This I love

Гребанные таблетки помогли, а Хидан великодушно не стал трогать и без того мою больную голову, и вместо смачного подзатыльника, я был выгнан с утра пораньше хорошим пинком под зад. Мысли прояснились и пока я добирался до студии, успел пораскинуть остатками мозгов и прикинуть, как разбираться с тем дерьмом, которое мне предстояло. Никак. Никак тут не разберешься, поэтому я просто поддамся течению и будь оно что будет. Пока Тен-Тен заботливо побежала мне за завтраком, я понял лишь одну вещь. Все очень поменялось и, следовательно, придется под это подстраиваться. Не знаю как, но может такая пощечина судьбы — знак, что пора выбираться из дерьма, пора оставить все и двигаться дальше? Сколько я уже живу этим, сколько еще я буду возвращаться к тому же самому? Хидан был прав, чертовски прав, еще немного и я сдохну или подставлюсь за дозу. Истеричный смешок непроизвольно вырвался, и я под шокированный взгляд Тен-Тен начал смеяться будто в припадке. Непонятное кряхтение вперемешку с кашлем вырывались из моих легких, а мне было только смешнее от всей абсурдности ситуации. Неужели я мог опуститься до такого? Ничего так и не изменилось, сколько я пытался убедить себя, что все иначе, а оказывается все то же, блять, самое. Ничтожество, Дей, ты просто ничтожество. -Цукури-сан? Что с вами? Вам нужна помощь? –О да, помощь мне нужна, у меня явные проблемы с головой, раз я нихера не видел перед собственным носом. Тен-Тен тут же подлетела к дивану, а я лишь продолжил заливаться истеричным хохотом. Казалось бы, вот я вылез, исправился, а меня так и тянет обратно. Это я настолько прогнил и не заслужил нормального существования или я просто настолько глуп, что подсознательно загоняю себя в угол? -В…Все в порядке, -сквозь смех я даже не слышал, озвучил ли я вслух это или только подумал, -просто, -я старался отдышаться, вытирая слезы, которые скопились в уголках глаз, -фух, просто шутку вспомнил, -почти не соврал, моя жизнь и правда какая-то шутка, -не бери в голову. Тен-Тен недоверчиво посмотрела на меня, потупив взгляд, она все же встала и вручила мне прямо в руки что-то теплое. -Это завтрак, -я уже и забыл куда она ходила, -я взяла вам китайскую лапшу с курицей терияки, -она опустила глаза в пол и виновато улыбнулась. Она что боится меня? Пиздец, меня боится моя ассистентка, что дальше? Неужели я кажусь таким жестоким? Прекрасно, сам же веду себя как последняя сволочь, а потом задаюсь вопросом, почему мое окружение так настороженно ко мне относится. -Спасибо, -я с благодарностью принял еду и начал завтракать. Дешевая лапша из какой-то забегаловки оказалась настолько вкусной, что я съел все до последнего, разве что не вылизал картонную коробку, хотя может я просто был чертовски голоден. Мне стало лучше, я довольно потянулся и выкинул картонку в мусорку. И тут меня осенило. Душ, мне срочно нужно принять душ. Я подскочил и быстро скрылся за соседней дверью. Нельзя выглядеть как кусок дерьма в глазах своего нового коллеги. Было бы ради чего, но все же я не могу допустить, чтобы этот хрен смотрел на меня, как на мусор. Будто я рад, что придется работать с этим Учихой. Но раз придется, то я не должен показывать свои худшие стороны, такому как он. Уверен, что он не поленится обернуть все против меня, а потешаться над собой я точно не позволю, особенно такому ублюдку. Вся их семья ублюдочная, чертовы Учихи. Они вообще хоть с кем-то считаются? Смыв с себя следы прошлой ночи, я вылез из душевой кабинки и наспех вытерся полотенцем, высушил волосы, которые спутались в комок непонятно чего. Теперь еще это дерьмо распутывать, чудесно. Свежие вещи, лежали у раковины аккуратной стопочкой, я, не раздумывая, их