Кофе на миндальном

      Саске медленным шагом обходил пустые диваны, брошенные столики на втором этаже, смотрел на одинокую убранную сцену, барную стойку, за которой не было улыбчивого Джуго, и впервые за долгое время оказался в моменте.       Вспомнил своё совершеннолетие, которое отпраздновал в клубе, как принял решение для себя — во что бы то ни стало стать владельцем одного из самых популярных ночных заведений Нью-Йорка.       И вот он здесь, стоит под огромным неоново-красным куполом, держит в руках стакан виски и готовится к трёхлетию «Блекхола». Тут и там висели воздушные шары, отвоёванные Карин, большой круглый стол стоял посередине танцпола, накрытый холодными закусками, на которые через пару часов набросится Наруто.       Саске бы обязательно благодарил Бога за эту потрясающую жизнь, если бы она не была омрачена Фугаку Учиха. Человеком, что отравляет существование Саске, рождает в его сердце ярость, желание защитить Итачи, смешивает жалость, боль, презрение в сумасшедший микс эмоций, из-за которого он не может спокойно жить.       Уже столько лет он не наслаждается той жизнью, которую имел. Искал покой в сексе, в деньгах, в путешествиях, но разве был у всех этих радостей смысл, когда твоё сердце так нечеловечески болит, когда ты боишься вновь услышать новость о том, что твой брат на грани смерти? Был ли смысл прикрываться иллюзиями счастья, когда в любой момент ты мог словить пулю в лоб? Кто знает, на что способен твой чокнутый папаша?       Саске боялся сближаться с людьми — они все могли стать его слабым местом, на которое Фугаку будет бесконечно давить. Наруто, Хината, Итачи и его семья, его товарищи по «Блекхолу» — все они могли стать пешками, с помощью которых отец будет искать пути к тому, чтобы превратить его жизнь в Ад.       Сколько раз он говорил Наруто всю правду, сколько раз пытался огородить его, просил оставить его в покое — этот светловолосый болван продолжал всегда быть рядом, а его прекрасная, добрая жена, не заслуживающая становиться частью самого страшного уголка существования Саске, каждый раз заставляла Учиху чувствовать перед ней вину.       И если к тому факту, что он обязан защитить все эти жизни во что бы то ни стало, он уже привык, то к появлению новой фигуры он был совершенно не готов.       Харуно Сакура не была особенной, «той самой», что заставляла бы сердце Учихи биться быстрее. Нет. Странные стечения обстоятельств, его собственное поведение, решения, которые он принимал — всё это привело к тому, что сейчас она имела все шансы встать на одну ступень рядом со всеми, кого он уважал и ценил. Рядом со всеми, кого готов был защищать до самого конца. Он сам виноват.       Это было настоящим наваждением — всё, что происходило между ними. Слишком мизерное, никчёмное количество времени потребовалось для того, чтобы он привязался к своей секретарше. Чтобы её отсутствие на работе всколыхало самые тёмные уголки его души, которые начинали взрастать, превращая всё его пребывание на работе в сплошные переживания, не уронили ли ей на голову кирпич где-нибудь по дороге от прачечной до его офиса.       Иногда Саске очень жалел. Жалел, что тогда, давно, когда они с Итачи узнали, что их отец — конченный наркоман, преступник, который мстит своим собственным детям, сразу не обратились к нужным людям. Жалел, что так открыто вёл суд против Фугаку, что так беспечно отнёсся к существованию единственного свидетеля, благодаря которому их отец мог сесть в тюрьму на долгие годы. Жалеет до сих пор, что у него не хватает духу убить этого человека — он всё ещё не может его убить.       Саске пропустил момент, когда его жизнь начинала с каждым разом пополняться ужасными вещами — его компания в самом начале не раз рисковала обанкротиться, его родной брат мог погибнуть, его бывшая девушка уже мертва.       Что он должен сделать, чтобы защитить тех, кто упорно сопротивляется его покинуть? Что?       — Саске.       Брюнет вздрогнул, погружённый в свои мысли, и не сразу заметил Карин, что подошла к нему. Он кинул на неё вопросительный взгляд.       — Торт привезут к десяти, диджей будет через полчаса. Шоу-программа через час, — она быстро выдавала ему поток информации, водя пальчиком по клипборду и параллельно поправляя очки. — Список гостей я отдала охране — приблизительно через два с половиной часа все должны прийти.       Саске кивнул, и девушка быстро удалилась.       Ему повезло с управляющим персоналом «Блекхола». Узумаки Карин, троюродная сестра Наруто, была правой рукой своего брата — Наруто был главным управляющим клуба. Хозуки Суйгецу — чёрт, Саске мог поклясться, что никакого кальяна вкуснее того, что был приготовлен талантливой рукой Суйгецу, не было. И Орочимару. Самая специфическая фигура, наверное, во всём Нью-Йорке. Мужчина бледный, длинноволосый, худощавый и высокий. Всегда отвечал за все концерты, шоу и мероприятия, на которые арендовали клуб. Он Саске нравился — никогда не говорил лишнего и лишь блестяще выполнял свою работу.       Учиха отхлебнул виски. Этот день был единственным в году, когда он со спокойной душой мог отдохнуть.

