал, желая получить максимум удовольствия.       Он ещё несколько раз ущипнул чувствительные кончики крыльев, быстро переместился к основаниям и грубо сжал их, заставив Дредвинга резко дрогнуть и застонать от удовольствия, которое было теперь вперемешку с лёгкой болью. Всё тело сикера было пронизано удовольствием, крылья подрагивали, а он сам вцепился в плечи Скайквейка, судорожно бормоча что-то в шейные магистрали своего брата.       В момент перегрузки механоид смог лишь глухо вскрикнуть, когда его тело выгнулось, а Искра, кажется, сделала бешеный кульбит внутри своей камеры. Зелёный трансформер лишь усмехнулся, смотря на это, и нежно погладил своего близнеца по шлему. Так красив он был сейчас, перегружаясь на нём. Хотя, в общем-то, Дредвинг был красив всегда. — Мы можем остановиться на этом, если ты хочешь… — спокойно произнёс Скайквейк и взглянул на сикера, который тяжело вентилировал, распластавшись по всему его корпусу. Синий механоид наслаждался остатками своей первой перегрузки, и неожиданный скрытый намёк в словах Скайквейка заставил его оживиться. — Нет, я… Хочу тебя… — он возбуждённо выдохнул и потянулся вверх, чтобы страстно коснуться губами губ брата. Низ живота свело от желания и предвкушения. Перспектива сделать это со Скайквейком буквально заставляла его умирать в томном и беспокойном ожидании. Он до безумия хотел его и был не намерен это скрывать. — Ты уверен? Это очень интимно, — зелёный сикер погладил его по шлему, прежде чем Дредвинг уверенно кивнул.       Скайквейк усмехнулся и аккуратно перевернул их позиции так, чтобы оказаться над синим мехом. Они оба не хотели оттягивать время, не нуждаясь в более интимных прелюдиях. Дредвинг заглянул прямо в оптику нависшего над ним брата, чтобы увидеть успокаивающее поблёскивание алых окуляров. Дальше он добровольно, но неуверенно развёл ноги в стороны, чуть согнув их в коленных сочленениях. Этот жест заставил Скайквейка ухмыльнуться и медленно очертить манипуляторами изгибы сикера от талии до бёдер, а затем аккуратно подхватить его под колени.       Руки близнеца на теле заставляли младшего механоида закусывать губу и подстраиваться под ласки. Он уже испытал на себе всю сладость перегрузки, осталось только попробовать более интимную близость. Дредвинг чувствовал, как мех над ним прижимается своей паховой бронёй к его, как возбуждённо трётся и как безмолвно умоляет открыться перед ним, вглядываясь в любимую оптику напротив. Напряжение их тел заставило синего кибертронца вздрогнуть. Его паховая пластина с щелчком открылась перед Скайквейком, когда тот ласково поинтересовался, не хочет ли сикер под ним передумать. Младший мех мягко покачал шлемом и проследил за взглядом брата, который устремился вниз к его интимной зоне. Дредвинг протяжно застонал от желания, и его ладони переместились к паховой пластине близнеца, чтобы поскорее убрать ненужный элемент брони с его красивого сильного корпуса. Но синий мех так и не успел увидеть своего брата там, поскольку старший летун наклонился для того, чтобы отпечатать нежный поцелуй на губах того трансформера, который был ему не безразличен.       Скайквейк всматривался в оптику брата, соприкоснувшись с его лбом своим, когда большой коннектор медленно вошёл в уже достаточно мокрый порт его механоида. Дредвинг тяжело вздохнул и прикрыл свои ярко-красные окуляры, впиваясь острыми когтями в плечи своего меха. Сикер оставил ещё один нежный поцелуй на его губах, прежде чем сделать более глубокий и смелый толчок. Это прекрасное создание наконец-то стало его.       