Предатели обеих сторон

Деамона ожидала, что попадет в какое-то пустое белое тихое место, но это место превзошло её ожидания. Она очнулась, лёжа на мягкой траве в густом тумане у обрыва, с которого были видны склоны гор, возле неё был лес и холмы. Тут не было холодно, чего она тоже ожидала, так едва прохладно и очень влажно. — Я умерла? — спросила Деа сама себя. И вдруг получила ответ: — К сожалению, чтобы попасть в это место нужно умереть, но не волнуйся, ты тут не надолго, — голос был сзади, обернувшись Деа увидела, кому он принадлежал. Из-за деревьев вышел человек в строгом чёрном похоронном костюме, с виду он ей даже показался нормальным, обычный мужчина лет тридцати. Только вот… — Глаза выдают? — спросил он, когда заметил, как Деа оступилась. Она смотрела в его черные глазницы, которые напоминали демонов на старых фресках. — Я Смерть, — он протянул руку для знакомства, — это моё имя, ну и должность тоже, — почему-то он улыбнулся. — Деамона Блэквуд, — она ответила на рукопожатие. — Нет, не такая твоя фамилия. Ты Гриндевальд. — Верно… Так, что это за место? — Это мой дом. Место между тремя мирами… Раем, адом и Землёй. Их по разному называют: Навь, явь, правь и так далее. Называй как хочешь. — Я представляла тебя иначе. — Девушкой в черном балахоне и с косой? — в его голосе была усмешка, — у меня, правда, есть коса, но металлическая… — Так много вопросов…– Деа пыталась угомонить мысли в своей голове и вытянуть несколько вопросов. — Я первый умерший. И да, я слышу твои мысли. Я первый, кто умер в нашем мире. Поэтому я стал таким и со мной стала ассоциироваться потеря жизни, и это стали называть моим именем. Лет мне очень много, я давно перестал считать. А ты тут, да, потому, что собрала все дары… Братья Певереллы, правда, существовали. Ужас, как вы так живёте? — он закатил глаза. — Как? — Я о ваших мыслях, мужчины и женщины мыслят по-разному, ты наверняка замечала, — он пристально на неё взглянул, — ты же высший эмпат. У мужчин прямолинейные мысли, они думают так же как и говорят: прямо и бесповоротно. А у вас, женщин, в голове словно клубок с нитками, всё пересекается и запутывается… Ладно. В общем, не будем отвлекаться, у нас мало времени. Сейчас к тебе подбегают друзья, ты потеряла равновесие и упала на землю. Здесь время течет медленнее, чем на Земле, но его всё же мало. Возле Деамоны неожиданно появился чёрный волк, она почувствовала, как тот коснулся её ноги. — Ну, вот и они пришли. Делать им больше нечего… После этой фразы Деа снова обернулась назад и увидела в деревьях другие фигуры. Там стояла белая волчица, и чёрный пес, на ветках сидело три птицы: сокол, орёл и ворона. — Кто это? — А ты ещё не догадалась? — Догадалась, но боюсь ошибиться… — Это потерянные души. Они отказались уходить в Другой мир и остались в своём в этом странном виде. Обычно это животные, которые способны перемещаться как им угодно. — Так можно отказаться перейти в Другой мир? — Поверь, это тяжёлая участь. Они бесплотны, это лишь часть их души, а душа без оболочки испытывает боль похуже, чем в Аду. И самое важное, что отказаться они больше не могут. Это их выбор. — А почему они это сделали? — Из-за семьи и из-за тебя. Они не смогли тебя бросить. Твой прадед, — он указал на волка, — отдал за тебя жизнь. Он прожил положенные ему два месяца после твоей смерти и завещал тебе свои годы жизни. Вот такая хитрость. Но тем не менее, ты имеешь полное право на жизнь. Кстати, о ней, — он взглянула на часы на запястье, — переходим к сути. По моему обещанию, любой, кто соберёт все три дара может просить у меня чего пожелает. Таков уговор. — А кто ещё собрал все дары? — Были некоторые, давно почили, ты о них не вспомнишь. Давай не будем на этом задерживаться. Так чего желаешь ты? Тут Деа почему-то опустила голову поняв, что ей нечего