***

      Сакура стояла напротив зеркала, невесомо проводя пальцами рук по своим голым плечам. Новое платье, которое она, скрипя душой, всё-таки купила, лёгким шифоном струилось до середины бедра, прозрачный фатин прикрывал область груди, устремляясь к шее и заканчиваясь там же.       Нежный персиковый цвет невыгодно сливался к излишней бледностью кожи, но выбора не было, как и времени, которое она полностью потратила на поход по магазинам.       Внутренняя сварливая женщина, что жила внутри и показывалась очень редко, настойчиво твердила о том, что Сакура одевается, как бомж. И никакой сарафан, что покоился в шкафу, не подойдет для того, чтобы появиться на корпоративе, куда её любезно пригласили. Если ситуация с форумом решилась сама собой, а точнее, её боссом, что без предупреждения закупил для неё одежду, то в этот раз ей нужно было выкручиваться самой.       Всё бы ничего, если бы с покупкой платья не всплыло ещё миллион проблем, начиная отсутствием обуви и заканчивая идеей во что бы превратить свои волосы.       Однако сейчас она стояла, смотря на своё отражение и понимая, что смогла выйти сухой из воды. Новые (на что ей теперь жить?) открытые туфли, россыпью недорогих камней сияющие на ногах; волосы, которые не нашли никакого предназначения, струились по плечам, а на рабочем столе лежала аккуратно завёрнутая в подарочную бумагу плоская коробка — символический подарок для Учихи. Являться на день рождения — пусть даже и заведения — было бы, наверное, глупо.       Внезапно её личный телефон зазвонил. Не смотря на экран, Сакура ответила.       — Да?       — Сакура, привет! Ты где?       Голос Ино разрубил тишину комнаты, и Сакура стукнула ладонью по лбу. Она совсем забыла предупредить Яманака, что сегодня не выйдет в «Браш».       — Ино, извини. Я не смогу выйти сегодня, мне найдётся замена?       — Да, конечно. А почему не сможешь?       — На мероприятие одно пригласили, — Сакуре было очень стыдно. С одной стороны, её босс был прав — ничего, кроме работы секретарши в «Uchiha&Co», не касалось её. А с другой, ей хотелось становиться частью его мира больше. Странное это чувство — хотеть узнать того, кого ты не так давно была бы рада вообще не видеть.       — К Учихе Саске?       Вопрос, казалось, был таким простым. Но Сакура прекрасно понимала, что это было прямой отсылкой к недавней статье, что красовалась на первой странице Times. Какой кошмар.       — Да. Но мы не вместе!       — Как скажешь, как скажешь. Удачно отдохнуть, — в трубке послышались быстрые гудки. Харуно с силой сжала смартфон, проклиная всех журналистов, благодаря которым родился тот бред.