надел, надо отдать должное Тен-Тен, пользы от нее реально много, а я веду себя как последний мудак. Посмотрев в зеркало, я понял, что выгляжу помятым, несмотря на холодный душ. Старательно замазав круги под глазами, я вышел в комнату, шаря по углам, как крыса в мусорном баке, попутно извергая проклятья. Я не мог найти подводку! Я мысленно закатил глаза и обругал себя за рассеянность и бабские замашки. А что дальше? Я буду часами выбирать что надеть? Пиздец просто, но не могу же я сидеть как безликое чмо? Я метнул взгляд на свою ассистентку и сощурил глаза, оглядев девушку оценивающим взглядом. -Тен-Тен, у тебя есть подводка или черный карандаш? -судя по ее взгляду, то она очень удивилась, не ожидав подобного. Обычно у меня все под рукой или у Ино. -Да, конечно, -девушка порылась в своей маленькой поясной сумке с какими-то мишками? А она точно старше меня? Но за идею поясной сумки я накину ей пару плюсов. Очень удобно и самое нужное под рукой, надо бы обзавестись, а то у меня что в голове, что вокруг сплошной хаос. Всегда теряю разные мелкие вещи, вроде той же самой подводки или медиатора, поэтому у меня их сотня во всевозможных уголках комнаты. Тен-тен достала карандаш для глаз, и я, схватив его, подошел к зеркалу, стараясь не размазать по всему лицу своими трясущимися руками мягкий грифель. Слишком мягкий для четких линий, но хоть что-то. -Для меня стараешься? Я польщен, -раздался самоуверенный бархатистый голос с нотками заносчивости. Учиха! Я резко развернулся к источнику звука, не скрывая свою неприязнь к ублюдку. Саске стоял, облокотившись плечом о косяк, скрестив руки и смотрел на меня сверху своим холодным оценивающим взглядом. Он только появился, а меня уже трясет от раздражения, какой же петух. -Дин-дон? Войти можно? –он изящно приподнял свою тонкую бровь, не отводя взгляда. -А тебе особое приглашение нужно? –я скривился, при виде его наглой усмешки. Пошел в жопу, Саске. Может ублюдку еще ковер расстелить и пригласить оркестр? Он закатил глаза и прошел в помещение, кивнув Тен-Тен в знак приветствия. Девушка кивнула ему в ответ и, что-то пробормотав себе под нос о каких-то делах, скрылась за дверью, оставив меня с ублюдком наедине. Который в наглую уселся в кресле и выжидающе смерил меня взглядом. Плюнуть ему в его смазливую рожу что ли? -Если ты пришел, чтобы поглазеть на меня, то мог бы не утруждаться, -меня честно достала это игра в гляделки на выносливость. — Ты гей? –он… Стоп, что он сказал? Я уставился на него, не скрывая свое удивление, а он лишь приподнял бровь, оценивающе оглядывая меня, а я так и застыл, широко распахнув глаза. Черт, у мудака еще чувство такта напрочь отсутствует. -Ну я уверен, что да, -он усмехнулся, и от его усмешки холодок пробежался по спине. Самоуверенный наглый ублюдок. -Я асексуал, -сказал как отрезал, стараясь взять себя в руки. Брови сами собой нахмурились, и я одарил Учиху мрачным взглядом. Это правда, секс меня не интересует. От слова совсем. Вообще никак. Самоудовлетворением я не занимаюсь, даже не думал об этом. Конечно, я могу судить людей внешне, например, Итачи, он красив, безусловно он красив, но никакого сексуального влечения нет. Вообще. Да что этот ублюдок себе вообще позволяет? Меня не притягивают ни девушки, ни мужчины, мне никто не нужен ни в каком плане. Блять, от одной мысли о прикосновениях, а секс -это одни сплошные чертовы прикосновения, меня трясет. Трясет от мысли, что придется трогать кого-то, и что будут трогать меня. Трясет от одного слова, которое вызывает только отвращение. Сукин сын, какого черта он себе позволяет, элементарные правила приличия видимо не для него. Заносчивый ублюдок. Я ненавижу чертовых людей. Ненавижу