Данил и другая нечисть

      Здание в которое попал мальчик ничем не отличалось от простых пятиэтажек учебных заведений. Белый кирпич, небольшая территория перед парадным входом, усаженная газоном, плоская крыша, железный забор из прутьев, окрашенный в черный. Обычная школа как с наружи так и внутри. Но это только на первый взгляд и, если ты простой человек. Весь секрет в том, что на пороге дверей которые ведут в здание, почти незаметно красовались будто бы детские каракули. Являвшиеся на самом деле рунами распознания и морока. Всем же существам, что не являлись обычными людьми представала же совершенно не обычная школа. Широкие коридоры с высоченными потолками, под которыми спокойно могли летать, что кстати и делали многие из здешних учеников. Двери, что больше казались воротами замка состоящими из нескольких дверей поменьше, вели в просторные залы, что для учащихся были обычными классными комнатами. И с первого раза огромный лабиринт коридоров, с дальнейшим нахождением внутри отчего-то становился все более простым и запоминающимся. Поэтому даже новым ученикам спустя какое-то время легко было ориентироваться в этом здании. Ах да, забыли упомянуть. Пять этажей для обычных людей в действительности являлись тринадцатью этажами, и в каждом высота потолков оставалась одинаковой. На первом этаже были несколько комнат отдыха библиотека и столовая. Столовая же представляла из себя огромную, светлую комнату с высоким потолком и длинными, вечно засервированными столами, за которыми почти постоянно сидели дети в синих плащах. Это у них было нечто вроде школьной формы, но под плащами самая разнообразнейшая одежда. В основном большую часть зала занимал контингент от шести до восемнадцати лет, не считая, конечно, преподавателей, о чьем возрасте разумно умолчим.       Вот прозвенел звонок. Хотя, звонком это довольно сложно назвать. В обычных школах это всем знакомая, оглушительная трель, после которой еще пол урока болит голова. Тут же звука вообще не было. Со стороны казалось словно ученики почти одновременно вставали и расходились по своим кабинетам. Хотя на самом деле, почти у каждого в головах звучал пронзительный писк, чем-то схожий на тот, что слышится когда резко изменяется давление или пульсоксиметр показывает остановку сердца. Он как волна накатывал на учеников и не прекращался пока те не зайдут в класс. Как утверждает зам. директора Зинаида Плаховна: " Действует намного лучше сем простой звонок. Тот потрезвонил в школе и все. А наш будет звучать где бы ученик не находился. Правда есть и такие, что умудряются блокировать «звонок», но на таких у нас отдельные… уловки» Думаю все и так уже поняли, но позвольте вам представить! Перед вами Магическая школа Чудес и Волшебства имени Пылева! Да да, вы не ошиблись именно ПЫлева. Но поверьте эта фамилия не просто интересно звучит, почти каждая картина, на которой он изображен, после уборки тут же покрывается пылью и из-за этого его не сразу узнают. Но это конечно не касается тех, у кого в обязанностях стоит протирание картин. А расположена в небольшом российском городке, даже не на каждой карте он указан. Достопримечательностей нет, никто известный сюда и носу не совал. В общем самый простецкий городок. Вернемся же к школе. Если вы думаете что там обучаются только волшебники да ведьмы вы сильно ошибаетесь. В коридорах вам могут встретиться все кто хоть как-то умеет колдовать или связан с магией. От фей до демонов в человеческом обличие, от дриад до цыганей. И кстати говоря, с некоторыми их представителями совладать даже сложнее, чем с оборотнями.       