Эпилог
16 марта 2021 г., 13:13
— Мы официально опоздали на пять минут.
— Блин блинский. Я выхожу через секунду. Прости!
— Да без проблем. — Бен пожимает плечами, хотя толку от этого никакого, потому что их с Рей разделяет дверь в ванной и она его не видит. — Буду ждать внизу, у входной двери.
Откровенно говоря, ему вообще всё равно, опоздай они хоть на два часа. Бен предпочёл бы никуда не ехать, потому что ни свадьба, ни общение с коллегами Рей — «… друзьями, Бен. Это мои друзья. И твои тоже» — ему совершенно не сдались, и предстоящий день, скорее всего, будет до ужаса мучительным сочетанием и того и другого.
Рей уже несколько месяцев в предвкушении от сегодняшнего дня, а это значит, что самое малое, что он может сделать — это следить за временем и стараться не вздыхать чаще, чем раз в десять минут.
Хотя бы, когда его не видит Рей.
— Прости-прости! Я давно не пользовалась подводкой, она высохла, и мне пришлось возиться с ней целую вечность, чтобы реанимировать.
Бен, не отрывая взгляда, просматривает почту на телефоне, вполуха слушая, как Рей роется в обувной полке.
— Ни слова не понял из того, что ты сейчас сказала.
— Всё нормально, Бен. Можно не прикидываться, что не знаешь, что такое макияж. Мой брутальный мужчина.
Он поворачивается и смотрит на неё.
— Нет, правда, я…
Его словно отправляют в нокаут, и не сказать, что ощущения неприятные.
Хотя со стороны Бена это немного нечестно. Ведь Рей самая красивая девушка, которую он когда-либо видел, даже в полседьмого утра, когда она трёт глаза, чтобы согнать остатки сна, и надевает футболку с надписью «Переживший юрфак». Или в два часа ночи, когда будит Бена своим лёгким посапыванием, дав ему отличный повод покрепче прижать её к груди. Или в полдевятого утра, когда возвращается с пробежки вся раскрасневшаяся и потная, и трётся о Бена, который только что вышел из душа. Или в полвосьмого вечера, когда она настолько измотана, что может лишь доползти до дома, рухнуть на диван и лежать минут пятнадцать, бессмысленно уставившись в стену.
Рей самое прекрасное создание во всей галактике и точка. Это неизменно и так, чёрт возьми, будет всегда.
И прямо сейчас, стоя в этом платье, что демонстрирует её совершенную кожу, она смотрит на него с мягкой, выжидающей улыбкой, и её губы такие соблазнительные, что он…
— Оу, — слышится тихий голос, и это явно исходит от Бена, поскольку Рей не говорит ни слова.
Они вместе уже достаточно, чтобы не измерять время, считая месяцы. Срок прошёл немалый, а сердце Бена по-прежнему начинает биться чаще, когда он видит Рей, несмотря на повседневность их совместной жизни.
И всё же.
Он такой дурак. До безумия счастливый дурак. И он не представляет себе день, когда перестанет таковым быть.
— Оу, — глупо повторяет Бен. — М-м. Ты… ого.
Видимо, Рей понимает, что он имеет в виду, потому что слегка краснеет и смеётся так, что Бен влюбляется в неё в миллионный раз, прежде чем признаться в этом самому себе и произнести хоть слово. Они опаздывают на пять минут — наверное, даже на десять — и им действительно нужно поторопиться, но реакция его тела слишком предсказуема…
— Спасибо, — смущённо и весело отвечает Рей, а затем придвигается чуть ближе и тянется к нему, чтобы поцеловать в щёку. Её каблуки немного выше, чем те, что она носит на работу, и разница в их росте уже не кажется столь значительной. — Ты тоже хорошо выглядишь. Походу, я больше никогда не увижу тебя в костюме.
Да, не увидит. Свободные брюки и кашемировые свитера куда лучше подходят для университетской жизни. Этот образ делает его более располагающим к себе, что, несомненно, способствует продуктивным отношениям со студентами и преподавателями.
— БиБи-восемь, мы вернёмся поздно. Будь хорошим мальчиком, хорошо?
БиБи-восемь бежит в прихожую и издаёт один-единственный жалобный лай, глядя на держащего ключи от машины Бена.
— Ты его кормила? — спрашивает Бен, стараясь, чтобы голос звучал нормально. Или хотя бы не настолько влюблённо. Ему даже приходится откашляться.
