Acacia

      По коридору эхом раздавались поспешные шаги каблуков, ударяющихся по отделанному дорогим кафелем полу. Сейчас в школе шли занятия, поэтому вокруг стояла почти мёртвая тишина. Стены увешены различными фотографиями природы и воодушевляющими цитатами под ними. Одна из которых бросилась хрупкой женщине лет сорока в глаза. Она медленно остановилась и скрестила руки, разглядывая фотографию табуна с лошадьми, мощно поднимающих вихрем землю. — «Люди забудут, что ты говорил, забудут, что ты делал, но никогда не забудут, что ты заставил их почувствовать» — мужской голос возникший за спиной, медленно читает вслух надпись — писательница — Майя Энджелоу.       Женщина обернулась. Позади неё стоял мужчина средних лет, в красивом дорогом костюме — Эта цитата, одна из моих любимых. — Здравствуйте, директор Ли Муён — она тепло улыбнулась и аккуратно поклонилась в знак приветствия. — Ты не обязана так формально обращаться ко мне, Дыри, мы с тобой так давно знаем друг друга — он улыбнулся ей, как улыбаются хорошему знакомому с которым давно не виделись. — Слишком много времени прошло — он продолжил — почти двадцать лет, с момента, когда ты покинула Корею — мужчина тяжело вздохнул, что-то прикидывая у себя в голове — Но Ким Дыри все также прекрасна, как со школьной скамьи. — Ты мне льстишь — женщина скромно улыбнувшись, с облегчением вздохнула. Её переживания о том, что бывший одноклассник не признает ту былую красоту в ней, после стольких лет, и увидит лишь усталую на закате своих дней даму в разводе, улетучились после его слов — Мы все постарели, Муён — с грустью продолжила она. — Для меня ты все та же — в его взгляде прослеживались ноты сожаления, светлую грусть, что окрашивала некие воспоминания о молодости, таких желанных сейчас, упущенных возможностях — Пройдём в мой кабинет — Ли Муён, будто развеяв все мысли, протянул рукой в направлении его кабинета. — Здесь всё так изменилось — оглядываясь произносит женщина, следуя за господином Муёном. — Я всё поменял, после того, как отец умер и оставил всё это на моё попечение — ответил Муён — Отец все же, так и отдал жизнь, сидя за рабочим столом — он иронично усмехнулся.       Дыри понимающе кивнула и войдя в кабинет, её на секунду накрыл до сжимания в сердце, тот знакомый запах зрелой, холодной хвои. Запах её первой любви, сейчас сильнее подкрадывался, отдирал пластырь зажитых ран. Всё это время встречи с Муёном, она держалась до последнего, чтобы не впасть в ту оглушающую бездну воспоминаний и сомнений «А что если», А может было бы иначе». Тяжело вздохнув, она сделала как можно более невозмутимое лицо. — Надеюсь Чонину и Джисону понравилась их новая школа — мужчина, как джентльмен выдвинул стул для Ким Дыри и присел за своё кресло. — Да, я хочу снова поблагодарить, что принял моих детей к себе. — она нервно сжала подол своего жаккардового пиджака. — Я не мог поступить иначе — он мягко улыбнулся — Передай им, что они могут приходить ко мне за советом. Мой сын учится здесь же, всего на класс старше Джисона, поэтому я сам знаю, как им трудно в их возрасте. Они должны часто советоваться со взрослыми. — Хорошо, передам — она улыбнулась, но глаза оставались прежние, о чём-то переживающие. — Может, как-нибудь пообедаем вместе с детьми. Они должны подружиться — произнес господин Муён, сжав руки в замок. — Да конечно, давайте вместе поедим — как-то неестественно живо произнесла женщина. — Прекрасно, вот и договорились — мужчина хлопнул по столу и встал с места в поисках нужных документов.

