Entwined

Тот же день, пятница, Институт

— Ты помнишь, о чем мы говорили, Джек? О причине, по которой ты здесь? — мягко спросила доктор Коллиер. Брайан и Джек сидели с доктором Коллиер за небольшим столиком, расположенным у окна в ее кабинете. Брайан смотрел на улицу, на последние листья на деревьях, медленно покачивающиеся на слабом ветру, когда голос доктора Коллиер вернул его в комнату. После откровения Джека месяц назад доктор Коллиер и Брайан провели несколько сеансов с Джеком, чтобы помочь ему справиться с появившимися воспоминаниями. Они говорили об аварии, о Клэр и Джоан, о том, что было раньше. Джеку все еще было трудно осознать, что это была его жизнь, что он был женат, имел детей, что не провел всю свою жизнь в Институте. Джек не один раз слышал о том, что живет здесь из-за несчастного случая, но до недавнего времени это не имело особого смысла, потому что он отказывался думать о том, что все это значит. Джек начал примирять образы, возникающие в голове, теперь, когда был готов выслушать то, что действительно произошло с ним семнадцать лет назад. — Я здесь, потому что со мной произошел несчастный случай, и мне нужна помощь, — просто ответил Джек. — Да, — согласилась доктор Коллиер. — Я также объяснила тебе, что несчастный случай лишил тебя воспоминаний; ты помнишь эту часть? — Да. — Ты знаешь, что такое воспоминание, Джек? Джек посмотрел на Брайана в поисках уверенности, и его сын ответил легким, ободряющим кивком: — Все в порядке, ты можешь ей ответить. — Я… — воспоминания. Джек уже слышал это слово. На самом деле, врачи только об этом и говорили в его присутствии на сеансе, одним или с другими людьми. Они даже делали упражнения, чтобы «стимулировать» его воспоминания, что бы это ни значило. — Воспоминания появляются в твоем сознании, когда ты думаешь о том, что сделал. Это воспоминания о прошедшем событии, о чем-то, что произошло ранее в твоей жизни, — объяснила доктор Коллиер. — Например, помнишь ли ты, как впервые увидел Брайана? Джек помнил это очень хорошо. То был один из самых замечательных дней в его жизни. — Да! Он пришел ко мне и сказал, что его зовут Брайан! Он был таким красивым и добрым! — ответил он с сияющей улыбкой. — Видишь? Ты помнишь, как впервые поговорил со своим сыном. Это воспоминание. У тебя их много, верно? Например, когда ты пошел с Брайаном к Дебби? — У нее такой красивый дом! — радостно кивнул Джек. — Уверена, что так и есть… — доктор Коллиер улыбнулась ему в ответ, затем выпрямилась в кресле и скрестила руки на деревянной поверхности стола. — Хорошо, Джек. А теперь я хочу, чтобы ты меня выслушал, — она посмотрела прямо на него, ожидая его внимания, прежде чем продолжить: — У тебя была другая жизнь до несчастного случая. Жизнь с Брайаном, его матерью — твоей женой — и его сестрой. — Я знаю, — Джек несколько раз кивнул, настороженно поглядывая на сына. — И… тот человек, которым ты был, когда жил с ними, — не тот человек, которым ты являешься сегодня. Авария имела последствия для твоего здоровья, и это изменило тебя. Ты понимаешь, о чем я говорю? — Я не уверен… — Джек пожал плечами и нахмурился. — Значит ли это, что это не я делал те вещи с Брайаном? — Что ты имеешь в виду? — спокойно спросила доктор Коллиер. Брайан слегка напрягся рядом с отцом. Разговоры о том, что было раньше, заставляли его волноваться, хотя он очень хотел быть здесь, чтобы помочь Джеку справиться с этой частью себя. — У