Брат, любовь, друг

Стоило нам выйти, Дазай начал на меня наезжать. — Юки, ты вообще нормальная, ты этого человека видишь второй раз. А уже собралась с ним на встречу. Мозги у тебя есть? — я с раздражением вздохнула. — ДАЗАЙ, ХВАТИТ. МНЕ 15, И Я МОГУ САМА ЗА СЕБЯ ПОСТОЯТЬ. ИЛИ ТЫ ЗАБЫЛ, КАК Я УДЕЛАЛА ТВОЕГО АКУТАГАВУ, — я пальцем ткнула в грудь Осаму. — Хорошо, Юки. Только не нервничай. Пошли я проведу тебя к Йоханссону. Мы дошли почти до конца коридора, прежде чем Дазай повернул и зашёл в одну из дверей. Зайдя внутрь, я увидела сидящего на стуле Йоханссона, он был связан. — О, какие люди. Юки, дорогая, отпусти меня, — я подошла почти в плотную, взяв его за шиворот, подняла его слегка к себе. — Директор, вы испортили мне жизнь. Так с чего это мне вас отпускать. Вы били меня, резали, но вы понятия не имели, как мне было больно. Я повторю свой вопрос. ПОЧЕМУ Я ДОЛЖНА ВАС ОТПУСКАТЬ? ПОСЛЕ ТОГО, СКОЛЬКО БОЛИ ВЫ МНЕ ПРИЧИНИЛИ. Я ДОЛЖНА ВАС ОТПУСТИТЬ? — Дазай мягко взял меня за плечи. — Юки, успокойся. — Дазай, а какими предметами вы пытаете? — он развернул меня лицом к столу, с пытательными инструментами. — Юки, я пожалуй выйду, это ваша война, я не могу в неё вмешиваться, — я молча кивнула. — Эй, паренёк, не оставляй меня с ней, — но Дазай уже вышел. Мне кажется в это время меня уже ничего не могло остановить. Я начала вспоминать, как он обращался со мной. И первое, что я вспомнила, это были порезы. Он раз за разом наносил их мне, я плакала, умоляла остановиться, но его это лишь сильнее заводило. Поэтому первое, что я взяла в руки это был скальпель. Подойдя поближе к своему директору, я слегка провела скальпелем по его щеке, даже не поцарапала её. — Дорогой директор, я решила мстить вам вашими же оружиями. Вы знаете, что меня никто не сможет остановить. Я просто хочу, чтобы ты понимал, что от меня в этот раз тебе не убежать, — директор нервно закусил губу. — Юки, прошу, остановись, — мне стало до боли обидно, когда я молила его о пощаде, ему было абсолютно плевать. Ему была в кайф моя боль. Почему это я должна останавливаться? Верно, я не собираюсь останавливаться на этом важном моменте. — О, вы просите меня остановиться? Ха, смешно. Я не буду останавливаться, ведь когда я молила вас о пощаде, что вы делали? Верно, приносили мне ещё больше боли. Поэтому сегодня вы познание всю мою боль, — я провела лезвием скальпеля по руке директора, слегка надавив на плече. Там где я надавила появилась рана, из которой сочилась кровь. В его глазах виднелся страх. Он вскрикнул, когда я придавила его кость на ноге. Он умолял меня остановиться, но желание прикончить его заглушало жалость. Подойдя к столу, я взяла пистолет. И медленно развернувшись расправила руку. — Хочешь почувствовать в своем теле пулю? — Нееееееет, Юки, умоляю, не надо! — кричал он, а кровь сочилась из его ран. — Слишком поздно, вы не знаете на сколько семья Накахара опасна, — я прижала курок и пуля продырявила Йоханссону плечо. Адский крик заполнил комнату. Из раны хлынула кровь, он стонал, и я была ужасно рада его страданиям. Я очень хотела, чтобы этот монстр почувствовал себя на моём месте. И наконец-то умер в мучениях. Я без конца давила на курок, наслаждаясь его вскриком и мольбами. В конечном итоге в комнату вошёл Дазай, и медленно подходя ко мне, он попросил меня. — Юки, милая, пожалуйста, брось пистолет. Он уже мертв, ты сделала своё дело, — подойдя ко мне очень близко, он забрал у меня пистолет, после обнял меня и предложил отвести домой. Я согласилась. Примерно через 40 минут мы были дома, выйдя из машины, я поблагодарила Дазая и направилась домой.