Столовая после звонка. Практически все разошлись по кабинетам. Остались лишь стайка младшеклассников, да несколько из старших. И вот двое таких старших сидели в стороне за столом десертов. Это была очень габаритных размеров девушка в золотых перстнях и с, завязанными в хвостик кудрявыми черными как ночь, волосами и высокий, взъерошенный, с повадками побитой дворняги, и козлиными ногами мальчик. В общем, фавн и цыганка. Девочка как раз доедала чизкейк, когда открылась дверь. В столовую вошел именно тот мальчик, которого сюда телепортировали. Он был в белой рубашке и светло-сером жилете в рубиновый ромб, в белых штанах, таких же кедах, с красной бабочкой и перекинутым через руку, синим плащом. В некоторых местах он был перебинтован, но это никак не портило его вид. — Фууууух! Ну ты меня и напугал, я то уж думала, что это кто-то из преподов. — Сказала девушка нервно проглатывая кекс. — А ничё так. Тебе идет белый. Хоть кеды на тапочки меняй да в гроб ложись. По столовой прокатился ее громкий смех. — Сплюнь, мне еще жить охото. — Сказал парень и усмехнулся. Все ж он за столько лет уже привык к тяжелому юмору его не более легкой подруги. — Тфу-тфу-тфу. — Сплюнула она и постучав кулаком по дереву взялась за пончик. — Дань, ты уж прости, но ты правда не важно выглядишь… Я это не со зла! Просто тебе точно можно покидать лазарет?.. — Подал голос, стоявший рядом фавн. — Не боись, Тимоха. Жить буду и на том спасибо. — С улыбкой, гордо сказал Данил, посмотрев на подругу так, будто говорил: «Если кто-то, конечно, не сглазит».- А вы что? Опять прогуливаете звонки? — Ой, вот только не занудствуй. Или я решу, что ты тоже препод и не буду больше с тобой общаться. — Девушка резко отвернулась, махнув хвостом, и принялась уплетать капкейк. — Да ладно тебе, Маш, я ж шучу… — А я не шучу! У меня, как раз таки, всё не ладно! Фигура и та не ладная, а ты еще с уроками пришел долбить. Сам то чего не в классе? — Расстроенная, она схомячила целый капкейк за один укус и под успокоилась. — Так я это…на больничном и звонков не слышу. — Везет тебе. Кстааааати… Тиша! — Повернулась Маша к Тимофею — Не нравится мне твоя ухмылочка. Всегда чем-то не хорошим заканчивается…особенно для меня. — Этот раз не исключение.- Почти пропела она ехидно улыбаясь, отчего у фавна мурашки по спине пробежали. — Что ты задумала? — Спросил Данил, обычно разгребающий последствия Машиных идей и поэтому заранее приготовившийся. — Да так. Просто кое-кто кое-когда хотел о кое-чём, кое-что у кое-кого спросить.- Улыбаясь почти как Чеширский кот и смотря на Тимоху, сказала цыганка. — Слишком много кое…- Пробурчал Данил.- И что же? — Он сам знает что.- Хоть она и улыбалась, но взгляд Марии буквально буравил и давил на бедного мальчишку что переминался рядом с копыта на копыто.- Вот тебе КОЕ-КТО, — она указала на Данила, — вот тебе КОЕ-КОГДА. Спрашивай. Покраснев и ссутулившись, Тимофей уперся взглядом в пол и начал невнятно спрашивать. — Ну…я это…ты ж…ну там…в общем… — «Ну, ты, я, в общем», говори нормально, я знаю, что у тебя словарный запас шире.- Передразнила Маша, хлопнув паренька по спине Тимофей встрепенулся и сильней опустил козьи ушки, покраснев еще сильнее. — Ну… ты помнишь, что тогда было? — Когда? — Не понял Данил — Ну… тогда. Дня два назад. — Не понял. Это, что я два дня не был на уроках? Вот зараза! Я провалялся в коме? А что же мне в листе посещаемости понаписали… — Представляешь.- Сказала Маша откусывая слойку.- Так что, отвечать будешь на прямой вопрос. Ведь не зря Тима так долго мычал. Тимофей стал таким красным, что только черные, космами висящие волосы и белые с зелеными зрачками глаза начали выделяться настолько, что казалось еще немного и он взорвется. Но, видно, «Тишке» этого делать не хотелось, и он продолжал краснеть. — Что ж, скажем так: я не все помню. Не, не так, я помню многое, но отрывками. Обрывками эмоций.- Сказал Даня, посмотрев на забинтованные руки.- В основном боли, усталости, страха… — Это как? — Спросила Маха — Ну смотри: когда тебе дарят что-нибудь ну например, платье… — Я злюсь, потому что в него не влезу.- Перебила Маша, воткнув ложку в очередной кекс. — Хорошо, но ты ведь не помнишь детально в чем ты тогда была одета и что ты ела. ты помнишь как разозлилась и что сделала с несчастным платьем. — Ну допустим.- фыркнула Маша, принимаясь за пудинг. — Вот и у меня так же. Я даже помню сколько раз зацепил руками выступы трубы, но я не помню, где это было, когда и зачем я вообще туда полез. — Действительно, загадка.- Пробормотал Тимоха — Кстати, теперь мой вопрос.- Сказал Данил, повернувшись к Тимке.