Второй шанс Снейпа

Дамблдор стоял у окна сложив руки за спину. Рядом с ним стоял Снейп, делая вид, будто его не беспокоит происходящее. Но и уходить он не собирался. Ремус сидел на полу у постели Лии и перебирал её пальцы что-то нашёптывая себе под нос. Его присутствие раздражало Северуса. В Больничном крыле стояла гробовая тишина. Кроме Смит здесь никого не было. Каждый старался дышать как можно тише. Поппи тихо вошла в зал и все глаза устремились в неё. - Сломано левое ребро и рука. Сотрясение мозга... Не сильное, но видимо она падала именно головой. Остальное ушибы и царапины. - колдомедик говорила тихо и немного отводила в сторону глаза. Кто-то из них спросит её о самом главном? Может быть Люпин, который чуть не плачет? - Когда она придёт в себя? - оборотень сжал руку блондинки и поднял голову. - Можно и сейчас её разбудить, а лучше ей поспать. Как она упала? - Я с директором был на закрытом парапете в кабинете. Услышали шум, а после обнаружили мисс Смит без сознания, доставили сюда. Когда зельевар её увидел, хотел подхватить на руки, но вовремя вспомнил, что рядом Альбус. Такой ошибки он допустить не мог. Пришлось воспользоваться заклинанием чтобы перенести волшебницу в Больничное отделение. У всех были очень разные чувства. Дамблдору было плевать, Ремус терзал себя и бился в догадках, что произошло. А Северус не знал в какую агонию кидаться. Лия в таком состоянии и слышала ли она суть разговора. Только у Помфри, которая знала о всех подробностях, Смит вызывала жалость. Не лучшее чувство, но из всех, оно самое подходящее на данный момент. Тихие переговорки мужчин пробудили девушку и она начала приходить в себя. - Спокойно, не шевелись. Всё в порядке. - знакомый голос друга её утихомирил. - Как вы себя чувствуете? - директор заглядывал в голубые потерянные глаза. Хмуря бровки Лия скорчила недовольное лицо. - Отлично. - Что ж, раз так, я пойду. У меня ещё есть дела. Лицо волшебницы расслабилось. Ведь Дамблдор был вторым в списке, кого она не хотела видеть. Первым был Снейп. Переглянувшись с зельеваром директор вышел. - У тебя сломана рука и ребро. Я уже сделала всё, что могла. Теперь нужно время. Голова может кружиться, вот зелье. Я оставлю еды и вот ещё... Поппи заговаривала ей зубы. Она прекрасно помнит как Смит бегала к ней каждую неделю и проходила обследование. Её глаза горящие вопросом, беременна ли. Кучу разговоров о витаминах и подобном. И этот желанный ребенок, при чем с обеих сторон, теперь потерян по глупости. Колдомедик не смотрела ей в глаза, но девушка сама заглянула в её. - Помфри, а...? - отражение глаз цвета неба стало ещё красивее в отблеске слёз. Это был формальный вопрос, но блондинка так боялась получить на него ответ. Она положила руку на живот и глаза мужчин следили за каждым её движением. - Прости, Джулия. Мне очень жаль, но срок слишком мал. Девушка сомкнула глаза и капли поползли по щекам. Люпин выпал в осадок, а Северус стоял в шоке. Как реагировать на это? - Выходите, ей нужно побыть одной. - Я останусь. - Ещё нужно понаблюдать за состоянием мисс Смит. Никто из них не горел желанием уходить. Лия тихо рыдала и хотела тишины, спокойствия. - Пусть..останется. Люпин начал вставать, но она удержала его за руку. - Ремус. Снейп посмотрел на неё с вызовом, но она уткнулась лицом в одеяло и продолжила плакать. Поппи настояла чтобы профессор ЗОТИ покинул зал. В страшных догадках он вышел. "Значит, всё таки, она слышала." Ремус остался с Джулией наедине. Он не хотел её вгонять в большую скорбь, но узнать почему она выбрала сейчас его, а не Снейпа, хотел. - Это и есть та новость, о которой ты хотела рассказать? Он шептал вопрос осторожно ей на ухо, обнимая и прижимая к себе. Она так же тихо прохрипела ему ответ в грудь. - Нечего уже рассказывать. - Лия, расскажешь, что произошло? - Какой патронус был у Лили Эванс? - Это здесь причем? - Какой?! - Лань, а что? - Ничего. С новым потоком слёз