Best of Buds

День матери оказался абсолютно безумным для «Lotus», и Тэхён, Чимин и Хосок были безмерно благодарны, что он наконец закончился. Они работали без устали всю неделю, готовя заказы и выполняя договорённости, пытаясь ответить на электронные письма и телефонные звонки. Их друзья приобрели привычку заходить в течение дня и оставлять кофе или еду, чтобы убедиться, что работники цветочного магазина хорошо заботятся о себе. Даже Юнги появился вместе с Намджуном и Сокджином, отчего Хосок был в полном восторге. Они двое прижались друг к другу у входной двери, и Хосок широко улыбнулся, когда они наконец обменялись номерами. Тэхён откинулся на спинку кресла и как гордый родитель наблюдал, как Хосок и Юнги ходили вокруг да около, будучи явно влюблёнными друг в друга. Той ночью Тэхён пораньше отправил домой Чимина и Хосока, настаивая на том, чтобы те отдохнули на выходных, поскольку каждый раз закрывали магазин со вторника и им нужно было время собраться с силами. Чонгук пришёл вскоре после этого и сел с ним за стойку, помогая до самого вечера систематизировать последние папки с документами. Безмолвные поцелуи и прикосновения передавались туда-сюда, пока Чонгук не поднялся на ноги и не объявил, что пора возвращаться домой. Тэхён, практически засыпающий в своём кресле, не стал спорить. Поездка домой на машине Чонгука была его любимым временем дня. Ему нравилось, как иногда Чонгук украдкой поглядывал на него, думая, что Тэхён не смотрит, только чтобы быстро отвести взгляд, краснея всякий раз, когда его ловили. В начале их отношений Тэхён заметил, что, как и он сам, Чонгук мгновенно заливался краской, и он абсолютно обожал розовый цвет, который расцветал от чонгукова носа до ушей, когда Тэхён дразнил его. Тэхёна часто неожиданно поражало осознание того, что ему нравится Чонгук. Это чувство наполнило его с головы до пят. И сейчас был один из таких моментов. Он опустился чуть ниже в кожаном сиденье машины, глядя, как пролетают мимо уличные фонари. Новая, но отчего-то ностальгичная песня женской группы тихо играла по радио, и рука Чонгука ощущалась удобной тяжестью на его бедре. — Гук? — нарушил он уютную тишину. Ему нравилась застенчивая улыбка, которая появлялась на губах Чонгука каждый раз, когда он произносил это прозвище, и этого было достаточно для Тэхёна, чтобы называть его так как можно чаще. — Останешься на ночь? Тэхён знал, что Чонгук никогда не откажется от приглашения. Сон рядом с Чонгуком стал одним из его любимых занятий, он был счастлив иметь рядом тёплое тело, которое мог прижать к себе ночью, если мир становился слишком тесным. Вернувшись домой, они не теряя времени облачились в подходящую пижаму — результат их ночной поездки в Вол-Март пару недель назад в поисках определённого шампуня, который хотел Тэхён. Чонгук настаивал, чтобы они купили их, и Тэхён никогда ещё не говорил ему «нет». Наконец приняв душ и прижавшись друг к другу под тонкими простынями, обхватив конечностями друг друга и мягко столкнув лбы вместе, Тэхён знал, что хочет остаться здесь на всю жизнь.