чертов секс и все, что с ним связано. -Эм, ты не перепутал? Может импотент? –Саске в удивлении поднял бровь, а меня разрывало от желания приложить его смазливым личиком о стену, а лучше скинуть с окна и плевать на контракт. -Что ты сказал? –мой голос был пропитан презрением, а взгляд был красноречивей любых слов. Я не импотент. То, что у меня не встает, еще не говорит о том, что я, блять, импотент. Я был на обследованиях, это гребанное психологическое воздействие, которое жить мне ни разу не мешает, наоборот я рад, что нет потребности снимать напряжение, снова ощущать всю эту дрянь и окунаться в мрак прошлого. Мерзко. Я чувствую себя отвратительно, только думая об этом. Я боюсь влечения, это обоснованный страх, а не недееспособность организма. -Ну знаешь, по тебе не скажешь, -Учиха смотрел куда-то безразличным взглядом, а потом гаденько усмехнулся, -ты очень вызывающе выглядишь, так и вижу, как все хотят тебя подмять, -от его слов холодок пробежался по спине. Ублюдок. Я не выдержал его едких замечаний, собственно, кто он, черт возьми, такой? Да что он обо мне вообще, блять, знает? Я вскочил с дивана и стремительно направился в сторону Учихи. Резкий выпад, и вот я стер его блядскую ухмылочку, заодно сбив костяшки кистей о его челюсть. Саске, явно не ожидавший такого, быстро вскочил, держа руку на скуле, смерив меня раздраженным взглядом, двинулся на меня. Я уклонился, что его сильно сжатый кулак, лишь мазнул по моему уху, но потом я почувствовал, как воздух выбили из легких и согнулся, судорожно вздыхая. Ублюдок перехватил мою руку, которую я уже занес для повторного удара и хватил меня за волосы, приложив головой об стоящий рядом столик. У меня разве что искры с глаз не посыпались, насколько голову прошибло резкой болью. Я согнул ногу в колене и нанес удар в живот этому самодовольному ублюдку, откидывая от себя, но гребанный Учиха все еще держа меня за волосы, потянул меня следом, и мы свалились на пол вцепившись в друг друга. Кубарем прокатившись по всей студии, мы снесли немало вещей, царапая друг другу глотки, как две взбешенные кошки, не обращая внимания ни на что вокруг. Сидя на Учихе, я уже хотел было разбить его нос головой, как почувствовал стальную хватку поперек груди и резкий толчок. Потеряв равновесие, я увидел, как Саске с раздражением приподнялся на локтях и смерил злобным взглядом кого-то за моей спиной, а сам я уперся спиной в чью-то крепкую грудь. Почувствовав легкий аромат лаванды, а резко развернулся, скидывая чужие руки, увидел Итачи и отпрянул назад, чуть не споткнувшись о собственные ноги. -И что тут происходит? –он окинул взглядом сначала меня, а затем и Саске, выглядя при этом достаточно расслабленно, но в то же время раздраженно, словно мы два комара, зудящие над его ухом, не кусаемся, но и не замолкаем. -Что ты тут делаешь? –Саске встал с пола, отряхивая свои джинсы, выглядел он как нахохлившийся воробей, а затем смерил взглядом брата, поджав губы. -Решил проследить, чем вы тут занимаетесь и не зря, как видишь, -Итачи скрестил руки на груди, а мы с Саске как по команде закатили глаза. Пришел проследить он, будто без него не разберемся, то же мне нянька нашлась, -а вы, я смотрю, сдружились, -он окинул нас снисходительным взглядом и слегка приподнял уголки губ в подобии улыбки, -но ваши методы общения усложнят работу гримеров. Я нахмурился и подошел к зеркалу, как ни странно боли я почти не чувствую, только металлический привкус во рту и несильное пощипывание на ссадинах. Этот чертов Учиха расцарапал мне всю физиономию, да я похож жертву бешенной кошки, которая на всех шипит и кидается, только повод дай. Иронично, что именно я и являюсь такой кошкой, ведь