Покорительницы

Глава 1. Белокурый ангел       Солнце едва взошло над горизонтом, коснувшись первыми лучами земли. Воздух зазвенел и заискрился, щедро пропитанный солнечным светом, пробуждая каждый уголок ото сна.       Дом на окраине Рима стоял немного в отдалении от дороги и ограждал жизнь людей от суеты окружающего мира.       В доме царила предпраздничная суматоха, где каждый выполнял свою определённую миссию: на террасе развешивали гирлянды и разноцветные игрушки; дом изнутри украшали цветами и подарками; в кухне на плите готовился горячий шоколад — в воздухе витал запах свежесрезанных роз и шоколада. Все ждали пробуждения ангелочка с серо-голубыми глазами и волосами цвета спелой пшеницы.              Едва её ножки ступили на пол, как по дому разлился звонкий смех радости.       — О, Святая Мария, они не успели... — запричитала молодая темноволосая женщина.       Она сняла шоколад с плиты, поправила на ходу выбившуюся прядь волос и быстро поднялась по лестнице на второй этаж. Худощавого телосложения женщина аккуратно открыла дверь детской комнаты.       На полу лежала открытая подарочная коробка, а по комнате, словно миллиарды искрящихся звёздочек, летали блёстки от украшений, висевших под потолком.       Девочка, пытаясь достичь гравитации, отталкивалась ногами от кровати. Её лёгкие, светлые волосы взметались при очередном прыжке и она становилась похожа на резвящийся одуванчик. В руках девчушка крепко сжимала плюшевого розового зайца. Женщина с удовольствием наблюдала за проказами весёлого ребёнка, но правила воспитания требовали от неё строгости. Молодая дама лукаво посмотрела на малышку и ласково произнесла:       — Нати, отец будет недоволен твоим поведением!       — И пускай. Может тогда, он будет чаще со мной играть.       Женщина поймала в воздухе ребёнка, нежно покачала на руках и произнесла:       — Пошли, выпьем горячий шоколад.       — С яблоками? — Пыталась улизнуть, не особо сопротивляясь, и всё же согласилась Натали.       — Да, с яблоками, — подтвердила женщина, поставила девочку на пол и крепко взяла за ладошку. — Тебе понравился Мистер Ушин?       — Эмили, а кто такой, Мистер Ушин?       — Как же, ты его не узнала? Вот же он! — Ответила дама и указала на зайца.       — Ах, да! Мне он очень понравился, но мы не успели познакомиться. Спасибо, Эмили. — Девочка обняла свою няню, поцеловала в щёку и у Эмили навернулись слёзы на глаза. Не желая расстраивать ребёнка, няня улыбнулась и сказала.       — Бежим скорее на кухню, пока шоколад не остыл.       Малышка быстро подхватила задор и побежала вниз.       Женщина поставила перед девочкой тарелку с яблоками, нарезанными тонкими лепестками и чашку тёмного, густого шоколада с рисунком из белых сливок в виде облаков.       — Спасибо, Эмили. Я с удовольствием прокатилась бы на таких облаках, — мечтательно произнесла Натали. Она взяла ложечку, отхватила осторожно край облака, положила на кусочек яблока и отправила в рот.       — М-м-м. Это очень вкусно, попробуй, — девочка сделала такую же порцию для няни и протянула ей. Дама съела предложенный десерт и согласилась.       — Действительно, очень вкусно, котёнок. — Няня отошла к столу, на котором готовила, и, как бы между прочим, спросила. — Ты хотела бы сегодня пойти со мной в парк развлечений?       Девочка даже подпрыгнула от радости:       — Да! Эмили, но ты говорила, что отец против.       — А мы ему не скажем, — заговорщически прошептала няня и с азартом посмотрела на ребёнка. Малышка кивнула и её глаза заблестели.       Эмили знала, что сегодня Альберт не вернётся домой раньше 6 вечера, ведь он ещё вчера вылетел в Венецию и ребёнок, который так тяжело переживает разлуку с матерью, не должен чувствовать нехватку любви.       У Эмили никогда не было своих детей, а после выкидыша в 21 год врачи поставили окончательный приговор.       