•••

Нет ничего лучше, чем просыпаться утром от того, что высокий нос Чонгука любовно прижался к его шее. Его рука обхватила талию Тэхёна, а тонкие пальцы покоились чуть ниже пупка, слегка касаясь подола пижамных штанов. Через несколько дней после свидания у реки они согласились позволить вещам происходить естественно и не торопиться. Конечно, всё действительно начало принимать разные обороты, когда они прятались под простынями Тэхёна, терялись друг в друге. Ничто не выходило за рамки коротких ласк, и ничья рука не осмеливалась провести ниже талии. Тэхён ещё даже не видел Чонгука полностью голым. В свою защиту Тэхён молод. По крайней мере, так он говорил себе по утрам, просыпаясь, когда напряжение в ягодицах становилось сильным и неудобным. Он всегда изо всех сил старался вырваться из рук Чонгука, не разбудив его, и обычно ему удавалось убежать, чтобы избавиться от этого чувства. Он просто не был уверен, готов ли Чонгук к следующему шагу, и не хотел бросаться на него ранним утром без предупреждения. Иногда, если он чувствовал себя неким авантюристом, он представлял, как прижимается к обнажённому телу Чонгука, руки младшего скользят по его груди и между ног, красивые стоны покидают розовые приоткрытые губы. Но сейчас не время думать о его безумно привлекательном парне и о том, как он упивается им, пока этот мужчина лежал прямо за ним. К сожалению, до сих пор спящий Чонгук не хотел терять своего приятеля по объятиям и не позволял Тэхёну ускользнуть. Обе руки обернулись вокруг Тэхёна, взволнованного происходящим и тем, что вокруг его талии обернули ноги. Он был обречён. Он был абсолютно обречён с того момента, как красивая большая рука прижалась к его животу и притянула обратно к широкой груди. Стояк Чонгука теперь давил на его поясницу, и это чувство посылало спирали тепла к сердцу Тэхёна. Он вздохнул, поддавшись дьяволу на плече, и его разум очистился от всех других мыслей, кроме тех, что содержали в себе Чонгука. От горячего дыхания у него по спине пробежала дрожь, и он быстро повернулся, чтобы слиться с телом Чонгука, вытаскивая его из сна в процессе. Смущённое ворчание сорвалось с чонгуковых губ, но парень слабо улыбнулся, открыв глаза, и их взгляды встретились, и он не колеблясь наклонился вперёд и поцеловал Тэхёна в нос. По-видимому, удовлетворённый, Чонгук зевнул и откинулся на подушку, но Тэхён определённо не хотел давать ему уснуть. Хватка вокруг тела Тэхёна усилилась, выдавливая из него непристойный стон, стоило бедру Чонгука задеть его быстро растущую эрекцию. — Тэ? — в голосе Чонгука вспыхнуло беспокойство, его глаза тут же распахнулись, прежде чем на лице отразилось понимание. — Оу. Ты не спишь, да? Его кокетливая улыбка ещё больше разозлила Тэхёна. — Говори за себя, — пробормотал Тэхён и позволил своей руке спуститься вниз по груди Чонгука, чтобы защекотать бок. Он свёл их бёдра вместе и не теряя времени поймал рот Чонгука в голодном поцелуе, когда тот выпустил удивлённый стон. Тэхён не был новичком в том, как любил его Чонгук, когда их поцелуи становились грязными и влажными. Губы неуклюже соскользнули, и Тэхён ухмыльнулся, как только Чонгук снова застонал из-за того, что он игриво прикусил нижнюю губу. Его язык поддался вперёд, пытаясь уговорить язык Чонгука проникнуть в его собственный рот, счастливо посасывая его, когда план удался. — Ты так далеко, придвинься ближе. — Рука Чонгука покинула его талию, чтобы схватить волосы на затылке, ероша их так, как нравилось Тэхёну. Их языки танцевали во рту Тэхёна и заглушали звуки, вырывающиеся из горла. Мелодичные стоны Чонгука вместе с постоянным покачиванием их бёдер вызывали у Тэхёна головокружение, и он хотел ещё, ещё, ещё. Ногти впивались в бок Чонгука из-за его потребности быть ближе, и если восхитительное намеренное касание эрекции Чонгука его тела не заставляло