***

      Переливы неонового света, громкая диджейская музыка, артисты, что готовились к выступлению в VIP-зонах, и самые лучшие люди Саске, благодаря которым «Блекхол» процветал, расширял свои возможности и был одним из любых мест Нью-йоркской золотой молодёжи.       Сакура подошла ко входу, по бокам которого стояли два охранника. Случилось то, чего она меньше всего ожидала — её не пускали. Объясняли это тем, что её имени в списке нет — вечеринка закрытая.       Чёрт знает, чем бы обернулась эта ситуация, если бы на подрагивающее девичье плечо не легла увесистая рука Итачи Учиха.       — Эта девушка с нами.       Легко толкнув её в спину, он двинулся следом за ней, ведя под руку ту самую блондинку, с которой был на «NY PR-Revolution».       В нос ударил микс кальянных запахов, по ушам забомбила громкая клубная музыка, а глазам открылась картинка, полная незнакомых ей людей, среди которых она смогла разглядеть лишь светлые волосы знакомого ей блондина.       Она благодарно улыбнулась и прокричала старшему Учихе «спасибо», но только не была уверена, что он её услышал — даже не повернулся, аккуратно снимая с плеч своей спутницы длинное молочное пальто.       Сакура двинулась вглубь, маневрируя между незнакомцами, ловко проскальзывая между ними и стараясь вообще ни кого не касаться. Но снова она убедилась в существовании закона подлости, когда стукнулась плечами с высоким крашеным парнем. Его неестественные белые волосы ярким пятном контрастировали с чёрной одеждой, в которую он был одет.       — Аккуратнее!       Девушка кое-как пробралась к столику, за которым сидели Наруто и Хината.       Странное уютное чувство окутало Сакуру даже посередине ночного клуба, когда она увидела, сколько нежности, внимания и любви Наруто вкладывал в каждое движение, в каждое касание жены, в каждый взгляд.       Атмосфера, которая царила только вокруг них, шла вразрез с очевидным чувством веселья в клубе, казалось, что только они вдвоём не слышали этих голосов, музыки, шума и лишь наслаждались обществом друг друга.       Смотря на это, хотелось оказаться на их месте, чтобы твой любимый с такой же аккуратностью прикладывал ухо к беременному животу, а ты с тёплой улыбкой зарывалась пальцами в этот пшеничный вихрь.       — Привет, Сакура, — Хината приветливо улыбнулась ей, не имея возможности встать и обнять. Наруто крепко прижался щекой к её животу, и его глаза были так широко распахнуты, пока он с приоткрытым ртом пытался услышать своего ребёнка.       Итачи встал рядом с Саске, заранее попросив Элли взять в баре стакан воды.       — Сакура здесь, — он так же, как и брат, плыл взглядом по пространству первого этажа, замечая знакомые лица, среди которых была секретарша младшего Учихи.       — Да. Это я её пригласил.       — Как интересно, — Итачи улыбнулся уголками губ, благодарно принимая из рук своей подошедшей жены стакан.       Итачи не помнил ни одного случая, когда кто-либо из работников «Uchiha&Co» был бы приглашён на вечеринку в честь открытия клуба. Даже несмотря на это, людей в «Блекхоле» было много — только вот останутся до конца не все.       Саске стоял рядом, приковав взгляд в диванному уголку, где к его друзьям подошёл Сасори и сел рядом с Сакурой.       Сакура чувствовала странное напряжение, которое повисло в воздухе, как только к их дивану подошёл красноволосый коллега. Как всегда, в кислотно-жёлтом пиджаке, брюках в клетку и с характерной крупной серёжкой в ухе. У них с Наруто был настолько натянутый, фальшивый диалог, что Харуно хотелось поскорее увести Сасори на танцпол, лишь бы эти двое больше не продолжали общаться.       Она не понимала, где была зарыта собака, но по нахмуренному, тяжёлому взгляду Наруто, который наконец оторвал лицо от живота Хинаты и лишь оберегающе положил на него свою ладонь, сделала вывод, что у них явно были незакрытые вопросы друг с другом.       В мгновение, когда она уже хотела позвать Сасори к бару, к ним подошёл её босс.       Он гордо над ними возвышался, смотря прямо в глаза, а потом ехидно перевёл взгляд на коробочку в её руках.       — Что это?       — Подарок, — она встала, поравнявшись с ним, про себя замечая, что разница в росте хоть и выглядела небольшой, но ощущалась очень остро.       Сакура протянула коробочку в руки удивлённому боссу. Он взял её одной рукой, покрутил вокруг своей оси и издал глухой смешок.       — Никто ещё не приходил сюда с подарками, — словно говоря это самому себе, он отложил коробку на ближайший диван, хватая изумлённую девушку за руку и ведя к бару.       Странные иголочки пробежались по её пленённой кисти, поднимаясь выше и посылая волну жара по всему телу. Удивительная реакция на забытый холод пальцев босса вызвал в голове Сакуры миллион и один вопрос, но выпитый бокал вина быстро отодвинул их всех на задний план.       Учиха Саске сидел перед ней, постепенно осушая поданный барменом стакан с виски, не сводя с неё глаз. В очередной раз он выглядел совсем незнакомым — не высокомерный, вечно подтрунивающий над ней босс. Не разбитый, полный боли человек, лишившийся родителей, который просто хочет защитить своего старшего брата.       Сейчас он был таким… спокойным? Сидящий в расслабленной позе, расстегнувший пиджак, слегка улыбающийся, и взгляд слишком умиротворённый. В первый раз в жизни Учиха был действительно похож на человека, который доволен всем, не переживающий о завтрашнем дне, уверенный в своей жизни. Раньше Сакура бы обязательно сказала, что это его обычное состояние.       Время летело быстро, пока они сидели за барной стойкой и узнавали друг о друге столько разных удивительных вещей. Учиха наконец узнал, где и кем она работала, узнал, что Сасори стал ей достаточно близок, узнал о тяжёлой ситуации родителей и безграничной семейной любви. Ей было неловко это рассказывать, но, видя светящиеся, полные ожидания чёрные глаза напротив, она отбросила любые сомнения.       В свою очередь она знала один интересный факт о своём начальнике — он уже как три года дядя. Его рассказы о племяннике, чертовски похожем на Итачи, его забота о жене лучшего друга никак не вязались с фактом, что Саске придерживался чайлдфри-движения. В ответ на шокированный взгляд девушки он лишь посмеялся и сказал, что в мире есть вещи намного интереснее пелёнок и ползунков.       Споры, смех, длинные громкие рассказы, и музыка им уже не мешала, и куча рассасывающейся толпы вокруг не смущала их рассказывать о стыдных, смешных ситуациях.       Прошло зажигательное шоу. Сакура не знала, сколько ещё они бы смогли провести на этих высоких стульях, если бы не красноволосая девушка в слишком, как показалось Харуно, откровенном наряде, что подошла к ним.       Сакура огляделась. Люди поредели, и вот оставшихся, наверное, можно было бы пересчитать по пальцам четырёх ладоней. Она пару раз недоумённо моргнула — разве могло время пролететь так быстро, пока они тут сидели?       — Ну что, Саске? — к говорившей подошёл тот самый беловолосый парень, по-собственнически прижимая её к себе. — Ты готов?

