Письма незнакомки

5 июня, 2001

16:00

— Ну, как я выгляжу? — Драко повернулся к друзьям. — Великолепно, — улыбнулась Пэнси, — только… — девушка взмахнула палочкой и несколько складок на брюках мгновенно разгладились. — Спасибо, — нервно выдохнул блондин. — Не дрейфь, братишка, — ободряюще подмигнул мулат, — ты отлично выглядишь, твоя незнакомка будет в восторге. Малфой смущенно улыбнулся и робко произнес: — Надеюсь она придет…       Время тянулось необыкновенно долго, несмотря на то, что парень был весь в работе.       Первый этаж состоял из нескольких зал. Вход украшала арка из белых роз. Драко подумал, что если его незнакомка придет в красном, то будет великолепно смотреться на фоне белого. Хотя он не сомневался, что она будет в любой одежде прекрасна. В главном холле гостей встретят первые серьезные работы Драко. Это картины, которые украшали коридоры Малфой-менора и спальню Нарциссы.       Второй зал тяжелых работ. Драко рисовал их в послевоенное время. Жуткие картины, пропитанные тягостными воспоминаниями. Но он не мог оставить их без внимания. Ведь это память о всех сражающихся и погибших в это ужасное время.       Третий зал посвящен его возлюбленной. Здесь были те самые картины, которые Драко писал с момента, как прочел первое письмо. Работы светлые, яркие, нежные… Как сама незнакомка.       — Дорогой, — Нарцисса приобняла сына за плечи, — ты так взволнован. Расскажешь наконец кто эта девушка? — Еще рано, — загадочно улыбнулся парень, — она скоро придет и тогда ты все узнаешь… позже…

17:30

      Блондин обходил галерею, дабы убедиться, что всё в порядке. Шампанское, музыка, цветы, официанты, все картины на месте. Всё идеально. Приглашенные прибудут совсем скоро. Но Драко ждал лишь её…       Пережить эти пол года, ему было не просто. В начале он стал выпивать по вечерам, дабы заглушить пустоту и переживания, что поселились в глубинах его души. Днем уходил полностью в работу. Но тяжесть ожидания нарастала, тревога не покидала парня даже днем. Работа уже не помогала забыться. И вот алкоголь во время обеда, стал нормой, а затем и вовсе начинал день с бокала вина или еще хуже крепкого огневиски. Нарцисса сходила с ума, требовала Забини и Паркинсон рассказать о причине алкоголизма сына. Друзья пообещали Драко хранить его секрет, но закрывать глаза на то, как он губит свою душу и тело они не собирались.       — Так собирайся, — потребовал Блейз, застав блондина с бокалом огневиски на работе. — Куда? — скучающе спросил Драко. — Мы уезжаем, — загадочно улыбнулся мулат, — Пэнси пригласила погостить в свой дом на берегу Ирландского моря. — Не Х О Ч У, — завыл парень и подлил себе еще, — я останусь здесь и буду заливать ожидание этим прекрасным дорогим виски… Ты меня не сдвинешь с места. — Да что ты, — взбесился друг и вытащил палочку, — прости, братишка, потом скажешь спасибо. Забини применил отключающее заклинание и Драко тяжелым грузом свалился на пол.       Очнулся блондин уже в доме у Пэнси, в комнате для гостей. Голова трещала после вчерашних неумеренных возлияний алкоголя. Парень оглянулся и увидел на прикроватной тумбочке зелье от похмелья. С облегчением вздохнув, Драко одним глотком выпил спасательную жидкость. Дверь распахнулась и в комнату с невозмутимым лицом зашел Забини, а за ним прошла Паркинсон. Малфой схватил подушку и запустил её в друга. — Вонючий тролль, какого хрена ты меня вырубил? — Эй, — Забини увернулся и подушка впечаталась в лицо Пэнси. — Малфой, ты обалдел? — закричала девушка, — я то при чем? — Извини, это адресовано не тебе, — немного виновато склонив голову, пробормотал парень и обратился снова к Забини:  — Так и зачем понадобилось меня вырубать? Я бы итак согласился на поездку… не дал мне покапризничать… Друзья рассмеялись. — А если серьезно, — продолжил блондин, — я и сам собирался куда-нибудь съездить. Хоть я и напивался, но прекрасно осознавал, что меня затягивает… Я не лишился рассудка.       Месяц на море с лучшими друзьями прошел незаметно, но благотворно для Драко. По возвращении он продолжил работу в лавке, а в свободное время занимался творчеством и оформлением галереи.

