Devil town

Воскресным утром в кафе было абсолютно пусто. Сонный Клаус натянул на себя фартук баристы, проверил, работают ли все нужные ему приборы, несколько раз протёр столы и сходил в небольшую каморку, чтобы проверить, как там поживает его пушистый друг. Это чудо Клаус подобрал на улице буквально неделю назад. Тогда он был почти в стельку пьян и притащил бездомного кота к себе домой. Естественно отец Клауса приказал немедленно выдворить эту тварь из его дома. Сам парень не особо понял кого отец имел ввиду – его или всё-таки кота? Но Клаус покорно вывалился за порог дома вместе с новым пушистым другом, которого почему-то решил назвать Беном в честь своего погибшего брата. Кот смотрел на него своими большими живыми глазами, будто всё понимал. Клаус просто не смог оставить этого бедняжку на произвол судьбы. Если он не спас своего Бена, то этого он будет оберегать всю свою жизнь, думал Клаус. И пока его мысли роились нескончаемым потоком в шальной голове, ноги сами донесли парня до небольшой кафейни, где тот работал. Запасные ключи очень кстати лежали под вазоном прямо перед чёрным входом в кафе. Клаус давно приметил этот тайник хозяина заведения, что было ему очень на руку. Так парень провёл ночь в тёмной каморке вместе с Беном, а на утро сделал вид, что просто пришёл пораньше. Не говорить же своему работодателю, что беспросветно бухал всю прошлую ночь и притащил на работу бездомного кота, потому что домой родители тебя не впустили. День прошёл напряжённо: до родителей Клаус не дозвонился, и в итоге телефон окончательно сел, а у парня появились плохие предчувствия. Домой он практически бежал, как только закончилась смена. Последняя надежда не покидала парня, и вот, он уже подбегает к двери родного дома, где стоит... чемодан? Клаус сглатывает и звонит в дверь. Тишина. Ещё раз звонит. И опять тишина. Стучит ногами и руками, барабанит почти десять минут, кричит что-то через дверь. Тишина. Клаус сползает по стенке вниз и закуривает последнюю сигарету, которая чудом затерялась в пустой пачке. Делать было нечего. Ночь парень опять провёл в каморке, отлежав себе все существующие и несуществующие части тела, а утром был разбужен жалобным мяуканьем Бена. Вот же дерьмо, подумал Клаус и осознал, что для кота стоит купить хотя бы самый дешёвый корм. Можно конечно убить какого-нибудь неосмотрительного голубя, но сходить в магазин через дорогу всё-таки было быстрее. Денег родители дали достаточно много, но Клаус всё равно разочарованно простонал, пересчитав купюры. На кота точно не хватит, подумал он и сразу же разместил в интернете объявление: «Отдам пушистое чудовище в добрые руки». Только вот в чудовищах видимо мало кто был заинтересован, потому что вот уже неделю Клаус каждое утро просыпался от того, что Бен своевольно расхаживал по его груди и лицу. Утешало лишь то, что не за горами зарплата, а хозяин всё ещё не догадывается о том, что его кафе стало временным местом жительства двоих молодых особ. И вот наступило воскресенье. Посетителей в этот день обычно было немного, особенно с утра, поэтому Клаус позволил себе прилечь прямиком на диван посреди зала, а Бен с удовольствием улёгся у него под боком. Диван оказался очень удобным, а Клаус до безумия уставшим, поэтому когда чей-то недовольный крик начал выводить парня из состояния полудрёма, тот не сразу понял, где находится и что с ним случилось. Вскочив с небольшого диванчика и столкнув Бена на пол, Клаус увидел перед собой низенького парня с гитарой и рюкзаком за плечами, который что-то очень упорно пытался втолковать в сонную голову Клауса. Парень несколько раз моргнул и картинка перед глазами стала чуточку чётче. Мальчишка, лет