Предатели обеих сторон

Попытавшись открыть глаза, она поняла что у неё болит всё, в особенности спина. Деа вспомнила, что именно ею она влетела в стену. Всё-таки открыв глаза, она поняла, что лежит в своей комнате. Переборов боль она села на кровати и оглянулась. На тумбочке возле кровати стояли какие-то склянки и флаконы. Комнату освещало несколько свечей на той же тумбочке. Из тени, в которой находилась большая часть комнаты, она услышала чье-то дыхание. — Не понимаю, зачем Вы это делаете…– голос принадлежал Северусу, — всё время совершаете какую-то глупость, которая почти всегда сходит Вам с рук.– Он словно рассуждал сам с собой, точно зная, что Деа его едва слышит из-за принятого ею лекарства.– Неужели все вы, женщины, такие? В это раз Вам повезло– Тёмный лорд воспринял Вашу выходку как шутку и не более, но не упустив при этом возможность, поставить всё на свои места, показав свое превосходство. У Вас всё решается спонтанно. Череда неконтролируемых взрывов, — Снегг на мгновение замолк, смотря на часы, стоящие на той же тумбочке. Они показывали куда большее время, чем он думал. Прошло гораздо больше времени, чем он рассчитывал. Действие лекарства давно прошло и Деа смотрела ему прямо в глаза. — А как Вы решились стать пожирателем? — Деа, немного помолчав, решила продолжить, — Ведь Вы же работали на Дамблдора, или это было обманом? Снегг не хотел отвечать, но сам, не замечая действительности, продолжил разговор: — Честно сказать, я сам уже не знаю точно. — Но раз Вы работали с Дамблдором, значит, хотели уйти от пожирателей. Почему же не отречетесь полностью? Вы не из тех, кто терпит то, что не по нраву. Северус удивился. — Мне больше нет смысла уходить отсюда. — А как Вы сюда пришли? — Меня взяла с собой семья Блэков, — ему стал неприятен этот разговор, он навевал ему неприятные воспоминания. Он обратил внимание, что бинт на правом запястье Деа снова наливался кровью. И принялся перебинтовать её руку. Деа снова посмотрела ему в глаза и увидела в них ещё что-то, помимо печали: «Это был грозовой день, небо заволокло тучами. Уже несколько недель никто не видел солнца, с приходом Тёмного лорда. Северус Снегг поднимался по лестнице из тёмного мрамора. Беллатриса шла рядом с ним и рассказывала о деяниях её лорда. О его планах и условиях. Северуса всё полностью устраивало. Деятельность пожирателей за последний месяц привлекла многих тёмных волшебников в свои ряды. Беллатриса сама вела Снегга с своему лорду, потому-что знала, на что он способен, она знала, что он пригодиться Волан де Морту. Будет полезен. Так и случилось. Он поклялся в верности и протянул левую руку без угрызения совести и моральных противоречий. Несколько лет он служил Тёмному лорду, без лишних слов выполняя каждое его слово. Для него это стало единственным смыслом жизни. Казалось, он, наконец, нашел место в этом мире. И в очередной раз, когда Тёмному лорду угрожала опасность, он счёл нужным о ней предупредить. Северус был тогда в Хогсмиде, ненадолго остановившись в гостинице он прошел мимо открытой двери, чьего-то номера. И был в ужасе от тех слов, что услышал оттуда. Северус точно знал те голоса и кому они принадлежат. В номере были Дамблдор и Трелони. Снегг решил, что не будет нападать на них, ведь это глупо: он выдаст себя. Трелони была в трансе. Она шептала пророчество. Северус, услышав, первые строки, сразу отправился к Тёмному лорду. Только спустя несколько дней он пожалел, что не дослушал тогда; что передал лорду эти знания; что несколько лет назад поклялся ему в верности. Пророчество говорило о человеке, который сможет победить Тёмного мага, говорилось, когда и где он должен родиться. Северус не ожидал, что это Тёмный маг издаст приказ убить всех родившихся в этот день в Англии. Это должен был быть мальчик, рождённый в ночь с 30 июня на 1 августа. Когда он сообщил об этом лорду был только май. С самого начала весны, Северус был в курсе обстоятельств в Ордене Феникса. Он знал об отстранении от заданий Лили Поттер и знал этому причину. Он с тяжёлым сердцем ждал грядущей даты, и вот, в страшную ночь он получил письмо. Лили, несмотря на запреты мужа, всё же известила Снегга, что у неё родился сын. Несмотря на все разногласия, на ссоры и разные стороны, она всё равно писала с добрым сердцем, без обидных слов и огорчений. Это письмо должно было вызвать милую улыбку, но после прочтения, Северус был в отчаянии. Он не мог поверить, что их сын родился именно в это число. Тогда он решился на самый безумный шаг в своей жизни. Он без промедления отправился на встречу с Дамблдором. Северус буквально стоял перед старцем на коленях, умоляя спасти его любимую. Он не просил простить его, он не просил забыть все те злые деяния совершенные им. Нет, о просил о помощи, но не себе. — Спасите их, умоляю. Он убьет всю семью! — Северус видел в глазах Директора отвращения