Каждый день— попытка начать сначала

***

Твоё доброе утро началось не с первых греющих лучей солнца, как любят описывать в своих произведениях многие писатели, и даже не с первого глотка крепкого темного пива, которое ты поглощаешь подобно хищнику, поймав свою добычу. Ты прекрасно понимала, что с сегодняшнего дня все твои развлечения ставятся под большим вопросом… Между шансом на новую, совершенно другую жизнь и развратному образу жизни, ты—как истинная леди, выбираешь шанс на победу. Твоя тяжёлая судьба идёт нога в ногу за тобой все семнадцать лет.Да-да, ты ещё юная девочка, в глазах которой можно отчётливо увидеть сильный дух. В пятнадцать лет ты впервые «сыграла роль» холоднокровной убийцы: в попытках самозащиты ты с звериной силой столкнула своего собственного отца с балкона. Родная мать отказалась принимать твою позицию, она любила покинувшего вас родственника, который вместе с ней совершали над тобой садистские игры. Лишиться девственности в двенадцать уже почти входит в традиции нашей страны, но лишение путём инцеста… В твоих глазах можно подробно увидеть непереносимый страх… Страх от скрипа двери в твою комнату. Дикий страх от грубого голоса, способный умертвить тебя одним лишь словом.Твой отец любил играть с тобой на камеру, которая оказывалась в руках близкой женщины—матери. Детские крики, чистые слёзы ещё не испорченной девушки, постоянные капли крови на покрывале—привело тебя к другому развлечению. Наркотики.Каково это быть тем самым двенадцатилетним ребёнком, в руках которого был шприц с наркотическими средствами? И если бы не случайная анкета на передачу «пацанки», которую ты решила заполнить по иронию судьбы, скорее, жизнь приняла летальный исход. Однако, но и в твоей жизни наступила белая полоса, ведь ты стала той самой последней претенденткой на помощь и на приобретение светлого будущего.

***

ПО ПРИЕЗДУ НА МОСКОВСКИЙ ВОКЗАЛ Ты аккуратно распахиваешь старинные двери Московского вокзала. Щелчок. В твоих глазах начинает темнеть, уши «кривятся» из-за оглушающих, противных нот. Ты отказываешься на холодном грязном полу, ощущая резкую боль. Красная струя свежей крови стекает по твоей олимпийке, попадая на густую косу, считавшимся твоим главным атрибутом. В голове усиленно проносился, словно волной, легкий шум, который ещё долго оставляет тебя в ошеломлённом виде.

POV ЕВЫ КРОСС

*интервью Евы Кросс*

— Не успела я зайти, как меня, блять, кулаками встречают. Заебись так начало моих изменений. Ахуеть…

Личная истории Евы Кросс:

—Привет, Я Ева, мне семнадцать и я наркоманка. (переодически пролистываются слайды с ежедневных вечеринок, которые приобретали «весёлые обороты»). Я люблю пить, я люблю постоянно быть под кайфом. Даже из школы, прикиньте, выгнали. Спалили, потому что я на экзамен обдолбанная пришла и нахуй устроила там шоу. Надолго запомнили меня, а мне похуй. (дерзкая негативная музыка меняется на лирическую мелодию). Мама меня ненавидит, она била меня ремнём на улице, запиралась от меня на замки, подговаривала бабушку не разговаривать со мной. Все потому что я убила своего отца в 15 лет. Мама с папой любили проводить садистские вещи со мной. Мне засовывали разные кляпы, а потом… (девушка невольно прикрыла ладонями своё покрасневшее от слез лицо). Мама включала громко музыку, а папа оставался со мной в комнате на три часа. Маме нравился процесс съемки этого ужаса, а потом она продавала его за деньги. Я так ненавижу ее…ненавижу… НЕНАВИЖУ! После такого предательства наркотики стали смыслом моей жизни. Мне всегда спокойно, когда я употребляю. Я хочу жить только благодаря таким моментам. У меня нет друзей, нет семьи…никого нет. Я одна. —Что ты творишь, блять? Она же нихуя не сделала тебе! —агрессивно откликается розоволосая девушка, направляя свой шокирующий взгляд на крупную женскую фигуру.

Интервью Ники Жуковой:

—Девочка просто с размером моего мизинца (девушка целенаправленно показала свой маленький палец в камеру). Ну серьезно, она весит под 40 кг. А эта машина просто так впечатала ей в личико.

Интервью Насти Петровой:

—Мне похуй, кого я ударила. Я метила свою территорию. Я говорила каждой девочке, чтобы они не ходили там, где я уже пометила. —Вы должны понимать, кто здесь сила. Я буду бить всех, мне похуй по делу или просто так, — темноволосая девушка смотрела на меня, расплывавшись в самодовольной улыбке. Я со страхом наблюдала за ней. В ее глазах отчётливо читалась доминантная роль, что ярым примером служила в качестве напоминаний о моем отце. —Я же ничего ровным счетом не сделала тебе. Да я, блять, даже зайти не успела. С чего такая агрессия с твоей стороны? Это как минимум некрасиво…— уперевшись руками об холодный кафель, я предприняла все свои силы, чтобы поддать толчок вперёд. —А я посмотрю ты пиздец какая умная? Так свали нахуй отсюда, зачем занимать чужое место? Вместо противоречивого ответа, который я хотела произнести в противовес этой девушке, я почувствовала чужие руки в области талии, которые аккуратно окутывали меня в тёплые объятия.Они не были такими же грубыми и сильными, как у той брюнетки. Нет.Теперь меня держали нежные хрупкие руки, бережно приподнимая мое тело, дабы усадить на стул. — Держи. Это влажная салфетка. Вытрись ею, а то приведёшь в кураж преподавателей. И, будь умнее, не отвечай зачинщику. Огребешь вдвойне, —спокойным пленительным голосом пророчил мне мой защитник. А если быть точнее — защитница. Коротко стриженная брюнетка с большими ясными голубыми глазами невзначай посмотрела на меня. Какая же у неё пленительная красота… В ту же минуту ее бледное запястье потянулось к карману куртки, откуда она вытащила пачку влажных салфеток.