Чувствительный мех под ним непристойно выгнулся. Праймусе, как же прекрасно он себя чувствовал. Медленные, но глубокие толчки брата заставляли его вздрагивать, извиваться и стонать от волн удовольствия, пронзающих тело, когда близнец двигал бёдрами вперёд. Их когти нежно сплелись вместе, когда темп ускорился, а Искры обоих мехов готовы были взорваться от такого безумного количества удовольствия, которое они получали друг от друга, обмениваясь энергией и эмоциями.       Скайквейк хрипло застонал — так приятно и так сильно сжимал его близнец. Никто бы никогда не сравнился с ним. Это то создание, которое зелёный мех любил всем своим существом. Медленно, но верно, они приближались к перегрузке, которая была уже второй за сегодняшний день у одного из них.       Как же им хотелось продлить каждый момент их связи! Эти превосходные ощущения передавались от одного к другому, заставляя Искры пульсировать с бешеной скоростью, а мехов — выгибаться и сладостно стонать, стараясь подарить другому как можно больше удовольствия.       Всё изменилось, когда нагрудные пластины Дредвинга начали раздвигаться. Перед Скайквейком предстала прекрасная картина: Искра его второй половины, ярко мерцающая, от которой шла сильно ощутимая вибрация, тянулась к нему. Его собственная, почувствовав это, сжалась в грудных пластинах и буквально ринулась навстречу. — Д-Дредвинг… Что ты делаешь? — синий сикер уловил удивление и желание в его оптике, когда близнец задержал взгляд на источнике жизни меха, — Сумасшедший…       Несмотря на сказанные им слова, он прислонился своими грудными пластинами к броне брата, продолжая двигать бёдрами, выдавливая из синего механоида громкие постанывания, хотя темп значительно замедлился. Искра зелёного летуна открылась перед Искрой его близнеца. Прошло лишь мгновение, прежде чем две Половины снова соединились в Одно Целое.       Вибрация прошла волной по их корпусам, когда две Искры протянулись друг к другу, чтобы слиться, открыть перед двумя мехами мысли и чувства их партнёра. Бёдра по-прежнему двигались напротив друг друга, но уже не так грубо, как раньше. Вместо этого совершались нежные и глубокие толчки, чтобы посылать удовольствие в каждый кончик их корпусов. Губы слились в долгом и нежном поцелуе и не отрывались друг от друга, пока всё это не закончилось, как и все хорошие вещи.       Трансфлюид Скайквейка излился в порт его брата, когда Искры оторвались друг от друга, и броня на их грудных пластинах и в паховой области с щелчками закрылась. Поцелуй двух мехов закончился, и зелёный трансформер упал на платформу рядом с Дредвингом, что-то проговаривая себе под обонятельный датчик. Несколько бриймов они лежали неподвижно и безмолвно, наслаждаясь «послевкусием» их занятия. Слышались лишь тихие вздохи и работающие вентиляторы в их корпусах. Но вот наконец один из них решился начать разговор: — Больше никогда так не делай… Ни с кем, кроме меня… — тихо пробормотал Скайквейк и перевёл взгляд с потолка на фейспластину лежащего рядом с ним меха, — Пообещай мне… — Но… Почему? — тихо прошептал Дредвинг и придвинулся ближе к близнецу, обхватывая его грудные пластины манипулятором. — Тебя легко уничтожить… — немного подумав, произнёс один из близнецов, — Просто пообещай мне… — уже тише добавил он и снова навис над механоидом, несмотря на то, что ему было тяжело двигаться. — Я… Обещаю… — протянул сикер и потянулся за поцелуем, не в силах устоять перед обаянием своего брата. Скайквейк лишь наклонился и мягко коснулся губами губ близнеца. — Мой хороший мех… Я люблю тебя, отдыхай… — он нежно поцеловал его в лоб и встал с платформы, оставляя крылатого трансформера в состоянии перезарядки. Но, прежде чем впасть в неё, он смог лишь тихо прошептать самое главное слово: — Люблю…

Это был их первый раз…