Копающийся в трупе

Руки трясутся, чувствую озноб по всему телу. Такое чувство, будто бы у меня началась лихорадка от Бубонной Чумы, или чем там болели в средневековой Европе. Вы можете и не поверить, но трясёт так, что иногда кажется, будто это весь мир ходит ходуном или началось ужасной силы землетрясение, а не я дрожу, как при тридцатиградусном морозе. Но страшно то, что это не первый и не второй раз. За последний месяц эта болезнь одолевала меня почти каждый день, и этот не стал исключением. При этом не смейте жалеть меня, думать о том, как мне плохо и всё такое прочее, ибо как только вы посмотрите на комнатушку, в которой я живу последний год, то вам сразу станет понятно, что это за болезнь, и всякое сострадание мгновенно покинет вас. Ежели тебе, дорогой читатель, хочется узнать, что тут творится, то я мельком опишу своё место жительства, так как подробно расписывать то, что в нём происходит, у меня не хватит ни сил, ни совести, или скорее смелости. Так вот, представьте себе картину: ободранные обои, нормально поклеенные лишь на половине одной стены, расхлябанный диван, готовый развалится от малейшего чиха (и не спрашивайте меня, каким образом он выдерживает каждодневную тряску), бедное полотенце, на котором и места нет, через которое не проходили бы струи дезодоранта, и куча банок от этого средства против противно пахнущего пота, используемого мной не по прямому назначению. Честное слово, меня уже тошнит от запаха спирта витающего в воздухе и от его вкуса, с примесью какой-то химии, во рту. Но ничего поделать с собой я не могу. Какое-то время назад я пытался заменить дезодорант на что-то более безопасное, например на снафф или сигареты. Но ничего не выходило, мне не хватало чувства разрушения моего мозга, наверное. Видите ли, употребление дезодоранта, помимо эйфории и чувства спокойствия, вызывает разрушение мозга. Спустя несколько месяцев употребления этой смеси я начал чувствовать это разрушение, начались сильные боли в голове- такие, будто меня два амбала били битами по вискам, при этом втаптывая мой лоб в бетонный пол. По началу это пугало, и я даже начал бросать это пагубное занятие, но через некоторое время эти боли стали частью меня, моим нутром. Понимаете? Я уже не мог ощущать себя без постоянного давления в голове, без спокойствия и удовольствия, которые мне приносила эта банка дезодоранта. Вам это покажется смешным, да я и сам вижу — это звучит ужасно потешно: у человека зависимость не от героина или кокса, а от простого дезодоранта. Но знаете, когда у вас нет денег на серьёзную наркоту, а сигареты уже не успокаивают, приходится находить альтернативу. Я конечно мог бы покупать дешёвую синтетику, которую каждый дворовый химик варит в подвале своего гнусного дома, но мне было ужас как страшно употреблять такое. В какой-то книжке я вычитал, что синтетические наркотики могут вызвать непредсказуемую реакцию организма, из-за чего можно умереть после первой дозы. А дезодорант, в отличии от всего остального, был мне прекрасно знаком, ибо пристрастился к нему я ещё с шестнадцати лет. Тогда я дышал им просто так, за компанию с моими соседями по комнате. Самое весёлое то, что я ненавидел их всех, но при этом пытался вписаться в их компанию. Скорее всего я так делал из-за своей трусости и ужасного лицемерия. Да, ужасный я трус, вы даже не представляете какой. Если кто-то бы подошёл ко мне и начал докапываться до меня, например за неправильную походку, то я бы конечно сделал злое лицо, говорил бы серьёзным голосом, и всё такое, но ударить его в лицо никогда не смог бы. Я просто боюсь бить другого человека, может быть боюсь отхватить в ответ, может просто боюсь чужих лиц, но даже если меня будут избивать, я буду просто поливать обидчиков матом, не более. А так, если сдружиться с теми, кого ненавидишь, то можно сидеть в безопасности, не боясь получить по лицу в любой момент. Но я слишком сильно ненавижу тупых, поэтому я не мог с ними даже товарищеских отношений завести. Например Сергей — ужасно тупой, но тварь, слишком много знает. Нет, он не умный, он просто очень много всего знал. Но все считали его умным и слушали его, как мудреца, который лет двадцать находился в одиночестве и познал совершенство и суть этого мира. И каждую свою фразу он говорил с таким видом, что можно было и вправду поверить, что он не тупой. Один раз он ударил меня по лицу за то, что я ночью попросил его быть потише. После того, как получил удар, я стал называть его мерзким идиотом и тупицей, а он ударил ещё раз. Всегда так — тупые люди не способны не бить более слабых и не угодивших им людей. Но я отвлёкся от