лицо ублюдка ничуть не лучше. -Итачи, иди к черту, -через зеркало было видно, как Саске недовольно скривился и встряхнул головой, -просто одна истеричка не понимает шуток. -Бестактный ублюдок, -смочив ватный диск водой, я развернул голову и злобно прошипел, а Саске слегка усмехнулся и пошел в ванную комнату, закатив глаза под задумчивый взгляд Итачи. -И что же он тебе такого сказал, Дейдара? –внимание старшего из братьев переключилось на мою скромную персону, я нахмурился и отвернулся к зеркалу, продолжая залечивать ранки. Будь перекись было бы лучше, но я понятия не имею, где в этой комнате аптечка, а Тен-Тен куда-то исчезла. -Я не обязан отчитываться, -я упорно смотрел на свое лицо, игнорируя прожигающий мою спину взгляд. Будто он не знает, какой его братец ублюдок, да его вообще выпускать в люди нельзя с таким самомнением. -Не обязан, -тон Итачи был ровный и мягкий, -просто любопытно, что вы не поделили в первый же день, — он все так же продолжил прожигать во мне дыру. Что не поделили? Мое личное пространство, потому что ублюдочный Саске умеет обходить все нормы приличия и лезть куда, блять, не просят. Слишком длинный язык, раз он не знает, когда надо его вовремя прикусить. Но вслух я этого не скажу, я не собираюсь жаловаться на какого-то придурка, сам разберусь, посредники мне не нужны. -Неважно, на работе это не скажется, если ты это хочешь услышать, -я провел ваткой по разбитой губе и скривился, а головная боль только мешала сосредоточится. -Я хотел услышать не это, -Итачи устало выдохнул. -Так зачем ты на самом деле приехал? –Саске выглядел уже получше, чем ранее, но все равно царапины чудесном образом не исчезли с его бледной рожи. -Заезжал к Яхико по делам и решил зайти к вам. -Хватит контролировать все, мы без тебя разберемся, -Саске огрызнулся и схватив бутылку воды, немного отпил. -К сожалению, не в моих силах контролировать все, -взгляд Итачи снова вернулся ко мне, я вздернул бровь в немом вопросе. Это он намекает, что меня он контролировать не может или что? Мне не нужен контроль, я и без этого прекрасно справляюсь со своей работой, а остальное не его дело, и наши взаимоотношения с Саске тем более. Нам не по 10 лет, чтобы отслеживать каждый наш шаг, репутацию никому портить не собираемся. -Еще я привез это, -Итачи достал какую-то потрепанную темно-синюю тетрадь и кинул на стол. Саске недовольно цокнул языком и скрестил руки на груди. Взгляд его обжигающе прошелся по старшему брату, а тот снисходительно улыбнулся и покачал головой. Я стоял и с недоумением лицезрел эту картину, но любопытство взяло верх, и я подошел к столику, игнорируя все правила приличия, взял тетрадь в руки. Обычная исписанная тетрадь, казалось бы, какого-то школьника или студента. Шелест страниц оглушительно раздался в тишине помещения, я в наглую листал чужую тетрадь, бегая по строчкам с резким, не аккуратным почерком, будто кто-то писал все это торопясь, куча перечеркнутых предложений и какие-то странные выписки. Как я понял, это была тетрадь Саске и не просто тетрадь, а тетрадь с текстами. Личные тексты Учихи. С каждой строчкой у меня все больше и больше складывалось впечатление, что я лезу в чужую душу без разрешения, но не мог остановить себя. Тексты были разные, но в основном любовные, а если точнее про невзаимную любовь. Неужели этому ублюдку кто-то когда-то отказал? Поэтому он ведет себя, как последний мудак или это с рождения? -Долго еще копаться будешь с такой задумчивой рожей? –недовольный тон вывел меня из размышлений, -заканчивай. Саске делал безразличный вид, будто его ни разу не волнует содержимое тетрадки и тот факт, что я бессовестно ковыряюсь в записях, даже не скрывая этого. Меня