До встречи в моих снах

      Во всей этой суете я заметила знакомую фигуру. Только волосы были уже не голубыми. Я встала и пошла за ним. Мы зашли за угол, к одним из пустующих сейчас палат. — Тэ, что ты здесь делаешь? Он молчал. Его взгляд был немного другим. Уже более безразличным. — Я так ждала встречи с тобой, хотела признаться… — У нас ничего не получится. Ни сейчас, никогда. Еще один камень рухнул на мою душу. — Как? Но ты же… — Я все еще люблю тебя. Но тебе лучше забыть меня, Николь. Так будет лучше для тебя. — Но что произошло? Почему? — Может быть ты когда-нибудь узнаешь причину, а может и нет. Не знаю. Мне нужно идти,— сказал он, обходя меня. Я схватила его ладонь. — Пожалуйста, не уходи! Мне пришлось выпустить его ладонь, и Тэ скрылся среди остальных людей, идущих по коридору. Мое сердце было разбито, а грустные события накладывались друг на друга. Джин был рядом. Он обнимал меня, пока я сплю, дожидаясь новостей от врачей. И тут к нам вышел главный врач, с сумкой в руках. Он поставил её на журнальный столик. — Николь, мне очень сложно вам это говорить. Ваша мама сейчас находится в реанимации, в очень тяжелом состоянии, а Мико… Мы не смогли её спасти, она потеряла слишком много крови. Примите мои соболезнования. Сердце неприятно кольнуло. Я закрыла рот руками, сдерживая крик. — Вы пустите меня к ней? А к маме? — спрашивала я. — Сейчас это невозможно. Мы позвоним вам. Сейчас поезжайте, отдохните немного. Как только врач ушел, Я взялась за сумку. Я узнала её, ведь это спортивная сумка сестры. Сверху всех вещей лежала золотая медаль. — Победила… Она победила всех, но не смерть… — сказала я почти шепотом. Ко мне наконец пришло осознание произошедшего. Выплескивать эмоции через слезы — только это я могла делать сейчас. — Николь, пойдем. Я посмотрела на парня. — Куда? Я не хочу возвращаться домой одна. Я лучше побуду здесь. — Тебе нужно отдохнуть. Пока это возможно, ты будешь жить у нас, родители дали добро. Я была так благодарна Джину. Он был моим спасением. До этого момента я сомневалась в своих чувствах, но сейчас нет.

***

Мне выделили отдельную, гостевую, спальню. — Я скоро вернусь, — сказал Джин и вышел из комнаты. Я села на кровать, закрыв лицо руками. Внутри меня бушевал ураган эмоций, грустных эмоций. Мой мир разбился вдребезги. Я не понимала, что будет дальше, что мне нужно делать. Я лишь молилась, чтобы мама выкарабкалась. Приятный запах лаванды защекотал мой нос. — Выпей чаю. Это должно помочь тебе успокоиться. Я жадно сделала первый глоток. Тепло разлилось по моему телу, мне даже стало немного неуютно. Джин сидел рядом со мной. — Спасибо тебе, Джин. — Не надо, мы же друзья. Я не мог бросить тебя в беде. Я обняла его. Ровное биение его сердца помогло мне успокоиться и я уснула. Открыв глаза, я не увидела рядом Джина. Я раз за разом прогоняла в голове события вчерашнего вечера. У меня больше не осталось эмоций. Вокруг меня все было серым. Я села на кровати и увидела парня, лежащего на полу. Я подошла к нему, села на колени, убрала рукой прядь волос. Они были такими мягкими и цвета карамели. Я не удержалась и поцеловала его в щеку. Джин сразу начал просыпаться. Увидев меня, он взволнованно подскочил. — Николь! Как ты себя чувствуешь? — А как я могу что-то чувствовать? Моя сестра умерла… Я больше никогда не смогу обнять её. Никогда не услышу её заливистый смех. Никогда больше не услышу музыки из её комнаты. Как Я могу что-то чувствовать? — Я тебя понимаю… — Нет, ты не понимаешь, Джин. У тебя никогда не было такого. Твой брат сейчас в соседней комнате, а родители собираются на работу. А моя мама борется за жизнь, сестра уже проиграла эту битву… Джин опустил глаза и глубоко вдохнул, как будто успокаиваясь. — Сходи в душ, — сказал он. — А я поищу для тебя одежду. Парень встал и вышел из комнаты.

***

Капельки воды медленно стекали по моему телу, смывая усталость. «Я должна быть сильной. Мне нельзя дать слабину, хотя бы ради мамы. Почему? Почему, Мико?» Разные мысли лезли мне в голову. Я пыталась отвлечься от них, но не получалось. Душ придал мне немного сил. Я закуталась в мягкий халат и вернулась в комнату. Там я увидела Джина, держащего в руках пиджак, в котором я была. — Откуда у тебя этот пиджак? — спросил он. — Почему ты спрашиваешь? — Просто… — он взглянул на вещь. — Это же не твой размер. Мне стало интересно. — Ты прав… Он хорошо бы подошел тебе. Можешь забрать его, он мне больше не нужен. Я была не уверена сказала я это в адрес пиджака или его бывшего владельца. — Я нашел парочку вещей, которые тебе подойдут. Пока ты была в душе, звонили из больницы. Нам можно приехать.

***

Только зайдя в здание больницы, внутри меня все сжалось. Только вчера я узнала здесь о смерти любимой сестры. Немного погодя, к нам подошел главный врач. — Чан Николь? Пройдемте со мной. А вы… — Он пойдет со мной, да, Джин? Джин одобрительно улыбнулся. Мы пошли следом за врачом. Он привел нас к одной из палат. — Ваша мать сейчас подключена к аппарату ИВЛ. Её состояние пока нестабильно, но мы работаем, чтобы все нормализовалось. Чтобы не сбить приборы, вам разрешено только стоять у двери. Я глубоко вдохнула и шагнула в палату. Я еле разглядела маму. Вокруг было много разных приборов, датчиков, проводов. От этого зрелища и звуков датчиков мне стало не по себе. Я не хотела снова плакать, поэтому просто уткнулась лицом в грудь Джина. — Я не могу, я не могу… Пожалуйста… Мы вышли. — Я понимаю, что вы потрясены, тем более вы так молоды, но… У вас есть еще взрослые родственники? — Они все живут в других странах. Если что-то нужно подписать, я могу это сделать, я уже совершеннолетняя. — Это касается вашей сестры… Я подписала нужные документы. Мне не дали увидеть сестру, так как даже лицо её было в разрезах и царапинах. Потом мы поехали до моей квартиры, чтобы взять вещей.