рассказа. По моему я начал писать о том, что начал употреблять дезодорант в 16 лет. Но ничего серьёзного не было — я просто пробовал. Примерно в это время я познакомился с одной довольно милой девчонкой, просто, на улице. Она подошла ко мне, когда я сидел в парке и читал «Уездное», если мне не изменяет память. Видимо моё отвратное лицо ей чем-то понравилось, и она решила начать разговор. Сначала я думал, что она такая же дура, как и другие девочки, ну вы знаете их. Те самые, которые постоянно говорят о своих ухажёрах, и ничего, кроме пары дрянных книжек и сериалов, их не интересует. Серьёзно, если попытаться с такими просто поговорить, то они будут постоянно отвечать словами «ясно», " поняла», пытаясь перевести разговор. Да и вообще, большинству людей всё равно на слова своего собеседника, они слушают только для того, чтобы рассказать своё. И все это прекрасно понимают, но сознаваться никто не хочет. Да и я сам не лучше конечно — иногда настолько скучно слушать этих нудных людей, что вены хочется порезать. Не знаю почему, но я считаю всех, с кем мне не интересно тупыми, хотя сам я тот ещё зануда и идиот. Наверное все так считают, но я при этом ещё и разговаривать не особо умею, так как почти не разговаривал с людьми последние 9-10 лет. Но эта девка конечно меня разговорила. Так складно воздух выходил из её уст, честно скажу — влюбился сразу, хоть и внешне она была не самой красивой. Вечность бы я с ней разговаривал, так хорошо она складывала слова в предложения. И не было в ней этой напыщенности и важности, которых полно у тупых людей, она была простая, настоящая. Ну или мне крышу от влюбленности снесло настолько, что я считал её самым лучшим творением господа бога, если он конечно существовал, в чём я сомневаюсь. Так вот, лет до восемнадцати мы были друзьями, ибо я не решался сказать ей о своих чувствах. Но время пришло, и спустя два года я всё же рассказал ей о том, что люблю её. Примерно в то же время я поступил в университет, на радиотехника. В этой специальности не было ничего особенного, да и она мне не особо нравилась, но дело в том, что единственным предметом, который я мог сдать на высокий балл, по мимо обязательных, была именно физика, которая была нужна для поступления на тот факультет. Мне в принципе практически ничего не нравилось, такой уж я противный человек. Но всё же я считаю, что это было вполне оправданным. Вот например мои новые однокурсники — ну что за люди? Половина из них поступила через взятку или постель (да, там были и девушки), но при этом они так гордились своим статусом студента этого универа, что меня тошнить тянуло. Я думал, что когда уйду из этого проклятого интерната, то больше не увижу этих мерзких и лицемерных рож, но они будто бы характеры тех идиотов переместили в других людей. Честное слово, один в один! Лица вроде другие, но из-за манеры поведения и общения кажется, будто это всё те же мои соседи по комнате. Аж противно! Вы не подумайте, были там и вполне сносные люди, с которыми можно приятно побеседовать, но их было слишком мало. Они, в отличии от других, не очень любили чужую личную жизнь, из-за чего и были мне приятны. Но был один тип, не вспомню его имя, но не суть. Важно лишь то, что этот подонок зачем-то рылся в моих вещах и откопал там мои песни, которые были написаны с осени того года. Любил я раньше писать всякие стишки и песенки, думал даже профессионально этим заняться, так как это было единственным занятием, которое было способно принести мне удовольствие. Это было зимой, перед новым годом. Так вот, этот тип, вы не поверите, выставил их всем на посмешище, а потом сжёг в мусорном баке. Ненавижу его, так хотелось ударить его по лицу. Наверное, нужно было бить, но я слишком труслив для такого. А главное: почти всем было смешно, от того что такой неудачник как я писал песни. И от того, как они горели. Смеялись над моими песнями, а сами слушали самых дрянных исполнителей. Серьёзно, у них будто своей головы не было, все слушали одно и то же, постоянно и без перерыва. Все эти нудные песенки, то про любовь, то про еб*ю, то просто тупая грусть. И все эти песни были одинаковыми, абсолютно, будто у них всех был один автор. Знаете, иногда мне кажется, что этот автор издевался над теми, кто его песни слушает, ну настолько там всё одинаково и тупо. Так, я уже писал, что в это же время я признался в любви той прекрасной девушке? Вроде да. В общем, она даже ответила мне взаимностью, но наши отношения длились всего лишь пару недель, ибо её вскоре отбил у меня один мой знакомый из интерната. Он тоже из тех отвратных писателей, что писали свои никчёмные