- Почему ты позволяешь себя называть «Тишка»? Это же совершенно другое имя. — Одним словом это так просто не скажешь… Что ж попробуем на примере, да, наверное так будет удобнее. Согласен, что имена Соня и София звучат практически одинаково? Вот и с моим именем так вышло. — Опа-опа! А я говорила словарным запасом не обделен? — Воскликнула Маша, заставив тем самым, только что остывшего Тимку вновь покраснеть. — Да что с тобой? Я ведь только спросил. — Пф-ф-ф, а я ответила и кстати… Не успела Маша договорить, как дверь вновь хлопнула и вошла заместительница директора Зинаида. В столовой повисла тишина. Это была та необычно одетая женщина, с короткой стрижкой. Она, видимо, куда-то торопилась. Как только Зинаида прошла мимо, Маша поперхнулась и нарушила тишину. Плаховна остановилась и медленно повернулась к ним. Приветливо улыбнулась и пошла дальше. — Фух! — Сказала Маша.- Я думала прибьет! Видели ее оскал! Ну ва-а-ще! — А по моему она улыбнулась…- Сказал Тимка — Ага улыбнулась! А ты ей в глаза посмотрел? А я смотрела и знаешь, что я там видела? Да ничего. Ни-че-го, бездна, черная дыра! Так у нее только когда она злится. От такого взгляда хочется под землю провалиться! — Ты чего кричишь? — Кто кричит, Я?! Это я еще не кричала! Наверняка пошла директору жаловаться. Ну! Я так и знала. Нас троих посылают именно туда! — А ты уверена, что троих? — Спросил Данил который тоже получил это послание, буквально прилетевшее в виде небольшой сферы с текстом внутри. — Нет не уверена, но идти надо. Пойдем.       В кабинет директора никто идти не хочет по трем причинам. Первая– это то, что высоко подниматься. Кабинет директора был на последнем этаже без лифта, и пока дойдешь туда- ноги отвалятся. Зато круглые двоечники — все спортсмены. За каждую двойку так набегаешься к директору, что невольно задумаешься: сделать ли завтра домашку или стать футболистом?       Кто-то наверно не понимает, как это в пятиэтажном доме могут очутиться тринадцать этажей? Все просто. Когда-нибудь слышали о рунах? Существует руна расширения пространства. Точно такая же увеличивала и школу. Скорее увеличивала внутри. Вторая — это то, что пока ты поднимаешься, все время попадаешься на ловушки первогодников. Помниться, один из первашей так увлекся черчением рун мелкого вредительства, что, ставя их на каждую ступеньку, ставил их с низу в верх и, что бы спуститься, ему надо было пройти их всех! Забыв поочередность, он то и дело наступал на свои же творения. Наступив на одну такую, вредительство вышло в том, что он кувырком прокатился по всей лестнице. Травм кроме кучи синяков не было, но урок первогодник усвоил до склероза. Третье-это то, что от директора ничего хорошего нельзя было ждать. Директором был отставной вурдалак из Сибири. Мороз, как правило лучше людей не делает, а вампиров тем более. Для него хорошее дело стало такой редкостью, что не понятно хорошее это дело или нет. И именно к нему сейчас и шли Данил, Маша и Тимофей. Когда они все-таки поднялись, то увидели, что какой-то умник прикрепил к двери три шестерки. — О, кто-то так же как и я любит нашего директора! — Сказала Маша, только что наступившая на злосчастную ступеньку и сломавшая каблук. Что было очень сложно без магии, ведь это была не какая-то там шпилька, а платформа. «Капыта», как называла их сама Маша. — По моему, на сегодня у тебя слишком много « кого-то».- Сказал Данил, на которого из неоткуда вылилось зеленая вязкая жидкость. — Ну и что? — Да так. Тимоха стоял чуть поодаль и выглядел так будто особо не пострадал. — Как ты прошел ни на что не напоровшись? — Спросил Данил. — Я как минимум попался на двадцать, и я при этом был очень осторожен, а ты вообще, просто шел с краю. — Так в этом и дело, тут все на то и рассчитано. Подружился я с одним таким бандитом, он мне много рассказал. Но хех, не все… Я считал. На каждой десятой ступеньке, если просто идти, будет руна. Вот ведь негодяй! — Ну что сказать, ты нашел с кем связаться. У тебя всегда был талант общаться с кем попало.- Съехидничала Маша. — Сказала та, что как раз таки попала.- Съехидничал в отместку за скромнягу Данил. Тимофей лишь бросил взгляд преисполненный благодарностью. — Зато я не козел отпущения! — Негодуя прикрикнула Маша, снимая обувь. — Мах! — Упрекнул Данил, с сочувствием посмотрев на Тимку. -Да ничего, — сказал Тимофей грустно, — я привык, но не до конца. Тут он посмотрел на Машу, всем видом показывая ей что это была не самая удачная ее шутка, но Маша, видимо, не обратила на это внимания.        