Куклы

– Джеймс! Джеймс Бьюкенен! – звала Ребекка, копируя голос няни. – Куда ты подевался, несносный мальчишка?! Баки поморщился: оба официальных имени его раздражали неимоверно. – Я тебя нашла! – заявила Ребекка. Она осторожно раздвинула ветви кустов, в которых сидел Баки, и заглянула вовнутрь. – Принцам не пристало сидеть по кустами, словно детям конюха! – наставительно проговорила она, подняв вверх тоненький пальчик. Баки фыркнул: уж он-то знал, что, если бы могла, его сестра с удовольствием бы забралась к нему. Но туфли, но платье, но кружевная шляпка. – Ну давай, показывай! – воскликнула она, нетерпеливо притопнув. Каблучок легкой туфельки провалился в мягкую землю, но она не обратила на это внимания. – Показывай! Что там у тебя? Баки смерил Ребекку взглядом, размышляя, стоит ли ей доверять, но потом все же убрал руки с коленей, давая увидеть ей лежащую на них находку. Это была кукла-мальчик, небольшая, всего-то в две ладони, и очень, очень грязная. Светлые волосы свалялись, глаза частично стерлись, а левое ухо кто-то погрыз. Одета она была в одежду вполне добротную, но явно "с чужого плеча": худенькая фигурка в ней практически терялась. На груди с правой стороны было нетвердой детской рукой вышито имя: Стив Роджерс. – Ого! – воскликнула Ребекка. Она протянула руку за куклой, но потом передумала и отдернула ее: испачкать белые перчатки означало получить от няни нагоняй. – Грязный он какой, фу, – сморщила она носик. – Ну, грязный. Можно отмыть, – пожал плечами Баки и снова посмотрел на Стива. – Как думаешь, какая-нибудь из твоих кукол согласилась бы стать его парой? Может быть, та, со светлыми волосами… Кэтти? – Нет! Мои куклы – такие же принцессы, как и я. На что им такой муж? Ребекка даже головой помотала: нет, ее куклы – чистые, красивые, ухоженные, им принц нужен, а не какой-то замухрышка. – Не знаю… – снова пожал плечами Баки. – Мне он и таким нравится. – Ну вот и играй с ним сам, – заявила сестра и ушла: если Баки нравится это чучело, то пусть сам с ним и возится. Он как мог, помог кукле: отмыл его и даже расчесал волосы, перевязал поврежденное ухо кусочком бинта, сделал очки из найденного когда-то кусочка проволоки. Стиву нужна была одежда по размеру, и Баки попробовал обратиться к придворного портному: он знал, что тот в свободное время шьет платья для кукол Бекки. Но портной, едва взглянув на куклу, брезгливо поморщился и отказался, предложив выбросить "это" и найти себе что-то, более подходящее по положению. И нет, Баки не плакал от обиды за Стива, а если он и смахнул пару слезинок, так это из-за солнечного луча, бившего прямо в глаза. – Не слушай никого, Стив, – говорил Баки, укладывая куклу спать рядом с собой. Он соорудил ему спальное место из скатанного валиком платка и маленького шерстяного одеялка, выпрошенного у Ребекки. – Спи спокойно, завтра будет новый день, еще лучше сегодняшнего. Утром, постучавшись, в его покои вошла Пегги, камеристка сестры. – Доброе утро, Ваше Высочество, – сказала она. – Ребекка рассказала, что вы нашли куклу, и с ней не все в порядке. Я могу посмотреть? – Зачем? – поджав губы, спросил Баки. – Это моя кукла. Он был зол: как знал, что не стоило показывать Бекки Стива. Эти девчонки совершенно не умеют хранить тайны! – Конечно же, ваша, – покладисто согласилась Пегги. – Но посмотрите. – Она аккуратно взяла куклу в руки, развязала бинт, чуть встряхнула, вслушиваясь в дребедень внутри. – Ему больно. У него болят глаза и ухо, а еще наверняка легкие и сердце. Слышите, как там грохочет? Баки опустил голову: ему было всего восемь и он