Abode of the damned

      — Ты уверен, что мне стоит это делать? Чонгук оглядел воодушевленного Чимина, прикидывая в голове всевозможные пути отступления. — Чонгук~аа, — омега внимательно разглядывал альфу, поправляя на том рубашку, — брось, зато ты развеешься. Сколько можно торчать в больнице? Чонгук закатил глаза, лёг снова на кровать мученически прошипев: — Кто блять развеется в университете? Но омега уже не слушал Чонгука, довольно складывая все необходимое в рюкзак. Чонгук нехотя поднялся перед зеркалом, последний раз оценивая образ: белая рубашка, расстёгнутая на три пуговицы, рваные джинсы и массивные туфли создали отстранённо-деловитый, любимый образ Чона. Выйдя из больницы, Пак деловито обогнул свой красный кабриолет по-отечески похлопывая по капоту. Солнечные лучи предавали свежей машинке больший шарм. Чонгук удивленно присвистнул, аплодируя Чимину: — Смотрю, ты хорошо обстроился, где работаешь? — Да так, — омега нервным движением прошёлся по пшеничными волосам, заглядывая в телефон. — Нас уже ждёт Юнги, поехали. — Юнги? -, Чонгук протянул новое имя, распластавшись на сидении, — Омега или Альфа? — Да какая разница? -, Чимин легким движением завёл машину, ощущая приятную эйфорию от рычащего мотора под капотом автомобиля, что готов был как зверь сорваться с цепи. — Значит, омега, — Чонгук посмеиваясь смотрел на поджавшиеся губы Чимина, — Не ревнуй, а то щеки шире становятся. — Не зазнавайся, Чон, а то слоник джинсы порвёт. Машина резко рванула с места, заставив Чонгука вжаться на секунду в сидение. Чимин открыл крышу кабриолета, омега самодовольно улыбнулся через солнечные очки. Ветер свистел с обеих сторон машины, вызывая приятные мурашки. Чон высунул руку, ловя поток воздуха. На мгновение альфа забыл о последних событиях, странных снах и потерянном нефритовом кулоне, закрывая глаза в блаженном покое. Альфа почти провалился в сон, как машина плавно затормозила, и в нос ударил резкий запах. Странное сочетание острого и сладкого, запах будто отталкивал, заставляя ненавидеть его, но почему-то Чон был уверен, что захочет вдохнуть этот аромат ещё раз: груша мешалась с розовым перцем, слегка перебивая аромат кофе и горького миндаля, дополняя сверху, будто ягодкой на торте, жасмином. Чонгук довольно облизнулся и открыл глаза встретив пару карих глаз на себе. Обладатель столь интересного аромата стоял, чуть склонив голову набок и небрежно придерживая рюкзак на плече. — Так вот из-за кого весь сыр-бор —, Мятноволосый вытащил изо рта леденец, высовывая красный язык. Карие глаза до сих пор внимательно смотрели на Чонгука будто оценивая того. — И долго вы так будете пялиться друг на друга? —, Чимин дал гудка, заставив альфу перевести своё внимание на себя, — Юнги, лезь в машину, опоздаем. Юнги ухмыльнулся серьезному тону Чимина, засунул обратно в рот леденец, поднимая руки в знак капитуляции. Он уселся на заднем сидении, уставившись в телефон. Чимин снова натянул небрежную улыбку: — Чонгук, это мой друг — Юнги, — омега потянул Юнги за рукав бирюзового бомбера, вынуждая того оторваться от телефона, — Юнги, а это — Чонгук. — Я знаю, та самая заноза в заднице, из-за которой ты кинул нас с Хосоком. — Юнги, не начинай. — Заноза? —, альфа развернулся к Юнги, с интересом разглядывая омегу. От резкого разворота рубашка Чона натянулась, вырисовывая мышцы во всей красе. — Так теперь называют друзей? — Если эти друзья- самодовольные хуи, то да. Чонгук усмехнулся Юнги, обратно разворачиваясь на своё место. Мятная голова Юнги ещё сильнее задралась, показывая все своё недовольство. Чимин же растеряно наблюдал за неудачным знакомством, стараясь переводить темы, но парни лишь коротко отвечали, пока не подъехали к зданию. Машина змейкой просочилась через ряд парковки, вставая на лучшее место, где на асфальте было написано имя омеги. — Даже тут себе выбил место, Пак? — Да так, — Чимин слегка смутился живому интересу Чонгука. — Это подарок учителей для одного из лучших учеников —, Юнги довольно хмыкнул, выпрыгивая из открытого кабриолета. — Странные у вас подарки. — А то, — Юнги по-дружески похлопывал по плечу Чонгука, а Чимин старался скрыть радость от наладившегося контакта между этими двумя. Но счастье длилось недолго: Юнги снова уткнулся в телефон с кем-то усиленно переписываясь, уходя в сторону главного корпуса. Альфа тут же выскочил следом, разминая ноги. Чонгук наклонился за сумкой, как увидел на заднем сидении золотую упаковку «Трежера». — Чонгук, ты там застрял? Альфа с довольным лицом запихал пачку сигарет в задний карман рваных джинс, миловито улыбаясь Чимину: — Уже иду.