блондинка прижалась к другу. - Я могу позвать Северуса. Если вы поссорились, уверен, он всё исправит. Он очень беспокоится. Он захочет вернуть всё обратно. - Я не хочу. - как бы ей не было больно, но она говорила не на эмоциях. - Что? Ты же любишь его. - не веря её словам он отодвинул её, рассматривая лицо и глаза, они то не обманут. - Нет, больше нет. И он меня не любит. Он любит эту Эванс до сих пор. Я читала, что если сильно привязан к человеку, то патронусы будут совпадать. У него лань, понимаешь? - Может это какая-то ошибка? - Никакой ошибки. Я не дура и всё понимаю. Но только... Зачем всё это нужно было? И ребенок... Я ведь была беременна. Ремус, я потеряла всё! - Не говори так. Иди ко мне. Люпин был с ней весь день. Они молчали и больше ничего не говорили. Он по прежнему не понимал большей части происходящего, но понять, что Снейп снова наделал делов, смог. Под вечер пришла Поппи. С ней в зал с шумом залетел феникс. Он сел на спинку стула у кровати Лии. Девушка продолжала плакать. Она лежала на мокрой подушке и смотрела куда-то на пол или просто с открытыми глазами в даль. - Милая, выпей настойку и нужно поесть. - Пока не хочется. Спасибо, Помфри. - Так нельзя, Джулия. - женщина вытирала с лица капли слёз. - А как можно? С её словами птица спрыгнула на стул и с интересом смотрела на заплаканную блондинку. Немного потоптавшись на месте его глаза наполнились влагой. Колдомедик дёрнулась с места и достала с кармана пустую бутылочку. Фоукс плакал, а Поппи подставляла ёмкость под его глаза, собирая драгоценные слёзы. Она отлила каплю в колбу и протянула остальное Смит. - Возьми. - Зачем? - Слезы феникса имеют целебное свойство и могут противостоять любому яду. Я взяла одну для опытов, если ты не против. - Я то тут причем? - Он плачет по твоему горю. Извини. Фоукс, пойдем. Птица вела себя послушно и более в Больничное крыло не залетала. Джулия без интереса крутила бутылочку в руке, когда Люпин вернулся с подносом свежего ужина. - Если ты не будешь есть самостоятельно, я приведу сюда Снейпа и он заставит тебя. - Я не хочу его видеть. - Тогда ешь. Он пододвинул к ней тарелку с рагу. - И есть я не хочу. - А что ты хочешь? - Не знаю. - с мокрыми глазами она дико трясла головой и кусала губу чтобы успокоиться, но это не помогало. - Я не знаю. Вернуть то время, не встретить Снейпа. Не быть здесь. Не быть волшебницей. Ничего из этого. - Всё, всё. Извини. Но есть нужно. У твоего организма сейчас такое потрясение, нельзя оставлять его без пищи. Через время он уговорил её немного поесть. Потом уложил спать, а сам пошел к зельевару. - Она не рассказала, что случилось. - И не твоё дело, Люпин. Не суй свой нос в чужие дела. - Дела Лии мне не чужие. Она не хочет тебя видеть. У меня не поворачивается язык сказать, что ты её обидел, потому что это выглядит ещё хуже. Вам всё равно стоит поговорить. Ты должен её поддержать. Снейп, она... Ей очень плохо. Для неё этот ребенок был очень желанным. - Не только для неё. - Что? - брюнет сказал это слишком тихо и оборотень не услышал. - Я сам во всем разберусь. Не лезь. - Дурак ты. Не знаю, что ты сделал, но вряд-ли она снова простит тебя. Ремус вернулся к Джулии и ночевал на соседней койке. Он уже больше суток не был дома и знал, что получит от Тонкс. Но оставался с подругой. Утром Помфри сняла повязки с некоторых ран и дала девушке успокоительное. Теперь Смит выглядела овощем. Была в себе, но хотя бы не плакала без остановки. Её занятием на день стало рассматривание пейзажа за окном. Её покой нарушил зельевар, тихо войдя и встав у дверей, готовый выйти по первой просьбе. Сам ещё не готов говорить. Когда она обернулась, то не проронила и слова. Почти не смотрела на него. Просто легла в кровать и накрылась одеялом почти с головой. Северус кивнул себе и вышел. - Тебе нужно отдыхать. Ляг, хватит мерять комнату шагами. - Я не хочу здесь больше находиться. - Прости, но я не могу предложить