Зайдя в кабинет, они увидели письменный стол со множеством канцелярской мелочи. Но больше всего на столе выделялся пергамент. Доношу до вашего сведения, что пергаменты в этой школе были редкостью. Так как писали в них перьями грифонов, которые не прочь и расцарапать наглеца, что за ними полезет. Еще опасно было добывать перья, потому что грифоны (как вы уже поняли, необычные, конечно же) живут на самой высокой горе России, и если кто сорвется, то быть беде. Да и не на простой бумаге писан. Пергаменты означали, что записанная в них информация очень важная и исполнения требует немедленного. Директор сидел на кожаном кресле и, читая книгу, не обращал внимания на вошедших, и все-таки ощущалось, что он смеряет их изучающим взглядом. Рядом стояла Зинаида и со сложенными на груди руками строго смотрела на учеников. На этот взгляд каждый отреагировал по разному: Тимофей ссутулился и уставился в пол так, будто ничего интереснее в мире нет, Маша покраснела и задрожала одновременно, Данил же начал отдирать от рубашки засохшую жидкость и, честно сказать, у него это не плохо получалось. — И так.- Сказал директор, опустив книгу.- Как мы все прекрасно знаем, наш Даня проживал у нас учась, лишь вскользь затрагивая изучаемые науки чародейств. В данном контексте не имеется ввиду его успеваемость. В этом плане он даже не плох. Я имею ввиду программу данную Данилу. Так? — Спросил он, постукивая пальцами по книге, и посмотрел на произведенное впечатление. Не увидев ничего, что ему бы понравилось, он встал и, шагая по комнате, продолжал разговор. — Значит так. По причинам, коих я называть не буду, Данил переводится в Высшую Академию Магических наук имени Х. На сей раз впечатление он произвел сильное, как на Данила, так и на друзей. Маша, как самая эмоциональная, даже открыла рот. Так продолжалось несколько секунд, и, как всегда, первой заговорила Маша: — Вот здорово а! Давно подозревала в тебе мафиози. С первого класса весь из себя галантный, девчат защищал. А все пацаны тебя боялись! Да и программа только для тебя особенная! Эк как сложилось! С вундерКиндером жила, а в упор не замечала! -Нервно затараторила Маха — Маш, не смешно…- Одернул подругу, чуть раньше вышедший из ступора, Тимоха. — Кому тебе? Или ему? Может вам и не смешно, а вот мне очень! АААХАХАХАХАХА! — Совершенно не естественно засмеялась на весь кабинет Маша. — Цыганка Мария! — Воскликнула Зинаида — Во мне цыганского только кровь и способность к чародейству! — Огрызнулась Мария, но стоило ей зацепиться взглядом за глаза Зинаиды, как тут же умолкла. — Цыганка Мария, я попрошу вас воздержаться от выплеска эмоций пока вы не окажетесь за дверью. — Не отводя пронзительный взгляд от девушки говорила Плаховна, все повышая тон. — А если вы не способны быть хладнокровными и эмоции овладевают вами, тогда мой единственный вам совет, Успокоиться!        Зинаида, по мнению Тимофея, в этот раз в первые за его жизнь повысила голос. И не просто повысила, а накричала на Машу, что случалось раз в столетие. Бедная Маша настолько успокоилась, что если бы ее не подхватили Данил и Тимофей, она бы успокаивалась, лежа на каменном полу, покрытым персидским ковром из Китая. Приводить ее в чувство была задача не из легких и на то, чтобы ее «поднять на ноги», ушло три пузырька нашатыря. Все-таки соизволив подняться, Маша, сама не зная зачем, села на пол и зарыдала. Махнув рукой, директор тем самым поставил точку на этом разговоре. Рыдающую Машку кое-как вынесли из кабинета и, поставив на руну, над которой вылился небольшой водопад, успокоили. Вода подействовала удивительно быстро. Успокоившись, Маша встала и больше ни на что не наступив, ушла в свою комнату. — Ты на неё не серчай, ты ж её знаешь. Она по другому завидовать на умеет… — Да знаю я, и что нагрубила заму не со зла, тоже знаю, а ты попробуй это директору расскажи. От одной лишь мысли о подобном у фавна затряслись коленки а кожа побледнела. — Ладно, разберемся еще. Пока я и сам ничего не понимаю. — Сказал Данил и после прощального рукопожатия отправился к себе в комнату на втором этаже.