В 23 года подруга познакомила её с Альбертом и обмолвилась, что он ищет няню своей 3 летней дочери. Эмили сразу предложила свои услуги, даже не обладая соответствующим опытом. В пансионате, где она на тот момент работала, ей приходилось общаться с детьми более взрослыми. Но когда она увидела малышку Натали с огромными ясными глазками, золотыми волосами и не по-детски серьёзными рассуждениями, она просто влюбилась в неё. Девочка никогда не доставляла хлопот: ложилась спать вовремя, хотя и долго ворочалась в кроватке; не шалила и не разбрасывала игрушки; но самое странное — никогда не смеялась. Эмили поклялась, что сможет заменить ей родителей: мать, которой у девочки не было и отца, что часто пропадал на работе.       Няня баловала девочку каждый день. Через полгода малышка научилась шалить и смеяться. Альберт был безумно доволен работой Эмили и стал чаще уезжать в длительные командировки. Няня и Натали сблизились и стали в тайне от всех предаваться запретным наслаждениям: прогулки в зоопарк, катание на воздушном шаре, отдых в аквапарке и парке развлечений — девочка научилась радоваться жизни. Но иногда Натали уходила в сад, садилась на качели и сидела часами, молча, ни на кого не реагируя. Она не плакала, но в глазах стояла такая горькая тоска, что каждый раз няня хотела взять её на руки и унести из сада. Однажды она так и сделала, но девочка так протяжно закричала «Мама, мамочка», что Эмили была вынуждена вернуть её на качели, где малышка вновь успокоилась. Скучала Натали только на праздники: Рождество, Новый год и День рождения — она просто ждала маму, которая пообещала вернуться.       Так прошло 2 года. Эмили старалась отвлекать ребёнка в «грустные дни» и иногда у неё получалось: на Новый год они так долго веселились, что девочка устала и уснула по дороге домой. На следующее утро просто спросила, «не приходил ли кто» и сразу же обо всём забыла.       Вскоре Эмили стала экономкой в доме Мёрджи, продолжая готовить ребёнка к школе.       Сегодня был шестой день рождения Натали и Эмили с самого утра была готова развлекать и веселить ребёнка, чтобы вечером не видеть грустных глаз. Няня надела на девочку очаровательное бирюзовое платье и пальто светло-голубого цвета, а на ноги аккуратные серебристые туфельки. Волосы собрала в 2 хвостика яркими ленточками и они отправились гулять.       До обеда они обошли все аттракционы, на которые допускали детей этого возраста. А потом зашли в кафе и заказали лёгкий обед. После Натали уговорила Эмили «на чуть-чуть сходить к жирафу» и они прогуляли по зоопарку до 4 часов.       — Я устала, Эмили! — Пожаловалась девочка, когда они стояли у клетки с мартышками.       — Пойдём домой, там тебя ждут подарки, — подбодрила женщина.       — Эмили, можно я тебе расскажу секрет, — няня присела перед девочкой и кивнула. — Я совсем не люблю подарки, которые мне дарит папа!       — Почему же, моя маленькая?       — Я хочу, чтобы он мне подарил маму. Где она, моя мама? — Девочка не капризничала и даже не собиралась плакать, а просто как-то по-взрослому хотела это понять. Эмили посмотрела на девочку и решила сказать правду.       — Она уехала очень далеко, чтобы работать.       Девочка молчала и о чём-то думала, а потом спросила:       — А ты Эмили, ты тоже уедешь?       — Нет, что ты! Солнышко, я от тебя никуда не уеду! — Пообещала Эмили.       Девочка больше ни о чём не спрашивала, взяла за руку няню и весело зашагала домой.       Весь вечер малышка резвилась и бегала в саду. Она открыла все подарки и аккуратно сложила их на качели. Потом Эмили подала торт и девочка задула свечи. Они весело беседовали на кухне, когда позвонил Альберт, чтобы поздравить ребёнка. Натали поблагодарила отца за подарки и убежала, а женщина рассказала отцу девочки, как радовалась подаркам малышка.       Натали вышла в сад и пошла по тропинке к любимым качелям, которые так напоминали ей мать. Она села на свободное от игрушек место и слегка раскачала механизм. Солнце коснулось горизонта и окрасило всё золотистым светом. Девочка зажмурилась, механизм успокаивал и ей уже совсем не хотелось ждать. Она обняла мистера Ушина и положила голову на гору мягких игрушек, расположенных рядом. Она свернулась калачиком и, убаюкиваясь под раскачивание механизма, заснула.       После разговора с Альбертом Эмили вышла в сад и нашла на качелях мирно заснувшую девочку. Взяла на руки ребёнка, отнесла в кроватку, поцеловала и вышла из детской.