Интервью Алины Горб:

— Мне просто стало жаль эту девочку, иначе никак. Она выглядела самой младшей, да и к тому же на фоне Насти она была втрое меньше. Девушка продолжала следить за мной, пока я спокойно подтирала места побоев. Ее взгляд явно не сходил с моего лица. Наверное, она ожидала знак благодарности, именно поэтому не сводила глаз, чтобы с каждой секундой накалять обстановку. —Эээ… Я не просила тебя помогать мне.Если хочешь услышать что-то вроде «спасибо», то нет. Я не ищу себе здесь типа подруг или защитников. Я сама по себе типа, — я отвожу в ту же минуту свой взгляд в сторону, чтобы не ощущать чувство настоящей неловкости в данном месте при случившийся ситуации. —Хорошо, больше не буду подходить к тебе, — девушка спокойно приподняла руки вверх, отдаляясь к противоположной стороне, где спокойно присела к той самой розоволосой девушке. Правда их компанию скрасила другая яркая личность.

Интервью Алины Горб:

—Странная непонятная личность. Не дай бог с такими связаться на этом проекте… Я ей пыталась помочь, а она… Приплыли нахуй! (усмехнулась темноволосая девушка, игриво приподнимая свою густую бровь)

Интервью Евы Кросс:

—Пошла нахуй, Алина Обстановка начала накаляться с каждой переступившей границу между вокзалом и улицей девчонкой. Уже многие были в неадекватном состоянии, охватывая своими мокрыми губами горлышко очередной бутылки пива. Мое желание выпить и алкогольная страсть отошли на второй план. Я решила не пить в незнакомой мне компании, не хочу отхватить вновь по своему лицу. Своими худощавыми руками я потянулась к лицу, дабы поправить свои золотисто-рыжие волосы, что так стремительно лезли мне в лицо. —Че стоишь одна такая? —Скучно наблюдать за пьющими, когда сама трезвая, — я оборачиваюсь, дабы посмотреть на своего собеседника, и мои серые донные глаза увеличились в размере, — прости за вопрос, ты мальчик? —Я девочка, но ты, считай, сделала мне комплимент. Давай пятюню, подруга, — девушка с разукрашенным личиком в « авторских» татуировках протянула мне свою ладонь. Я, дабы не расстроить своего собеседника, с огромным нежеланием отбила ей «пять». — Держи, — я попробовала натянуть улыбку и тут же оказалась в объятиях этой странной девушки-парня… Интервью Костьи Купер: — Ну она нормальная девчонка. Я бы с ней бухнула. Поживем и увидим так сказать Интервью Евы Кросс: —Спа си те (шепотом)

***

POV Алины Горб

К полудню мои голубые глаза становились прозрачными и стеклянными, как у фарфоровой куклы. Мы с девчонками, наконец, дождались наш поезд и дружным составом принялись занимать места. Мне нравится сидеть у окна и наблюдать за быстро меняющимися пейзажами, разглядывать что-то необычное в резких мазках и больших пятнах. Но мое личное пространство решила нарушить та самая нагловатая худощавая девчонка с большими серами глазами, взгляд которой словно смотрел сквозь меня. Ее длинные густые рыжие волосы, которые были собраны в косичку, наверное, главное достоинство в ее внешней красоте, способные скрасить эту нездоровую худобу. —Я присяду? Ты вроде как более менее по сравнению с другими девочками. Я приподняла бровь, наблюдая за следующей картиной: не дождавшись ответа, девчонка присаживается ко мне, подвигаясь близко к моим бёдрам, чтобы я смогла ощутить ее тазовую кость. Из своего портфеля она достаёт телефон, костлявыми пальцами набирая код на экране смартфона. Но мой взгляд привлекла далеко не подобная картина. Я рассматривала тонкие запястья девушки: на бледной фарфоровой коже красовалось множество шрамов. Где-то они были едва заметны, но среди таких проскальзывали и глубокие, почти проходящие насквозь, огромные шрамы. И таким образом «расписано» каждое место на руках девушки. Я решила не интересоваться столько личным вопросом, хотя догадки в головке мешали мне собрать все мысли в одно едино. —Будешь? — я осторожно протягиваю рыжеволосой «Белоснежке» бутылку с пивом, — я успела купить не вокзале несколько бутылок. —А давай. Раз угощаешь, то плевать я хотела на принципы, — девушка с силой выхватила у меня бутылку дешёвого пива. От такой инициативы я невольно приподняла бровь и усмехнулась, смотря на пока ещё трезвую девушку. —На вокзале я думала ты не пьёшь. Меня зовут Алина. —Ева. Не могу сказать, что приятно. Ибо не совру, а комплименты в первое же знакомство ненавижу делать, понимаешь, Алина? — девушка усмехнулась и тут же похлопала меня по ближнему плечу. А она забавная. Жаль, я ничего не знаю о ней. Ни-че-го… В отличие от других девочек, она была совершенно другой. Глаза были ещё детские, но наполненные такой болью, что лишний раз я отказывались смотреть и падать в неизвестную бездну ее глаз. Тонкие запястья были полностью «украшены» шрамами, которые дополняли всю эту ироническую картину. Эта хрупкая маленькая девочка пленила меня своей загадочностью. Кто ты такая— София?