Предатели обеих сторон

Из замка почти никто не уехал домой в этом году. Драко спускался в свою гостиную. Но вспомнил, что забыл сумку в общем зале, и ему пришлось вернуться, благодаря чудесной лестнице, в обход. Проходя мимо открытой двери класса, он остановился и немного попятился назад, чтобы лучше рассмотреть происходящее. Он подошёл к дверному проёму и облокотился на открытую дверь. То, что он увидел немного развеселило его. — Браво, — он начал аплодировать, — браво! Перед ним, оперевшись на дверцы шкафа, стояла Патриция, но она была, увы, или, к счастью, не одна. Рядом с ней, точнее очень близко к ней, стоял когтевранец, который очень страстно целовал её в губы. Они не знали, что за ними наблюдают, поэтому от слов Драко вздрогнули. Когтевранец покраснел и быстро вышел из кабинета. Драко продолжал медленно хлопать и улыбаться: — Пат, нет слов. — Мне кажется, зря нас свели родители, — Патриция платком вытирала губы, — ты мне не нравишься. — Взаимно. Почему же ты доносишь на меня предкам? — Поэтому и доношу, потому что ты мне не нравишься. — Что ж, теперь ты понимаешь, что если ты донесешь на меня, то я тоже не воздержусь от пары тёплых слов в твой адрес. По окончанию каникул, главы факультетов собрали своих учеников в отдельных аудиториях. МакГонагалл говорила своему факультету о предстоящем балу. А также давала первый урок бальных танцев. Мужская часть факультета, сначала упрямившись, сидела на стульях. Но, все же сдавшись, встала и направилась к девочкам. Деа танцевала с близнецами, они решили её окончательно запутать, ведь танцуют они тоже одинаково плохо. — Я поняла, как вас различать, Джордж наступает мне на левую ногу, а ты, Фред, на правую. — Джордж, она нас раскусила, — сказал её партнёр по танцу. — Это ещё один стимул научится танцевать, — сказал Джордж и поменялся с Фредом местами. Деа столкнулась с братом в коридоре. — И с кем ты пойдешь? — Я пригласил Чжоу. — И? — Она сказала, что подумает до завтра. С кем пойдешь ты, я уже знаю. — И что скажешь? — Просто будь осторожнее, — они свернули в другую сторону коридора. — Ладно, у меня астрономия, — Деа попрощалась с братом и пошла на винтовую лестницу к вершине одной из башен. С другого коридора на лестницу зашёл Малфой. — Деа, подожди! — он догнал её на. — Привет. Драко пытался отдышаться. — Дай угадаю, — Деа взглянула на его запыханный вид, — ты вспомнил про астрономию пару минут назад? — Да, — Драко поправил мантию, — и был при этом в своей гостиной. Деа? — Что? — Ты пойдешь со мной на бал? Они остановились на лестнице, Деа было неловко. — А как же Патриция? — пыталась она найти спасательный круг. — Мы нашли с ней компромисс. — Как же? — Подробности излишни. Они снова неловко замолчали, Деа не могла найти себе места, ей хотелось просто испариться. Трансгрессировать, телепортироваться, только чтобы на неё так не смотрели. — Прости, но меня уже пригласили, — она смотрела ему в глаза, словно была в чём-то виновата, — пойдем, астрономия скоро начнётся. Снег в этом году пошел только в декабре, да и шел не долго, словно весь выпал в прошлом году. Четверо друзей дружно провалили самостоятельную работу, поэтому им пришлось идти на пересдачу, где сейчас сидели очень многие. — Гарри, уже декабрь, — шептал Рон другу. — Я знаю, и что? — Бал уже скоро, а у нас ещё никого, даже Невилл уже обзавелся подружкой. — Что же ты предлагаешь? Гарри сказал это чуть громче, за что получил замечание от профессора Снегга, который наблюдал за всеми учениками. Он был очень удивлен, что даже Гермиона не сдала прошлый тест, однако, правда, лучше, чем все остальные. Рон повернулся к Гермионе. — Гер, пойдешь со мной на бал? — Эх, Рон, твоя привычка делать реферат за час до урока плохо сказывается в жизни. Меня уже пригласили. — И кто же? — он опешил от такого заявления. — Какая тебе разница? — Деа, а ты? — Извини, Рон, но даже если бы у меня не было пары, я бы с тобой не пошла. Гарри решил присоединиться к разговору: — А со мной? — Но у меня уже есть пара. Рон немного обиделся, а девочки сложили свитки и отнесли на преподавательский стол. Снегг проводил их взглядом до выхода и снова сделал замечание Гарри и Рону. Девочки суетились в спальнях, им, наконец, пришли посылки с бальными платьями. — Ну и как? — Гермиона стояла возле зеркала. Деа подошла к подруге и принялась собирать её кудрявые длинные волосы хотя бы в хвост. — На завтра их нужно