Портрет для отброса

Когда-то у Кейла была мечта просыпаться не под будильник, не под вой сирены или крики - а самому, возможно, даже от солнечных лучей, упавших на лицо... Нет, от солнца тоже не очень, поэтому в следующий раз Кейл попросит закрыть шторы поплотнее... Погодите, он же их закрывал. - Человек! Кейл издает стон разочарования, боли и отторжения внешнего мира. Почему он опекун такого активного ребенка? Над ухом раздается мяуканье. ...Нескольких детей. Кейл пересиливает себя и открывает один глаз. Пушистые штанишки Хонга тотчас исчезают с его глаз и появляются две умилительные - в любое другое время, побойтесь бога! - мордочки. Голова Раона тем временем подлезает ему под руку, втискиваясь в пространство одеял и подушек. - Сколько времени? - хрипит Хенитьюз, надеясь, что сейчас хотя бы час дня. На любые часы до этого у него моментально развивается аллергия, однако Он жизнерадостно и совершенно безжалостно оповещает: - Солнце еще не поднялось до зенита! - За что? - только успевает спросить Кейл, как закрывает глаза обратно и притворяется мертвым. Детей такой расклад не устраивает. - Мы уже месяц ничего не делаем! - начинает ныть на одной ноте Хонг, поддерживаемый ударами хвоста подозрительно тихого Раона. Удары сотрясают всю постель, и это не самый приятный утренний массаж. - Кейл! Давайте хотя бы прогуляемся до нашей виллы в джунглях, мы там давно не были! - Почему вам не сидится дома? - Кейл прислушивается к подозрительной тишине особняка и решает, что все где-нибудь во дворе или что-нибудь около того. - Там нечего делать. - Так ты это и делаешь? - удивляется Он, поймав его на слове. Кейл задумывается. И впрямь. - Нет, мы не можем уехать одни, оставив остальных здесь, у них же тренировки, - все-таки лень пересиливает. Он понимает, что не поднимет даже ногу, чтобы перешагнуть границу телепортационного круга. - Раон? Что-то болит? - Нет, - трепещут крылья ребенка, которого словно застают врасплох. Кейл садится, протирая глаза, чтобы внимательнее посмотреть на дракона, а потом коснуться его лба, на всякий случай проверив температуру. Раон почти урчит, но тут же прерывается, а в его руках появляется сфера для вызовов. У Кейла огромное, непреодолимое желание спрыгнуть, насколько хватит ловкости и сил, с кровати и рвануть вон, но он понимает, что Раон в любом случае быстрее его. - С утра король оставил сообщение, чтобы ты перезвонил, когда проснешься! - Игнорируй его, - бросает Кейл, а Он и Хонг начинают мяучить. - Кейл! Позвони! Может быть, нас снова пригласят на прием, где мы сможем есть вкусную еду! Кейл! - Этого-то я и опасаюсь... - бормочет мужчина, не замечая переглядываний детей. Он глубоко вздыхает и касается сферы, которая тут же загорается по велению Раона и сменяет туманную глубину на яркую картинку кабинета, поскольку Альберу моментально отвечает на вызов. - Ваше Величество, солнце нашего королевства... Кейл запинается, поскольку Альберу берет шар в руки, изображение смещается и Кейл успевает заприметить скользнувшие вытянутые лица советников, запоздало спохватившись того, в каком он виде. - Вы почему ничего не сказали? - шипит он не хуже Он на детей, когда стягивает распахнувшуюся со сна рубашку, пытаясь одновременно причесаться. Кажется, у него потихоньку плавятся мозги. "У тебя не могут плавиться мозги, живучесть Сердца не позволит", - немедленно отзывается Камень, заставив Кейла вздрогнуть. "Я бы мог, но я тут не при чем!", - Скряга спешит вставить свои пять копеек, а Жрица ноет: "Он вовсе не об этом". - Они когда-нибудь сведут меня с ума, - бормочет Кейл вслух, когда Альберу наконец снова появляется перед сферой, с долей насмешки оглядывая его. - Ты как всегда еще в постели, мне нужно было догадаться. Но ты явно впечатлил моих советников. - Заткнись. - Благодаря этому я сбежал с собрания, так что позволь не умолчать об этом. - Я