меня есть воспоминания, которые мне не нравятся. Я много кричу, — пояснил Джек, глядя вдаль, словно потерявшись в собственных мыслях. — Ты имеешь в виду, что кричишь на Брайана? — спросила доктор Коллиер. — Нет! — воскликнул Джек и покачал головой: — Я имею в виду… может быть… — по его явному волнению было видно, что он не совсем понимает это конкретное воспоминание. — Но он другой. — Это было довольно давно, Джек, — успокоила его доктор Коллиер. — Брайан был подростком, когда с тобой произошел несчастный случай, поэтому в твоих воспоминаниях он выглядит иначе… моложе. — Хорошо. Но почему я кричу? Я бы никогда не стал кричать на Брайана! — убежденно подтвердил Джек. Сидя рядом с отцом, Брайан сжал губы, устремив короткий взгляд вдаль. — Джек… Ты больше не тот человек. Тот, кем ты был до аварии, не тот, кем ты являешься сегодня. Вот почему ты видишь в своей голове образы, которые не понимаешь, — объяснила доктор Коллиер. — Но ведь это был я, верно? — нервно спросил Джек. — Да, это был ты, — доктор Коллиер кивнула. Джек посмотрел на свои соединенные на столе руки. Он играл большими пальцами, сосредоточившись на них несколько секунд, и хмурился, выдавая свое беспокойство. Наконец, Джек перестал ими двигать. — Я… я все еще не понимаю. — Джек… — вмешался Брайан. Он наклонился ближе к отцу, передвинув свой стул так, чтобы сесть прямо рядом с ним и лицом к лицу, используя мягкий голос, чтобы попытаться смягчить свои слова. — Ты и я, мы не были друзьями до аварии. Мы много кричали друг на друга. Мы причиняли друг другу боль, — он поднял брови и убедился, что отец смотрит на него, его глаза искали взгляд отца. — Но теперь мы не те же самые. Ты не тот же самый… Ты хороший человек, — заключил он с доброй улыбкой. Брайан видел, что Джек вот-вот начнет плакать. После аварии тот не мог контролировать свои эмоции, как большинство людей. Он плакал, смеялся, всегда слишком много, слишком громко, его внутренние чувства невозможно было контролировать, что в результате преувеличивало каждую его реакцию. Поэтому Брайан не удивился, уловив трещину в голосе, когда Джек произнес его имя: — Брайан… — Джек, послушай меня, — твердо прервал Брайан, взяв его руки в свои. — Это не твоя вина; ты слышишь меня? — Джек закрыл глаза, но Брайан не дал ему долго оставаться в таком состоянии. — Посмотри на меня, Джек, — приказал он, и Джек неохотно повиновался. — Это больше не ты, — Брайан удерживал его взгляд, пока отец не подтвердил его слова небольшим кивком. Брайан отпустил его руки и слегка откинулся назад, дав Джеку несколько секунд, чтобы собраться с мыслями, прежде чем снова заговорить. Он чувствовал себя обязанным добавить еще одну вещь: — Ты никогда, никогда не должен позволять этим образам заставлять тебя делать что-то из-за страха. — Джек… — произнесла доктор Коллиер. — Брайан пытается сказать, что тебе нужно принять тот факт, что до аварии ты был другим человеком, и что тогда ты делал вещи, которые сейчас бы осудил, — заявила она, глядя на Джека. — Ты знаешь, что — хорошо, а что — плохо, верно? Джек положил руки на колени и снова посмотрел вниз. Он тихо ответил: — Да. — Тогда сосредоточься на этом, — продолжил Брайан. — Что бы ты ни увидел или услышал, ты должен помнить одно: ты изменился и теперь не причиняешь людям боль. — Но я причинил боль миссис Фостер! — воскликнул Джек, выглядя пристыженным при этом воспоминании. — И это не повторится, если ты