Шах и мат

      В голове творился бедлам еще с бачаты. Вернее, там творилась анархия вперемешку с протестами серого вещества и сердцебиения. Друг друга они едва не звали на дуэль. Кто был был секундантом? Конечно же глава всего цирка, а именно Саша. — Кольтеева, перестань пялиться в одну точку, а то я отправлю тебя к Горб в гости, — Ника села рядом, — соберись уже, а то мне придется надавать тебе веником, — после чего похлопала ее по плечу, а в ответ девушка посмотрела на фуксию с лёгкой усмешкой. — Кто кому, Никуль, — после чего угрожающе посмотрела на веник в углу комнаты. К слову, этот несчастный не был использован пацанками. Иногда трио из Саши, Ники и Тины старались навести марафет в «крепости», но эффект проходил через пару часов. Так что, главная сила уютного лежбища котиков иногда уставала, не трогая залежи носков днями. — Бе-е-е-е, — Жукова показала язык и слезла с кровати Санька, быстро вылетела из комнаты в неизвестном направлении, оставляя после себя только шкрябы тапок. На все это оставалось только улыбнуться, махнуть рукой и откинуться на мягкой кровати, отправляясь в мир Морфея.       Утром вся компания проснулась под звуки с улиц, а именно со стороны белого лимузина. Из него вышел очаровательный мужчина, с бородой и харизмой. О его сексуальности можно слагать легенды, а дамы отдаваться без исключений. Ну, это если слушать реплики Прокофьевой, когда спускаешь на встречу. Со стороны Тины можно услышать про Егорушку Крида. Все эта крикливая компания вынырнула и подошла к мужчине. Тот же безэмоционально сообщил о том, что их ожидает некто, ибо девушки становятся успешными мадам. Сказав о 30 минутах на сборы, «спустившийся с журнала playboy» проводил взглядом улетающие вдаль крики о Егоре Криде и остальных, не менее активных девушек. На удивление, все справились и через полчаса сели в лимузин. Кольтеева отмечая по краям Петрову и Кузнецову, нервно задышала и села посередине, между Франк и Жуковой. Трио обсуждало «огонь-мужчину», что машина «пиздейшн», а происходящее «полный джингл белз». Угол Бэллы начал пить, не замечая ничего вокруг. Вторая же сторона успевала только бирки читать и нервно выдыхать. В итоге с одного края дамы под шафе, а с другого леди без рук, что окончательно потеряли силы, передавая алкоголь.        Прекрасный мужчина выдал спокойной части значки «почета» и отправил в дом. Перед входом Бэлла намутила перепалку с Костьей и Катей, но все не дошло до драки, к счастью. Так что, немного позже, коллектив зашёл в обитель того самого «некто». Как можно описать хату самых богатых пацанчиков, к которым тянутся из-за бабла? Вот так и выглядела. Пафосно, дорого, богато. Шикарные люстры, ковры, стены, картины. Даже воздух. Все шумно вздохнули, оглядываясь и рассматривая интерьер. Вдруг новые «привет-омлет» и секси-мачо-чачо говорит о представлении себя на камеры и что принц смотрит за девчулями по ту сторону от стен. — Я Тина Франк, надеюсь, что ты Егор Крид, а я самая экзотическая принцесса, — ну, пошла пизда по кочкам. — Я покажу действиями, а не словами, — Бэлла пьяно помурчала. «Ой, ты такой хороший, подарю уют и сыграю на хуе Моцарта» — примерно это содержание было в большинстве случаев, так что закатывая глаза, Саня подлетела к камере, надеясь отстреляться и пойти спать. — я Саша Кольтеева. Надеюсь, что ты Егор Крид, ибо Тина не переживёт обратного, — после чего присела в реверансе и исчезла в толпе одноклассниц. После входит кудряш, пытается намылить уши, мол, он принц, потом признается в лжи, отдаёт значок Ксюшке и вместе с бандой идет в сторону кухни. Внутри Санька сразу образовался огромный кусок нервов, словно оголенных проводов. Именно эта морда не умела готовить ничего. Только яичница, чай и кофе. «У Вас 2 часа и《бла-бла-бла》». Сотворите ему чудо или хуй вам, а не значок. Очко подгорело фаер-фаер, но главная проблема была в пропаже блондинки. Точнее, в эпичном «пошел нахуй» и уходе. Кольтеева перепугано посмотрела на часы, фыркнула и выбежала из комнаты, под недовольство