***

— Кто тут у нас? — Минхо желчно скривился. Снова эта ухмылка маньяка и взгляд психопата, в дуэте с сжавшимися кулаками Чанбина рядом. — Белочка снова потерялась — произнёс Минхо, но не успев сказать ещё что-то, Чанбин тут же со всей силы врезал кулаком Хану по лицу, от чего тот упал, больно ударившись головой о ступеньки.       Джисон, сжав сильно челюсть, стонал от боли, пока брюнет нависал сверху, схватив за воротник. — Ты труп — Чанбин, яростно плюётся в лицо, ещё не забыв инцидент в столовой. — У тебя изо рта воняет — чётко по слогам кричит Джисон в ответ, окровавленными губами, от чего получил ещё удар. — Этот парень — ухмыльнулся Минхо, наблюдая за всем сверху вниз — Да он явно не в себе — на его лице проскользнуло некое, странное умиление — Тащи его в туалет — приказал Минхо.       Джисон тут же начал ещё сильнее сопротивляться, пока Чанбин чуть ли не волочил его по полу. — Отпусти, урод — вырывалось из-за запыхавшегося Хана, пока его не затолкали в ближайший туалет. — Ну что, пора наказывать тебя, белочка — с усмешкой проговорил Минхо, пока Чанбин, скрутив руки заставил того встать на колени — Ты себя плохо вёл. — Я вас не боюсь! — с вызовом кричит Хан, всё его тело ноет, но плакать или просить пощады он не намерен. — Заткнись — Чанбин пнул коленом в спину, от чего тот взвыл от боли. — Что ты забыл на крыше? — Минхо оперевшись о кафельный отступ наклонился ближе к Хану, изучая его потрёпанное лицо — Такие мероприятия не для таких жалких, как ты. — Ничего, я случайно туда попал — глядя прямо в глаза, отчётливо отвечает он — Но я видел, что вы там устраиваете, и знаете что? Мне на это совершенно наплевать, я бы просто ушёл! А вы ведёте себя, как чёртовы головорезы, придурки! — он даёт волю эмоциям, накрывшим его прямо сейчас. — Ещё умудряется нас за поведение отчитывать — с забавой фыркнул Чанбин — Идиот, на его месте другие бы давили на жалость. — Какие ещё у тебя претензии? — Минхо, делая вид, что ему действительно это интересно, опускается ближе чуть ли не дыша в лицо. — Красивый — вдруг всплывает в голове у Хана, но он тут же прогоняет этот неуместный в данный момент вывод — Да есть! — твёрдо произносит Джисон — Мы что, бл*ть, в дораме снимаемся про хулиганов в школе? Отвалите уже от меня, и Сынмина тоже не трогайте! Идите, что ли девчонок тр*хайте, чтобы унять свои гормоны! — тон его голоса был совершенно серьёзным, но это лишь вызвало ухмылку парня напротив. — Отброс — вырвалось у Чанбина, что продолжал держать его. — Ты хочешь нормального обращения после того, что ты натворил за то короткое время пребывания тут? Мы наказывали других за куда меньшие проступки — Минхо провел рукой по лицу парня и приподнял его подбородок, не боясь испачкаться в крови — Мордашка Белочки наморалась, Чанбин — Хан больше занервничал, от таких неоправданных прикосновений, но Минхо тут же убрал её и приподнявшись с места, скрестил пальцы в замок — Давай поможем ему умыться. Чанбин ухмыльнулся и взяв резко Джисона за волосы, повел того к кабинкам. — Нет, отпуст…и…те нет — барахтался парень, пока его голову безжалостно отпускали в школьный толчок — Н…еет — невнятно кричал Хан, ему не хватало воздуха, вода забивала нос и рот, пытался отбиться, но его все сильнее держали. В этот момент он почувствовал себя по-настоящему жалким, беззащитным, но расплакаться сейчас будет настоящим поражением и даже если его сейчас утопят и он умрет такой нелепой смертью, молить о пощаде он не будет.       Минхо с горящими глазами наблюдал за всем, также держа бедолагу, пока тот бултыхался изредка поднимая голову, чтобы захватить хоть немного воздуха, пока Чанбин снова тянул того вниз. Внезапно он ощутил, как его схватили за руку. Джисон будто цепляясь за спасательный круг держал его ладонь, сам того не осознавая. Минхо остановился загипнотизированно глядя, как хрупкая, холодная ручка сжималась. Ему бы нужно её просто оттолкнуть и дальше продолжать купать в унитазе её владельца, но вместо этого он просто наблюдал, позволяя держать его. Странное чувство подкралось в сознание. Чувство, словно то чего не хватало давно, предстало перед ним, но он не мог понять, что это. Оно просто появилось и оно просто есть. Не ясно.       Наконец-то оторвав притупленный взгляд, он тут же стряхнул руку, словно грязь — Достаточно — приказал Минхо и направился к раковине, включив холодную воду, чтобы умыться. Он хотел придти в себя, странное чувство не покидало.       Чанбин ослабил хватку, позволяя Хану освободиться и жадно глотать воздух, но это было недолго, сразу же после он освободил все содержимое желудка. Сейчас он выглядел по-настоящему разбитым. — Надеюсь ты усвоил урок — Минхо глядел сверху вниз на парня, что сжимался почти в конвульсиях.       Чанбин напоследок одарил его плевком и они оба вышли, оставив того лежать на грязном полу, выкашливая остатки желудочного сока. Но на этом всё не закончилось. Вдруг померк свет. Вокруг стало совершенно темно, лишь звук дёргающейся дверной ручки. Когда Хан немного оклемался, он встал и еле как плетясь ногами, попробовал найти дверь и выйти, но она не поддавалась. Они её заперли. — Чёрт — ударил он кулаком со всей силы по ней и оперевшись сполз обратно на пол, обняв свои колени — Что же мне делать — почти шёпотом разнёсся голос по кромешной тьме