сам этого не захочешь, — Брайан поднял брови, устремив укоризненный взгляд на отца. — Я не хочу! — Джек покачал головой. Этот разговор и то, что произошло с миссис Фостер, не давали ему покоя. Брайан чувствовал, как нарастает его волнение. — Джек… посмотри на меня, — приказал он, но Джек отказался и снова покачал головой. — Эй, ну же… Джек по-прежнему не смотрел на него, но решительно заявил: — Я больше никому не причиню вреда. Я не хочу никому причинять боль. — Это хорошо, — ответил Брайан. Джек громко вздохнул и наконец посмотрел на сына: — И мне жаль, Брайан. Мне очень жаль, что я был таким плохим человеком, — он посмотрел в сторону: — Плохой отец. Плохой отец! — он хлопнул себя по лбу, глядя вниз, его дыхание участилось при этой мысли. Брайан не знал, что сказать, и боялся, что у Джека начнется кризис, но в конце концов его отец успокоился сам. — Я вижу их. Джоан и Клэр… Но я всегда… — он не закончил предложение. Брайан чувствовал, как его собственная грудь сжимается, пока он наблюдал за внутренним смятением Джека. — Они были прекрасны, верно? Брайан глубоко вздохнул. Как бы он ни хотел отстраниться от этих сеансов «помоги Джеку справиться с воспоминаниями», это оказалось чертовски трудно. — Они были… — Мне грустно, — честно признался Джек. — Я знаю, — это все, что Брайан смог сказать. — Я люблю тебя… — неожиданно заявил Джек, подняв глаза, чтобы еще раз взглянуть на сына. — Правда люблю, Брайан. Я знаю, что я не нормальный человек, но я знаю, что такое любовь. Каждый раз, когда я вижу тебя, у меня в груди, вот здесь, возникает странное чувство, — он положил руку на свою грудь, и дыхание Брайана перехватило. Брюнет покачал головой, чувствуя себя неловко, как всегда, когда Джек говорил о своих чувствах к нему. — Джек… — Я люблю тебя больше всего на свете. Я люблю Гаса, но тебя я люблю больше. Разве это делает меня плохим человеком? — продолжал Джек, искренне желая узнать, не ошибается ли он, любя своего сына больше, чем внука. — Нет… Все в порядке. Я твой сын, поэтому ты можешь любить меня больше, — Брайан сдержал смех и улыбнулся, в его груди тоже появилось забавное чувство. Он взглянул на доктора Коллиер, которая кивнула ему с небольшой улыбкой.

***

Суббота, полдень, дом Дебби

Снова начался дождь, не слишком сильный и не слишком слабый. Капли разбивались о лобовое стекло машины Брайана, когда он остановился перед домом Дебби. Он выключил зажигание и, не колеблясь, открыл дверь и вышел из машины. Он постучал во входную дверь и стал ждать. В данный момент он не знал, разочароваться ему или вздохнуть с облегчением, если никто не откроет дверь. Худшим сценарием было бы, если бы Карл был здесь один. Не то чтобы Брайану не нравился этот человек, но он не знал, как объяснит ему свое присутствие, да и просто так уйти он не сможет, не тогда, когда именно он появился на пороге их дома. Тем не менее, в этот раз ему повезло. Он увидел лицо Дебби, глядящей на него сквозь маленькие занавески на входной двери, прежде чем услышал звук открываемого замка. — Брайан? Дорогой, что ты здесь делаешь? Заходи! — она затащила его внутрь, и Брайан послушно последовал за ней, внутренне радуясь теплой атмосфере ее дома в отличие от погоды на улице. Однако ему пришлось прищуриться, когда его взгляд остановился на ее новой безделушке — фарфоровой разноцветной птичке, гордо стоящей на буфете с развернутыми крыльями. — Серьезно, Деб? Еще одна? Ты же