тепло молниеносно пробегать по всем клеткам, то мысль о жгучих красных следах, оставленных чужими ногтями, несомненно заставляла. Вскоре в комнате стало невыносимо жарко, но у него не было другой мысли, кроме как затащить Чонгука под себя. Он сунул руки в ночную рубашку младшего и грубо толкнул его на спину. Прежде чем Чонгук смог оправиться от внезапного движения, Тэхён оседлал его, одеяло натянулось вокруг его талии, когда они оба оказались под новым углом. — Е-ещё… — заикался Чонгук, когда их губы перестали быть единым целым, и его руки упали вниз, чтобы схватить бёдра Тэхёна. Последний ухмыльнулся, увидев ошеломлённое лицо Чонгука, и двинулся вниз, желая поцеловать его линию подбородка до уха. Честно говоря, он на самом деле не собирался идти дальше засосов, пока они оба не успокоятся, но, видя, как Чонгук задыхается под ним, продолжая умолять о большем, он подумал, что, может быть, они наконец готовы. Он отстранился, намереваясь насладиться видом, тёмные глаза Чонгука удерживали его на месте, пока руки массировали мышцы бёдер старшего. — Гук, ты… — он разразился стоном, как только Чонгук приподнялся и потянулся вперёд. Он ничего не мог с собой поделать и захватил теперь уже слегка опухшие чонгуковы губы в быстрый поцелуй, прижав ладони к его груди, чтобы удержаться. — Да, пожалуйста. — Взгляд Чонгука встретился с ним, и Тэхён почувствовал, как покраснел от обожания, которое он увидел в этих глазах. Глаза, которые он знал, таили в себе всю галактику и сверкали ещё ярче в темноте. Из-за колебаний Тэхёна Чонгук сел и прислонился к изголовью кровати, протянув руку, чтобы нежно погладить Тэхёна по щеке, произнеся: — Тэхён, я… я действительно хочу этого. И... сильно. Тэхён глубоко вздохнул, его тело покалывало от любви, пронизанной голосом Чонгука. Он поспешно кивнул, квадратная улыбка на губах встретилась с такой же яркой улыбкой Чонгука. Руки опустились, чтобы мягко потянуть за край рубашки Тэхёна, и тот поспешил помочь Чонгуку стянуть её, немедленно проделав то же самое с рубашкой Чонгука. Дыхание тут же перехватило, когда он увидел полную картину обнажённой груди Чонгука — красивой и украшенной тонкими мазками чернил. Контур большого оленьего черепа помещался прямо над сердцем, рога поднимались высоко над ключицами и падали на плечи. Крошечные цветы и бабочки танцевали вокруг черепа, а тонкие линии римских цифр были нанесены чернилами под левым ребром. Пальцы Тэхёна скользили по татуировкам, а его глаза блуждали по великолепно выполненной работе. — Ты великолепен, — прошептал Чонгук, и Тэхён удивлённо поднял голову, бабочки заполнили его живот от услышанного комплимента. Он только что думал то же самое о Чонгуке, и он постарался сказать ему об этом, заработав застенчивое спасибо, тихо слетевшее с губ. Его руки скользнули вокруг шеи младшего и притянули его ближе, чтобы он мог прижать их лбы вместе, руки Чонгука обвились вокруг тела Тэхёна, чтобы ласково обнять его. Они так и остались стоять, заключённые в объятия, вдыхая дыхание друг друга, погружённые в чувство мирной близости. Момент только усилился, когда Чонгук начал рассыпать поцелуи на тэхёновом лице, шее и груди. Скольжение рук по его позвоночнику и по ногам заставляло сердце биться в предвкушении того, что должно было произойти следом. Пальцы скользнули по кромке штанов, и, услышав одобрительное мычание, Чонгук не теряя времени просунул руку под них, чтобы медленно накрыть ладонью ноющую эрекцию. Прекрасное чувство потрясло тело Тэхёна, и он ахнул, когда Чонгук наконец прикоснулся к нему. Он был чертовски рад, что никогда не ложился спать в боксерах. Чонгук неторопливо водил рукой по всей длине, его большой палец время от времени дразняще скользил по головке. Бабочки загорелись слабым пламенем и распространились от пальцев рук до кончиков пальцев ног, пока Чонгук продолжал