Отпущение грехов

Глубоко в тайне Зимний Солдат надеялся, что перед казнью ему предложат последний ужин. Вместо этого его привели к священнику. Так тоже делалось, он знал, не ему было спорить. Последняя исповедь и отпущение грехов. Солдат ничего не понимал в религии и не понимал, в чем смысл отпущения грехов, если оно не освобождало его от ответственности за поступки, совершенные по принуждению. И все же он послушно опустился перед священником на колени. - Я знаю, что времени у нас немного, святой отец, я не буду чересчур вдаваться в детали. Однажды я упал с такой высоты, что мне показалось будто я упал с неба. Надо мной были только небо и сосны, ветки которых чуть не добили меня, пока я проламывал их в падении. Старая хвоя осыпалась мне на лицо, а я лежал и смотрел в небо. Смотрел, как загораются звезды. Наверное, я молил небо о помощи, потому что те, кто пришел за мной носили форму со знаком красной звезды. Они починили меня и подарили такую же. Я верно служил им, а потом тем, кому они мне говорили, а потом тем, кому они меня продали... Иногда я думаю, что если бы не смотрел тогда в небо, если бы упал лицом вниз, если бы... там и умер, наверное, сквозь мое тело весною проросли бы тюльпаны. Или ключ забил бы из земли там, где она впитала мою кровь. Немного костей и мяса - это была бы не такая большая цена за чистый родник. Но звезды решили мою судьбу иначе. И я теперь кругом виноват. Он услышал, как священник приблизился к нему и накрыл его голову полой своего одеяния. Удивительно тяжелая для такого маленького человека рука легла Зимнему на затылок. -Я отпускаю твои грехи. Я знаю, ты не виновен. Солдат покачнулся от силы этих слов, от звука этого голоса и, чтобы не упасть, схватился за бедра святого отца. Его ладони безошибочно узнали на ощупь закрепленное на теле оружие. - Я пришел, чтобы спасти тебя, - мягче добавил священник и в его прикосновении Солдату почудилась забытая ласка. Как будто бы он уже стоял вот так на коленях, держась ладонями за бедра, но с совершенно другой целью. Он знал этот запах так хорошо, что неудержимо хотелось уткнуться лицом в пах мужчине, совсем не так, как полагалось на исповеди. - Но… почему? - беспомощно спросил он. - Потому что господь говорит нам заботиться о ближнем, - твердо ответил священник, а потом почти шепотом добавил: - А ближе тебя у меня никого нет. - Мой… ближний давно погиб, - прохрипел Солдат в безмолвном отчаянии уткнувшись лицом в живот священнику. - Если наша вера учит нас, что спаситель воскрес. Если она учит нас ждать его второго пришествия, почему же ты не можешь поверить, что и я мог воскреснуть или переродиться, чтобы спасти тебя? - в низком голосе прозвучала почти что нежность, и у Солдата все замерло внутри даже раньше, чем он услышал, как священник позвал его по имени: - Баки? - Стив, - простонал Солдат имя как молитву, и все в мире разом встало на свои места. Фальшивая личина священника, слой фольги под длинными одеждами служителя культа и куча оружия, пронесенного на теле в тюрьму особо строгого режима. Солдат не помнил и не знал этого человека. Его сердце знало его. Его мягкая и терпеливая душа была половинкой души этого головореза и авантюриста. А это значило, что раз они снова нашли друг друга, теперь их ничто не остановит. Покуда смерть не разлучит их снова.