***

      На утро его обнаружила уборщица. Бедная женщина схватилась за сердце и чуть не отдала душу богу прямо на месте, когда обнаружила в школьном туалете парня, сидящего на полу с прижатыми коленками, всего побитого, а вокруг царили следы драки.       Джисон устало открыл глаза, и увидев, что дверь открыта, встал, как ни в чём не бывало, и покинул это злосчастное место, пока женщина, не отойдя от испуга, молча проводила его взглядом, уронив из рук свою швабру. Вернувшись домой, он встретил Чонина. — Хён — младший шёпотом произнёс, его глаза почти вылезали из орбит — Тт.ты… не ночевал дома. Мы с мамой, беспокоились— голос дрожал — Что… что с тобой случилось? — Упал с велика — устало ответил Джисон. — Н…но у тебя нет велика — он не успел договорить, как старший с хлопком закрыл дверь в свою комнату на замок, прямо перед носом Чонина.

***

      Прошла неделя с того случая. Джисон, проведя всю ночь мокрым, в достаточно холодном помещении, чувствовал себя плохо. Простудился, поэтому все это время не появлялся в школе. Но как бы он не убеждал себя, что болезнь является причиной, в душе чувствовал неуверенность в себе. В то что не способен себя защитить, и эта мысль его убивала. Каким бы проворным он не был, он физически слаб. Хан, даже после случившегося, составил себе программу тренировок и выучил пару приёмов, чтобы стать сильнее.       Сложнее всего было объяснить матери, куда её сын пропал на всю ночь, к тому же пришедший на следующий день весь побитый. Тогда Джисон, уже использовал готовую отговорку, наврав о том, что его новый школьный друг учил кататься на велосипеде, и Джисон трагически упал с него. Полный глубокого сочувствия одноклассник предложил ему переночевать у него. Такие вот чудесные обстоятельства. Бывает же в жизни такое! Хан искренне не хотел, чтобы мать переживала. После развода, хоть она и не подаёт виду, но он видит, как той тяжело, поэтому не хочет обременять её своими проблемами.       Будучи в ванной, глядя в зеркало, всплывали в голове те моменты. Он будто до сих пор чувствовал этот вкус железа и отходов на языке, это заставляло его усерднее чистить зубы до кровоточащего нёба. — Джисон, соберись! Ты выдержишь — подбадривал он отражение в зеркале и выплюнув зубную пасту с кровью, умыл лицо холодной водой.