сглупил, но Он, Хонг и Раон от меня не отставали. Что вы хотели, Ваше Величество? - Ха, только что грубо сказал мне заткнуться и сразу же назвал Вашим Величеством, - Альберу улыбается, пока говорит это, но Кейл только пожимает плечами. На миг он задумывается о том, почему никогда не пугался Альберу, хотя даже от Чхве Хана у него до сих пор иногда мурашки по коже. Наверное, это талант прикидываться обычным при всех своих секретах. Или может быть, это вседозволенность Хенитьюза, который привык к особому отношению? Кейл наконец-то вздрагивает, но вовсе не потому, что солнечная улыбка Кроссмана вдруг напугала его. - ...Кейл. - А? - Я говорю, что приглашаю тебя на... - Мы уезжаем! - у Кейла это вырывается вперед, заставив котят взвизгнуть, а Раона едва не выронить сферу, которую он придерживал для устойчивости на одеяле. - Что? - озадаченно смотрит на главнокомандующего Альберу, пытаясь прочитать по нему хоть что-то, но у ублюдка всегда хорошо выходило делать непроницаемое лицо. - Но... - Мне срочно понадобилось решить одно дело в джунглях, поэтому, простите, Ваше Величество, я уже все распланировал... - Мы едем на виллу! Кейл решил поехать на виллу прямо сейчас! - радостные возгласы детей заставляют Кейла прикусить язык и едва порозоветь - еще никогда его так откровенно не сдавали. Он особо старается, хлопнув лапками по одеялу, и Кейл мог бы поклясться, что в ее глазах читается укор. Безумные дети, они что, успели спеться с Альберу? Так и знал, что если оставит их наедине, то потом будет расхлебывать последствия! - Хорошо, я не знал, - обрывает его мысли Альберу и Кейл прищуривается, вдруг уловив новое для себя выражение лица короля - это что? Альберу расстроен? Кейл передергивает плечами, в один миг почувствовав себя неуютно. За всю свою короткую жизнь тут он еще никого не расстраивал, вызывая ворох разных эмоций: от восторга до страха. Альберу так не хотел идти на этот несчастный прием один? Он, заметив колебания Кейла, пихает его лапкой, подталкивая, а Кейл тотчас приходит в себя. Столько лет жил по приемам без него, так и в этот раз не умрет. К тому же, Кейл действительно хотел взять передышку. - Ваше Величество, - мягким голосом говорит Хенитьюз, невольно делая сочувственную мину. - Обещаю вам в следующий раз... - Мне пора, - резко, словно обрубает, говорит мужчина, и связь выключается, заставив магию недовольно вспыхнуть. Кейл открывает и закрывает рот, ловя укоризненные взгляды всех троих возле себя. - Мы позовем дедушку, чтобы он начал собираться! - вопреки их вертящимся мыслям, говорит Раон, когда в дверь стучатся и сразу открывают. Рон, как и всегда, бесцеремонен, этот страшный старик. Кейл вполне прекрасно отдыхал без него, но Рон, уверившись, что гостиницу без него не сожгут и не взорвут, вернулся к своему молодому мастеру, усиливая его головную боль. - Мы едем на виллу! - мяучат котята, а Рон, нисколько не удивившись, протягивает сморщившемуся Хенитьюзу стакан с лимонадом и спрашивает, обращаясь к детям. - Молодой мастер Кейл отверг предложение короля о прогулке? "Наш новый носитель немного глуповат". "А казалось бы..." О прогулке? О какой еще прогулке говорит этот старик, когда Альберу намеревался затащить его на очередной душный прием и это ну никак не назвать прогулкой! Кейлу кажется, что все вокруг него сходят с ума, поэтому он решает это игнорировать, как и голоса вдруг разговорившихся сегодня древних сил, и лениво поднимается. - А разве Альберу-ним не звонил? - спрашивает за завтраком - для некоторых обедом - Чхве Хан, когда слышит разговоры детей. Эрухабен, в последнее время больше присутствуя на вилле, а не в замке Шеритт, с любопытством ожидает ответа. У Кейла закрадываются еще большие подозрения. - Мы едем в дом в джунгли, - коротко оповещает Кейл, не собираясь распространяться. - Можешь оставить тренировки на Хилсмана и поехать