знаешь, что это не модно, не так ли? Ты правда хочешь, чтобы твой дом выглядел как какой-то липкий туристический притон? — спросил Брайан, закатив глаза. — А ты не боишься, что она может улететь? — добавил он. — Ну, мы можем только надеяться, — добавил он себе под нос. Дебби пришлось побороться с тем, чтобы скрыть улыбку; она втайне наслаждалась перепалкой между ней и ее суррогатным сыном; на самом деле, если бы Брайан не сделал какое-нибудь замечание по поводу ее стиля оформления, когда приходил в гости, она была бы разочарована. Нацепив на лицо строгое выражение, она ответила: — Это НЕ безвкусица. Это… уникально, — сообщила она с высоко поднятой головой. — Мне пришлось потрудиться, чтобы найти это. — Без сомнения, — ответил Брайан с ухмылкой. Он поднял брови, глядя на нее. — Уникальность не делает ее ценной, — заметил он. — Может, это редкость по какой-то причине, Дебби. Например, ее никто не хотел, поэтому они не стали делать больше одного экземпляра. Только один — для тебя, — он закончил свое заявление фальшивой улыбкой, получив в ответ легкую ухмылку от Дебби. — Ну, мне нравится. А если у тебя проблемы с моим декором, можешь засунуть себе в задницу причину, по которой ты вообще пришел ко мне, — на этот раз именно она подняла брови. Брайан сжал губы, останавливая появление улыбки на своем лице, и игриво ответил: — Это было бы чертовски больно. Она легонько шлепнула его по плечу, когда Брайан поджал губы. — Умная задница… Как насчет чашки кофе? — поддразнила она его, на что Брайан усмехнулся в ответ. — Проходи и садись, — сказала Дебби, давая ему время собраться с мыслями. Брайан просто кивнул и опустился на ближайший стул. Он редко появлялся на пороге ее дома — только если ему нужно было о чем-то с ней поговорить. На самом деле, Дебби не была уверена, что такое случалось больше пары раз. — Я скучал по тебе, — неожиданно сказал ей Брайан, заставив Дебби прекратить свои действия и бросить на него пристальный взгляд. Брайан усмехнулся в ответ: — Нет? Дебби скептически покачала головой, обернувшись, чтобы посмотреть на него. — Не то чтобы я не была бы польщена, если бы мое красивое лицо было первым, что ты захотел увидеть утром, но мне почему-то кажется, что шансы на то, что это произойдет, примерно такие же, как на то, что ты станешь священником, — насмешливо сказала она, открывая шкафчик рядом с кухонной раковиной, чтобы достать две кофейные кружки. — Ты себя недооцениваешь, Деб, — ответил Брайан. Дебби налила кофе в кружки и подошла, чтобы сесть рядом с Брайаном, протягивая ему одну из них. Брайан кивком поблагодарил ее и подул на горячий напиток, после чего осторожно сделал глоток. Он поставил чашку перед собой на стол и вдруг проговорил: — Я помогал Джеку восстановить его воспоминания. И я действительно не знаю, какого хрена я делаю. Дебби уставилась на него, на время забыв о своей чашке кофе. Она знала, как трудно было Брайану довериться кому-либо в том, что касалось его отца. Однако тот говорил о нем, когда самому становилось слишком трудно справиться с ситуацией. Поэтому она не удивилась его признанию. — Как успехи? Брайан сделал еще один глоток кофе, прежде чем ответить: — Довольно хорошо, я думаю. Он на самом деле понимает больше, чем я мог бы ему приписать. — Это хорошо, верно? — осторожно спросила Дебби. — Ну… он помнит Клэр и маму. Типа того… — сказал Брайан, начав постукивать по чашке большим пальцем. — Просто… Он так