в свою сторону. Дамблдор презирал всех пожирателей. Но в глазах Снегга он увидел надежду. В ту ночь Снегг пообещал отречься от служения Тёмному лорду. Тем самым предав его. Прошло чуть меньше года. Снегг получил ещё одно письмо. На этот раз от Дамблдора. Это он поднял лишь по почерку, ведь оно не было подписано. «Нужно срочно встретиться! В моем кабинете», — Северус уже через час был в Хогвартсе и стоял у назначенной двери. Подняв левую руку для стука, он заметил, что нет привычной боли от метки на запястье. Это настораживало. Но он всё же зашёл. В кабинете было тихо и темно. Дамблдор стоял возле окна. На диване лежал какой-то свёрток, Северус не с первого раза обратил на него внимание. — Северус… Мне нужно тебе сообщить, — Дамблдор повернулся к нему лицом, он был чем-то опечален, это ещё больше насторожило Снегга.– Среди тех, кто хранил тайну нахождения Поттеров нашелся предатель. Мы этого не предусмотрели, — Дамблдор пытался говорить как можно медленне. — Когда это произошло? — интуитивно спросил Снегг. — Около часа назад. К дому ещё никто не подходил, опасаются нападения. Прости, но вынужден просить тебя туда отправиться. Я напишу адрес. Снегг метал глазами по комнате, пытаясь понять, что случилось. Из смятения его вывел детский плач. Звук исходил из свёртка на диване. — Это Деамона Блэквуд, она жила у Поттеров, её час назад принес мне Сириус. Ей стало плохо и он хотел отнести её в больницу. Но выехав из города он тут же увидел свое лицо в розыске и тут же доставил её сюда. Снегг не понимал, как он идёт. Ноги шли сами, он не это не контролировал. Он не думал ни о чём. Старался не думать. Одна мысль была хуже другой и это приводило в хаос. Он старался не думать и медленно шёл к назначенному адресу. Улица была пустая. Свернув за угол, он наступил на деревянную поломанную доску. Подняв глаза, он увидел раскуроченный дом. Руки сразу похолодели от увиденного. Но он продолжал идти вперёд. Его пугала тишина. Мёртвая тишина. Переступив разломленное крыльцо, тишина, наконец, исчезла. Теперь он слышал дикий детский плачь. Ребенок плакал от страха и боли, где-то со второго этажа. От этого звука стало ещё холоднее. От того, что этот звук не прекращался, и никто, кроме Снегга сейчас его не слышал. Северус шёл мимо разбитых фотографий, битого стекла, перевернутой мебели. Мимо немного обугленного и рваного ковра. Он поднимался по полуразрушенной лестнице. Поднявшись на второй этаж, он в страхе замер, увидев тело давнего недруга. На полу возле перил лежало бездыханное тело Джеймса Поттера. Его очки были разбиты, голубые глаза в страхе застыли, смотря наверх. Из его рук выпала палочка, она валялась в нескольких метрах от него. Северус аккуратно поднял её с пола и положил в руку погибшего волшебника. Закрыв глаза умершему, он нехотя, через силу, заставил себя идти дальше. На крик. Через разбитую дверную раму он зашёл в какую-то комнату. По всей видимости это была детская. Ребенок плакал в манеже, его лицо уже посинело от слез, губы тряслись. Пухлыми ручками он держался за деревянную изгородь своей кроватки и не отрывал взгляда от самого дорогого в его жизни. Снегг тоже посмотрел туда и замер у разбитой двери, схватившись за сердце. Он понял, что не чувствует ног и падает на пол. Перед ним лежало ещё одно тело. Лили Эванс. Её рыжие волосы, которые Снегг всегда сравнивал с огнем, словно потухли и потускнели, блеск в её зелёных глазах пропал навсегда. Её взгляд был наполнен болью и печалью. Её последний взгляд. Снегг не знал, что ему делать. Что чувствовать и как поступить. Он не чувствовал ничего, словно вырвали сердце. Было тяжело дышать. Северус склонился над телом и закрыл глаза любимой. Сев на колени, он прижал её голову к своей груди, понимая, что больше никогда не вернёт её, не увидит её улыбку, не сможет извиниться. Извиниться за все сказанные им слова. Он плакал, слёзы обжигали его холодную кожу. Руки тряслись. Подняв глаза, он увидел глаза младенца. Изумрудные глаза, с волшебным блеском, смотрели на него словно из прошлого. Её глаза». Деа вспомнила, что портрет именно этой женщины стоял на столе в доме у профессора. Она ещё тогда обратила на него внимание, в тот вечер, когда Северус помогал ей справиться с болью утраты. — Вы до сих пор скорбите о ней? — вдруг спросила Деа. Снегг снова вопросительно посмотрел на неё, вдруг поняв, что держит её за запястье. — Вы эмпат? — Снегг был наслышан об этом умении. Некоторые волшебники способны слышать мысли людей, при прикосновении, если в этот момент они испытывают те же эмоции. — Да, — без промедления ответила она. Снегг так и не ответил ни на один её вопрос, закончив перевязку он уже выходил. — А где Драко? — чуть слышно спросила Деа. — Беседует с Тёмным лордом. Они уже должны были закончить с «беседой», пойду к нему, — немного задумавшись, он сказал на последок, — скоро придет.