с нами. Чхве Хан смотрит на Раона, прежде чем ответить медленно, словно он кукла чревовещателя. Впрочем, даже куклы говорят более похоже на человека. - Кейл-ним, думаю... с вами ничего не... случится, если вы поедете... вместе с... Раоном, Он и Хонг. Кейл уставляется на него, забыв проглотить восхитительный кусочек стейка. - Естественно, со мной ничего не случится, - проглатывает наконец главнокомандующий, пытаясь понять, к чему это. С ним дракон и они идут в дружественные джунгли, где правит Литана, да что с ними вообще может приключиться? Кейла иногда начинает раздражать излишняя опека всех вокруг. Из-за этого он не обращает внимания на плохую игру Чхве Хана, когда в любое другое время он бы насторожился. - Мы возьмем с собой Ганса! - Мяу! Кейл перестает вслушиваться в болтовню детей, наконец полностью погрузившись в свой поздний завтрак. К месту они отправляются еще спустя пару часов, но в доме им не дают даже разместиться - Тен оказывается на пороге таким огромным прыжком, что Кейла чуть не хватает сердечный приступ. Литана как обычно великолепна - и не менее великолепно мнется, когда приветствует Кейла и рассказывает, что они все немного заняты, чтобы прийти и поприветствовать его как следует. Хенитьюз содрогается, представляя, что это за приветствия: он против особого отношения, только если это не подношения в виде вкусной еды или денег. Без всего остального он прекрасно переживет. Однако, королева джунглей приносит ему любопытные новости - в пещере неподалеку обнаружили секретный ход, отмеченный драгоценными камнями. Раон при словах "драгоценные" плюхается Кейлу на плечи, заставив его упереться пятками в пол - дракон потихоньку растет, что не может не радовать самого Кейла в первую очередь. Он, даже не догадываясь об этом, с тайным удовольствием следит за тем, как ребенок меняется, подмечая даже незначительные изменения в весе или в форме округлой морды на более вытянутую. - Если нужна помощь с магией, то я мог бы посмотреть, - невзначай бросает Кейл, делая вид, что ему это крайне неинтересно. "Мы идем кого-то грабить?" - Скряга снова оживает в его голове, вдруг спрашивая: - "А камни хорошо горят?" "Камни невкусные!" - оповещает их Жрица, пока несчастный Камень что-то бормочет. "Мы с тобой можем пройти в любое место, куда может проникнуть ветер", - слова от Воришки слышать приятнее всех. Кейл кивает сам себе, пока Литана приходит к каким-то своим выводам - видят боги, бедный аристократ тут вообще не при чем, - и предлагает проводить его до нужного места. Об этом Кейл жалеет спустя полчаса, когда они оказываются посреди какого-то празднования, куда Литана затащила их обманом. Буквально. Кейл подозревает, что она сговорилась с детьми, но вздыхает, устроившись куда-то в угол "пещеры", которой оказывается, пусть и подземная, но большая зала естественного происхождения. Котята в восторге - они водят хороводы с местными и катаются на пустившей их на себя Тен, а Раон хлопает крыльями и притоптывает лапами, иногда начиная носиться со скоростью бешеной кляксы. Кейлу невыносимо скучно. Нет, дети его забавляют, он присматривает за ними краем глаза, тут нет дурацких аристократических рож, донимающих его дурацкими вопросами и пытающихся прощупать на предмет следующих действий, нет оберегающей крепкой ладони, которая ложится в такие моменты ему на плечо, показывая, что расспросы окончены. Нет похожей на свою собственную улыбочку, когда они незаметно укалывают какую-нибудь очередную известную фамилию, которая, очевидно, напрашивается. Ладно, Кейлу нужно признать, что от приемов в замке, пусть и осточертевших, он всегда ждет новых моментов общего единения, которые приятно вспоминать. Кому бы не понравилось, когда твои мысли и идеи подхватывают и, не рассматривая под лупой, с лету одобряют? Битвы окончены или в хрупком миге передышки, а они настолько привыкли