Секунды полета.
Всплеск.
Ледяная вода.
Первым инстинктом было выбраться оттуда. Руки сами задвигались, в отчаянной попытке спасти их обладательницу от смерти, но это было бесполезно ведь девушку в этом мире не держало совершенно ничего. Мир вокруг был словно в замедленной съёмке. Конечно подозрительно мутная вода портила атмосферу и вид получался совсем не такой, как в голливудских фильмах, но Таню это не тревожило и она продолжала медленно опускаться на дно. Как чертовски холодно, подумала девушка и вдруг почувствовала как кто-то тянет её на поверхность. Поскольку сил на сопротивление не осталось ей пришлось подчиниться спасителю. Дальнейшие события оставались в памяти лишь отрывками. Вот Таню тащат на берег. Вот ей делают (точнее пытаются делать) искусственное дыхание. Спрашивают в порядке ли она. Стоп. А кто спрашивает? Кирилл? Да, точно он, сидит рядом и чуть ли не плачет. А ведь только вчера сам довёл девушку до истерики и даже не извинился. И всё потому, что планировал извинения на недельку позже, когда Таня будет готова простить всё что угодно. Но планы спутало сообщение от этой припадочной. Вроде что-то про смерть и прощание. Парень даже не вчитывался ведь куда важнее ему было вернуть девушку, но не из чувства великой любви, а для того чтоб и дальше эта дурочка бегала за ним и боготворила Кирилла. Он знал, что она не совсем адекватная, но попытку суицида не предвидел даже он сам. Девушка приоткрыла глаза. — А ты какого черта тут делаешь? — из последних сил прошептала она и отключилась. Парень лишь ухмыльнулся в ответ и, попутно отвечая на вопросы зевак про скорую, потащил Таню к машине. Домой они доехали довольно быстро. Кирилл снял с девушки мокрую одежду, уложил на диван и накрыл пледом. Заварив себе чай, под какую-то песню, играющую на радио уже десятый раз за день, он сел за кухонный стол и уставился в окно. Парень думал над тем, что делать дальше и надо ли оно ему. Где-то в глубине души он любил Таню, души в ней не чаял, но его нарциссичная и эгоистичная натура брала верх. Понятие любви в его сознании максимально извратилось. А добавить к этому склонность к садизму и беспричинные вспышки гнева… Получается идеальный абьюзер. Парень окончательно запутался в себе и был очень близок к тому чтоб окончательно поехать крышей. — Если рассуждать здраво, — начал размышлять вслух Кирилл, — то без Тани я бы уже давно сдох в какой-нибудь подворотне. Вспомнить все эти случаи когда она вытаскивала меня из клубов и притонов, но, — лицо парня поменялось, — но какое право она вообще имеет лезть в мою жизнь? Хотя, — он запнулся и приподнял кружку, задумчиво рассматривая нарисованную мышь на ней, — может не так и плохо, что именно она меня любит. Другая бы уже ушла давно, а эта идиотка продолжает себя мучать. — Его взгляд стал близок к безумному — Ненавижу таких людей блять. Унижаться перед кем-то это просто отвратительно. А она… Парень не успел закончить свой монолог так как из комнаты его позвала Таня. Натянув на лицо всю оставшуюся в нём нежность и любовь он взял так и не начатый чай и направился в комнату. Девушка была в растерянности, что он сразу же заметил и улыбнувшись произнёс: — Я тут тебе чай сделал, будешь? Таня задумчиво покосилась на кружку. — Это же твой любимый. Зачем ты его мне заварил то? — было начала возмущаться девушка, но увидев злость в глазах Кирилла она всё же рассмеялась и поблагодарила парня за столь милый жест. — Не хочешь рассказать почему ты вдруг решила прыгнуть с моста? — блондин присел на край кровати. — Я понимаю что ты была обижена, но такие поступки просто так не делают, дорогая. Таню аж передернуло от слова «дорогая». Пару дней назад парень оскорблял её и желал смерти, а сейчас называет дорогой и делает чай. Адекватная половина, а точнее уже четверть, таниного мозга понимала, что это театр одного актера и ни о какой любви тут речи идти не может, но зачем слушать эту четверть если у тебя есть иллюзия счастья и любви, так ведь? Перед девушкой стоял выбор: закатить скандал и возможно оказаться на площадке с разбитым носом или же сыграть в игру под названием «притворись что у нас всё хорошо». Естественно она выбрала второе. — Знаешь, Кирюш, это сейчас совсем неважно. Главное что ты приехал и спас меня. А это точно показывает что ты меня любишь, — Таня посмотрела в глаза объекта обожания. Глаза, не выражающие абсолютно ничего. С каждым разом в них оставалось всё меньше человечности и адекватности, но девушка от этого тащилась. Она уже играла не на жизнь, а на смерть и пока что ей чудом удавалось выигрывать. — Да, ты права. Абсолютно права, — парень погладил Таню по волосам. — А теперь отдыхай, а я, — Кирилл встал, подошел к двери и с ухмылкой посмотрел на девушку, — съезжу по делам. После этого он закрыл дверь и окончательно оставил брюнетку одну. Через пару минут щелкнул дверной замок, уведомляя об уходе хозяина квартиры. Таня лежала на том же диване и смотрела в потолок. Одиночество и тишина давили на девушку. А ей в свою очередь оставалось только размышлять выиграла она или проиграла в этот раз.