медленно водить своим запястьем. Собственные трясущиеся руки Тэхёна стянули с Чонгука штаны и боксеры, так что его эрекция больше не была скрыта и красиво изогнулась на животе, предэякулят уже вытекал из самого кончика. — Чёрт, — пробормотал Тэхён и не смог удержаться от того, чтобы сразу же обхватить его рукой, стремясь почувствовать вес в своей руке. Он выпустил громкий вздох, как только рука Чонгука сжалась на его длине, неуклюже двигая рукой в ​​унисон с тэхёновой. Другой рукой он провёл по прессу Чонгука и шумно сглотнул при виде потрясающего тела под ним. Он скулил и покачивал бёдрами, Чонгук понял намёк спустить штаны Тэхёна ниже лодыжек, чтобы наконец освободить его эрекцию. Тэхён зашипел от ощущения прохладного воздуха на своей горячей коже. — Подожди, — внезапно произнёс Чонгук, рука старшего немедленно остановилась и отдёрнулась, когда он с беспокойством посмотрел на Чонгука. Тот заскулил, а его рука быстро потянулась вперёд, чтобы схватить запястье Тэхёна: — Н-нет, не останавливайся! Просто... Я знаю, мы говорили об этом раньше, но... как... как ты хочешь это сделать? Тэхён вздохнул, радуясь тому, что Чонгук не чувствовал себя неловко, но вместо этого стал беспокоиться о своём следующем шаге. Они оба упомянули, что у них не было никаких особых предпочтений, когда эта тема всплывала во время разговора, но Тэхён не был снизу с тех пор, как расстался со своим первым бойфрендом. Между тем, Чонгук сказал, что обычно так и делает со своими партнёрами, и, честно говоря, Тэхён почувствовал лёгкую тревогу при мысли о том, что снова будет снизу после столь долгого времени. — Я… я хочу тебя взять. — Он почувствовал, как загорелись щёки, и Чонгук выглядел немного озадаченным его резкой сменой настроения. — Я имею в виду, если можно. Чонгук громко рассмеялся, поразив Тэхёна. — Конечно, можно, — согласился он, и прежде чем Тэхён смог задуматься, его затянули в другой поцелуй, и язык снова прижался к его губам. Это было всё, что требовалось, чтобы в его животе разрастался необузданный огонь. Он горячо дышал в рот Чонгуку, продолжая сводить их бёдра вместе, хныча от ощущения, как их обнажённые тела трутся друг о друга. — Продолжай так же, и м-мы далеко не уйдём. — Ты когда-нибудь слышал о нескольких раундах? — поддразнил Тэхён, акцентируя слова особенно резким движением бёдер, от которого они оба начали задыхаться от удовольствия. — Боже… просто возьми смазку. Тэхён хихикнул и притянул Чонгука для короткого поцелуя, прежде чем неохотно отодвинуться, желая найти лубрикант и презервативы, которые Чимин убедил его купить «на всякий случай». Иногда он действительно был рад, что позволял Чимину уговаривать его. Он выудил их из ящика прикроватной тумбочки и гордо протянул Чонгуку, получив в ответ грубый и грязный поцелуй перед тем, как из его рук вытянули тюбик — крышка открылась, а презерватив упал рядом с ними. — Ложись, Куки. — Тэхён слез с колен Чонгука и вместо этого устроился дальше на кровати, зацепившись пальцами за верх боксеров младшего и стянув их вниз вместе со штанами. Чонгук приподнял бёдра, чтобы помочь Тэхёну полностью избавиться от них, его руки в это время возились со смазкой. Тэхён нежно провёл руками по чужим загорелым бёдрам, сжимая сильные мышцы, когда наклонился, чтобы укусить нежную кожу. Он не спеша одарил тело Чонгука поцелуями, будучи уверенным, что оставит следы на его груди, которые к вечеру окрасят татуировки в тёмно-фиолетовый цвет. Он почувствовал, как Чонгук двигается под ним, и посмотрел вниз, только чтобы увидеть, что тот уже покрыл свои пальцы смазкой и дразнил себя, потирая ими ободок. Это зрелище вырвало из Тэхёна длинный стон, на что Чонгук издал приглушённый смешок, который застрял где-то в горле, стоило тэхёновому пальцу прижаться к его входу. Их пальцы соскользнули в одно место вместе, и Чонгук