идти рука об руку, словно в совместном танце, что Кейл чувствует пустоту без всего этого. Он все еще любит свои ленивые часы, дни и месяцы, но изредка это так восхитительно разбавить вечером туманных намеков и шуток с двойным дном. Представив, как он сейчас пьет тут вино, пока Альберу с приклеенной улыбкой ходит по залу, Кейлу становится даже жаль короля. Кейлу вовсе невдомек, что в пространственном кармане Раона мигает алым сфера вызова, а потом затихает, повисая в подозрительной мертвой тишине. Он, раскрасневшийся, обмахивается платком, собираясь позвать детей и уже подняться наверх, как его вдруг хватают за локоть. Кейл ойкает и собирается применить щит к наглецу - за столько лет он уже отвык от фамильярного обращения, а, значит, это кто-то не с самыми добрыми намерениями, но вдруг сталкивается с обеспокоенными карими глазами, в которых, помимо волнения, откровенное раздражение. - Какого черта? - хором произносят они, а Альберу в образе темного эльфа и с полупрозрачной полоской ткани на лице, чтобы скрыть свою узнаваемую даже так внешность, чертыхается так, как не положено королям. - Ваше Величество, как бы были поражены наши союзники, если бы... - Помолчи. Какого черта ты тут делаешь? - Отдыхаю, - тупо отвечает Кейл, прикладывая ладони к пылающим щекам. Альберу скользит по нему взглядом и хмурится. - Тебя опоили? Сколько ты выпил? - Да что происходит? - не выдерживает Кейл, махнув рукой в сторону праздника. - Литана затащила меня сюда и мы с детьми развлекаемся... Кстати, где они? - Ты что, потерял детей? - тут же поднимается Альберу во весь рост, едва ли не в панике оглядывая зал, пока Кейл сводит брови на переносице. - Они смертоноснее нас с тобой обоих, а Раон и вовсе дракон, ничего с ними не случится. Альберу опускается обратно, потерев морщинку меж бровей. - Мне сказали, что в джунглях что-то произошло, а ты не отвечал. Я беспокоился... - Решили сбежать с приема? - проницательно спрашивает Кейл, похлопав короля по плечу. - Не знаю, что и кто вам наговорил, но спасать меня не нужно. Как дела во дворце? Альберу смотрит на своего главнокомандующего и вдруг улыбается одной из тех своих улыбок, которые настораживают тех, кто знает короля дольше остальных. - Мой наставник поделился со мной одной интересной вещью из своего мира. Сегодня открытие для моих подданных, но мое присутствие там не обязательно после того, как я поприветствовал гостей. У Кейла отвратительные предчувствия. Что мог наговорить ему Чхве Хан? Хенитьюз знает, что когда так улыбается он сам, то Альберу может не понравиться его идея - в обратную сторону это работало так же хорошо. А потом он решает расслабиться - не памятник же ему поставили, в конце концов. Он бы знал. Дети наконец мелькают где-то в толпе - Кейл видит котят, которые встают в круг для какого-то ритмичного танца, все это напоминает Рок Су ритуальные пляски по Дискавери, когда оно еще было живо. Жители джунглей ускоряются, а сердце отбивает бешенный ритм следом, заставляя дергать ногой в полете за музыкой. По стенам отплясывает огонь, бросая причудливые тени, и все кажется нереальным, чудным и свободным. Никаких нарядов под горло, никаких драгоценностей, пуха и зубоскальных улыбок - все просто и безгранично размашисто. Раон парит где-то над ними, поскольку в голове Кейла разносится возбужденный детский голос: "Человек! Тут весело! Человек, я описываю круги, как тогда в гостинице! Присоединяйся, это весело!" - Ну уж спасибо, - бормочет мужчина в ответ, когда Альберу поднимается и протягивает руку Кейлу, в очередной раз чувствующему, как его мозги плавятся от происходящего. Какой-то сюр. Он что, хочет танцевать? Папуасские танцы? Кажется, последние вопросы он задает вслух, на что Альберу ухмыляется так ярко, что это буквально видно сквозь маску. - Не знаю, что такое "папуасские", но это забавный опыт. Пошли, ты не