выпрямить, а тебе их нужно завить, — она указала на Джинни. — Деа, почему ты всегда ходишь так? — возмутилась рыжая подруга. — Как? — У тебя красивые длинные черные волосы, почему их видим только мы утром? Ты же всегда ходишь с этим пучком. Деа задумалась и присела на кровать. — Мне просто неудобно, — ответила она. — Завтра ты тоже пойдешь с собранными? — Джинни, ну представь, вот я буду танцевать, резко поверну голову, и волосами дам кому-то по лицу. Девочки засмеялись, остаток дня они варили простые бытовые зелья и всячески готовились к завтрашнему дню. *** С первого этажа так и манила вниз музыка. Её запустили уже в шесть вечера, чтобы все спускались в общий зал. Она играла ненавязчиво, но заставляла девочек торопиться, застёгивая платья, расчесывая волосы и подкрашивая глаза. Гарри и Рон пригласили на бал двойняшек с разных факультетов, они были рады, что их пригласили, особенно спутница Гарри, ведь их пара будет одной из тех, что откроет бал. Первой из трёх подруг в зал спустилась Джинни. Возле лестницы её встретил Невилл, Рон даже почему-то был не против. Гарри же с какой-то завистью смотрел на Седрика, что повел за руку Чжоу. — Боже, какие они красивые, — сказала одна из двойняшек, смотря на лестницу и отвлекая мальчиков. Они обернулись. По широкой лестнице спускались их подруги, они улыбались. Гермиона была в светло-голубом аккуратном, по её фигуре, вечернем платье, на ногах –странного цвета туфли, они были темные и каждый раз, когда на них посмотришь, казались другого оттенка. Волосы ей удалось выпрямить и часть из них собрать в узорчатую косу. Рядом с ней шла Деа, её платье было темно-голубым, или синим. Она отказалась от корсета, хотя Джанет настаивала, согласилась только на пышную юбку и черный каблук. Она не поддалась на уговоры девочек и всё же собрала волосы, но не в пучок, а во французскую косу с левой стороны головы на правую, конец которой она закрутила в цветочек. Девочки, нет, сейчас так нельзя сказать, девушки подходили к концу лестницы. А навстречу им шли два дурмстранца. Они подали руку своим спутницам. Гарри и Рон всё также в оцепенении смотрели на них, даже не понимали, что их удивило больше, то, что их подруг пригласили дурмстранцы или, то, что они никогда не видели их такими красивыми. Ведь каждый день это форма и то, что они успевают завязывать на голове, обычно это было наспех. Уж тем более они никогда не видели их накрашенными. — Чудесно выглядишь, — ещё раз сказал Дима своей спутнице. Всё уже были в главном зале. Только чемпионов и их пару попросили остаться в коридоре. Ученики прекратили разговаривать и выстроились, создавая живой коридор от двери зала к сцене, по которому гордо прошагали чемпионы. Со всех сторон так и слышались вопросы: «Это Гермиона Грейнджер?», «Это Грейнджер с Виктором Крамом?» Четыре первые пары стали в позиции, началась музыка. Сделав несколько первых шагов, к ним присоединился Дамблдор и МакГонагалл, давая знать всем остальным, что они тоже могут присоединяться, и бал открыт. — Пойдем, — Дима повел Деамону к сцене. По правде он был удивлен, что она танцует. Около получаса играла только классическая музыка, толпа на сцене редела, танцевали только те, кто умел и ещё не устал. Оставались Седрик с Чжоу, Деа с Думстранцем, Малфой с какой-то сокурсницей, ещё несколько сокурсников и девочки из Шармбатона. Конечно, какой век, такие и правила. В Хогвартс пригласили на этот праздник знаменитую музыкальную группу в волшебном мире. Когда «Ведуньи» поднимались на сцену, ученики не просто радостно зааплодировали, их, словно зарядили энергией, и они вновь нашли силы танцевать. Свет в зале немного пригасили, и началась дискотека. — Давай пройдемся? — Деа было неудобно в настолько шумном зале, она даже не слышала себя. Ей стало спокойнее, когда они вышли в парк. — Не нравится музыка? — Нравится, но очень громко. Он взял её под локоть и повел по аллее между кустов, Деа улыбалась, ведь обычно на этих лавках она дописывала сочинение перед парой. Оглядевшись, она посмотрела на своего спутника. — Дим, а что это? — она показала на кулон на его форме, раньше она его не замечала. — Это? — он оттянул кулон, что бы самому ещё раз посмотреть, — это символ трёх даров смерти. Треугольник — это мантия невидимка, которую ни одно заклинание не может обнаружить, круг посредине обозначает воскрешающий камень, а вот эта линия, — он показал на ту, что соединяла