заинтересовало. Нет, ни биография этого ублюдка, мне плевать кто, кому, когда отказал, это не мое дело, а ковыряться в его личной жизни мне не прельщает. У всего есть границы, лезть в душу не буду. Но лезть в один текст еще как. До смешного простые слова, незаконченный текст отрывками, вечно повторяющиеся строчки, как заезженная пластинка, которая не надоедает. Я кинул тетрадь обратно на стол, подошел к инструментам и взял гитару. Уселся я прямо на пол и стал настраивать струны, прокручивая в голове только что прочитанные строчки. Слишком просто, но с этим можно работать, если привести все это в нормальный вид. Я проверил звучание, сыграв незамысловатые аккорды, а после стал подбирать новые. Те, которые подойдут под настроение текста. -Ублюдок, если ты собираешься сидеть, а не работать, то будь добр не над моей душой, -я кинул быстрый взгляд на Саске, тот лишь фыркнул, но тем не менее поднялся с дивана и подошел ко мне. Итачи довольно хмыкнул и молча удалился, даже не прощаясь. Не зря он приперся с этой тетрадкой, но черт, я не думал, что найду там хоть что-то цепляющее. -Я на гитаре играть не умею, только фортепиано и немного скрипки, -Учиха поджал губы и уселся напротив, -но учусь я быстро. -Мне плевать на историю создания твоих текстов, но кое-что зацепило, и я намерен это использовать, пусть ты это даже писал не задумываясь, судя по всему, -я поднял на него взгляд, -ты мне не нравишься, заносчивый, высокомерный ублюдок, но если мы будем только работать, а не цепляться друг к другу, то всем станет легче. -Тогда не веди себя как истеричка, -Учиха фыркнул и задрал нос, -это личное, Итачи не должен был это приносить вообще. -Королева рок-н-ролла? –я приподнял бровь, давайте тут поноем еще. Будто его просят рассказывать всю свою историю, тогда зачем он вообще это писал? -Она не закончена, -Саске закатил глаза. -Вот именно, я хочу изменить. Это должен быть хит, а не твое сердечное признание. Саске ничего не ответил. Я продолжил подбирать аккорды, делая пометки в блокноте, а ублюдок прислушивался к каждому звуку, о чем-то задумавшись. Не знаю сколько мы так просидели, но примерное представление песни у меня вертелось в голове, как навязчивая мысль. Что-то мне подсказывает, что из студии этой ночью я не уйду точно. Учиха все так же сидел на месте, внимательно наблюдая за мной, но его язвительность не убавилась. Он то и дело говорил колкости, а я старался его игнорировать, но иногда его рот открывался по делу, и он даже стал записывать ноты в блокнот, чтобы после опробовать звучание на фортепиано. Так мы и просидели до самого утра. Уставшие и вымотанные мы имели яркое представление будущей песни, но сил продолжать работу больше не было никаких. За один только день мы сделали больше, чем достаточно, если все пойдет дальше такими же темпами, то песню мы напишем гораздо раньше, чем за месяц. Саске — все равно гребанный ублюдок, и неимоверно раздражает меня, но учится он действительно быстро, да и не сильно отвлекается от работы, разве что, чтобы пофыркать, пошутить свои ублюдские шуточки, но не настолько ублюдские, чтобы разбить ему нос еще раз. Я держался, пытаясь сосредоточиться на музыке, и пропускал мимо ушей все его подколки, так я понял кое-что. Ему просто скучно. Ему скучно жить, будто чего-то не хватает, поэтому он ведет себя как мудак, потому что это его забавляет хоть как-то. Два плюс два складывать я умею, так что я понял, что этот Учиха живет будто не своей жизнью, за него все решают, а сам он боится принимать решения. Удивительно, но чем-то мы похожи, но вслух я этого никогда не признаю и лезть в его внутренний мир не буду. Хочет скрываться за маской ублюдка, то пусть скрывается, только