дяди-кудряша. Увы, это было не так уж и важно. Словетская на корточках сидела рядом со стеной и плакала, прижимая ладони к лицу. Саня подбежала напролом, игнорируя ливень и села рядом с подругой. Все показалось в миг таким глупым. Их неловкость и вспышки ревности стали смешными на фоне Кузнецовой, что проливала слезы в так с дождём. — Белка, надо собраться, закончить это и все. Солнышко, это действительно очень важно, — русоволосая сжала плечо блондинки. Та бормотала о том, что устала. Чувства блондинкибыли понятны, ибо всем было сложно. Появилось желание обнять подругу, ну или надавать по щекам. Тоже хороший способ взять себя в руки. Однако, это было не так уж и нужно, ибо немного времени спустя, пришла Лика. — Я закончила с блюдом и почистила тебе еды. Доготовь салат, а я приведу Бэллу, — Саня не стала пылить. Кивнула и зашла в дом, игнорируя ноющее под ложечкой чувство. В итоге, салат сделан, Лика пришла с Бэллой через полчаса. Оценили всех, наградив кого-то. Бэллу отругали, но все более-менее было адекватно. Испытание на эрудицию и литературные сведения. Тут уже Саша жгла на пару с Наташей. Пушкин, Маленький принц, когда родился Лермонтов, когда умер Салтыков-Щедрин и прочее. Ура, педагогический спас хоть раз и на был бесполезным. Так что им выдали по брошке и отправили наряжаться в смокинги. Наверное, описывать красоту девушек не стоит, ибо ясен пень, они выглядели пиздатее, чем в спортивках. Даже более. Они выглядели как иконы фэшн-индустрии. Когда же красота наведена, то все спустились вниз. Там их ждали их «бачатцы». Алексей улыбнулся Александре, демонстрируя идеальные зубы. Бэлла же, впереди паровоза, бежала к Артему. Начались танцы, кто с кем. Лёша был все также прекрасен, как и в начале недели. Однако, теперь при параде, что делало его еще более вау-чика-вау-вау в глазах Санька. Краем глаза, Саша заметила Петрову, что сидела на диване одна, довольно грустная. Казалось даже… Нет, быть не может. На глазах у девушки были слезы. После увиденного, русая промурлыкала извинения и просилась к Петрухе. — Скажи кто и я насыпалю этому засранцу слабительное, а потом продам евреям, — Кольтеева запрыгнула на ручку кресла, на котором сидела девушка — Все… — секунда тишины и Настя посмотрела снизу вверх на Сашу. Казалось, она о чем-то думала и принимала важное решение, а потом взяв ее за руку, повела из зала, в сторону безлюдных коридоров, заставляя утонуть в флешбэках, когда все было в точности, да наоборот, — Я хотела сказать, что нормально. Хотя, я блять, вдруг поняла, тебе это не по вкусу. Так что, ничего не нормально. Я разругались с подругой, точнее с Костьей, ибо хуйня какая-то, еще Франк, да и вообще, неделя сложная выдалась, — все это говорилось тихо, нервно, а глаза, едва влажные от слез, бегали по полу. Да, была попытка не выдать всего, скрывая за такими «обыденными» фразами, но глаза, глаза не врут. Чертово клише из фильмов оказалось правдой. — Насть, все будет нормально. С Костьей помиритесь, а Карен — дурак. Они не заслужили твоих слез, милая, — снова утешает кого-то. Это уже привычка или что? До этого Бэлла, а теперь и вовсе «сила и каменная воля» всего проекта. Карие глаза поднялись и встретились с Саней. Вновь вернулись мысли о горячем шоколаде. Настя сделала шаг ближе, сокращая дистанцию до минимума, затем выждав секунду, поддалась вперед и коснулась губ Кольтеевой. Это было так тепло и приятно, словно весь мир взорвался на секунду, создавая новую вселенную. Он становился с каждым мгновением все глубже, а страсть брала верх перед первичной стеснительностью и волнением. Саня руками обхватила талию подруги, делая маленький шаг вперёд, растворяясь в новом чувстве. Тысячи звезд появлялись, взрывая старые кометы, что покрылись пылью и грязью внутри. Это будто повторялось каждые пару секунд. В голове не было даже намёка на мысли, здравый смысл и страх, что их заметят. Вместо этого, все было настолько правильным, что сердце билось как будто сейчас вылетит из груди, оставив его обладателя наедине с этим бешеным чувством.