Свобода и надежда
27 октября 2020 г., 03:20
Толстый свитер цвета запеченной карамели согревал замёрзшие пальцы немного взволнованной девушки, которая металась от стола к столу, наполняя большие медные миски золотистыми яблоками. Первый день весны Уизли любили отмечать в больших компаниях, посылая приглашения абсолютно всем, кого они только знали. И, конечно же, семейство Паолини, а по совместительству и лучшие друзья рыжих волшебников, были позваны на это масштабное торжество после того, как неумелая сова (она врезалась в окно несколько раз) принесла письмо–приглашение в стокгольмский дом, аккуратно подписанное хозяйкой Норы — Молли Уизли.
Юная Фелис Паолини откинула свои темно-медовые волосы и, с тяжелым выдохом, поставила громоздкий мешок с яблоками, которые только что закончила раскидывать по столам. В процессе приходилось отгонять прожорливого Уизли младшего, который все-таки успел ухватить тарталетку с грибами с подноса, поэтому времени ушло гораздо больше, чем изначально предполагала девушка. Благо, распределением столовых приборов помогала Джинни, которая так и рвалась показать Поттеру какая она хозяйственная и добрая.
Фелис сначала тихо смеялась, завидуя этой чистой детской влюблённости, но увидев нежную улыбку Гарри, который стоял у входа в навесной шатёр, удивилась и даже задумалась о том, чтобы также начать плясать перед глазами рыжего клоуна, который уже на протяжении шести лет всячески не замечает чувства молодой волшебницы.
К слову, он даже не встретил её на волшебном перроне! А они с мамой преодолели огромное расстояние для того, чтобы погостить у Уизли недельку–другую, между прочим!
Вместо него пришёл его брат–близнец Джордж и представился его именем, дабы Фелис было не так обидно, за что получил оплеуху от девушки, а после и извиняющиеся объятия где-то в районе груди, за слишком сильный удар.
Когда они уже прибыли в Нору, близнец сообщил, что Фреда опять задержал после уроков Снейп, заставляя юношу отирать зелёную парту после неудачной шутки и попытки сбежать от ответственности через чёрный ход замка. Джордж тоже был причастен к этой ситуации, но ему повезло спрятаться за широкой спиной Хагрида, который по счастливой случайности оказался в коридоре школы магии с маленьким детёнышей гиппогрифа в руках.
Девушка даже не удивилась, ведь во всех шалостях, которые замышляли парни, а иногда и Фелис вместе с ними, виноватым чаще всего выставляли именно Фреда, который обладал нулевыми баллами в графе «Скрытность и невидимость». Но несмотря на это, они все равно помогали горе–другу с наказанием, деля его поровну, на ровные три части.
— Ты чего задумалась? — спросил Джордж, опуская свою огромную ладонь на плечо девушки, — Тарелки кто расставлять будет?
— Тарельки ктё расставлять будеть? — передразнила Фелис парня и всучила ему огромную стопку тарелок в руки, — Поможешь.
— С тебя два галлеона! — отчеканил парень, пытаясь не уронить трясущийся фарфор.
— Обойдешься! — крикнула девушка уже с другого края шатра, поспешно скрываясь за огромной вазой с ярко–жёлтыми подсолнухами.
