Не делай мне больно

— Нравится? — альфа встаёт на колени у кровати, и показывает кольцо со сверкающим красным бриллиантом. — Это же… Джихён… Зачем? — омега с отчаянием смотрит в глаза сына. — Оно принадлежит нам, — альфа поцеловал руку папы и прижал её к своей щеке, — Я верну тебя на твоё законное место, обещаю. — Не надо… — омега мотал головой глотая слёзы, — Послушай меня… — Не нужно! Просто спи, — альфа погладил его по голове, и оставил кольцо на тумбочке, покидая комнату. Он приказывает своим людям вколоть омеге новую дозу снотворного, чтобы облегчить боли хотя-бы на время.

***

— Завтра снова придётся разбираться, — Намджун обнимает Джина сзади за талию, прижимаясь и вдыхая любимый аромат. Он проводит кончиком носа по плечу, оставляет лёгкий поцелуй на шее и просто стоит, слегка раскачиваясь. Джин стоит в помятой светлой рубашке с растрёпанными волосами, и выглядит так уютно, что Намджун задумывается о том, чтобы послать всю эту работу к чёрту и лежать в обнимку с омегой всю неделю. Тем более одного оставлять его теперь совсем не хочется. Джин теперь носит под сердцем их ребёнка, и альфа дни считает с того дня, как узнал. Глупо, но он уже ждёт не дождётся, когда сможет взять на руки своё чудо. — Отец звонил сейчас, — Сокджин поджимает губы и касается рук Намджуна, разворачивается, видит милую улыбку альфы и не хочет даже рассказывать, — Он выяснил, что случилось тогда… — Джин~и, давай пока не будет обо всём этом, я… — Скорее всего Хосок жив, — всё-таки сообщает омега, и видит, как лицо Джуна изменилось, — Тело, которое мы видели, не его… — Что? — Намджуну сначала не до конца понимает, так, как всё ещё сонный, но после резко хватается за телефон и пытается дозвониться до Тэхёна. — Я уже пытался, — Джин мотает головой, — Юнги сказал, что вчера что-то стряслось, с ним всё в порядке, но Тэхён не выходит на связь. — Вчера кто-то украл кольцо, — Намджун оборачивается на Джина, — То самое. Но где именно оно лежало, знали только свои… — Хочешь сказать, что… — Если он жив и даже не пытается связаться с нами или дать знак, это может значит только то, что Хосок теперь за одно с Шивоном. — Он не может… Если же это так, значит, что-то случилось, возможно его шантажировали? Намджун хотел ответить, но телефон начал вибрировать и Ким с мыслями о том, что это Тэхён, посмотрел на экран, но это был Тэён. — Алё? — Намджун отвечает на звонок, и слышит кашель в трубке. — Дядя Лисы… Кх -Кх… Господин Хамато, он мёртв! Случился пожар, он не смог выбраться. Намджун переводит взгляд на Джина, но не выдаёт ни единой эмоции. — Я скоро буду! — альфа завершает звонок, и быстро накидывает рубашку, застёгивая её на ходу. — Что-то случилось? Ты куда? — Джин обеспокоено наблюдает на Намджуном и помогает застегнуть последние пуговицы, тем самым останавливая. Альфа устало вздыхает и опускает руки. — Маленькое ЧП на складе, новые детали не завезли, а заказчики теперь требуют возместить… В общем… Мне пора! — Ким целует Джина в уголки губ, но после просто не отлипает и касается подбородка омеги, приподнимая слегка голову, чтобы затянуть в поцелуй. Он целует медленно, но глубоко, оттягивая опухшие губы и слегка покусывая их. Сокджин вдруг неожиданно отстраняется и улыбается. — Ты вроде собирался уходить. — А! Точно! — Намджун хватает ключи, и останавливается у дверей, — Возможно я буду поздно, ложись пораньше, хорошо? — Иди уже, мистер «забота».