неимоверно раздражает, что я должен это дерьмо терпеть, будто нанимался. -Достаточно, -Саске потер глаза и заразительно зевнул, что я не удержался и зевнул следом, -приеду завтра, итак слишком долго засиделись, выглядишь ты отвратно. -На себя посмотри, ублюдок, -я посмотрел на него исподлобья, пока он вставал с насиженного местечка и потянулся, хрустя суставами. Выглядел и правда не очень. Опухший, с ссадиной на скуле и синяками под глазами, неженка чертова, всего одну ночку не поспал, а такое ощущение, что бухал неделю подряд, не просыхая. Но ничего привыкнет и к такому, странно, что его братец не трезвонил ему, он же любит держать все под контролем, неужто ему плевать где этот хрен ошивается? Саске забрал свой блокнот и вышел, не прощаясь, зато горделиво задрав нос, пф, нашелся тут. Зашел я в ванную и хмыкнул. Выглядел я ни разу не лучше, а может и хуже, потому что карандаш размазался под глазами, а сами глаза были красные и припухшие. Да и разбитая губа с ссадинами сгущала все краски, молчу уже про гнездо на голове, иначе это месиво из волос никак не обозвать. Я умылся холодной водой и кое-как, выдрав пару клоков, расчесал волосы, вышел из ванной и плюхнулся на диван. И тут я понял, что что-то, блять, не так. Мерзкий озноб прошелся по моему телу, заставив вздрогнуть и покрыться мурашками. Я дотянулся до пледа на полке, и закутался в него в надежде согреться. Мягкая тонкая ткань, отдающая кондиционером для белья, не шибко согревала, но мысленно я благодарен Тен-Тен, что в этом месте вообще есть плед, ведь я обычно заваливаюсь как есть и плевать мне укрыт я или нет, в целом, в те моменты мне вообще на все плевать. Я свернулся на тесном диване в комок и дрожал, а глаза слипались сами собой. Да что это такое-то? Голова наливалась свинцом, тело ломило, я продрог до костей, словно в помещении температура опустилась ниже нуля, но это не может быть ломка. Никак не может. Я знаю, что такое ломка, я проходил через это дерьмо однажды, тогда я молился, чтобы сдохнуть просто или чтобы получить дозу. Врачи тогда даже препараты вводили мне через раз, чтобы я не откинулся ненароком, а я просто с пеной у рта доказывал что-то, о чем смутно помню, видимо нес какой-то бред, а придя в сознание ненавидел себя, врачей, свою жизнь, да и вообще весь гребаный мир. Это что-то другое явно, но… Стоп, я же не мог заболеть? Черт возьми, это прикол или реальность, мало того, что и так жилось нелегко, так я еще и заболел? Этого мне только для полного счастья не хватало, твою же мать. Я попытался повернуться, чтобы хотя бы дотянуться до телефона, но тело окаменело, все мои мысли превратились в сплошную мешанину, что я на секунду потерял связь с реальностью, а потом и вовсе уснул. Проснулся я, когда уже стемнело, и огни ночного города так и раздражали мою слизистую глаз. Мое лицо пылало, как будто я стоял слишком близко к огню, еще немного и я расплавлюсь от этого жара. Я весь пропотел, но сил, чтобы сходить в душ нет никаких, даже чтобы элементарно пошевелить затекшими конечностями нет сил. Голова гудела, а воздуха, казалось, почти не было. Тут особо умным быть не надо, чтобы догадаться, что у меня жар. Яркий свет ослепил меня, что пришлось зажмуриться и в комнате раздались шаги. Да я был бы сейчас рад кому угодно, если это облегчит мои страдания. Да, кстати, выключите гребаный свет! Но я лишь вымученно промычал что-то несвязное, упершись лицом в спинку дивана. -Ты в порядке? –знакомый бархатистый голос раздался совсем близко, а прохладная ладонь аккуратно развернула мое лицо и легла на разгоряченный лоб. Было так приятно, что я чуть было не простонал от удовольствия, -Да у тебя сильный жар, почему ты сразу