* * *
Вечер кишил звоном бокалов, приятной музыкой из старинного магического граммофона и криками Рона, который бегал за своей крысой на протяжении всего праздника, вытаскивая её то из миски с фруктами, то из бочки с пшеном. Фелис сидела в компании «золотой тройки», пытаясь разъяснить Гарри состав магловского фастфуда, на что Рон, перебивая, только махал рукой, доказывая что вся еда полезна, если она приносит радость. Джорджа она потеряла ещё в середине праздника. Как потом оказалось, какая-то четверокурсница из Шармбатона утянула его на улицу чтобы признаться в своих чувствах. Долго мерзла на прохладном мартовском воздухе, поглядывая на тёплую куртку парня, заправляла за ушко выбившуюся прядь светлых волос и поджимала пухлые губы в нетерпении. Джордж опешил, но не растерялся, взял себя в руки и исчез в густом тумане, который образовался от использования одной из вредилок, которые братья изобрели в прошлом месяце. Появился он прямо за спиной Фелис, которая в то время сидела за столиком и выбирала вкус сока, которым она будет запивать сливочно-морковный торт от тётушки Молли. Парень ехидно улыбнулся и дунул девушке в ухо, наблюдая как та чуть ли не продырявила пакет апельсинового сока вилкой от внезапно поступившего страха. Просидев за ней ещё несколько минут и получив достаточно гневно взглядов, Джордж направился в Нору, почёсывая нос и приговаривая что-то о замене ингредиентов бомбочки. Впрочем, вечер проходил хорошо. Все были рады и чуть-чуть уже в нетрезвом состоянии, но это только подогревало эндорфин в воздухе, заставляя только энергичнее отплясывать польку в центре шатра в свой последний выходной. Все были рады, кроме Фелис, которая все это время грустно сидела за столом, ковыряя ванильно–молочным носком босоножек промерзшую землю, которая так упорно сваливать назад в ямку, созданную девушкой. Тут были абсолютно все: родственники, друзья, знакомые, но не было именно того, из-за кого она и приехала сюда. Из-за кого она бросила все свои рефераты, дабы снова почувствовать на себе этот внимательный взгляд, от которого по телу проходится электрический разряд, заставляя сердце биться в ускоренной режиме. Она этого хотела, но, к сожалению, исполнить не могла.* * *
В поле, около шатра, было совсем холодно, что заставляло девушку кутаться в пеструю шаль своей мамы ещё сильнее. Связано это было скорее всего с тем, что чары, которые поддерживали нормальную температуру внутри шатра, не доходили до той полосы, за которую зашла девушка в желании побыть наедине. Дойдя до проселочной дороги, она остановилась и подняла взгляд на звезды, которые искрились, словно пузырьки в шампанском. Где-то, со стороны праздника, доносилась лёгкая джазовая музыка, указывая на скорое завершение торжества в Норе Уизли. Фелис грустно улыбнулась, наблюдая за тем, как Джинни и Гарри, спрятавшись за углом шатра, наконец-то открыли свои чувства друг другу и сейчас, смущённо, пробуют губы друг друга на вкус, крепко держась за руки. Насладившись ещё чуть-чуть своим одиночеством, девушка уже хотела возвращаться обратно в Нору, но прямо перед ней (в метрах пяти), кубарем свалился с метлы рыжеволосый волшебник, на скорости улетая куда-то в кусты спелой ежевики. Фелис уже было подхватила свою сумку с земли и сделала несколько шагов в сторону упавшего парня, но он опередил девушку и уже выползал из кустов, ругаясь и поправляя свой съехавший в сторону галстук. Его сломанная на две части метла лежала в густой темно-зеленой траве, тускло светясь каким-то с серебристые светом прямо на рукояти. Видно, кому-то из слизеринцев не понравилась шутка парня и вот таким гадким способом, он решил отомстить ему, заодно может быть и сломать несколько костей. Девушка перевела взгляд на рыжеволосого и довольно отметила, что тот, не смотря на всю его ненависть к официальному стилю одежды, сегодня был в чёрном костюме, который сидел на нём идеально, а огненный волосы, которые в другие дни буквально взрывались на голове парня, были аккуратно уложены стойким гель-лаком. Девушка поспешно удержала кровь из носа перед столь божественным видом и спросила. — Неужели Снейп так разозлился, что весь класс заставил драить? — улыбнулась девушка, подкидывая бежевую сумочку на плече, — А, Фред? Парень наконец-то поднял голову и упёрся взглядом в лицо Фелис, застывая в изумлении. Он явно не ожидал встретить девушку так скоро и в таком амплуа. Наспех поправив пиджак, он осмотрелся по сторонам и поджимая губы, спросил. — А почему ты не на празднике? — поинтересовался парень, пытаясь принять совершенно спокойный вид, который только смешил девушку, заставляя её дразнить Фреда все больше. — А с каких пор место посадки у нас это кусты? — девушка наигранно