Фарфоровая Балерина

Родился новый день. Первые лучи солнца оранжевого цвета стеснительно заглянули в окно, осветив своим сиянием большой древний шкаф с прозрачными дверцами. Покрытая лаком поверхность игриво улыбнулась, засветилась младой улыбкой старой дамы. Бокалы и стаканы, стоящие в том резном шкафу, чудесно сверкали в лучах столь прекрасного солнца. - Ах, как же красиво! – На выдохе восхищения пролепетала маленькая фарфоровая Балерина, жившая в том самом шкафу на самой высокой полке. – Как же красиво! Это просто восхитительно! - Да… это прекрасно. – Недовольно пробурчала старая янтарная Черепаха, привезённая в этот дом одним богатым гостем ещё до появления Балерины. – Ты каждый день это повторяешь. - Потому что каждый день по-своему прекрасен! Эти солнечные лучи, смех детей… - Ты ещё слишком молода, - перебила её Черепаха, - чтобы осознать, что нет ничего необычного в солнечных лучах. Скоро тебе надоест детский смех, дети такие противные! - Стареть – это так скучно! – Фыркнула Балерина. Она, цокая фарфоровыми балетками, подошла к дверце шкафа и окинула взглядом комнату внизу. Разбросанные игрушки валялись на полу и тихо о чём-то шептались. Как же Балерина хотела к ним! Каждый день после завтрака, когда кукушка на часах прокукует девять часов утра, в комнату вбегают дети – белокурый кудрявый мальчик лет восьми и такая же девочка чуть постарше. Они успевают немного поиграть с игрушками, пока за ними не придёт высокий человек в чёрном пальто и не скажет: «Анна, Николай, вам пора на занятия». Тогда детишки вновь покидают комнату, бросив игрушки в беспорядке валяться на полу. Балерина давно мечтает, чтобы Анна или Николай хоть разок открыли эти стеклянные дверцы шкафа, которые уже казались Балерине серой решёткой, чтобы она могла спокойно спрыгнуть туда, вниз, где можно будет поиграть с детьми и игрушками. Но девочка и мальчик никогда не обращали на Балерину внимания, ведь она стояла так высоко на полке, что их маленький рост просто не позволял её увидеть. - И, если первые лучи солнца не приносят радости, тогда… тогда что делает вас счастливой? – Спросила Балерина. Не услышав ответа, она печально обернулась и взглянула на Черепаху своими живыми нарисованными глазами – та уже спала. - Куколка, снова к игрушечкам захотела? – С издёвкой продребезжали бокалы. - Да! – Балерина обиженно по-детски выпучила вперёд нижнюю губу и отвернулась обратно к дверце. - Детишки даже не подозревают о твоём существовании! - Ну… ну, и что? Зато я о них знаю! И они обо мне узнают! В ответ Балерина получила звонкий хохот. Стекло смеётся! - Стекляшки! По заходу солнца Балерина вновь загрустила. Она так и не отошла от стеклянной прозрачной дверцы – весь день ждала появления Анны и Николая в комнате, но дети не появлялись. Балерина – ещё совсем ребёнок. Ей хочется гулять и играть с такими же детьми. А она вынуждена стоять целыми днями на одной полке с высокомерными бокалами и старой черепахой, которая постоянно пытается сделать из бедной статуэтки настоящую балерину, говорит, как нужно правильно стоять, держать осанку и как красиво улыбаться. Её поучения всегда заканчивались уже отработанной фразой: «Ты – фарфоровая кукла! Из тебя не получится живой балерины. Я даже пытаться больше не стану!». А на следующий день всё начиналось сначала. И так жила Балерина, как в замкнутом круге уже несколько месяцев. Пришла пора что-то менять. В её мыслях уже давно родилась превосходная идея, и этой ночью Балерина должна воплотить её в жизнь. Каждое утро тот самый мужчина приходит к этому шкафу и забирает какие-то бумаги, а вечером возвращает на место. Дверца шкафа открывается регулярно два раза в день, у Балерины есть шанс выскользнуть и спрыгнуть на паркетный пол. Но… тогда этот мужчина может заметить её и поставить обратно… Тут нужно действовать по-другому… За окном стояла непроглядная тьма, и лишь ярким прожектором на небе сияла луна. Всё было нехитро спланировано, Балерина была готова. Дверь шкафчика распахнулась. Мужчина стал перебирать бумаги на нижней полке, а Балерина, не теряя времени, уже держала в руках небольшую поролоновую губку и на цыпочках подошла к краю полочки. Взгляд её метнулся на игрушки. «Сегодня ночью я стану одной из них!» - с трепетом подумала Балерина, и в глазах её мелькнула искра. Ещё пару минут мужчина перебирал бумаги, а потом шёпотом воскликнул: «Вот они!» и, взяв с собой стопку, толкнул дверцу шкафа. В обнимку с бумагами он покинул комнату, а дверца стала медленно закрываться. Балерина зажала губочку в дверце, когда та полностью закрылась, чтобы оставить щель. Она отшагнула на шаг и полюбовалась работой – ширины щели более чем хватало, чтобы маленькая фарфоровая статуэтка смогла через неё пролезть. «Не думала, что всё будет так просто» - пронеслось в хрупкой голове. Ещё раз убедившись, что всё и вся в этой комнате спит, Балерина подошла к дверце. Ещё никогда она не была так близко к своей мечте. Остался только один шаг, и Балерина полетит вниз, к игрушкам. Сейчас они спят, но завтра утром, когда проснутся, очень обрадуются появлению нового друга. Балерина поправила пышную пачку и каштановые короткие волосы. Мечта стоит и ждёт её всего лишь за одним шагом… и если всё оказалось так просто, почему она не провернула этот трюк с поролоновой губкой раньше? Всё. Хватит думать. Пора действовать. Балерина закрыла глаза, вздохнула и сделала шаг. Земля ушла из-под ног, Балерина падала. Это и был путь к мечте. - РАЗОБЬЁШЬСЯ! – Крикнул кто-то сверху. «Разобьюсь? Хм… нет. Меня ждут игрушки. Завтра утром я буду играть с Анной и…» Глухой звук падения пустой формы фарфора на паркет пронёсся по комнате, не разбудив собой ни одну игрушку. Изящные бледные ножки и ручки разлетелись по разным углам. - Боже… что она сделала? Это мы виноваты? Черепаха, ты за ней не уследила!? – наверху шептались бокалы своими стеклянными голосами и смотрели вниз, в тьму, где должна была быть Балерина. Утром дети не нашли Балерину. Лишь горничная в годах, которой не был особо интересен этот мир, сгребла части хрупкого тельца Балерины вместе с остальным сором. Но фарфоровая голова осталась нетронутой с той самой ночи. Её голубые глаза так и наблюдали за детьми, играющими с игрушками, из-под большого древнего резного шкафа с прозрачными дверцами, на самой высокой полке которого когда-то стояла маленькая фарфоровая Балерина, мечтающая спуститься и поиграть с детьми.