четырнадцати, грозно стоял перед Клаусом, уперев руки в бока. И несмотря на то, что он был почти на голову ниже самого парня, Клаус почувствовал себя действительно испуганно и некомфортно. – Живой? – грубо поинтересовался мальчик. Клаус заторможенно кивнул, и тот окинул его холодным взглядом, продираюшим до самых костей. Клаус поёжился. – Я пришёл по поводу него, – мальчик указал на Бена, который начал тереться о его ногу, тихо мурлыча. Клаус осмотрел мальчишку – аккуратная причёска, тёмные шорты и рубашка, милое, но серьёзное личико с несколькими выделяющимися родинками и прожигающий насквозь взгляд серо-голубых глаз. – Не хочешь чего-то выпить? – предлагает Клаус и по удивлённо приподнятой брови незнакомца понимает, что фразу для знакомства с подростком выбрал неудачную. Спустя несколько секунд раздумий, парень всё же решил, что более разумно будет представиться: – Я Клаус. Бариста и хозяин вот этого чудовища. Чудовище тем временем обнюхивало оголённые тоненькие ножки мальчика. Клаус, наблюдая за этой захватывающей картиной, невольно облизнул пересохшие губы и тут же поднял взгляд на незнакомца. Не забывай, Клаус, возраст – это всего лишь цифра в паспорте, а тюрьма – всего лишь комната. – Меня зовут Пять, – мальчик протянул свою маленькую ладошку с тонкими пальцами Клаусу. – Клёвое имя, – невзначай сказал тот и пожал протянутую ему руку, будто странное приветствие мальчика его нисколечки не удивило. Пять рассмотрел ладонь Клауса, на внутренней стороне которой было написано «Hello». – Привет, – мальчишка мило по-детски улыбнулся, пожимая руку, и вот тут-то Клаус понял, что влип. – Можно и выпить. До парня не сразу дошли слова Пятого, но он моментально подбежал к кофемашине и вежливо спросил: – Что будет мальчик? Пять хмыкнул и уселся за барную стойку, посадив к себе на колени совершенно не сопротивляющегося Бена. Вот же предатель, подумал Клаус, его то он всего исцарапал в первый день. – Мальчик будет кофе. Чёрный. – Ну-ну, – Клаус покачал пальцем в воздухе, – совсем юным мальчикам нельзя пить кофе, – он легонько щёлкнул Пятого по носу, и тут же его рука была перехвачена мальчишкой. – Кофе, пожалуйста. – сказал Пять прямо в лицо Клаусу, одной ладонью удерживая его руку в стальной хватке, а второй поглаживая Бена по спине. Клаус сглотнул и подумал, что он очень-очень скоро сменит место жительства на тюремную камеру, если Пятый не перестанет на него так смотреть, и тем более так сжимать его запястье. Оторвавшись от мальчишки, Клаус принялся за работу, изредка поглядывая на Пятого, который полностью был занят Беном. Клаус, держи себя в руках. Держи себя в руках. Держи себя в руках... Поставив перед мальчиком чашку кофе, он несмело улыбнулся и облокотился руками на стойку. – Можно один вопрос? – Валяй. – Тебе сколько лет? Пятый фыркнул и посмотрел на Клауса страшно-страшно, так, что тот убрал руки за спину и отошёл на шаг назад. Мальчишка хмыкнул, но всё-таки незаметно улыбнулся. – Мне шестнадцать вообще-то. Клаус удивлённо округлил глаза, Пять ещё раз недовольно фыркнул и спросил: – Так сразу и не дашь? – Дам. – Что? – Что? Клаус быстро-быстро заморгал и по-идиотски весело усмехнулся, на что Пять лишь закатил глаза, пряча лицо в достаточно большой чашке. В кофейне воцарилось неловкое молчание, в процессе которого Клаус успел отметить, что пора бы уже отмыть пятно на столешнице, поправить скатерть на одном из столов и поменять старые шторы. А ещё пора перестать пялиться на мальчишку так, будто он сейчас тебя прибьёт, Клаус, но ты будешь только счастлив. Пятый неспешно пил кофе большими глотками, не переставая гладить Бена, который развалился на коленях парнишки. На открытых