нахмурилась, осторожно заглядывая парню за спину, — Или ты ежевику решил собрать к чаю? Парень закатил глаза и наконец-то улыбнулся, распахивая свои широкие медвежья объятия и кивая, как бы приглашая в них. — Мисс Фелис Паолини, не желаете обнять того, кто так спешил на это мероприятие, чтобы успеть застать Вас в таком невероятно виде? — гордо проговорил Фред, небрежно пройдясь взглядом по девушке. — Надеюсь, в доме моей матушки все занавески остались целы? — Когда-нибудь я прибью тебя за такие шутки, — цокнула девушка, смотря на парня снизу вверх, — но сейчас есть дела поважнее. Фелис упала к волшебнику в объятия, утыкаясь носом в грудь его рубашки, которая насквозь пропахла кофе, который так любил парень.* * *
— Я думал, что ты не приедешь.– сказал парень, засовывая промерзшие пальцы в карманы брюк. Девушка села рядом с парнем на какую-то сваленную корягу, аккуратно расправляя руками своё длинное платье, дабы оно не помялось. Переведя заинтересованный взгляд на Фреда, она немного наклонила голову и спросила, непонимающе нахмуривая брови. — Это ещё почему? — Я встретил твоего отца. Фелис тяжело выдохнула и поспешила отвести грозный взгляд в звёздное небо, стараясь погасить все воспоминания, которые так назойливо всплывали в её голове, причиняя тем самым боль. Отец никогда не вспоминал о ней, говорил за спиной самое плохое, желал, чтобы девушка и вовсе не рождалась. Она была ему не нужна, и Фелис это признала, но бывает душу все ещё терзают печали, накопившиеся за все годы жизни без него. Фред понял, что опять начал болезненную тему для русоволосой и, закусив губу, отвернулся, тяжело выдыхая воздух, который тут же превратился в пар, медленно растворяясь в прозрачной темноте ночи. — Не знаю, что он тебе сказал, но пожалуйста, — Фелис посмотрела на широкую спину парня и постучала по ней три раза, призывая повернуться к ней лицом. Фред смущённо посмотрел на неё и неловко почесал затылок, — верь только моей маме и больше никому. Только она тебе скажет правду про меня. — Вот только давай не превращается сейчас в Плаксу Миртл. — шепнул парень, улыбаясь и аккуратно щелкая по носу девушки, — Он то уж точно не достоин, чтобы ты тут слезы проливала. Фелис шмыгнула носом и несильно толкнула парня плечом, на что тот ответил ей детским высовыванием языка с соответствующим к жесту звуком. Со стороны шатра послышались радостные крики и громкий звон бокалов, говорящие о том, что торжественное празднование весны подходит к логическому своему завершению, но через несколько минут, на старом граммофоне заиграла песня, чем-то напоминающая девушке джаз, который так обожает её мама. — Праздник весны завершается у нас именно этой песней на протяжении уже многих лет. — сказал Фред, заметив искреннее удивление девушки. Ещё немного времени понаблюдать за её реакцией, он встал с коряги и остановился перед Фелис, протягивая ей обе своих ладони, — Раз уж на начало торжества я опоздал, то точно не могу упустить свой последний шанс и не пригласить тебя на последний медленный танец. Девушка исподлобья посмотрела на парня, который сейчас, в свете луны, казался ужасно красивым, и аккуратно отложила свою сумочку в сторону, робко принимая приглашение на первый в её жизни медленный танец. Фред взял маленькие ладошки в свои, которые буквально утонули в них, и вывел улыбающуюся Фелис на проселочную дорогу, где единственным источником освещения служил одинокий фонарный столб, служивший путеводителем путникам, которые заблудились в многочисленных лесах вечно зелёных деревьев и кустов. Аккуратно расположив свои руки на талии волшебницы, он мягко опустил голову на её макушку, вдыхая аромат шампуня и полевых цветов, которые так любила девушка вплетать в свои косы, когда находилась дома у Уизли. Фелис пристроилась на груди парня, одними губами отсчитывая его быстрое сердцебиение, не замечая, как это стучание сливается в унисон с её собственным, становясь одним целым на мгновение. Медленно покачиваясь в этом волшебном танце, они наслаждались присутствием друг друга, которого им так не хватало в долгие годы разлуки. Все проблемы отходят на второй план, когда ты видишь себя в отражении сверкающих глаз, которые смотрят с неподдельной любовью и заботой. Она наконец-то смогла дотянуться до того, кто все это время нуждался в ней больше всего и тайно желал быть рядом. — Я люблю тебя. Всего три слова произнесенные шепотом один раз, пронесутся через года громким криком и откликнутся тогда, когда кто-то больше всего будет в них нуждаться. И Фелис не страшны какие-либо преграды, пока она рядом с тем, кто повторяя эти слова вновь и вновь, будет улыбаться так же ярко, как и звезды, которые укрывали их своей пеленой в ту самую первую ночь наступающей весны.