отличается от того человека, которым был раньше. Он не понимает, что ответственен за их смерть, и я не уверен, что нам вообще стоит туда идти; он помнит крики, но не понимает, почему все время был таким злым. Он сказал, что никогда не причинит мне вреда. Даже говорит, что любит меня… — его голос слегка надломился на последних словах. — Что ты чувствуешь? — тихо спросила она. Эта ситуация была бы тяжелой для любого, но, зная Брайана так, как она, а также его историю и его отношения с Джеком до аварии, можно было смело утверждать, что это чудо, что он не продолжал убегать от этой ситуации, как в первые несколько лет после случившегося. — Я не знаю. Он как чертов ребенок, Деб, а дети обычно любят всех, — ответил Брайан, пожав плечами, пытаясь казаться беспристрастным. Но Дебби это не обмануло. — Я не об этом спрашиваю, Брайан. Как ты себя чувствуешь? — повторила она, и тон ее голоса заставил его посмотреть на нее. Он выдержал ее взгляд в течение нескольких секунд, затем вздохнул и отвел глаза. — Это сложно… — Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю, — немедленно ответила Дебби, заставив Брайана снова посмотреть на нее. Она положила руку ему на предплечье, чтобы еще больше привлечь его внимание. — Брайан, тот факт, что ты помогаешь ему сейчас, говорит больше, чем что-либо другое. Ты хочешь защитить себя, но больше всего ты хочешь защитить его. А это все, что отец может пожелать сыну, — она подняла брови, чтобы показать ему, насколько серьезно она к этому относится. Она сделала паузу, — ее глаза впились в его — прежде чем заявить: — Он любит тебя. Тот факт, что у него разум ребенка, не делает это менее реальным. Брайан отвел взгляд и покачал головой. — Он бы не любил, если бы не несчастный случай. — Возможно, — честно ответила она. — Но что с того? Это все равно правда. Он любит тебя. И ты тоже его любишь. Брайан сжал губы. Дебби, конечно, была права. Он мог отрицать это, — так было бы легче — но он знал, что это правда. Он любил человека, который превратил его жизнь в ад, когда он был моложе, и даже не получалось винить его за это. И все же отпустить свое прошлое было чертовски трудно, и Брайан боролся. Он знал это. Но разве справедливо винить человека, который не помнит ничего из этого и, вероятно, будет винить себя в десять раз сильнее, чем кто-либо другой, если вспомнит? Брайан знал, что Джек готов умереть за него. Его любовь была чистой, одной из самых чистых видов любви, которую можно встретить в жизни. Детская любовь. Безоговорочная. Поэтому, нет, держать обиду на Джека было несправедливо, не сейчас, не после стольких лет. Чем больше времени проходило, тем больше Брайан чувствовал, как его обида постепенно уходит. Но исчезнет ли она совсем в один прекрасный день? Может быть. А, может, и нет. — Эй, милый… — голос Дебби вернул его в настоящий момент. — Ты в порядке? — спросила она, ее глаза показывали глубокую озабоченность тем, что он переживает. — Я в порядке… — ответил он с небольшой улыбкой. — Ты уверен? Потому что, если тебе понадобится помощь в чем-либо, все, что тебе нужно сделать, это попросить; ты знаешь это, — заявила она. — Я знаю. Ты говорила мне об этом уже тысячу раз… — язвительно ответил он. — Никогда не достаточно… — поддразнила его Дебби. Брайан посмотрел на нее с задорным блеском в глазах. — Не могу не согласиться, — его выражение лица стало более серьезным, и Дебби поняла, что ему есть что