коленях, находящихся в промежутке между коротенькими шортиками и гольфами. Вот же чёрт. – Нравится? – поинтересовался Клаус, указывая головой на довольно мурлычущиго кота, чтобы хоть как-то освободить свои мысли от Пятого. – Угу, – ответил Пять, не отрываясь от чашки. – Мне даже жаль с ним расставаться. Он для меня такой родной. – Так зачем тогда его отдаёшь? – Денег нет. – Пятый снова фыркнул и спрятался за чашкой. – Правда нет, я же не могу его голодом морить! – Из любой ситуации есть выход, Клаус, – философски протянул Пять, допивая свой кофе. – Ты то откуда знаешь? – устало вздохнул парень, садясь на стул рядом с мальчиком. Пятый посмотрел на него пристально и с каким-то незаметным упрёком, но Клаус тупо залип на голубоватой радужке и ярком блеске в этих глазах. – Поверь, я очень хорошо знаю! Я просто прекрасно знаю, что такое трудности, Клаус, – Клаус отлип, посмотрел на Пятого, на всего Пятого, а не только в его глаза. стало понятно, что для мальчишки это больная тема, и он вот-вот сорвётся на неприятный крик. – Мой отец, тот ещё придурок, для него я генетический эксперимент номер Пять. У меня почти отсутствует гормон роста, а папа продолжает ставить опыты на мне и других детях. Поэтому я сбежал из дома, жить в этом аду просто невозможно, – Пятый перестал сверлить Клауса гневным взглядом и на мгновение отвернулся, кажется, на его глазах выступили незаметные слёзы, которые мальчишка быстро смахнул рукавом рубашки. – Так что не говори мне о трудностях, Клаус. – Пять бросил на столешницу несколько купюр, взял Бена на руки и соскочил со стула. У Клауса в груди что-то невыносимо больно оборвалось. Ему казалось, что прямо сейчас он теряет что-то очень важное, какую-то частичку своей жизни, частичку себя. – Стой-стой-стой! Пятый замер перед самой дверью, не оборачиваясь к Клаусу, а тот не знал, что сказать. Дрожь прошлась по всему телу, казалось, что даже Бен почувствовал какое-то невесомое изменение в атмосфере и замер на руках у Пятого. – Сыграешь мне что-нибудь? – почти шёпотом спросил Клаус и неуверенно улыбнулся. Мальчишка повернул к нему лицо с огромными голубыми-голубыми глазами полными какой-то непонятной смесью чувств, сел на мягкий диван, устраивая Бена рядом и вытащил чехол с гитарой из-за спины. Клаус робко присел рядом, гладя Бена за ушами, пока тот довольно мурлыкал что-то на своём котячем. Наверное, что-нибудт около: «Два влюблённых придурка нашли друг друга». Пять настраивает гитару и делает первое лёгкое движение рукой, от чего инструмент издаёт приятный звук. I forgot my name again I think that's something worth remembering Spiders in your favourite shoes Just leave them be 'cause they're more scared of you Голос у Пятого брахатный и невероятно красивый, как и он сам, по мнению Клауса. Devil town is colder in the summertime I'll lose my mind at least another thousand times Hold my hand tight, we'll make it another night Пять играет вдохновенно, будто музыка – его воздух. Наверное, это действительно так. И Клаус просто наслаждается этим моментом. I still get a little scared of something new But I feel a little safer when I'm with you Falling doesn't feel so bad when I know you've fallen this way too Клауса пробирает до мурашек и он завороженно смотрит, как худые пальчики перебирают струны, как меж бровей у него залегает состредоточенная складка и он незаметно высовывает кончик языка – старается. Допевая куплет Пятый улыбается – хорошо сыграл, раньше ему так не удавалось. Клаус бесшумно ловит ртом воздух и не знает, что сказать. – Красиво, – шепчет он и улыбается, Пятый поднимает взгляд от струн, улыбается в ответ и шепчет: – Спасибо. Оба одновременно