***

      Хлюпающие звуки секса. Мужские ладони жадно сжимали мокрые бёдра прыгающей на нём девушки. Её длинные волосы прилипли к лицу, к спине; грудь эротично подпрыгивала, и парень с жадностью припал к ней губами, хватая девичью талию и ускоряя темп.       Их горячие тела скользили друг по другу, он быстро целовал её губы в любой удобный момент, хватал за волосы, оттягивая назад и оставляя на молочной коже шеи багровые пятна.       Она возбуждала в нём неистовые желания, ранее неизвестные, он желал обладать ею всей, соединиться в одно целое, скользить ладонями по вспотевшей спине, вечность слушать эти рваные стоны.       Она точно не была идеальной — за тот короткий срок, за который они сблизились, невозможно было вытащить из души всех её чертей.       Изначальная его цель не оправдалась, и именно поэтому он сейчас трахал её и думал о ней. Забыл обо всех обязанностях, миссиях, поручениях и лишь наслаждался теплом, обволакивающим его член, голом прекрасном теле, которое он уже потрогал и поцеловал несметное количество раз за этот вечер, этих руках, что так безнаказанно к нему прикасались — к нему.       — Быстрее.       Тихий умоляющий шёпот, донёсшийся до его уха, разбудил в Дейдаре дикое желание разорвать её в клочья — настолько сильно он хотел её.       Грубо вдалбливаясь в неё, засунув два пальца ей в рот, которые она с жадностью начала посасывать; его ладонь, начинающая быстро массировать клитор, яркая вспышка, и они кончают, трясясь в конвульсиях и хватаясь за друг друга, как за спасение.       Он упал на кровать, девушка завалилась сверху, тяжело дыша у него на груди, пока мужские руки обхватили её плечи.       Он не помнил, когда последний раз кто-то мог быть удостоен такой чести — остаться в его кровати хотя бы на секунду дольше положенного. А она удостоена.       Девушка перекатилась рядом с ним, обхватывая руками его торс и устраивая голову на его плече.       Выброс эндорфина произошёл неожиданно, и Тсукури засмеялся. Давно в его жизни не было всё так хорошо.       — Ты чего? — она приподнялась на локте, пытаясь заглянуть в его голубые глаза.       Он лишь покачал головой, поворачиваясь к ней лицом, накрывая тонким одеялом её обнаженные плечи и целуя в лоб.       Это было так странно. Если в их первую ночь он трахал её возле больших панорамных окон, возбуждаясь от одной мысли, что их кто-то увидит, увидит, какую потрясающую красотку брал он, то сейчас ему хотелось просто закутать её в три слоя и никому не показывать. Это же было нормально, да?       Голову взорвала до жути радующая мысль, и он просто не мог сдержать широкой улыбки, на что вновь получил недоумённый взгляд Ино.       Почему-то сейчас ему не доставляла такого сумасшедшего удовольствия мысль, что она варится в одном котле с ним самим. Его не радовало ввязывать её в это, он уже не чувствовал этих колющих, башнесносных чувств, что они в одной тарелке. Но разве был выбор?       — Ты уверена, что Сакура пошла в «Блекхол»? — он аккуратно убрал светлую прилипшую ко лбу прядь.       — Да, — Ино опустила взгляд вниз, словно сожалея обо всём, что делала. И Дейдара притянул её к себе, снова укладывая белобрысую макушку себе на грудь, сжимая девушку так сильно, точно она могла прямо сейчас исчезнуть.       Острое чувство, что он подвергает её опасности, засосало где-то в сердце.       — Тогда сегодня будет очень веселый сюрприз.