Пять рецептов чая

      Конец июля... Эх, были же когда-то такие времена, когда, сделав себе огромную кружку чая, выходишь на улицу, садишься на лавочку и слушаешь, как меж собой переговариваются сверчки, а светлячки превращают траву в нечто прекрасное, в волшебное покрывало, сотканное из тысячи изумрудов, блестит без солнца. Где-то вдалеке от дуновения скрипят качели, и завывает пес. Я никогда раньше не смогла бы подумать, что трава умеет петь. Дыхание ветра, и она нежно шелестит, перешептываясь с потерявшимися мотыльками. Среди всей этой зелени рос огромный куст дикой розы. Она очень своеобразно пахла, мне казалось, что от нее веет медом. Срываешь розовые лепестки, иногда можно было сорвать и бутон, нарезаешь мяту, спрятанную на маленьком огороде, заливаешь все кипятком, пускай стоит! Набирает свой вкус, свои силы. Медленно окрашивая родниковую воду в почему-то красноватый цвет. Осенью роза осыпалась; в каждом движении лепестка я видела немую слезу, которая после высыхала, теряя свой первозданный цвет, а мята прекращала пахнуть, отдавая все свои силы в застывающую землю.       День, расцветающий от взгляда нежной розы, ночь, засыпающая от колыбельной мяты, рассвет, набирающий свою силу от пара, несущегося из кружки свежего чая, закат, медленно падающий в объятья горячего напитка. Режим? Что же это такое? Нужно обязательно встретить яркий луны свет , затмевающий собой маленькие звезды. Этот свет поможет мне выводить в дневнике новые строчки. Хоть мне все подряд и кричат: "Не порть глаза, Ведьма! Если у тебя такое прозвище, то это не значит, что можно пренебрегать здоровьем!". Нервничать и раздражаться никак нельзя. Нужно срочно сделать чай в самую большую кружку. И вот я сижу на старой лавочке, держу в руках кружку и сдуваю в центр лепестки роз, разместившиеся на поверхности чая, они так и лезут к губам. Все-таки это не просто роза... это настоящий мед, который собирал отец на нашей пасеке. Я слушала погрузившуюся в темноту природу, иногда перебиваемую тишиной кладбища, что располагалось в тридцати шагах от нашего дома. А в это время в доме все стояли на ушах, перекрикивали друг друга. Директриса ставила советские песни, многие дети уже занимали очередь в ванную, а кто-то решил стащить из кладовой конфеты. Я невольно выбивалась из толпы детей. Немного одиноко, но в то же время нет...       Ты приходил тоже с кружкой чая, садился рядом и рассказывал мне страшные истории. Не знаю как местные жуткие легенды переходили в лирические стихосложения. Жаль, что я не запомнила слово в слово, помню лишь... "Звезда".... Что же для тебя была звезда? Наверное, я уже никогда не узнаю. Жаль, что       Я не люблю, как пахнет мята, но в этом чудесном напитке она приобретает невероятные нотки, которые слетают с тонких струн, что натянуты во вкусе. Мы с тобой так и не смогли посмотреть на звездное небо. Я уверена, что на твоих светлых кудрях идеально бы сидел венок из звезд... или из полевых цветов. В то лето было мало дождя, поэтому мы могли свободно наслаждаться чаем, который ты иногда менял на квас или на кофе, за которое я тебя ругала.       Казалось бы, прекрасный чай, под который нужно философствовать, размышлять о жизни, загадывать желания... а ты мне рассказывал о местном кладбище. Как мне теперь не вспомнить об этом, заваривая этот чай? Время уходит. Нет! Оно убегает, а я, наивная, пытаюсь догнать его, спотыкаясь и падая. Не переживай, я улыбаюсь. Я обещала, что всегда буду улыбаться. Я слышала, как засыпают птицы, Я видела, как ткет узор небесный жнец. Я слушала твои как ветер небылицы, Немного засыпая под конец. С твоими строчками в даль уходили Узорчатые танцы мяты, роз. Как жаль, что я то время не ценила. Мне розы не нужны- тех самых не нашлось. Тепло твоих произведений, прозы Внутри, не знаю где, но греют жизнь. Скажу тебе одно: я ненавижу розы... Но те, из прошлого, другие, согласись? Пускай теперь бессоны ночи, Пускай в окне не ждет купец. Взглянув в окно, я вижу твои очи, И ближе подвигаю чай свой. Я-скупец... Кудрявчик, я скучаю...