переплёл их руки, разделив смазку, капающую с его руки на простыни. Тэхён встал на колени и раздвинул бёдра Чонгука, чтобы устроиться между ними, бросив последний взгляд на грешное выражение лица парня под собой, прежде чем медленно ввести палец до первого сустава. Чонгук запрокинул голову и тяжело задышал, другая рука свободно обхватила его же член. — Скажи мне, когда захочешь большего, любимый. — Тэхён начал двигать пальцем внутрь и наружу, в то время как его свободная рука раздвигала крепкие бёдра Чонгука ещё дальше друг от друга, влюбляясь в дрожащие выдохи и стоны, струящиеся из чужого рта. — Д-добавь ещё один. — Уже? — Зрачки Тэхёна расширились от возбуждения, как только Чонгук протолкнул смазанный смазкой палец в себя. Слова, неслышные из-за их прерывистости, умоляющие Тэхёна взять его сильнее, срываются с губ Чонгука так быстро и сладко. — Чёрт, ладно, ладно. Чонгук начал опускать бёдра на руку Тэхёна, и он воспринял это как сигнал, чтобы добавить ещё один палец, закручивая их внутри Чонгука, когда он трахал себя ими. Ему не удавалось поразить это особое место внутри Чонгука, пока он не добавил свой третий палец, и Чонгук оставался корчиться и мяукать на простынях, крича, когда пальцы Тэхёна неоднократно касались пучка нервов. — С-стой, стой, я хочу кончить с тобой внутри меня, — задыхаясь, произнёс Чонгук, в то время как его другая рука обхватила запястье Тэхёна, останавливая любые движения. Тэхён злобно ухмыльнулся и щёлкнул пальцами там, где они всё ещё находились внутри Чонгука, заставляя того проникнуться этим ощущением. — Блять, да трахни ты меня уже нахрен! Как он сумел заполучить себе мужчину, который умел так красиво говорить? — Как будто я когда-либо мог отказать такой милой просьбе, — сказал Тэхён, наклоняясь вперёд к Чонгуку, заскулившему от жажды поцелуя. Он медленно отстранился и провёл руками по кровати в поисках презервативов, пока нетерпеливый Чонгук умолял его поторопиться. Когда он наконец нашёл упаковку, то сверкнул ухмылкой Чонгуку, прежде чем разорвать её и прокатить по своему члену, используя всё ещё скользкую от смазки руку, на что другой проворчал и зацепил лодыжки за спину Тэхёна, пытаясь сблизить их. Опёршись на Чонгука, он держал себя одной рукой за его голову, в то время как другой крепко держал Чонгука за бок. Он превратил своё тело в тело Чонгука, прижав их грудь и животы вместе, чтобы совместить его головку с входом Чонгука, оставив обнадёживающий поцелуй на виске. Чонгук поспешно обнял Тэхёна за плечи и обвил ногами талию. Влажные губы оставили покалывание на коже Тэхёна, когда Чонгук нетерпеливо покусывал его ключицы. Не желая больше ждать, Тэхён, наконец, сдвинул их бёдра вместе и глубоко застонал при виде того, как его длина исчезает внутри. Чонгук впился ногтями в лопатки, но наслаждение от тепла, охватившего его, затмило любую боль. Он соединил их рты в лихорадочном поцелуе, их зубы стукнулись в отчаянной попытке сблизиться, а языки жадно прижимались друг к другу, пока Тэхён замедлялся, ожидая сигнала одобрения от Чонгука. Чонгук прервал поцелуй, струйка слюны соединила их губы, и внезапно скатился вниз, задыхаясь, погрузив Тэхёна глубже в себя. — Двигайся. Двигайся, пожалуйста. — Дыхание у старшего моментально перехватило. — Тэ, чёрт, двигайся! Тэхён, не колеблясь, почти полностью вышел, прежде чем толкнуться обратно в Чонгука, и от этого создался какой-то совершенно потрясающий жар, воспламенивший всё его тело. Он не мог не покрыть лицо Чонгука влажными поцелуями, пока входил и выходил, звук ударов кожи о кожу прокатился по комнате, стоило Тэхёну суметь задать дразнящий темп. Потребовалось всего несколько неуклюжих толчков, прежде чем он нашёл сладкое место Чонгука и наклонил бёдра так, чтобы член постоянно касался его. — А-а, Чонгук, — прохрипел старший, как только руки скользнули