вершину с основанием, — самая сильная палочка в мире. Этот символ придумал Гелларт Гриндевальд, он учился в нашей школе и однажды после уроков высек этот символ на одной из стен. Виктор против, чтобы я носил этот кулон, — Дима спрятал его обратно за воротник. — Почему? — Просто потому, что это символ Гриндевальда, настоящего тирана и диктатора. Говорят, сама-знаешь-кто вдохновлялся его действиями. Но ведь Гриндевальд мог поступить иначе, некоторые наши учителя ещё говорят, что у него были великие силы, он просто направил их не в то русло. А ведь они сами исключили его из школы в начале прошлого века, — Деа стало любопытно, а он, словно услышав её мысленные вопросы продолжил, — он убил нескольких учеников для своих экспериментальных обрядов. Его исключили с седьмого курса, а потом он исчез. И появился уже с армией своих единомышленников в сороковых годах. Вот такой вот маленьких курс истории. Дальнейшая история облетела весь мир и не менее знаменита, чем история о мальчике, который выжил. — Да, «рассвет и падение Гриндевальда», только Дамблдор смог его остановить. — Говорят, они были друзьями, — он опять посмотрел на любопытные глаза и продолжил, — есть слухи и легенды о том, что после исключения из школы, Геллерт нашел своего первого единомышленника, им стал Альбус Дамблдор. — Даже не верится, что раньше Дамблдор мог бороться за такое. — Да, ты права. Наш мир знает двух великих злодеев и они оба борятся за одно и тоже. Это предрекает их падение… — А где сейчас Гриндевальд? Ведь он не умер в том сражении. — Конечно нет, Дамблдор бы не убил, но сидит в Нуменгарде — тюрьме, что построил он сам для своих врагов, согласись ирония? — Мда… Они ещё немного походили по парку, заметив, что музыка стихла решили пойти обратно. — Сделали перерыв? — предположил Дима, — хочешь пунша? Он оставил Деа у какой-то группы её знакомых, а сам пошел уже к почти опустошенным столам в поисках бокалов. Драко тоже решил принести выпить своей спутнице, но подойдя к столу, он увидел дурмстранца, тот взяв пунш, всё ещё стоял возле стола. Дмитрий достал какой-то флакон из кармана и разлил содержимое на два бокала. Оставшись незамеченным для дурмстнсранца, Драко пошел к Деа. — Будешь? — он протянул ей бокал, что успел взять со стола. Деа очень хотелось пить, поэтому она взяла, — ты была в сознании, когда соглашалась пойти с ним? — он сразу перешёл на нападение. — А тебя что-то не устраивает? — Просто я вижу то, чего не замечаешь ты, — он говорил резко и возмущённо. — Чего же я не вижу? — То, чего он от тебя хочет. — Ты сейчас словно… — Я не ревную, я предупреждаю, — «хотя может и ревную» — подумал он. — Я другое хотела сказать, но не важно. Это всё? — она наивно улыбалась, смотря на него. — Так тебя всё устраивает? — Перестань… — Нет, я не перестану! Этот идиот так и вертится вокруг тебя, а ты ведёшь себя как дура! — Я нормально себя веду, — возмутилась она. — Он сейчас опоит тебя, и ты забудешь эти слова. Так сама и полезешь к нему на шею. — Хватит! — Я просто говорю, чтобы ты опомнилась. — Защищаешь? — Да! — И считаешь меня дурой? — Ты только это услышала? Тогда да, но… — он не успел договорить, Деа выплеснула на него содержимое бокала и вышла из зала. Выйдя, она увидела на ступеньках Гермиону, она сидела возле стены и рассеянно смотрела вперёд. Деа присела у подруги. — Эй, ты плачешь? — она шёпотом спросила Гермиону. Та в ответ только замахала головой и поджала губы. — Давай тогда вместе… Девочки сняли туфли, от которых уже давно болели ноги. — А что у тебя случилось? — Это Рон всё испортил, его не устраивало, что я танцую с Виктором, зато теперь устраивает, когда я рыдаю на лестнице… а ты чего?.. Деа ничего не ответила, просто положила свою голову на плечо подруги. Из общего зала вышел Дмитрий, увидев Деа он подошёл к лестнице с двумя бокалами, он улыбался и хотел уже позвать свою спутницу, но его осекли. — Пей сам, я отсюда не уйду, — однотонно сказала ему Деа. Дурмстранец, согнав улыбку в лица, ушел обратно в общий зал, даже не стал спорить. — Что это с Драко? — Гермиона посмотрела на его испачканный костюм, когда тот уходил к другой лестнице. — Не знаю, — наигранно ответила ей подруга, — главное что у Джинни всё хорошо… пошли в гостиную, тут сидеть не удобно. Согласившись, они взяли туфли и медленно пошли к полной даме. Башня Гриффиндор почти до утра пустовала, две подруги уснули на софе у камина.