после ужастиков так хочется тёплых объятий

***

       Комнату пожирает темнота. Стены, до этого державшие форму помещения, больше не выдерживают, растворяясь, как краситель в воде, оставляя только нечёткие очертания. И единственный источник света - моргающий от смены локаций в фильме экран телевизора, не дающий темноте полностью проглотить всю гостиную целиком, защищает двух парней от полного мрака.        Очередной хоррор, который нашёл Минхо был не таким страшным, как казалось обоим изначально. Джисон часто смеялся с выражений лиц манекенов или скримеров, хотя сам немного дрожал. Они не были пугающими или криповыми, парень сам не понимал, почему где-то внутри что-то сжимается так сильно, заставляя конечности, хоть и не сильно, но трястись. На резких поворотах камеры он хватался за руку Ли, почти сразу убирая. Ему немного стыдно за свою реакцию, однако он ничего с ней не мог поделать. А вдруг Лино-хён подумает, что Джисон боится и посмеётся над ним! Минхо заставляло это улыбаться. Он не считал Хана трусом, ему просто нравилось это немного перепуганное лицо с глазами монетками, сведёнными бровями, губами в форме буквы "о" и, конечно же, прохладные руки самого Джисона, что так удобно лежали на его собственных, придавали какой-то шарм младшему. Видя ухмылку парня, Хан смущённо отворачивался, скрывая покрасневшие щёки за чёлкой, совершенно забывая про ярко-алые уши, торчащие из-под короткой стрижки. Ли не мешали чужие волосы, чтобы разглядеть явное смущение Джисона, он только ярче улыбался, обратно перенося взгляд на экран телевизора.       На середине фильма, когда скримеры стали появляться всё чаще, старший придвинулся почти вплотную к Хану, положив руку ему на плечи и немного приобняв. Джисону не нравится, что его считают слабым, пытаются защитить или показать языком тела, что "всё хорошо, бояться не стоит". Он сам об этом знает, ему не нужно напоминать. Только Хан собрался убрать чужую руку с плечей, на экране снова появился скример, из-за чего Джисон сжался, по привычке повернувшись в сторону Минхо, фактически уткнувшись ему в грудь. Родной запах моментально успокоил натянутые нервы Хана, а рука Ли легко поглаживала затылок, отчего становилось тепло и уютно.       Ещё несколько скримеров, и фильм закончился, оставив их в тишине, наедине. Минхо начал обсуждать происходящее фильма, а Джисон поддерживал дискуссию, не отлипая от Ли. - Лино -хён, давай теперь посмотрим что-нибудь спокойное? - Хан незаметно подрагивал, вспоминая скримеры из просмотренного ужастика, - Чтобы ночью лучше спалось. Вторую часть он сказал так тихо, как только можно было себе представить, но даже это уловил цепкий слух Минхо, из-за чего на его лице возникла улыбка, а сам он смущённо опустил голову, тихо хихикая.       Через несколько минут второй фильм уже играл на большом экране, однако ни один из парней не особо обращал на это внимание. Джисон опустил голову на бёдра Минхо, немного ёрзая на месте, искал удобное положение для головы. Ли чувствовал голову Хана очень хорошо, даже слишком, однако он только положил руку на затылок младшего, медленно поглаживая. Джисон так хорошо устроился: дома тепло, любимый человек рядом, ему приятно. Глаза начинают слипаться и Хан вот-вот провалится в сон прямо на коленках у Минхо.       Джисон поворачивает голову так, чтобы смотреть ровно в лицо Ли, желая больше его внимания. Он выглядит таким домашним, но в то же время таким привлекательным, хочется гордо заявить всему миру: "смотрите, а это мой парень! да, мой!" Минхо реагирует на младшего, тепло улыбаясь, строя милые мордашки Хану, из-за чего тот заливается усталым смехом, поддерживая Ли и строя такие же лица. Джисон кладёт руки на щёки Минхо, чувствуя горячую кожу под подушечками пальцев, приподнимает верхнюю часть тела к лицу старшего. Ещё немного ждёт и затягивает его в ленивый протяжный поцелуй. Минхо мгновенно отвечает, обхватывая запястья на своих щеках. Хан целует вязко, без контроля, затягивая секунды наслаждения чужими губами, отчего в груди Ли растекается приятное домашнее тепло, согревающее сердце, заставляя думать только о пухлых губах Джисона, что так приятно оставляют невидимые отпечатки, не попадая в очертания рта Минхо. Хан от усталости перестал следить за тем, что он делает, его глаза наполовину закрыты, но он не в силах открыть веки полностью, поэтому продолжает по ощущениям искать чужие губы, чтобы снова глубоко поцеловать, утонуть в чувствах к любимому человеку. Минхо надавливает на грудь Джисона, заставляя того опуститься обратно на сильные бёдра. Легко дрожащие ресницы полуоткрытых глаз, немного открытый рот, покрасневшие щёки - из-за всего этого Ли будто влюбляется в Хана каждый раз всё сильнее, не в силах себя сдерживать. Он неожиданно возвращается к губам Джисона, затягивая в долгий, мокрый поцелуй. Руки Хана всё также лежат на горячих щеках старшего, даже не думая менять своё положение. Джисон улыбается в поцелуй, затем вообще смеясь. Минхо отстраняется, пытаясь отдышаться. - Лино-хён, я сейчас усну на твоих бёдрах, - Хан закрыл глаза рукой и тихонько проговорил, хихикая, - нужно идти спать, иначе мы завтра не встанем утром.       Он поднялся в привычное положение тела, потирая глаза, и зевнул. Минхо лишь выключил комедию, от которой прошла только одна третья часть, усмехнувшись над этим. Джисон помахал ручкой Минхо, пожелав ему спокойной ночи, а сам пошёл спать. Вскоре и Ли так же пришёл к долгожданной кровати, завалившись на неё, моментально уснул.