— Нет.
— Может…
— Он снова залез в мешок с вкусняшками. А это значит, что он поел. — Наверняка раза в два больше чем обычно.
Бен садится на корточки перед БиБи-восемь, а тот сразу же начинает лизать ему руку.
— Плохая собака, — говорит он как можно строже, но гладит его по голове. — Эти тисканья в наказание. Особо не радуйся, — обращается он к Рей заниженным голосом, чтобы она его услышала.
Теоретически в наказание. Но учитывая, как она фыркает и хихикает за спиной у Бена, выглядит всё это крайне сомнительно.
— Ты готов?
Бен поднимает на неё взгляд, пытаясь — безуспешно, конечно — не замечать, как потрясающе, великолепно, опасно, феноменально, умопомрачительно она…
— Да.
***
— Как мило, что Роуз и Финн пригласили нас на свадьбу, правда? Голос По звучит настолько невинно, что Бен замечает, как его мать прячет улыбку за бокалом шампанского, и понимает, к чему тот клонит. Рей, как обычно, опережает Бена. — По, дело не в том, что мы тебя не пригласили. — Бен слышал, как таким же терпеливым голосом Рей вежливо объясняла соседскому ребёнку, что БиБи-восемь очень даже добрый, но если дёрнуть его за хвост, он может укусить. А потом она объясняла Бену, что подавать иск о жестоком обращении с животными против неуклюжего семилетнего ребёнка — решение абсолютно неразумное. — Мы вообще никого не приглашали. — Да-да, конечно. — На мгновение кажется, что По вроде как понимает. Но Бена не проведёшь. — И что так, миссис Соло? Конечно же, это из-за Бена. Невозможно описать, что он почувствовал, когда Рей сказала «да», после того как он набрался смелости сделать ей предложение. Другой подождал бы со свадьбой, но только не Бен. Да и чего ждать? Рей улыбается и спасает Бена от объяснений. — Мы просто решили ловить момент. К тому же не хотели тратить время и деньги на поиск цветов, места и всего остального. И Бен в конце лета идёт на работу, так что график будет сумасшедшим. — Ну да. И как проходит воспитание нового поколения американских юристов, профессор Соло? Бен ловит себя на том, что закатывает глаза. Рей пообещала ему кое-что, если сегодня он будет любезен с По, поэтому не хочет всё запороть. — Согласно моим дьявольским планам. Рей слегка наклоняется к Бену. Он чрезвычайно благодарен Роуз за рассадку гостей за столом. По хоть и сидит вместе с ними, но хотя бы через четыре места от Бена. И если он хочет — а он хочет, хотя и знает, что у По лишь самые добрые намерения — то может его игнорировать и сосредоточиться на Рей. Или даже на Лее, поскольку отношения с матерью гораздо улучшились. Рей даже говорит, что они стали хорошими, ну а Бен не возражает, потому что не умеет говорить ей «нет». — Пытаешься убедить своих студентов, что работа в прокуратуре — пустая трата времени? — Не-а. Только самых перспективных. По наклоняет бокал в сторону Бена. — Другого я от тебя и не ждал. Рей, если у вас когда-нибудь будут дети, не позволяй Бену говорить с ними о законе, окей? Не хватало, чтобы ещё кто-то упал на тёмную сторону. — О, мы уже решили, что наши дети станут профессиональными фехтовальщиками. Так что не волнуйся. — Ага, пока у меня внук не появится, — вмешивается Лея. Вот всегда она так. Каждый раз одно и то же, когда они вместе с его матерью, а происходит это всё чаще и чаще. Лея притворяется более любопытной и назойливой, чем есть на самом деле, что Рей крайнее забавляет, а Бен громко вздыхает и изображает раздражение, хотя совсем его не чувствует. Даже приятно, что в их жизни есть такие небольшие ритуалы. Приятно иметь семью, думает Бен. Через несколько минут, когда оркестр снова начинает играть, По и Лея направляются на танцпол и погружаются в латиноамериканские па с тревожным задором. Рей с привычным энтузиазмом доедает кусок шоколадного торта, а затем и кусок Бена. Удовлетворённо вздохнув, она кладёт вилку обратно на тарелку, берёт руку Бена и опускает себе на колени. Под столом его ладонь скользит по её животу. Кончиками пальцев Бен чувствует тепло её кожи, и они с Рей обмениваются нежными таинственными улыбками. Чего ещё можно желать?
