Високосный год

И вот настал час страшного суда. Милли я рассказала про сделку с мелкими дьяволятами. Она сначала была несколько обижена. Я объяснила ей, что кроме близнецов мне никто не сможет помочь вернуть мобильник в рабочее состояние. К преподавателям идти я не могла - отберут и накажут, а у самой пока были рученьки под писеньку заточены, чтобы творить подобное колдунство. Я убеждена, что рыжие проныры давно изучили папашкин арсенал в работе с маглами, да и личная корысть имелась. Так на будущее... Погода выдалась холодная, дул резкий ветер, а на небе не единого облачка, светило солнце и видимость была отличная. Все надежды на дождь и туман рухнули. Уж не нашаманил ли Дамблдор с осадками? Все. Мне не жить. Я расправила плечи, нацепила на морду лица самое невозмутимое и нахальное выражение, а потом пошла в сторону трибун на квиддичном поле. Я выбрала самое дальнее место от слизеринских болельщиков и села на последний ряд. Пока я думала о своем плачевном положении, то не сразу заметила севшую рядом Миллисенту. - Ты что тут забыла? - несколько грубо спросила я. - Поддержать тебя, дуру. - Зачем? - Замолкни и прими как данность - ты моя подруга. А раз так, то я обязана морально помочь, хоть и считаю это верхом тупизма. - Милли, не нужно. - Заткнись, Герм. Милли сидела рядом с обиженной моськой, которая сильно изменилась в лучшую сторону. Ежедневные пробежки, правильное питание и подростковый метаболизм делали свое дело. Моя товарка становилась, если не красавицей, то весьма интересной особой с худым личиком, томным взглядом и почти черными кудрями. Не пробегали ли цыгане где-то в ее родословной? Если на третьем курсе Булстроуд будет гадать на картах и предсказывать будущее, то моя теория получит подтверждение. Тем временем трибуны наполнялись болельщиками. Вокруг стоял шум и гвалт. У меня разболелась голова. Тяжело вздохнув, я достала сверток, развернула содержимое и прошептала формулу отмены чар, и в моих руках оказался большой красный флаг с незатейливым золотым текстом: "Уизли вперед! Я вас люблю!". - Пиздец. - Что ты сказала? - Что все плохо. А если быть точной, то пиздец нахуй блядь. Как только игроки обеих команд взмыли в воздух, тянуть дальше было нельзя, и я подняла флаг. Сильный ветер трепал полотно, и оно бодро развивалось, сверкая золотой надписью. Зуб даю, что Малфой и компания сразу спалили. Засранцы-Уизли заранее оговорили самое главное условие моего позора - слизеринская форма. Я могла одеться в любую магловскую одежду и размахивать этим чертовым флагом перед носом у прЫнца и телохранителей, они бы меня даже не заметили. А тут... Тут я позорила честь мундира, а за это меня порвут на британский флаг. Хотя бы Милли сидит рядом и злобно сопит. Она-то предпочла гражданскую форму одежды без зеленых знаков отличия. Несколько раз мимо нашей трибуны пролетали близнецы. Они приветливо махали мне руками и, наверное, подмигивали, но на таком расстоянии я это уже не могла рассмотреть. Зато я почувствовала на себе особенно горячий и злобный взгляд. Снейп. Ох, ну и попадет же мне. Если мелкая чешуйчатая поросль была неприятной, как зуд на левой ягодице, то самый главный змей такой плевок без внимания не оставит. Все надежды на захватывающее зрелище пали. Вот не жаловалась я на плохое зрение, но рассмотреть, что происходит в воздухе не могла из-за скорости игроков и удаленности происходящего. Ли Джордан хоть и комментировал игру, но я ничегошеньки не понимала. Квиддич меня не впечатлил, чего и следовало ожидать. Ближе к середине игры начались события с вышедшей из под контроля метлой. Поттер проявлял чудеса живучести и цепко держался