Сдать экзамен правильно

Сегодня для Джареда была поистине решающая дата. Еще месяц назад он думал, что этот день, как и несколько предшествующих ему, он проведет в зале, усердно тренируясь, но вот за полчаса до игры он сидит в машине с Дженсеном в нескольких метрах от заветной цели. И он даже думать не смел, что настолько кардинально поменяет свое решение. Падалеки понял, что хоть раз в жизни он просто обязан сделать то, чего он действительно хочет, не идя на поводу у отца, команды и всеобщих стереотипов. Джаред взглянул на Эклза, который нервно хрустел пальцами, выглядывая из окон машины. Сегодня все изменится. Нервы приятно щекотали где-то в груди. Несколько парней, спешащих на игру быстро промелькнули в свете фонарей и скрылись в темноте. Но Джаред не жалел ни о чем, он уже не был уверен, нужно ли было ему то, что каждый день отец воспитывал в нем. Наверное уже пора. Парень притянул Дженсена за шею к себе и поцеловал: - Это на удачу, пошли, - он тепло улыбнулся и вышел из машины. Дженсен опустил глаза и неуклюже начал вылезать вслед за парнем. Джаред уже уверенно шагал вперед пока Эклз путался в своих сумках. Эти дурацкие цветные вывески жутко раздражали. Кому есть дело до того, что сегодня игра? Эклз громко захлопнул дверь и нагнал Падалеки. - Ты действительно хочешь этого, Джаред? – Дженсен остановил его перед самым входом в большое многоэтажное здание. Парень повернулся к Дженсену и неуверенно сделал несколько шагов к нему. - Послушай, мне страшно, страшнее было, только когда ты ушел. Да, я не знаю, что будет потом и как мы будем с тобой жить в совсем чужом городе, но я хочу этого больше всего на свете, - сказал Джаред и, взяв Дженсена за руку, повел к входу в спорткомплекс. Парень шел по коридорам здания и выглядел очень уверенно, но Дженсен чувствовал, как с каждым шагом Джаред все сильней сжимает его руку, знал, как бьется сейчас его сердце и понимал, насколько страшно дается ему этот шаг. Парни шли по пустому коридору, в конце которого раздавались крики и неприятный надоедливый шум. Джаред подошел ко входу в зал, но Дженсен остановился. - Может мне тебя тут подождать? – неуверенно спросил он. - Нет, пожалуйста, ты мне нужен там, - попросил его Джаред, все сильней сжимая его руку. Дженсен понимал, что реакция всех на подобное заявление будет явно не положительной, но он уже сделал выбор. Он сделал его еще когда поцеловал Джареда тогда, ночью, в своей комнате или может раньше. Думал ли он тогда, что будет вот так выходить с ним за руку перед сотнями людей? Наверное нет. Джаред сделал шаг, входя в дверь, но остановился. Он отступил назад и поцеловав Дженсена спросил: - Ты все шмотки в машину вкинул? - Нет, только мольберт и краски, - улыбнулся Дженсен и подтолкнул Джареда к входу. «Дурак…», - послышалось где-то спереди и растворилось в шуме ожидающих болельщиков. Возле первых же трибун Джаред заметил тренера - мужчина нервно переминался с ноги на ногу и следил за разминкой игроков. - Тренер, - неловко сказал Джаред, положив мужчине руку на плечо. - Какого черта ты только пришел, Падалеки?! Тебя опять искали, ты вечно пропадаешь! Быстро в раздевалку и чтобы через 30 секунд уже бегал с мячом по залу! – тренер явно был взбешен и возмущен постоянными выходками Джареда, но творческую натуру никуда не деть. Парень виновато поднял на него глаза и подтянул Дженсена за руку поближе к себе. Мужчина метнул удивленный взгляд на их переплетенные пальцы, но постарался не показывать своих эмоций. Получалось у него плохо. - Я выйду на поле сегодня, хорошо, - сказал Джаред и потащил Дженсена за собой в раздевалку. Парни прошли в комнату, где капитан команды сгреб свою форму и, прихватив мяч, валявшийся на полу вышел в зал. Дженсен последовал за ним, но не выходя на саму площадку, остановился у скамейки с командой. Он успел словить на себе несколько липких взглядов перед тем, как в зале раздались громкие хлопки. Джаред стоял на средине поля, на плече его висела форма, а сам он всячески пытался привлечь к себе внимание. В зале шумели, пока парень не набрал полные легкие воздуха и не свистнул. Несколько десятков глаз уставились на него. Джареду было страшно, и Дженсен видел, как трясутся его колени в слегка зауженных джинсах, как он вытирает мокрые руки об футболку, как растрепались его волосы от того, что он постоянно поправляет их, убирая назад. Парень еще несколько секунд помялся и решился: - Я – Джаред Падалеки, капитан Чарльзстоунской команды. Знаю, вы ожидали увидеть меня сегодня в роли хорошего игрока, но я не выйду сегодня на поле в форме. С восьми лет этот зал стал для меня родным домом, и я проводил здесь каждый вечер. Всем казалось, я мечтал стать великим спортсменом, но я просто не хотел возвращаться домой. Мне бы хотелось кое-что вам всем сегодня сказать, - кричал Джаред, и никто с трибун не смел перебить его. Парень нервно подошел к Дженсену и закинул руку ему на плечо. Эклзу было жутко неудобно, но он только сильнее прижал Падалеки к себе за талию. Ему сейчас это нужно. - Я люблю этого парня! – крикнул Джаред, и по трибунам покатилось жужжание, - я люблю его самой страстной любовью, больше всех на этом чертовом свете. Да, я гей! Массовое «ох», как ни странно, прозвучало только после стигматизированного «гей», сам факт любви никого в зале не шокировал. Так может гомофобия - это лишь проблема стереотипа? - Еще несколько минут я хотел бы посвятить одному человеку. Пап, я знаю, ты сейчас здесь, так вот, я хочу кое-что тебе сказать. Я поступил в университет и уезжаю из этого города. Да, я вырвался из всего этого дерьма, в которое ты втягивал меня все восемнадцать лет, и я сдал свой экзамен правильно! Джаред побежал к выходу и Дженсен сообразив, что к чему помчал за ним. Хлопнули дверцы старого пикапа, а Луизиана уже ждала гостей.