Не дожить до рассвета

– Клянусь, если ты сейчас не заткнешься и не перестанешь ныть, я продлю твои мучения на веки вечные – было видно, что девушка, стоящая у зеркала явно раздражена. После этих слов напуганная девушка ещё сильнее забилась в угол, но прекратила плакать в истерике, и лишь изредка всхлипывала. Вдруг, девушка отошла от зеркала и опустилась на колени перед другой, что старалась закрыться руками, чтобы только ее не трогали. – Ты ведь знаешь, почему я тут, правда, Кора? Сколько раз тебе говорили слушаться Их? Правильно, очень много. Лиззи грубо схватила Кору за волосы и притянула Кору к себе, заставив смотреть в глаза. – Теперь ты должна понести наказание. Это будет очень весело, скажу честно. Но не я тебя убью, такого счастья ты не дождешься. Лиз отпустила девушку и села на пол, напротив нее, не сводя взгляда. – Как так получилось, что ты сейчас сидишь тут со мной, без единого человека, который мог бы тебе помочь? Кажется, мы обе знаем ответ. Ты сама виновата в этом. Ты вела себя так эгоистично, думала только о себе. Думаешь все твои близкие тебя любили? Нет, они просто пользовались тобой, потому, что ты была им удобна. Таких, как ты невозможно любить. Даже когда ты находила хороших людей, ты их портила, потому что ты ужасна. – Но... Моя семья, они должны меня л-любить. – Кора все ещё не могла успокоиться и нормально разговаривать. – Кто? Те, кто всю жизнь делали тебе смерти? Даже они считали тебя чужой. – А ты, Лиз? Ты ведь моя подруга с самого раннего времени. Почему даже ты встала против меня? – Кору вновь начали душить рыдания. – Я? А ты подумай хорошенько. Я знаю про тебя все, ты доверяла мне больше, чем кому-либо. Но вот ты выросла, у тебя появились новые друзья, за которых тебе не стыдно, а я стала тебе не нужна. – Но я бы просто не смогла тебя бросить, ты это знаешь. – Кору трясло, она еле выговаривала слова. – Может быть. Но дело также в Них. Мы обе должны были делать то, что они говорят. Но ты предпочла игнорировать все. Тебе говорили не рассказывать никому, но ты ослушалась. И это привело к тому, что Они больше не могли доверять тебе. Теперь все против тебя. И я, и Они, и твои жалкие друзья. – Я не могла больше слушаться Их. Они требовали слишком многого. Мне надоело причинять боль и себе, и другим, это слишком сложно. – Ты причиняешь боль и трудности просто своим существованием. Никто бы по доброй воле не стал бы с тобой контактировать, но ты слишком приставучая. И твои близкие тебя лишь терпят, потому что нет другого выбора. – Ты лжешь! Они любят меня, ведь все так заботятся обо мне. Я не плохая, это Их вина, они сделали меня такой! – Ты правда так думаешь? Они тут не при чем. Это ты, настоящая. Та, что никогда не сможет быть хорошей. Ты тянешь всех на дно, из которого ни ты, ни те, кого ты туда затащила, не смогут выбраться. Тебе проще будет избавиться от себя самой, чем исправить все. – Я пыталась, ты знаешь. Но Они сказали тогда, что слишком рано. Но я не могу больше. Почему никто не может меня принять? – Потому, что ты пугаешь, никто не понимает тебя. Кора встала и шатаясь подошла к зеркалу. Посмотрев на себя, она увидела лишь чужую девушку, которая смотрела на нее измученным взглядом. Под глазами жуткие синяки, от недосыпа, который длится месяцами. Сухие, как солома волосы были еле собраны в пучок, но растрепались во время истерики. Футболка, что раньше была как раз, сейчас висела мешком, на исхудавшем теле. Шрамы на руках и бедрах были перекрыты свежими и почти зажившими порезами. Девушка взяла пачку Richmond и любимую серебристую зажигалку. Закурив, она обернулась на Лизз, что уже стояла, опершись на бортик ванны и кивком головы указывала набрать ее. Кора открыла кран, не выпуская сигарету из губ, что распространяла по комнате аромат горькой вишни. – Как думаешь, когда я умру, как быстро все забьют тревогу и начнут меня искать? – Кора уже успокоилась и ей было совершено наплевать на все и всех. Теперь это не ее забота. – А черт знает. Может тебя и не найдут вовсе. И останешься ты тут гнить навечно. – Лиз тоже взяла сигарету, но подкурила собственными спичками. Девушки молча курили. Одна, смотря, как поднимется уровень воды в ванне, словно топя последние надежды на счастье в этой жизни. Другая, с интересом наблюдая за Корой. Ей хотелось увидеть каждую секунду внутренней борьбы человека, который думает, что все уже решил для себя, но на деле отчаянно не хочет отпускать жизнь. Но она так ничего и не увидела. Кора была непробиваемо спокойна. Она действительно была не такой, как все.