за дворовый инвентарь. Не мудрено, что он в конце концов победит плоскомордого лича, это ему на роду написано. По трибунам прошлись панические охи и вздохи. Тем временем Фред и Джордж страховали своего ловца, кружа в нескольких метрах от него аки соколы. Тем временем я позаимствовала у Милли бинокль и нашла свиту избранного. Пекр и Уизли-шестой на фоне огромной фигуры Хагрида уже во всю обсуждали ситуацию, эмоционально жестикулируя. Неподалеку от них ошивался Малфой с Креббом и Гойлом. Когда началась потасовка между блондином и рыжим, Салли-Энн расталкивая зрителей направилась в сторону преподавательских мест. Кажется я знаю, как я потом реабилитируюсь в глазах декана. Дальнейшие события разыгрывались как по нотам. Перк пробралась на трибуну преподавателей, толкнула Квиррелла, а затем подпалила мантию Снейпа. Там сразу же началась суматоха, и гриффиндорка смогла быстро слинять. Отдаю ей должное, храбрости девчонке не занимать. Посмотрим, как она потом будет прыгать. Как только Поттер совладал со своей метлой, матч сразу же продолжился. Правда не на долго. Ловец красно-золотых поймал свой первый снитч, и игра закончилась с победой Гриффиндора. Я быстро уменьшила чертов флаг и, скомкав, сунула его в карман мантии. - Милли, уходим. Болельщики Гриффиндора орали как стадо бешеных буйвалов, пока мы быстро спускались вниз. Удача, как всегда отвернулась от меня в самый неподходящий момент. - Эй, Грейнджер, - окликнули меня сзади. Зло щурясь, к нам спешил Малфой. Он всегда называл меня только по первой фамилии, тем самым подчеркивая мое рабоче-крестьянское происхождение. Лицо мальчишки пошло розовыми пятнами, он весь трясся от эмоций. - Ты, что себе позволяешь, мерзкий бастард? Предательница крови! - Затухни, Малфой, - у меня не было ни сил, ни желания вступать в полемику с малолеткой. - Ты опозорила Слизерин! - А кто ты такой, чтобы я перед тобой отчитывалась? - Мой отец узнает об этом и... - Что и? Расскажет моей бабушке? Малфой отвернулся от меня и сердито потопал в сторону замка. Его свита последовала за ним. Грегори бросил на меня обиженный взгляд и пошел следом, не сказав ни слова. Прости брат, я тебя подвела. Хорошо хоть Миллисенте никто и слова не сказал, было бы не очень хорошо, пострадай она из-за моих далеко идущих планов. Я и моя подруга пошли в сторону Хогвартса. Не успели мы пройти и пятисот метров, как на нас обрушился ураган. - А ты не сдрейфила, сестренка, - приобнял меня за плечи один из близнецов. - Да уж, по гроб жизни мне должны будете, - уныло отозвалась я. - Не кисни, видела бы рожи слизеринцев, - отозвался второй, так же обнимавший ошарашенную Миллисенту. Девчонка смотрела то на него, то на меня выпученными глазами. - А тебя как зовут, - не растерялся обнимавший ее Уизли. - Джордж Уизли, к вашим услугам, леди. - Милли Булстроуд, - пискнула Миллисента, сбрасывая со своих плеч руку гриффиндорца. Фред очень тихо сказал мне на ухо, продолжая нарушать мое личное пространство: - Завтра, там же, в тоже время. Приноси свой те-ле-фон. Затем оба недоразумения убежали в сторону толпы болельщиков Гриффиндора. - Герм, ты хоть представляешь во что ты вляпалась? - Еще, нет, но подозреваю, что это большая куча драконьего навоза. Милли достала из внутреннего кармана мантии маленькую книжицу. Свиду потрепанной брошюрке было по меньшей мере лет так миллион. - Держи. Прежде, чем пойдешь в гостиную, прочитай ее и выучи парочку полезных заклинаний. - Что это? "Пособие по обнаружению вредоносных чар для юных девиц. Собрание защитных заговоров от злого глаза и недобрых умыслов" за авторством почтенной Генриэтты Булстроуд. Издание 1863 года? - я