17:40

      Драко и Нарцисса уже стояли у главного входа, приготовившись встречать гостей. И вот прибыл первый гость.       В проходе появился человек в синем. Брюки, пиджак, кепка. Драко прищурился и с удивлением спросил у матери: — Это маггловский почтальон? — Похоже, что да, — натянуто улыбаясь, ответила женщина и поздоровалась с магглом: — Здравствуйте, вы на показ? — Добрый вечер, нет, — хмуро ответил мужчина средних лет и повернулся к блондину, — я ищу Драко Люциуса Малфоя. Парень кивнул:  — Это я. — Распишитесь и примите письмо. Мужчина протянул бланк, Драко поставил размашистую подпись и получил конверт. Он был без гербов и печатей, только его имя, адрес и время. — Мам, закрывай двери. Показ отменяется. Женщина захлопала глазами и хотела возразить, но не успела, сын уже трансгрессировал.       Драко очутился около бара в Хогсмиде. Три метлы. Здесь в школьные годы, он часто проводил время с друзьями за бокалом сливочного пива. Возможно она сидела в то же время, совсем рядом… Парень взглянул на письмо в руке и зашел в бар. Сегодня вторник. Учеников мало. В основном местные волшебники. Значит никто не будет мешать… Малфой заказал сливочного пива и занял стол в самом темном углу. Почему он здесь? Наврятли сюда заявятся Паркинсон с Забини или Нарцисса.       Конверт лежит на столе. Блондин сверлит его глазами… Он знал, это письмо от незнакомки, но впервые он видит свое имя написанное ЕЁ рукой. «Что же там? Как она узнала кто я? Почему не пришла?» В нем борются два чувства: дикое желание распечатать этот треклятый конверт и спустя столько времени вновь прочесть слова, мысли любимой девушки и страх. Страх узнать повод этого письма и причину по которой она его отправила, вместо того, чтобы прийти на встречу…       Девушка-официантка принесла шесть бокалов сливочного пива и стала располагать их по местам, как вдруг Малфой резко выдал: — Спасибо, но не стоит… Я буду один. Улыбка исчезла с лица официантки, она лишь кивнула головой и быстро удалилась. — Что? Шесть это много? — недовольно, в пол голоса, пробубнил блондин себе под нос.       Опустошив четыре бокала пива залпом, Драко взял конверт в руки. — Ну… убей меня… — прошептал парень и вскрыл письмо. Листок пергамента был грязным, местами протертым, чернила немного выцвели… Но этот родной и красивый почерк заставил парня улыбаться, пока он не начал читать. » Здравствуй Драко! Кто бы мог подумать, что именно ты — моя родственная душа?! Сказать, что я разочаровалась, всё узнав? Нет, этого не было. Встречая тебя в школе, я несомненно наблюдала сходство с образом, который видела во снах, но всегда отгоняла эти мысли, потому как знала, что тот с кем я переписываюсь, старше меня на несколько лет и давно закончил школу. Я и не предполагала, что ты из будущего. Я узнала тебя в марте 1998 года, при очень ужасных обстоятельствах. Это произошло так быстро. У меня не было возможности всё обдумать. Сейчас, сегодня, я в безопасности, и решила написать тебе.       Тот мальчишка, что учился со мной все эти годы, очень изменился, судя по письмам. Ты выбрал правильный путь. Путь добра и света. Это меня несомненно радует. Всё сложилось — твой образ в моей голове и твои письма. Не знаю, что ты испытаешь, узнав кто я. Моё имя. Будешь ли также любить, как сейчас, ждать, как сейчас… Или всё рухнет и ты пожалеешь, что получил то письмо. Хочу сказать — я не жалею. Я так же люблю. Люблю того, кем ты стал. Люблю твои белоснежные волосы, твои крепкие плечи и ласковые руки. Ты мне снишься. Часто. Сейчас это странно. Можно сказать я без ума от человека, чьи родители находятся на противоположной стороне. Против кого я борюсь со своими друзьями. Не знаю, как всё сложится, за кем будет победа, но сейчас, там в 2001, ты в безопасности и вроде как мир не рухнул. Это придает надежду на то, что все закончится хорошо. Только какой ценой? Ты наверняка знаешь ответ… Узнаю ли я?»       Малфой положил письмо и прикрыл глаза… «Моя маленькая, милая незнакомка, моя девочка… Мне так жаль… Я был не на той стороне». Какого же ей было всё знать и продолжать любить? Где она сейчас? Кто она? Конечно, в глубине души, Драко начал догадываться…       «Как же мне хочется прижаться к твоему плечу и по-настоящему почувствовать запах твоей кожи, ощутить тепло твоего тела. Как тяжело жить с мыслями, что ты там… с ними… а я здесь.       Полюбила врага своего… Настоящая ирония. Думаю, меня бы изгнали из Ордена, узнав об этом… Их можно понять, на кону будущее всего магического мира».       Малфой отложил листок пергамента и сделал пару глотков… Тяжело. По телу пробежала холодная волна плохого предчувствия и стала комом в горле. Казалось, каждая клеточка его тела дрожит мелкой дрожью.       «Милый, Драко, прости, что ты получил это письмо. Наверняка причина очень серьезная… Все подробности, о том, как я вычислила тебя и почему не пришла на показ, ты можешь узнать у Джинни Уизли. Сегодня я ей все расскажу. Люблю тебя, Драко Люциус Малфой… люблю даже если ты сейчас проклинаешь меня за потраченное время....

Гермиона Грейнджер P.S.: С днем рождения, любимый…» Вот он — недостающий пазл. Образ сложился. Это была гриффиндорка — Гермиона Грейнджер. Малфой положил письмо, схватил себя за волосы и тихонько взвыл. Его буквально колотило от негодования, а в голове всего 2 вопроса: почему она не пришла и где найти Джинни Уизли?