пьян, чтобы соврать, что не можешь двигаться. - Откуда ты все знаешь? - Кейл и сам не понимает, что его толкает на это, но он ухватывается за смуглую руку, поднимаясь на ноги с легкостью, не доступной обычным пьяницам. Эх, какой же из него отброс? Уже на приветственных криках окружающих, когда они вливаются в круг, Кейл никак не может припомнить, когда в последний раз говорил себе вести себя как отброс, которым так хотел казаться. Теперь он почти почтенная личность - никаких выходок, выводок любимых детей, нуждающихся в заботе, ласке и твердом характере, героизм, щит в левой руке, в правой молния... Тьфу. Карие глаза напротив улыбаются. - Сколько выдержишь в таком темпе? Кейл не уверен, о чем спрашивает Альберу - ведь тот порой буквально способен читать его мысли. - Недолго, - ворчит он, крепче перехватывая удерживающую его рядом руку. По голове что-то чиркает - хвост или лапа дракона, а котята буквально пробегают под ногами. Кейл забывается в улыбках вокруг и хлопках ладоней - никто не выделяет их двоих, несмотря на то, что ярче алых волос полыхает в зрачках празднующих только огонь в центре пещерного зала. Взмокшие волосы взметаются при резком развороте головы - Кейл едва не путается в ногах с непривычки, и Альберу вздергивает его, перехватывая вместо руки за талию и буквально выталкивая их из разогнавшегося круга. Хенитьюз тяжело дышит, согнувшись и опершись о колени, потом поднимает голову, и они с Альберу хором смеются неведомо от чего. Раон продолжает нарезать бешеные восьмерки, а потом падает откуда-то сверху на спину охнувшего Кейла, а на руки королю заскакивают котята. Они обмениваются только парой фраз, возвращаясь на виллу, где Альберу возвращает себе свои золотистые волосы и глаза из океанских вод - Кейл знает с чем сравнивает, с тем самым льдистым океаном, полным опасностей, китов и русалок. Попрощавшись с взволнованными чем-то детьми, Альберу исчезает в круге телепортации, а Кейл добирается до спальни, наказав никуда не теряться и чуть что, так сразу вызывать его, Эрухабена и Чхве Хана, падает в постель и зарывается в одеяла. Он так устал, и мысли в сторону Альберу не доставили ему душевного спокойствия, как и его карие глаза, насмешливо сверкающие всеми оттенками синего и голубого в зависимости от освещения, настроения и силы заклинания... Так бывает? Чертов король, взял и ворвался прямо к Кейлу в душу, ни ногой не ступая за границу очерченного. Все ведь в черте дозволенного и порядочного, не придерешься лишний раз. Кейл решает, что черт с ним, явится он к нему в замок и спросит, когда там следующий прием. Уж лучше назначать свидания самому, чем Альберу будет являться сам. Встречи. Встречи, Кейл, никак не свидания. Официальная перевязь едва не рвется под пальцами Кейла, который сжимает ее непроизвольно с такой силой, что Раон испугался бы, но дракон, распахнув клыкастую пасть, смотрит на огромный... Нет, огромный портрет Кейла, висящий в галерее на первом этаже замка. Кейл на нем в меланхоличной задумчивости, в черной униформе, бледный и красивый, как смерть. Наверное, портрет был бы хорош, если бы не тот факт, что ЭТО ЕГО ЧЕРТОВ ПОРТРЕТ В ЧЕРТОВОМ ЗАМКЕ ЧЕРТОВОГО КОРОЛЯ, КАКОГО ЧЕРТА? - Портретная выставка, - мурлычут позади не хуже котят. Только тут Кейл подмечает изображения остальных героев войны, просто его портрет почти соперничает размером с портретом тогда еще наследного принца. - Чхве Хан сказал, что у вас в мире были такие вещи. Памятник ты бы мне не дал установить, да и что мне статуя, а вот портрет после выставки я утащу себе в кабинет. Будет меня вдохновлять. - Ах ты убл... Ха-а-а. - Человек! Я тоже хочу портрет, человек! - раздается рядом с ними шепот, на что Альберу весело отвечает, понизив голос: - Могучему и великому Раону тоже готов портрет, вы знали, что сэр Эрухабен, оказывается, прекрасно рисует? Кейл убьет их обоих.