прочитала название книги, удивленно изогнув бровь. - А ты что думала? В сказку попала? Тебе нужнее, а меня бабуля перед школой заставила выучить все назубок. Посреди ночи разбудишь - перескажу от корки до корки, - усмехнулась Милли и направилась школу. ------------------- Последовав совету подруги, я сначала посетила заброшенный кабинет, который показал мне Пивз. Книга прочиталась меньше, чем за час, а знаний я получила гораздо больше, чем за прошедшие занятия защиты от темных искусств. Вот что должно быть настольной книгой малолетнего колдуна, а не то, чему нас учат. Несколько простейших заклинаний по обнаружению порчи и сглаза, а так же целый вагон и маленькая тележка защитных чар. Мне не потребовалось много времени, чтобы запомнить и опробовать несколько полезных штучек. Зачаровав свою мантию по советам из книги, я направилась в сторону гостиной своего факультета. И, естественно, на входе в подземелье столкнулась с деканом. - Грейнджер-Гойл, в мой кабинет, - ледяной голос Снейпа застал меня врасплох. Закатив глаза, я последовала за главным злодеем Хогвартса. С начала учебного года я ни разу не подводила факультет, не получала штрафных очков и не была на отработках. В целом бояться мне было не чего - за поддержку другой команды по квиддичу отчисление не грозило. Кабинет декана находился на первом уровне подземелий в нескольких поворотах от гостиной Слизерина. Помещение было атмосферным и стерильно чистым: сводчатый каменный потолок; стены заставленные шкафами темного дерева со стеклянными дверями, на полках которых громоздилось бесчисленное количество книг, склянок и колб; массивная дубовая мебель; тусклые медные лампы с магическим огнем; громоздкий камин в полный человеческий рост; в интерьере преобладали черный, зеленый, медный и темно-серые цвета. Снейп сел за рабочий стол, сложив руки на груди. Сначала он сверлил меня взглядом, от которого по спине бегали мурашки и вдоль позвоночника струился холодный пот. Я помнила о его способностях в ментальной магии, и как только мы зашли в логово старого змея, я старалась смотреть куда угодно, но только не в глаза декану. И в голове у меня прыгала обезьянка с тарелками, а компанию ей составлял доктор Зойдберг, бегающий по кругу со звуками "вуп-вуп-вуп" (1). - Как понимать вашу выходку мисс Грейнджер-Гойл? - Какую выходку, профессор Снейп? - Вы оказались в сложном обществе. Слизерин - закрытая община с устоявшимися правилами поведения. Мне все равно, как проводят свой досуг студенты вверенного мне факультета, но я несу ответственность за их жизнь и здоровье. Ах вот оно что, профессор боялся, что ему придется еще беспокоиться и за мое здоровье. Забота о мальчике-который-заноза-между-булок была первоочередной задачей темного героя. Да, мужик, не радостно тебе, видимо. Я своей мелкой интригой совершенно не хотела портить ему кровь. Сейчас передо мной сидел уставший и сильно постаревший мужчина. А по факту он был даже младше меня. Сколько ему? Тридцать один или тридцать два? Я в это тело попала в возрасте Христа, и еще прожила лет пяток. Моему разуму почти сорок, а веду себя, как тупая малолетка. Стало стыдно. - Приношу свои извинения, сэр. Но за меня не нужно беспокоиться. - Решать не Вам, мисс Грейнджер-Гойл. Если Вам будут угрожать или причинят вред, то Вы незамедлительно поставите меня в известность. Вам ясно? - Да, сэр. - Свободны. Разговор был окончен. Я могла уходить, но решила напоследок сообщить: - Профессор Снейп, я видела в бинокль, кто поджог Вашу мантию. Лицо декана ничего не выражало. Только в глазах загорелся недобрый огонек. - И кто же это был? - Салли-Энн Перк, сэр. Я могу