***

— Джисон-и, ты же не забыл, мы идём завтра на ужин с господином Ли Муёном. Но если ты до сих пор чувствуешь себя плохо, мы можем не идти, я предупрежу его — Дыри, заботливо погладила сына по волосам — Мам, не беспокойся насчёт этого, я пойду — Джисон в спешке взял сэндвич со стола и уже собирался подняться обратно к себе, как вдруг раздался дверной звонок. Ким Дыри тут же поспешила к нежданному гостю. — Здравствуйте, я друг Джисона — парню послышался знакомый голос с дверного проёма — Мне сказали, что он болеет. Я пришёл его навестить, а также принести конспекты по пропущенным материалам. — Какой славный — умилилась чудесному личику женщина — Сынок, это к те…— она не успела договорить, как Хан уже мигом образовался из пустоты.       На пороге стоял Сынмин, в руках он держал стопкой тетрадки и сетку с фруктами. — Это Джисон у тебя ночевал? — Ким Дыри, улыбаясь спросила, вежливо, пригласив гостя пройти внутрь — Эмм... ночевал…? — озадачился Сынмин. Хан из-за спины тут же скорчил лицо а-ля «подыграй мне». — Ах да, ночёвка — протянул парень — Да, верно, у меня       Пытаясь избежать ещё больших расспросов, Хан взял в охапку гостя и тут же повел в свою комнату. — Как ты узнал, где я живу? — У учителя. — Понятно — коротко ответил парень, очищая мандарин, что принёс одноклассник — Но я рад тебя видеть — Джисон облегчённо улыбнулся. Кажется у него начинает появляться друг. — Ты, действительно, болеешь или же что-то другое случилось? — перейдя к сути дела, прищурив глаза, недоверчиво спросил он. — Ну, я…хмхм… реально заболел — Хан, устал уже в который раз отговариваться — После случившегося — неуверенно продолжил, он решил, что в этом случае не было причин утаивать от него и рассказал всё как было. Парень напротив сочувственно положил руку на плечо друга. — Они перешли все границы — отчаянно вздохнул тот — Тебе не нужно было с ними связываться. — Я не хочу бояться их, уж тем более трястись над тем, чтобы сделать либо сказать что-то не так. Хер им! — скорее самому себе произнёс Джисон. — Но знаешь, что странное я видел — он тут же перебил тему — На крыше. Было какое-то странное сборище! Сынмин вопросительно посмотрел. — Кажется там устраивают бои без правил! Друг от услышанного сделал лицо, будто понимал о чём зашла речь. Он почесал затылок и произнёс: — Об этом никто не рискует распространяться — Сынмин оглянулся по сторонам, будто даже в комнате у Хана, их могли подслушать — Но…да я что-то размыто слышал об этом — его голос стал тише — Говорят, некоторые из учеников, которые уверенно держутся за спинами своих влиятельных родителей, устраивают, что-то вроде рингов, где они отмывают деньги на ставках. Джисон внимательно слушал, забыв про очищенный мандарин в руках. — Но что самое жуткое, идёт слух, что их бойцы учащиеся нашей школы, но они держат в секрете свои личности! — Айгуу —тяжело вздохнул парень, и подняв руки начал трясти их по сторонам, разрезая воздух вокруг. — Что ты делаешь? — недоумевающе покосился Сынмин, наблюдая за странным поведением одноклассника. — Проверяю, не в дораме ли мы находимся — невозмутимо ответил парень — Я, вроде, управляю своим телом… Сынмин понимающе кивнул. — Но, Джисон, всё же не лезь в это — серьёзно произнёс он — Кто знает, что они ещё сделают, это может плохо закончится. — Не могу обещать — В последнее время Хану, кажется, что неудачи приклеиваются к нему похуже мух к клейкой ленте, так что обещать «оставаться в безопасности», будет чистой воды враньём— Кстати Сынмин, всегда хотел спросить — продолжил тот — Ты случайно не на юриспруденцию поступать будешь? — Прошу, пройдемте за стол — вежливо поклонилась одна из прислуг и направила гостей. Джисон впервые в таком роскошном доме, к тому же с прислугой. Пробежав взглядом, он не смог точно понять масштабы этого загородного особняка с фонтаном и лужайками. Он был впечатлён. Чонину бы понравилось, но тот почувствовал себя плохо и соизволил не идти на столь скучный ужин, ссылаясь на то, что хён его заразил. — Джисон, рад тебя видеть — тут же появился и сам владелец здания, приветсвенно пожав руку — Прошу прощения, мой сын немного опоздает — произнёс мужчина. Господина Ли Муёна, Хан знал косвенно, лишь в курсе того, что это давний друг семьи. В общем-то всё. В школьных коридорах его тоже не встречал. Они присели за стол и пока Ким Дыри с господином, вспоминали весёлые моменты из совместной молодости, Джисон «интересно» проводил время, тыкая вилкой в бифштекс с кровью, наблюдая, как из этого вытекает, собственно, сама красная жидкость. Но в какой-то момент, Хан заметил, как закопошилась прислуга, встречая ещё одного гостя. — Кажется он пришёл — уже развесёлый от бокала шампанского, господин привстал, чтобы лично представить сына перед гостями.       