подаются немного вперёд и замирают, Бен издаёт звук, напоминающий возмущение, и оба парня неожиданно громко смеются, сталкиваясь носами, а потом беспорядочно долго и неуклюже целуют друг друга, покусывая губы и перенимая инициативу друг у друга. В кафе появляется первый посетитель – милая старушка, заходящая сюда каждое воскресенье после церковной службы. – Как вам не стыдно?! – вопит она, узрев двух целующихся парней, и Бен будто нарочно пугает её грозным шипением. Клаус отрывается от припухших губ мальчишки, хихикает, утыкаясь лицо ему в плечо, быстро чмокает Пятого в нос и говорит: – Мне работать пора, заберёшь Бена к себе, а потом придёшь за мной в семь часов, ладно? Пятый ничего не отвечает, только быстро поднимается с места, хватая Бена, и убегает. Клаус по-дурацки влюблённо улыбается и вприпрыжку идёт на своё рабочее место, отдавая пожилой даме её привычный заказ – один круассан и кружка латте. Теперь он знает, что каждое утро ему придётся готовить большую чашку чёрного кофе. Наверное, это утомительно, но Клаус не против – ради этого мальчишки он неприменно будет готовить кофе хоть каждый день. Он до сих пор боится того, что будет в его жизни дальше, но рядом с Пятым становится не так страшно.

эпилог

Клаус просыпается из-за трёх вещей сразу: во-первых, тонкая полосочка света пробивается сквозь задвинутые шторы, попадая ему прямо в глаза; во-вторых, за дверью истошно орёт Бен, скребясь своими когтями по дереву; а в-третьих, в задницу Клауса упирается крепкий и приятный член Пятого. И если по первым двум причинам просыпаться он не готов, то ради утреннего секса он хоть десять кружек кофе приготовит. – Ты меня до смерти затрахашь! – исключительно из вредности конючит Клаус, разворачиваясь к Пятому лицом. Кто бы мог подумать, что по утрам это назойливое и невыносимо упрямое существо пускает слюни на подушку и бормочет какие-то ругательства в сторону Клауса. Парень до-одури счастливо смеётся, сгребая Пятого в свои объятия. – Задушишь, придурок, – всё так же сонно лепечет мальчишка, но в ответ утыкается носом Клаусу в плечо. – Никакого секса, пока не приготовишь кофе. Это приказ. Клаус разочарованно стонет, целует Пятого в макушку, совсем незаметно вдыхая любимый аромат его волос, и быстрыми шагами удаляется на кухню. За дверью его поджидает абсолютно недовольный Бен, и глаза у него буквально говорят: «Я тебя ночью загрызу, Харгривз». Наверное, именно из-за этого взгляда Клаус каждую ночь закрывает дверь в комнату. Ну, мало ли что. – Успокойся, чудовище ты моё ненаглядное, покормлю я тебя! – Бен одобрительно мурлычет и гордо садится на столешницу. – Бен, нет! Я здесь еду вообще-то готовлю! Бен довольно машет хвостом, будто полностью понимает слова Клауса, но сидит смирно ему на зло. Парень яростно машет руками, прогоняя это пушистое недоразумение куда подальше, и всё-таки заваривает Пятому кофе. Клаусу очень повезло родиться с хорошей рекцией, потому что когда к нему со спины прижимается сонный мальчишка, удержать в руках кофейник – задача не из лёгких. Клаус вздрагивает, наливает кофе и оборачивается к Пятому лицом. – Я приготовил кофе. Где мой секс? – вопросительно изогнув бровь интересуется Клаус. Пятый довольно жмурится, пробуя свой напиток, будто прикидывает в голове, достоин ли Клаус вознаграждения или нет, но в конце концов отставляет чашку, падая в объятия своего парня. Клаус довольно гладит его по спине, опять вдыхает запах разметавшейся шевелюры и целует Пятого в нос, когда тот поднимает своё лицо от груди Клауса. Они дома. Они рядом друг с другом. Они больше не бояться будущего, потому что они друг с другом до конца, и это лучшее, что могло с ними произойти.