идти? - Да. И все-таки мне самое место в змеином клубке. Жить по принципу "у меня сегодня радость, я кому-то сделал гадость" было мне не в новинку. Не знаю, чем уж так меня бесила блондинистая гриффиндорка, но порой хотелось дать ей звонкого леща. ------------------- В гостиную я вошла с гордо поднятой головой. Старшекурсники на меня не обратили никакого внимания. Какое дело почти взрослым волшебникам до малолетней пигалицы? А вот однокурсники, все как один, сначала пробуравили меня ненавидящими взглядами, а потом демонстративно отвернулись. А что я? С меня как с гуся вода. Я зашла в нашу маленькую квартирку. Там была только Милли, она читала книгу у себя на кровати, гладя свою кошку. - Все нормально? - спросила я. - Да, Паркинсон только пошипела. Она хотела, чтобы я объявила тебе бойкот вместе со всеми? - А ты объявила? - Не видно что ли? - Не заметно. Я подошла к своей кровати и прошептала одно из заклинаний обнаружения сглаза. Полог кровати тускло засветился коричневым цветом с фиолетовыми вкраплениями. Ясно, прыщи и облысение. Паркинсон ничего умнее придумать не могла. Я была уверена, что это именно она - Гринграсс выше мелких пакостей. Пришлось немного попотеть, чтобы снять вредоносные заклятия, а потом наложить защиту на свою кровать и вещи. Как только я закончила вернулись соседки. Дафна сразу же пошла к себе, а вот вторая решила поупражняться в сквернословии: - Эй, Грейнджер, ты мелкая грязная потаскушка! О, какие слова знает наша поклонница платиновых блондинов. Я проигнорировала ее слова и продолжила заниматься своими делами. - Чего молчишь, предательница крови! Думаешь, тебе забудут этот выкидон? Вот сейчас она действительно была похожа на мопса. На очень маленького, злобно тявкающего мопса. - Тебя из жалости приняли в семью самого Салазара Слизерина, а ты наплевала всем... - Куда? В душу? - меня стало забовлять. - Да как ты смеешь? С контролем у Паркинсон было совсем плохо. Она достала палочку и начала судорожно ей махать. Не сомневаюсь, что в чистокровных семьях взрослые волшебники учили своих чад разным заклинаниям, в том числе и нападающим. Девчонка пыталась что-то колдонуть в мой адрес. Да что с этими детишками? Из-за тряпок разного цвета готовы глотки друг другу рвать. Я не выдержала. Пока моя противница рожала страшное колдунство, я очень быстро оказалась рядом с ней, сначала выбила у нее палочку из рук, а потом залепила смачную оплеуху. До декана это не дойдет, Паркинсон, хоть и дура, но позориться не захочет. Одним броском я схватила Паркинсон за ворот мантии и прижала ее к стене. Моя волшебная палочка сама прыгнула мне в руку. Я чувствовала жар в ладони, а кончик древка угрожающе сверкал мелкими серебряными молниями. - Слушай сюда внимательно, Пэнси, - зашипела я, припечатав сильнее соперницу к стене, и тыкая ей в горло своим оружием. - Ты никогда больше не поднимешь на меня палочку, никогда больше не заколдуешь мои вещи и никогда больше не назовешь меня дурным словом. А если ты сделаешь хоть что-то из перечисленного, то я тебе глотку разорву. Тебе ясно? Уж не знаю, что впечатлило Паркинсон больше: палочка возле горла, серьезность моего тона или звонкий лещь, но я была уверена, что донесла до нее суть своих претензий. Я отпустила жертву, поправила у нее на груди смятый воротник, стряхнула пылинки и пошла в сторону своей кровати. Когда я повернулась опять в ее сторону, она стояла там же с круглыми от страха глазами. Так же я заметила побледневшую Гринграсс, выглядывающую из второй части квартирки. А вот Миллисента даже не оторвалась от книги. Интересно, что у нее там за фолиант, раз он интереснее бабских разборок?