по его спине, рот Чонгука приоткрылся в нескончаемом крике удовольствия, когда Тэхён каждый раз точно упирался в простату. Чонгук мурлыкнул ему в рот, отстранившись на полпути, только чтобы снова ударить бёдрами, на этот раз намного грубее. — Блять! Вот так! — Голова Чонгука откинулась назад глубоко в подушки, и Тэхён воспользовался предоставленной возможностью, чтобы облизать его шею, обдув холодным воздухом влажную кожу, следом вызывая дрожь по телу младшего. Слепящий жар начал накапливаться в его животе, и поэтому Тэхён знал, что долго не протянет, и, судя по нескончаемым вздохам и стонам, исходящим от Чонгука, для него это тоже не продлится долго. Он протянул руку между их телами, чтобы провести большим пальцем по головке члена Чонгука, покрывая ладонь предэякулятом, прежде чем начать вести рукой со скоростью, соответствующей его толчкам. Чонгук вскрикнул, бормоча что-то бессвязное в ухо Тэхёна, когда попытался крепко впиться в его шею, но вместо этого оставил только след слюны. — Тэ, я сейчас… Я хочу… — голос у Чонгука дрожал от удовольствия, одна его рука схватилась за плечи Тэхёна, а другая поднялась над его головой, чтобы переплестись с тэхёновой, пока толчки становились более беспорядочными. — Я тоже, — выдохнул старший, слабый зов Чонгука сорвался с его губ. Ещё несколько движений бёдрами, и Тэхён снял презерватив, огонь расползался по его телу. Закрыв глаза, он позволил себе раствориться в удовольствии. Тихое бормотание заполнило комнату, и его голова упала на плечо Чонгука, его конечности ослабли. Он продолжал мягко толкаться в Чонгука, чтобы сделать свой оргазм более ярким, беспорядочно лаская всю его длину, чтобы помочь ему преодолеть край. Несколько мгновений спустя Чонгук кончил себе на живот, болезненно сжимая руку Тэхёна, когда шептал любимое имя снова и снова, словно мантру. Тэхён позволил себе рухнуть на Чонгука, их грудные клетки вздымались вместе, пока парни нежились в блаженстве после оргазма. Их переплетённые руки не отпускали друг друга, даже когда Тэхён откинулся назад, чтобы бросить на пол использованный презерватив. Чонгук рассмеялся над его недовольным взглядом на то, что животы стали ужасно липкими от спермы. Тэхён отбросил потребность сходить в душ в пользу того, чтобы уткнуться в плечо Чонгука, сцепив их ноги вместе и оказавшись глазами на одном уровне с глазами младшего. — Думаю, я могу быть зависимым от тебя, Тэ. — Чонгук обнял его свободной рукой и уткнулся носом в шею. Медленные и нежные поцелуи оставили едва видимый след на коже Тэхёна. Тэхён улыбнулся в подушку, его большой палец ласкал их всё ещё переплетённые руки. Он изо всех сил пытался сосредоточиться, его зрение затуманилось, пока они вместе спускались со своих пиков. В комнате отдавалось эхом их мягкое дыхание, случайные звуки кожи, прижавшейся к другой, когда они хотели стать ещё ближе, просто греясь в присутствии друг друга, пока мир вокруг них замерзал. Без предупреждения Чонгук перевернул их так, что он частично лежал на нём, посмеиваясь, когда Тэхён издал писк удивления. — Что думаешь о следующем раунде, но на этот раз в душе? Удивлённый Тэхён чуть расширил глаза на неожиданное предложение. Чонгук смотрел на него, шевеля бровями так, что, Тэхён предположил, должно быть кокетливо, но выглядело просто глупо. Чонгук ухмыльнулся и распутал их руки, чтобы провести пальцем по теперь мягкому члену Тэхёна, и старший втянул воздух сквозь зубы, когда тот сразу же дёрнулся от интереса. — Подожди, серьёзно? — Ты когда-нибудь слышал о нескольких раундах? — Чонгук игриво насмехался над его словами, продолжая ласкать член Тэхёна, пока тот медленно становился больше. Все прошлые мечты Тэхёна о Чонгуке и их близости под струёй горячей воды вспыхнули в его голове, и кто он такой, чтобы отказывать себе в возможности превратить мечты в реальность?