сказать. — Ты видела Джастина? — спросил он неожиданно. Смена темы была внезапной. Она кивнула, немного удивленная: — Откуда ты знаешь? — Дебби не знала, что Брайан уведомлен об их ужине у Майкла и Бена. — А ты как думаешь? — сухо ответил Брайан. Ответ был очевиден: Майкл сообщил ему, что пригласил Джастина и свою мать на ужин в тот вечер. — Он не изменился, — заявила Дебби. — Можно подумать, что он только вчера уехал, — она все еще была поражена возвращением Джастина. — Да… — согласился Брайан. — Он кажется… в порядке, — нерешительно поделился он. — Ты видел его? — спросила Дебби. Они не упоминали Брайана в присутствии Джастина, и поэтому она не знала, что они уже виделись. — Пару раз, — ответил Брайан. — Он хочет, чтобы мы… ну, я не знаю, чего он хочет. Кажется, он хочет воссоединиться или что-то в этом роде. Дебби поняла, что Брайан недоговаривает. Ему нужен был совет касаемо того, стоит ли впускать Джастина обратно в свою жизнь. По правде говоря, в юности эти два мальчика были, как огонь и лед. Дебби какое-то время верила, что Брайан со временем остепенится, но со всем, через что они прошли — Джесси, Линдси, Гас — этого так и не случилось. И все же она всегда думала, что, если бы Брайан влюбился, Джастин стал бы тем, с кем он построил бы свою жизнь. Было ли уже слишком поздно? Возможно. Но если есть хоть один крошечный шанс, что у них все получится, они должны хотя бы попытаться. В конце концов, что они теряли? — Правда? — Да, — подтвердил он. — И я был удивлен не меньше, чем ты, — ответил Брайан, не поняв вопроса Дебби. — Я не сомневаюсь в тебе. Я имею в виду, я всегда думала… — Дебби покачала головой, пытаясь привести свои мысли в порядок. — Ты всегда думала что? — с любопытством спросил Брайан. — Неважно, что я думаю. Важно то, что думаешь ты, — подтвердила Дебби. Брайан глубоко вздохнул, прежде чем признаться: — Мне страшно, Дебби. У Дебби отлегло от сердца. — Это нормально — чувствовать себя так. Но ты не должен позволять своим страхам диктовать, как тебе жить. Если ты хочешь впустить его обратно в свою жизнь, то сделай это. Брайан покачал головой. — Все не так просто, — утверждал он. — Что, если мы больше не будем понимать друг друга? Что, если мы даже не сможем быть друзьями? — он сформулировал вслух то, что пугало его больше всего на свете. Он боялся обнаружить, что все его воспоминания о времени, проведенном с Джастином, были всего лишь воспоминаниями. Они могут никогда не вернуть то, что когда-то разделяли. По правде говоря, это был самый правдоподобный сценарий. Но хуже всего было бы то, если бы Брайан снова влюбился в Джастина, но обнаружил, что его чувства не были взаимными. Секс не был проблемой. После их встречи в офисе неделю назад Брайан не сомневался, что он будет таким же захватывающим, как и всегда. На самом деле, если бы все дело было в сексе, все было бы намного проще, но он знал, что думать, что секс будет решением проблемы, было безнадежно и неконструктивно. Джастин всегда был другим, и Брайан не верил, что это когда-нибудь изменится, какие бы чувства они ни испытывали сегодня. Дебби ответила на его вопрос, подтвердив его внутренние рассуждения. — Это возможно. Вы оба выросли. Вы можете хотеть разных вещей. Возможно, вы даже больше ничего не будете чувствовать друг к другу. Вопрос, который ты должен задать себе, — хочешь ли ты попробовать? Хочешь ли ты? Вопрос прозвучал в его голове. Брайан уже знал ответ.