тебе погостить у меня. - Нимфадора не переваривает меня, понимаю. И не прошу. - Вряд-ли ты захочешь ехать сейчас к Трэвс. - Да. Но сбежать отсюда это лучший вариант. Снейп приходил. - И что? - Мне омерзительно даже смотреть на него. Подлый, лживый, бесчестный... - Пусть пройдёт время, ты остынешь. - Разве я похожа на пламя? Я кричу? Или схожу с ума? Я спокойна и, кажется, слишком спокойна. - Что думаешь делать? - Я хочу всё бросить и уехать. Как говорил Сириус. - Я тебя не понимаю. - Почему? Сколько можно пускать всё на самотёк? Разве мало того, что он уже сделал? Почему каждый раз я должна терпеть и со временем забывать, будто ничего не было?! Почему..когда всё наладилось, когда стало хорошо, замечательно. Он снова всё испортил! Я не хочу больше ничего. Какой смысл бороться за то, что не нужно? - теперь слезы были привычным состоянием. И с ними на глазах она дерзко смотрела на друга, задавая каждый вопрос в самое сердце. - Он..сломал тебя... Что он сделал? - Уже не имеет значения. Уже ничего не имеет значения. - Не имеет значения?! Так ты называешь потерю своего ребенка и человека, которого любила всем сердцем?! - Откуда тебе знать как я его любила?! - Потому что ты вся сияла, когда была с ним. Потому что ты менялась на глазах, когда только речь заходила о нём. Ты ставила его первым во всех смыслах. Потому что... - Может это к лучшему, что я теперь не привязана к кому-то как собачонка? - Это он был твоей собачонкой. По твоим рассказам... Он никому не позволял так с собой обращаться. - Я тоже... Никому не позволяла так больно меня ранить. Не позволяла вставлять мне нож в спину и не позволяла себе верить в чью-то ложь так искренне как в его. - Поедим к Уизли? Ты должна немного успокоиться, пожалуйста. Пусть пройдёт время. Молли будет рада тебе. - Хорошо. Девушка начала собирать вещи, а Ремус оповестил Снейпа, что скоро её здесь не будет и у него ещё есть шанс на разговор. И не задерживаясь Северус пошел в Больничное крыло. Он вошёл так же тихо как и в прошлый раз. Сел на стул рядом с ней и когда она его наконец заметила, закинула последние вещи как попало. Закрыла чемодан и с ним направилась молча к двери. Зельевар недовольно смотрел ей вслед. И чувствуя сверлящий взгляд в спине, блондинка остановилась. - Всё кончено. Как и говорил Люпин, Лию встретили очень радушно в доме Уизли, но собой радости с её стороны не было. Ей выделили комнату, где она проводила всё время. Слова утешения Молли были мягкими, но не давали никакого облегчения. - А что с домом, миссис Уизли? - Пожиратели напали совсем недавно. - Почему я не знала? - Ты, кажется, была у своей тёти. Ремус не рассказал тебе? - Ясно. Смит провела в гостях четыре дня. И никакого спокойствия и умиротворения Лия не нашла, как говорил Люпин. Фера всё это время была дома и отослать письмо Трэвс не могла. Птица сидела на подоконнике с улицы, дожидаясь хозяйку. Она не давалась в руки. Поэтому женщина волновалась. Джулия это понимала и решила вернуться, собирая все силы чтобы сделать вид, будто всё прекрасно. - Я могу пойти с тобой, проводить. - Как хочешь. - Ты до сих пор дуешься на меня. - Мог и сказать о нападении. Ничего бы не изменилось, но я бы знала. - Я не хотел тебя тревожить. Пошли. Оборотень проводил её до самой квартиры. Но в сам дом войти девушка не смогла. - Что с квартирой? Почему она опечатана? Испугавшись она сразу стала звонить соседке. Женщина старая и пока дошла до двери у Лии сдали все нервы. - Что случилось? Почему дверь опечатана? - она хватала жёлтые полосы и срывала их одну за другой. - Бек, бедная Бек. - Что случилось?! - она знает эту старушку давно и не боялась кричать на всю лестничную клетку. - Лия, спокойно. - мужчина положил руку ей на плечо. - Джулия, ты только сильно не нервничай. Она ведь уже не так молода. Бек. Умерла наша Бек. Вчера прихожу, а она дверь открыла и в коридоре лежит. Сердце сказали, ты же знаешь? Давно у неё это?