***

      Университет поглощал своими размерами, студенты подобно муравьям деловито передвигались в большом потоке людей: кто-то стремглав бежал в столовую, куда и пытался сбежать Чонгук, но Чимин прерывал на корне все пути отступления, кто-то опаздывал на пару, кроя всех и вся на чем стоит белый свет, как это сейчас делал Юнги, прощаясь до вечера с парнями находу, а кто-то просто пытался пережить ещё один день, полный нудных, но нужных пар, сохраняя оптимизм, как это делал Чимин. Новость о поступлении Чон Чонгука гремела на весь университет, вызывая любопытные взгляды всех вокруг. Альфа, наследник огромной империи и большого денежного состояния, Аполлон во плоти — с каждого угла доносился шёпот, вызывая восторженные вздохи при появлении Чонгука. Это смущало Чона, но внешне альфа держался все также самоуверенно, как привык это делать. Но долго полетать в облаках и эфемерной славе не удалось: Чимин как коала обвил Чонгука, не дав прохода ни одному омеге, стаскивая Чона с одной пары на другую. Ноги альфы уже заплетались, а голова трещала от потока информации, но Чимин успокаивал Чона будто ребёнка. Раздался звонок на последнюю пару. — Чимин, знаешь выражение: правила для того, чтобы их нарушать? Чимин развернулся на сто восемьдесят градусов к Чонгуку лицом, откидывая руками джинсовку: — Чонгук~а, — омега демонстративно близко подошёл к Чону, огибая того за шею к себе, — знаешь такое выражение: заткнись и делай? Альфа усмехнулся омеге, пропуская руки под джинсовку Чимина, добираясь пальцами до тонкой футболки. Чонгук сосредоточился на ожидающем Чимине, придвигая того ближе к себе. Блондин Чимин так походил на невинное создание даже своим ароматом: приятная свежая груша в сочетании с апельсином мешается с виноградом и создаёт тот самый приятный шлейф, которые любят не только альфы, но и омеги. Но вся эта невинность трескалась на тысячи кусочков, стоило Чимину высунуть язык: омега довольно облизнул альфу, провоцируя того ещё больше. Рык Чонгука прошёлся вдоль шеи омеги, вызывая мурашки и приятную пульсацию на шее. — Заиграемся, Чими, плохо. — Ты прав, — омега недовольно отстранился от альфы, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды, — пойдём на пару. И не успев ответить на вопрос Чимина, Чонгука за руку потащили в аудиторию. Преподаватель порядком опаздывал, взывав гул недовольства среди студентов. — Ещё пять минут, и валим, — Юнги громогласно крикнул сидящим, вызывая одобрительный гул в ответ. — Юнги, учитель скоро придёт. — Чимин, нельзя же быть настолько правильным, — Юнги кинул в того скомканный комок бумаг и развернулся к Чонгуку, — Ну? — Что «ну»? —, Чонгук недовольно закатил глаза. — Ну так какое прозвище ты берёшь? — Иди нахрен, Юнги. — Это какое-то длинное прозвище, Чонгуки, предлагаю тебе два варианта: Тестостероновый горшок или Бритая морковка — Сочная головка? Рот Чонгука открылся и закрылся на секунду, переваривая информацию: — Бритая? А откуда ты... Юнги заржал смотря на эти оленьи глаза, полные удивления, — Да по тебе же видно. — Проверишь? —, в этот раз затормозил Юнги, из-за чего Чон тут же самодовольно улыбался. — Было бы что проверять, морковочка, было бы что... —, Юнги закинул руки за голову, пихая за щёку язык. — Кто бы говорил со своей миллиметровкой в туалете. — Там было холодно! — Ну-ну, все равно омегам это не нужно так сильно. — Головка, ты сейчас, что принизил омег?! — Да нет же, просто твой мозг размером с орех, видимо, все твои органы в миниатюрном формате. — Я тебя здесь же поставлю раком, и ты скажешь, насколько тебе «маленький»! Эти двое снова начали припираться, из-за чего Чимин вымученно застонал, пока кто-то из толпы сидящих не выкрикнул: — Народ, пять минут прошло, валим! Юнги довольно поднялся с места, как в ответ раздалось: — На вашем месте я бы устроился поудобнее. На пороге стоял высокий мужчина в очках. Смуглый, симпатичный мужчина в зеленом свитере и чёрных брюках поправлял часы на руке: — Прошу простить за опоздание, я ваш временный преподаватель — Ким НамДжун.       Чимин тут же сосредоточился на учителе, позабыв о притирках Юнги и Чонгука. Юнги же смачно выругался, садясь на место. Ни альфа, ни омега не поддержали возмущений Юнги, из-за чего тот развозился ещё больше и отвернулся от этих двоих, соорудив из сумки подушку. Глаза преподавателя внимательно огибали сидящих, пока не дошли до парней, и тут же сосредоточились на Чимине, переводя взгляд на Чонгука. Альфа почувствовал напряжение Чимина. Чонгук внимательно наблюдал за мужчиной, что-то знакомое промелькнуло в нем. Но Чон не успел понять, что именно. Альфа схватился за голову и потерял сознание.