***

То же время, магазин комиксов Майкла

Джастин окинул взглядом комиксы, выставленные в витрине магазина перед ним, и направился к двери. Он вошел, и, когда вверху раздался звук колокольчика, улыбнулся, открыв для себя вселенную Майкла. На каждом углу, куда бы ни устремился взгляд, он видел еще несколько комиксов, сложенных в кучу или выставленных на стеллажах, и, конечно, целую зону, посвященную Капитану Астро — любимому персонажу Майкла. Джастин сделал несколько шагов и встал посреди магазина. Он слышал голос Майкла, доносившийся сзади — вероятно, тот говорил по телефону, — поэтому направился к ближайшей полке и достал экземпляр последнего выпуска «Мстителей», пару минут любуясь обложкой и внутренней графикой. — Джастин, привет! — веселый голос Майкла заставил его обернуться и заметить своего друга, выходящего из укромного уголка магазина. Джастин поприветствовал его с улыбкой. Майкл извинился: — Извини за ожидание. Хантер звонил, — брюнет улыбнулся ему, переместившись за прилавок. — Без проблем. Все в порядке? — спросил Джастин, подходя ближе к стойке, становясь лицом к Майклу и опираясь руками на твердую поверхность. — Да. Просто мой неблагодарный сын нуждается в деньгах, как любой подросток, который убежден, что его родитель — это дойная корова, — шутливо ответил Майкл, убирая один из своих комиксов в ящик. Взглянув на Джастина, он добавил: — Я рад, что ты здесь. У меня есть что тебе показать, — он достал из другого ящика папку и положил ее на прилавок. Открыв ее, Джастин увидел несколько страниц с большим количеством записей и несколько основных, плохо выполненных эскизов. — Это мой проект. Я хотел создать свой собственный комикс дольше, чем могу вспомнить, и, хотя у меня куча идей, мне не хватает одной вещи… — Тебе нужен иллюстратор? — один взгляд на первую страницу сказал Джастину все, что ему нужно было знать. — Я ни черта не умею рисовать. Единственное, что я могу нарисовать, — это фигурки из палочек, — пошутил Майкл. — Даже член? — коротко хихикнул Джастин. Майкл одарил его своей лучшей фальшивой улыбкой. — Может быть… но ты бы его не узнал! — Секс продается, но ты прав, — рассмеялся Джастин. — Я не уверен, что умения нарисовать чей-то член было бы достаточно. — Так что… — Майкл прочистил горло. — Я хотел спросить, будет ли тебе интересно поработать над этим со мной? — То есть, рисовать иллюстрации на основе твоих идей? — нахмурился Джастин. — В основном. И ты мог бы вместе со мной устроить мозговой штурм для гей-комикса… — уточнил Майкл. — Гей-комикс? Ты хочешь нацелить его на гей-рынок? — ответил Джастин, удивленный просьбой Майкла. Хотя, если подумать, было вполне естественно то, что Майкл хочет писать о гомосексуалистах. — Все супергерои все равно носят трико. В этом уже заложен гомосексуальный смысл, независимо от того, осознают это читатели или нет, — заявил Майкл. — Хорошая мысль, — уступил Джастин, услышав страсть в голосе Майкла. — У тебя уже есть сюжет в голове? — Вообще-то, да, — ухмыльнулся Майкл. Джастин мог видеть, как его друг действительно взволнован этим. Поэтому, кивнув и улыбнувшись, он попросил: — Расскажи мне обо всем этом.

***

Через час Джастин уже воплотил некоторые из идей Майкла на бумаге. В перерывах между клиентами его друг объяснял, что задумал, и в настоящее время, пока никого не было рядом, они оба были полностью поглощены тем, что делали. Джастин был вынужден признать, что ему очень нравится их совместное предприятие, пока они подбрасывают друг другу идеи. Вошел клиент, снова прервав то, над чем они работали — в данный момент это был рисунок героя, — и Майкл пошел поприветствовать подростка. Джастин сделал паузу, глядя на рисунок перед собой и улыбаясь сходству рисунка с определенным человеком, которого они оба знали. Он был настолько поглощен тем, над чем они с Майклом работали, что когда неожиданно зазвонил телефон, Джастин достал его из кармана, не