не позвонил? Ладонь отняли от моего лба, и я разочарованно выдохнул, приоткрыв зудящие глаза. Сквозь легкую дымку я увидел стройный высокий силуэт и черную макушку. -Что ты тут делаешь? –собственный голос казался чужим хрипом, я еле смог выдавить из себя пару слов. -Ты не отвечал на звонки очень долго, а я хотел убедиться, что ты в порядке, -Итачи на минуту скрылся в ванной, а позже вышел с полотенцем, которое вскоре оказалось на моем лице. Холодный компресс, да я за такое готов на все что угодно сейчас, даже душу дьяволу продать, лишь бы эти приятные ощущения не прекращались. -Ты принимал какие-нибудь лекарства? -Нет, -голос совсем осип, от чего я невольно поморщился. Итачи тяжело вдохнул и покачал головой, а затем погасил свет, оставив гореть лишь лампу в конце комнаты и вышел, прикрыв дверь. Я лежал, не думая ни о чем, весь мой мозг полностью сконцентрировался на ощущениях. На неприятных ощущениях, от которых хотелось бежать как можно дальше. Я не болел уже очень и очень давно, да и то это была легкая простуда на пару дней, а не сильный жар и практически полная недееспособность. Создалось впечатление, что все внутреннее моральное дерьмо преобразовалось в физическое, что я слабо хмыкнул. Нет, если бы все так и было, то я был бы на волосок от смерти и страдал бы очень долго и куда сильнее от невыносимой боли в каждой клеточке тела, а это и пережить можно, не беда. -Тебе нужно поесть, -понятия не имею, сколько он и куда ходил, но у меня закрадывается чувство, что его не было всего минуту. -Я не хочу, — я и правда не хочу есть, я хочу спать, а еще тишину и покой желательно. -Дейдара, лекарства на голодный желудок принимать нельзя, выпей куриный бульон хотя бы, -я недоверчиво взглянул на Учиху, что стоял рядом с закрытой пиалой в руках. А какого собственно он вообще решил наняться сиделкой? Я закатил глаза и слегка приподнялся, принимая положение полулежа. Итачи вручил мне тарелку в руки, которые дрогнули, и если бы не Учиха, который не успел далеко отойти, то я точно бы разлил все на себя. Чужие руки придерживали края, пока я вяло поглощал бульон маленькими глотками. Я даже вкус не чувствовал, но то, как горячая жижа прошлась по моей глотке прямо в желудок, я почувствовал еще как, от чего мне сделалось жарче. Я оттолкнул чашу от себя и откинул голову назад, хватая ртом воздух. Итачи поставил тарелку на столик и зашуршал упаковкой таблеток. Ненавижу этот скрежет, поэтому и предпочитаю таблетки в баночках. Пара таблеток наглым образом была засунута мне прямо в рот, будь мне сейчас не плевать, я бы возмутился, но мне и правда похер. Учиха осторожно придержал мне голову, пока я запивал таблетки, а затем уложил обратно на диван. Я вновь почувствовал мокрую холодную ткань на своем лбу и скосил глаза на Итачи. Он непринужденно положил старое полотенце в таз и сел в кресло. Лицо его выражало полное спокойствие, а движения были плавные и грациозные, что я невольно засмотрелся. -Сколько времени? –уверен, что далеко не вечер, но неужели он собрался сидеть тут со мной? У него больше дел нет? -Час ночи, Дейдара, -он что-то написал в своем телефоне, затем отложил его, скрестил пальцы на животе и закинул ногу на ногу, посмотрел на меня. -Ты домой не собираешься? -Не собираюсь. Когда ты поспишь, я отвезу тебя домой, и ты отдохнешь пару дней, пока болезнь не спадет, -интересно долго придумывал этот план? -Я и сам могу добраться до дома, -и позаботиться о себе. Хотелось мне сказать, но я прикусил язык. Я не мог, уж точно не в таком состоянии, когда я даже шевелюсь через силу, -спасибо, -пробубнил я себе под нос, в надежде, что Учиха не услышал это, а затем сразу же отключился, забывшись беспокойным сном.