***

flashback

— Пап, почему ты сегодня плакал? — Иди ко мне солнышко, — омега крепко обнял сына, прижимая к себе как можно ближе, — Ты испугался? — Чуть-чуть, отец сильно кричал на тебя, — альфа хотел отстраниться, но ему не дали. Омега дрожал, вытирал слёзы, прикусив губу до крови. — Тэхён, обещай, что вырастешь хорошим человеком… Ради меня, хорошо? Тэхён не понимает, что происходит и почему папа говорит ему это. Он не знает, почему у папы столько синяков, вечно кровь на губах… Он не знает, почему папа всегда плачет… — Ты должен научиться любить… Я знаю, что это будет трудно для тебя, но я уверен, что когда-нибудь найдётся тот, кого ты полюбишь… И я… Я очень хочу дожить до этого момента… — Папа? — Тэхён непонимающе смотрит, изучает его взгляд, вытирает слёзы с его щёк и снова обнимает. — Обещай, что будешь хорошим…

end flashback

— Ты не успел, пап… Тэхён касается щеки Чонгука, слегка пододвигается ближе, чтобы рассмотреть и запомнить каждую родинку, каждый шрамик на его лице. Чем он думал, когда говорил о том, что Чонгук уродлив? Он самое прекрасное, что когда-либо видел Тэхён. Возможно Ким слишком идеализирует его, но разве это не правда? Его милые губы, маленький носик, его глазки бусинки, в которых вся вселенная, а чего только стоит его улыбка. Поразительно, как до неузнаваемости может измениться человек, когда влюблён… Тэхёну уже говорили много раз, что он изменился, но Ким не видит этого… Он всё ещё причиняет боль Чонгуку. Это можно считать сумасшествием? Потому что Тэхён всё ещё не может поверить в то, что так быстро влюбился, всё это не для него… Он думает так, до тех пор, пока не взглянет на Чонгука и понимает, что скорее всего это реально… Омега пытается выглядеть бесстрашным, язвит, а на самом деле боится всего. Тэхён хочет укутать его, обнять, и не отпускать. Однажды, господин Хан говорил о том, что когда альфа влюблён, даже хоть чуть-чуть, он будет делать всё ради своей омеги, и тогда Тэхён посмеялся над его словами, сказал, что никогда не влюбится… Но, кажется, ошибся. Чонгук слегка ворочается во сне, опускает голову вниз, двигается ближе, утыкается лицом в грудь Тэхёна, и снова успокаивается, продолжая спать. Тэхён забывает, как дышать, да и не хочет, чтобы не разбудить его. Он боится, что Чонгук сейчас проснётся, из-за бешеного стука его сердца, поэтому судорожно выдыхает, чтобы успокоиться. Боже, он сейчас похож на пятнадцатилетнего влюблённого подростка, хотя откуда ему знать, как выглядят эти пятнадцатилетние влюблённые подростки? Тэхён невольно вспоминает, вчерашний случай и то, как Чонгук просто закрылся у себя в комнате и не выходил. Что он сейчас сделает, когда увидит Тэхёна в своей кровати да и ещё так близко? Ким сейчас мысленно бьёт себя по лбу, он ведь просто на пять минуточек зашёл, а уже три часа лежит здесь. Альфа снова замечает эти следы на его шее, и чувствует, как ноет сердце, потому что сам, когда-то оставлял такие следы. Он виновато смотрит, облизывает сухие губы, и повыше накрывает его одеялом. — М? — Чонгук всё-таки просыпается, и Тэхён понимает, что зря это сделал. Омега открывает глаза и не сразу понимает, как и с кем он лежит. Чонгук руками слегка упирается в грудь Тэхёна, и быстро хлопает ресничками, поднимая голову. Значит это был не сон, и аромат Тэхёна он чувствовал тоже не во сне. Ким же удивляется, когда Чонгук не отодвигается, и продолжает смотреть. — Я… Это… Как ты себя чувствуешь? — Тэхён находит слова и пытается вести себя максимально спокойно, чтобы не отпугнуть Чонгука. — Что ты здесь делаешь? — не то, чтобы Чонгук был против, но он тоже удивлён, и удивлён тому, что Тэхён просто лежит рядом. Это конечно не впервые… но всё же… Тэхён какой-то другой… Его взгляд другой… Его слова, и то, как он смотрит так неуверенно, кажется, что это не Тэхён, а кто-то другой. — Мне уйти?  — Нет. — вырывается из уст Чона, и после омега смущённо опускает взгляд, — То есть… Нет. — Я могу остаться? — уточняет альфа, чуть ли не со сверкающими от счастья глазами. — А ты хочешь? — Чонгук снова поднимает голову, заинтересованно посмотрев на альфу. У Тэхёна улыбка такая красивая, и Чонгук сам невольно слегка улыбается, — Сердечко? — тихо шепчет Чон. — Что, ты о чём? — Тэхён хмурит брови. — Твоя улыбка… она же в форме сердца. — Мне все говорят, что она квадратная, — альфа пожимает плечами и смотрит в сторону, а Чонгук мотает головой. — Нет, она в форме сердца… и довольно красивая… Жаль только то, что ты редко улыбаешься. — Чонгук снова чувствует, как щёки горят, и если бы он стоял, то упал бы, потому что ноги стали ватными. Ему непривычно говорить такое, тем более с Тэхёном, а они ведь сейчас спокойно лежат вместе и спокойно разговаривают. — А я вдруг полюбил кроликов, — неожиданно заявляет Тэхён. — Кроликов? А я их не особо люблю, потому что мне часто говорят, что у меня улыбка кроли…- до Чонгука долго доходило, -… чья… — Омега сейчас очень надеется, что Тэхён действительно имел в виду кроликов… просто кроликов, без какого либо скрытого смысла. — Так! — он мотает головой. — Мне нужно вставать на учёбу! Тем более я вчера ушёл, ничего не сказав. — Успокойся, — Тэхён, своим уже любимым движением, возвращает его обратно, в свои объятия, и мысленно радуется тому, что Чонгук не сопротивляется, — Ты там больше не учишься, — но рано радовался… — Что?! Эй! Это было моей единственной просьбой! — омега встал и слегка ударил его в плечо. — Я сказал, что ты «там» не учишься, ты будешь ходить в другой университет. — Почему? — Я не оставлю тебя там. — Тебя это не касаеться! И не должно волновать! — Почему?! — также повысив голос, спрашивает Тэхён, — Вообще-то мы женаты! — Не по-настоящему! — Почему? У меня есть все бумаги, доказывающие то, что это… — Я имел в виду, не по любви… — Чонгук резко замолчал, тяжело дыша и только сейчас понял, что сказал… Но в принципе, он же не соврал? — Так полюби меня! Тэхён смотрит с отчаянием в глазах, судорожно дышит, чувствует, как воздуха не хватает, он чувствует, что сейчас не сможет сдержаться… Он пожалеет, возможно уже жалеет о сказанном. Чонгук мотает головой. — Нет… Тэхён, наплевав на всё, подается вперёд, накрывает его губы своими. Аккуратно касается щеки, и чувствует, как по щеке Чонгука скатывается слезинка…

***

— Где ты сейчас? — Намджун заворачивает в переулок и останавливается. — В морге с Лисой. Ей сейчас плохо, Чеён успокаивает, — парень устало вздыхает, — Зрелище то ещё… от него ничего не осталось. — Подожди-ка, — Намджун выходит из машины и направляется вперёд. В свете фонаря он видит знакомый силуэт и ускоряется, — Хосок?! Хосок, это ты?! Парень оборачивается и улыбается. — Давно не виделись… Миг и Намджун падает на колени от сильного удара по голове. Перед глазами всё темнеет и последнее, что он видит — это спокойно стоящего Хосока…