Внезапно в помещении, эхом раздался звук упавшей вилки, которой ранее Джисон развлекался. Его и так круглые, большие глаза, стали ещё круглее и больше, когда он увидел господина Ли Муёна, заботливо ведущего за плечо, того самого обладателя леденящего взгляда, жуткой ауры, холодного сердца. Того самого, кто безжалостно искупал Джисона в туалете, после закрыл его там. А сейчас невинно улыбающегося гостям отца. — Я, твою мать, дома у Минхо, бл*ть — разрывался от мысли он. — Приятно познакомится с вами — поклонившись, слащаво произнёс Минхо Хан, не веря в происходящее, смотрел тому прямо в глаза с немым вопросом: «Что ты тут бл*ть забыл?»       Минхо же, так же завис, встретившись с ним взглядом, вероятно с аналогичными мыслями, но через секунду вернул себе прежний невозмутимый вид. — У тебя такой прелестный сын, Муён! — Ким Дыри, улыбнулась, приветствуя парня. — Мама, ты даже не представляешь, как сейчас ошибаешься — думает про себя Хан — Госпожа Ким Дыри, отец говорил, что вы очень красивая, но я не знал, что настолько! — он улыбнулся в ответ, самой приторной улыбкой. Хана сейчас стошнит.       Дальше ужин проходил в напряжении. Джисон лишь изредка метал злобные взгляды на парня, каждый раз, когда тот несвойственно для того образа Минхо, который Хан составил, вёл себя вежливо и мило. — Как тебе еда, Джисон? — неожиданно Минхо адресовал свой вопрос парню, ранее которого старался избегать взглядом и полностью игнорировать присутствие. — Прекрасно — натянуто ответил Хан — Оу, а мне вот, не понравилось — наигранно с грустью произносит он, вытирая рот салфеткой — немного напоминает вкус отходов — продолжает тот, его уголки рта приподнялись в знакомой ехидной ухмылке. Джисон откашлялся и тут же сжал столовый прибор в руках. Видит бог, он бы сломал ложку напополам, если бы та не была сделана из чистого серебра. — Минхо, это не самая лучшая тема для обсуждения. Давай я попрошу поменять тебе блюдо — вмешался старший Ли. — Не нужно, отец. Лучше удели больше внимания нашим дорогим гостям! — Мне нужно в уборную — Джисон резко встал из-за стола, не в силах больше находится в одном помещении с «этим» и дождавшись, когда одна из прислуг сразу же поведёт того в спасательный бункер, ушёл прочь.       Он включил тёплую воду и сразу же подсунул руки, чтобы успокоится. Сейчас его переполняли эмоции. Минхо — почти можно назвать его врагом, является сыном человека, благодаря которому он попал в школу, где огребает по полной из-за его же сына. Полный пи*дец. Нет, это точно всё дешёвый сюжет, отчаявшегося режиссёра. Не иначе.       Внезапно в уборную, кто-то вошёл. Джисон не сразу понял, что он не один, держа руки под горячей струёй воды, пока он не заметил через отражение в зеркале, собственно, самого виновника, облокотившегося о стену и наблюдавшего за ним. — Я думал ты уже суициднулся — невозмутимо начал он. — Отвали. Он ухмыльнулся — Неисправим — подытожил Минхо — А ты не так то прост, оказывается. Связи имеются — он подошёл ближе — Ты так к нам попал?       Джисон старался игнорировать его, надеясь, что тот из-за скуки свалит наконец-то, но он все приближался, не намереваясь уходить. — «Связями» ты называешь отца, который наверняка, зачищает грязные делишки своего сына? — Хану было неприятно озвучивать такие вещи, но отступать поздно. — Повтори — всегда холодный Минхо, резко прижал того к стене. От неожиданности Джисон округлил свои глазки и смотрел прямо в горящие глаза Минхо, понимая, что попал в цель. Они находились достаточно близко, чтобы разглядеть радужку друг друга. — Что? Снова меня теперь накажете. У вас же это вроде некой Мантры — очередь Джисона язвить. — Нет — разведя руки и остранившись, спокойно произнёс Минхо. Казалось он сейчас уже покинет это помещения и Хан спокойно вздохнет, но он резко продолжил: — Но вот, мне просто интересно, твоя красотка-мамаша, через постель забила тебе место? — сразу же после ядовито произнесённых слов, ему в лицо прилетает кулак. Джисон не сдержался, ему было мерзко от того, что этот человек живёт с ним на одной поверхности, он был в ярости. Минхо схватился за скулу, протяжно простонав, явно не ожидав удара, и тут же резко набросился на Хана. Оба повалились на пол. Минхо налёг сверху, схватившись за горло противника. В этот момент он излучал по-настоящему убийственную агрессию, казалось именно так маньяк смотрит на свою жертву прежде чем покончить с ней. Джисон не на шутку оцепенел от одно лишь его взгляда, он лишь схватил своими руками, руки, что сейчас так сильно сжимали его гортань. Он смотрел на Минхо, неуместно изучая его черты лица. Так смотрит жертва перед смертью, жадно хватаясь за тот образ, который видит последний раз в жизни. Неосознанно, Хан ослабил свои ладони, от чего Минхо, будто вернулся в реальность. С его пылающих глаз, словно спала пелена. Он перевёл взгляд на руки, потом снова на Джисона и резко освободил того, но тут же взметнул кулак в воздухе. Но тот удара не дождался, вместо этого она врезалась в холодную плитку. Минхо, как ошпаренный поднялся и с дверным хлопком быстро покинул помещение. Хан считал у себя в голове секунды. Он не мог встать ещё шестнадцать секунд. Целых шестнадцать секунд.