песенки про любовь. Его звали вроде Игорем, так и буду его называть. Так вот, этому Игорю видимо очень понравилась моя, уже бывшая, девушка и он без проблем переманил её к себе. Она конечно сказала, что дело не во мне, а в ней, но я знал правду. Дело именно во мне. В том, что я самый скучный и нудный человек на этой премерзкой планете. Пишу это и реву. Ей богу реву, хоть и не знаю от чего так сильно. Всю страницу заплакал, идиот. Теперь переписывать, хотя чернила вроде почти не размазались, думаю просто высушу её на батарее, если мне ещё не отключили отопление. Ах, как же я мог забыть! Забыл! Когда описывал комнату, я не рассказал о самом главном- о письменном столе. Это был обычный стол, под которым стояла небольшая тумбочка, дверь которой невыносимо громко скрипела, будто голос какого-нибудь подростка, у которого он только начал ломаться. Так скрипит, что иногда даже открывать не хочется, но там лежат все мои тетради, ручки документы- всё самое важное и необходимое. Сам по себе этот стол уже довольно старый (ему лет 10, если не больше), пару лет назад я взял его у какой-то семьи за смешную цену. Этот стол видел много чего, возможно, что многие люди столько в жизни своей не могли увидеть, сколько видел этот стол. По крайней мере меня он знает очень хорошо, ибо большую часть своих заметок и стихов я писал именно на нём. Просто когда меня бросила та девушка, я совсем с ума сошёл, меня будто бы сердца лишили или обоих лёгких. Настолько я стал чувствовать себя неполноценным. Дошло до того, что я забросил учёбу, из-за чего меня вскоре отчислили, и некоторое время жил на улице. Естественно, что мне пришлось ходить по заведениям, которые предлагали жильё за то, что ты будешь на них работать. Само собой разумеется, зарплату давали копеечную: 3-4 тысячи в месяц. У меня стипендия была такая же. Но зато люди там были хорошие, никогда не разговаривали о противном, мол: «А у вас тоже начальник мудло?» или «Видел ту бабу? Ну и грудь у неё!». Фу, мерзко даже от одной мысли о таком становится. Да, приятными они были, особенно когда пили кипяток с сахаром. Ну, вообще, там был чай, но один пакетик заваривала человек пятьдесят, если не больше, поэтому обычно был именно кипяток с сахаром. Помню, как один спрашивает: -Хех, ну вот работаем мы здесь, а что потом? Я сам, если честно, не думал, страшно даже как-то уходить. -Ну так нам же трудоустройство надо, без него никуда. А тут его нет, нехорошее это место, но зато сюда попасть легко. Тебе надобно, значит, на биржу встать, и там тебе найду работу за три месяца. Так еще и эти, как их, пособия дадут, во! — отвечает ему другой. -Ну так это же документы нужны, а мне ещё их не сделали. -Ежели так, то нужно тебе обратиться в министерство какое-нибудь высшее, с просьбой документы заново сделати. Вечно они ударения не правильно ставили, но звучали очень хорошо. Там практически всем было за пятый десяток, и я был наверное единственным, кому не стукнуло даже двадцати. Но даже с учётом этого, эти старики довольно уважительно относились ко мне, пытались давать советы (а я терпеть не могу, когда мне дают советы). Но пустота внутри всё росла и росла. Тогда я и начал курить. Первое время это меня успокаивало, да и курил я как паровоз, по 3-4 пачки в день. Махорку курить не хотелось, ибо у неё было противное послевкусие, хотя справедливости ради стоит сказать, что она была на порядок дешевле обычных сигарет, да и по эффекту практически ничем не отличалась от них. В итоге, к двадцати годам я всё-таки ушёл от туда, даже с некоторой тоской. Но зато я смог найти неплохую, по моим меркам, работу и даже взять себе небольшую студию, отдавая владельцу деньги за неё по частям. Она сама по себе была небольшая, так я ещё и разделил её перегородкой, в соотношении примерно один к трём, чтобы оборудовать сан.узел и хоть какое-то подобие кухни. Полностью я сделал её пригодной для жилья только примерно к двадцать второму году своей жизни (полностью выплатил её стоимость чуть ранее, наверное, на пол года). К тому времени я уже подсел на дезодоранты. Это помогало мне спокойно работать, ни о чём не думая. Я даже забыл о том, что у меня в коллективе все подонки. Вот так вот мне не везёт- всегда вокруг меня отвратительные люди. Только те старики были ничего. А сейчас мне двадцать три, я потерял работу месяц назад, когда меня начали мучить боли и лихорадка. А ещё мне пора спать. Завтра нужно будет проснуться пораньше и убраться. Даниил зачем-то решил проведать меня, поговорить о жизни. Так бы я, конечно, ни черта и не делал, и скорее всего подох бы от голода или жажды. На сегодня кончу писать.