удосужившись посмотреть на определитель номера. — Алло? — рассеянно ответил Джастин, добавляя еще несколько строк к нарисованному персонажу. — Привет… — его голос прозвучал над ухом, и Джастин нахмурился. Прошло несколько секунд, прежде чем его мозг полностью осознал, что ему звонит Брайан. — Брайан? — рука Джастина замерла. — Хорошо, что ты еще помнишь, как звучит мой голос, — весело пробурчал Брайан. Он спросил: — Я не вовремя? — Что? — Джастин не отличался красноречием. — Нет. Нет… Нет, это не так, — если бы Джастин повторил слово «нет» еще раз, он бы начал биться головой о стену. — Так что ты делаешь? Ты казался сосредоточенным или что-то вроде того… — Джастин мог слышать ухмылку Брайана по телефону. — Я с Майклом. В магазине, — ответил Джастин. Так было лучше. — Понятно… Он уже попросил тебя стать его сообщником? — спросил Брайан, как будто он уже знал, о чем Майкл планировал его попросить. Теперь, когда он подумал об этом, Джастин не удивился бы, если бы Майкл попросил разрешения у Брайана, прежде чем искать его. Джастин был уверен, что без согласия Брайана Майкл не решился бы работать с ним. Черт, да он бы, наверное, держался от него как можно дальше, если бы Брайан этого хотел. — Как ты узнал? — спросил его Джастин. Было любопытно узнать, признается ли Брайан в том, что он во всем этом замешан. — Ты же знаешь Майкла. Ему всегда нужен мой совет по какой-то причине, которую я все еще пытаюсь расшифровать, — загадочно ответил Брайан. — Так ты собираешься это сделать? — Может быть. Посмотрим, — ответил Джастин. По правде говоря, у него было искушение согласиться. Проект казался очень веселым, и для этого нужно было проводить много времени с Майклом, что помогло бы компенсировать все то время, что его не было рядом. — Мне все еще нужно знать, чего он действительно хочет от меня. — Ты имеешь в виду, собирается ли он трахнуть тебя, когда все закончится? — сухо ответил Брайан. — Брайан! — Джастин попытался не рассмеяться над глупым комментарием Брайана, но не смог. — Что? Это законный вопрос. Что бы ты ни решил, если вы будете работать вместе, тебе нужно составить контракт, — мудро заметил Брайан. Джастин не сомневался, что он дал тот же совет Майклу. — Ты поэтому звонишь? Или чтобы убедиться, что мы хорошо играем? — спросил Джастин, пытаясь определить истинную причину звонка. Он очень сомневался, что Брайан позвонил ему, чтобы поговорить о проекте комиксов. — Не совсем, — признался Брайан. Джастин мог бы поклясться, что Брайан вдруг заговорил нерешительно. Зачем бы он ни звонил, это, должно быть, было очень важно. — Завтра я собираюсь навестить Гаса и хотел узнать, не хочешь ли ты пойти со мной? Сердце Джастина учащенно забилось. Это было не большое дело… Это была гигантская сделка. — Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой к Гасу? — Разве это не то, что я только что сказал? Или тебе нужно записаться на прием к ЛОРу? — пошутил Брайан, но Джастину показалось, что он услышал нотки нервозности в его голосе. — Я… я бы хотел увидеть Гаса, — наконец ответил Джастин, честно говоря, ошарашенный просьбой Брайана, но в то же время обрадованный. — Хорошо, — Брайан прочистил горло. — Встретимся в закусочной в одиннадцать тридцать. — Хорошо… — Джастин почувствовал, как его губы без его согласия приподнимаются вверх. — Увидимся, — прошептал Брайан. — До скорого, Брайан, — с улыбкой ответил Джастин, прежде чем завершить разговор. Он посмотрел на мобильник в своей руке и счастливо вздохнул. Через мгновение Джастин поднял глаза и заметил, что Майкл смотрит на него. Улыбка на лице дрогнула, и он уже собирался что-то сказать, когда Майкл объявил: — Я тут подумал… Герой, я хотел бы назвать его Гнев… Джастин сжал губы и задумчиво посмотрел на Майкла несколько секунд, прежде чем кивнуть, и его губы снова приподнялись вверх. — Гнев… мне нравится. На самом деле, мне это очень нравится. Майкл засиял.