не знал, как все это исправить. – Я хочу помочь, Джеймс, – мягко сказала Пегги. – Позвольте мне попытаться сделать это. Баки кивнул, не поднимая головы: он не хотел, чтобы Стиву было больно. Пегги ушла, унося с собой аккуратно уложенного на сгиб локтя Стива, и Баки проговорил им вслед то же, что уже говорил Бекке: – Но мне он нравится и таким. Через несколько дней, когда Баки уже извелся от ожидания, он обнаружил Стива у себя в комнате. Это была одновременно его кукла и не его: Пегги нашла, чем исправить глаза, отремонтировала ухо. Но самое главное – она аккуратно отделила старое тело куклы и на его место приладила другое, более мощное, такое, что курточка с именем и вышитыми камеристкой капитанскими лычками стала как раз. – Вот так, да, Стив? – задумчиво проговорил Баки, рассматривая его новое тело. – Оказывается, ты вступил в армию. Ну, по крайней мере, тебе больше не больно. Теперь Стив сопровождал Баки во всех его проделках, и, выглядывая из неплотно застегнутого кармана, молчаливо поддерживал его. – Надо же, какой он стал хорошенький, – протянула Ребекка, заметив его однажды. –– Думаю, теперь его можно представить моим куклам. Например, Лорейн, они будут так хорошо смотреться вместе! – Нет! – категорически возразил тогда Баки. – Стив – боевой офицер, его не интересуют всякие девчонки! – Много ты понимаешь! – рассердилась Ребекка: теперь Стив понравился и ей, и было обидно, что Баки не дает поиграть с ним. Но Баки развернулся и ушел, унося в кармане своего чудесного капитана. Пегги же, починив куклу, не забыла о ней: иногда Баки обнаруживал в своей комнате то брюки, то рубашку, сшитые из лоскутков. А однажды он нашел целый костюмчик в бело-красно-синие полосы и со звездой на груди. К нему Пегги сделала даже щит из маленькой крышки. Он был раскрашен под цвет костюма, и в центре также сияла большая звезда. – Прямо как флаг Америки, – улыбнулся тогда Баки. – Стив, будешь Капитаном Америкой! Супергероем, спасающим весь мир от злобных монстров. И все вредные куклы Бекки будут тебя любить. Что скажешь? Стив предсказуемо не ответил, но, Баки показалось, что он очень даже непротив попытаться. Теплое лето, полное приключений вдали от няниных глаз, закончилось. Началась осень, и Баки все сильнее погружался в учебу, оставив Стива дожидаться его на каминной полке. Он не забывал своего нового друга, но Стиву не нужно было учить историю, географию, геральдику, этикет и ещё много-много чего. Спать они по-прежнему ложились вместе, и перед тем, как уснуть, Баки всегда делился с ним своими мыслями и секретами. Стив всегда с интересом слушал его, жаль только, никогда не отвечал. За осенью пришла зима, заметя снегом и выморозив все вокруг. Стив все также грустил на полке, и Баки уже подумывал, что нужно попытаться найти кого-то еще – кого-то третьего, способного развлечь Стива, когда сам он занят. И в один из самых холодных дней Пегги принесла ему кусок льда – почти глыбу, в самый центр которой была вморожена еще одна кукла. – Мне кажется, он может стать хорошим другом для Стива, – сказала Пегги и, положив лед в небольшой таз, поставила его к огню – оттаивать. Баки со Стивом в руках осторожно приблизился, рассматривая, как медленно тающий лед сбегает каплями вниз, открывая взгляду нового обитателя дворца. Он был высокий, широкоплечий, совсем как Стив сейчас. Тело было затянуто в черный комбинезон, похожий на армейский поддоспешник, левой руки не было, а лицо покрывал слой глины, будто защитная маска. – Я знаю, кто ты, – проговорил Баки, разглядывая куклу. – Я буду звать тебя Зимний Солдат.