попросить. Возможно, она бы хотела воскресить семью, но ведь они мертвы, им не место в этом мире. А ведь она может попросить чего захочет… это вопрос с подвохом, как и вопрос заданный трём братьям, так давно. Средний брат тоже попросил, чтобы ему вернули умершую невестку и в результате повесился сам. Могущества и богатства она не желала. Ей это было не нужно. Дары она собрала случайно, без особой цели. Она скорбно посмотрела на лес. — А можно их отпустить? — Воскресить их вряд-ли получится… — Нет, я говорю отпустить. Чтобы их души смогли уйти из мира живых? Куда они должны были попасть после смерти? — Они должны были обрести покой… Так, значит, это твое желание? — Да. Что-то не так? — Нет, — он сложил руки на груди и задумчиво посмотрел на горы, — я привык, что находя дары, люди становятся алчными и теряют гуманность. Вряд-ли ты захочешь услышать их желания, но для них это ничем хорошим не обернулось. Всегда всё для себя, все материальное и бесценное… И так будет всегда. Редко кто-то просит что-то для других… — Я прошу не для других. Это моя семья, а я не желаю им боли. — И то верно, — он снова задумался и тихо добавил, — когда вернешься, уничтож один из даров. От них только беды. Пусть с сегодняшним днём истории о них закончатся. Деа кивнула. — На этом прощаюсь, — он снова протянул руку, — надеюсь, увидимся не скоро, — теперь он вновь говорил улыбчиво. *** Деа открыла глаза, теперь она лежала на разбитой плитке школьного двора, а к ней перепуганно бежали друзья. Она успела сесть на колени и рукой подать знак, что с ней всё в порядке. Друзья всё же подошли ближе. Демона несколько раз моргнула, избавляя глаза от смутной пелены, и посмотрела на ступени замка. Ей показалось, что она увидела там тех животных, которые вышли к ней в лесу между мирами. Они все стояли на ступеньках и смотрели в её сторону. Моргнув, Деа приятно улыбнулась. Дело в том, что, на мгновение она снова увидела всю свою семью. Они приняли свой истинный облик, стоя на тех местах, где только что стояли животные. Их никто не видел, кроме неё. Седрик, Сириус, Опра, Гордон, Бэль, Катрин и Геллерт– все они стояли на ступенях у входа в замок и смотрели на неё. Так, как смотрят друзья и родственники на перроне вокзала, так смотрят в последний раз. Они уходили, но решили попрощаться. «Они обрели покой», — подумала Деа, когда они исчезли, словно растворившись в воздухе. Небо стало быстро темнеть, тучи сгущались над замком. Деамона вспомнила про обещание Смерти. — Гарри, — обратилась она к другу, стоящему рядом, — нужно уничтожить палочку. Это фразой она подвела итоги в их размышлениях. Каждый из них знал, сколько жизней отобрала эта палочка и сколько умерло из-за неё, сейчас они могли решить ход истории, прекратив погоню за её могуществом. — Согласен, — ответил Поттер, но Деа не дождалась его ответа. Все повернулись на хруст дерева. Деамона, взявшись за края палочки, резко ударила её об колено, после чего та хрустнула. — Сколько мощи… И такая хрупкость, — заметила Гермиона. Драко помог Деа понятия на ноги. — Вот и всё, — для завершения она бросила обломки вниз к обрушенному мосту, в этот момент из её кармана выпал воскрешающий камень. Его пропажу она заметила, когда отдавала Гарри сумку. Но это означало, что ещё один дар потерян, как и ещё один путь к несчастью. Они победили. Крестражи уничтожены, Волан де Морт мёртв, дары смерти найдены и в одночасье потеряны. Поттер не умер. Всё было прекрасно. Но почему-то никто больше не смел улыбнуться. — Пойдёмте в замок, — предложила Деа, когда ей на плечо упала первая капля дождя. Так и поступили, уже через пять минут начался ливень. Друзья зашли в главный зал, и Блэквуд почувствовал как её сердце снова так громко и тягостно стучит. Умерли десятки… Семья Уизли вновь не отходила от погибшего Джорджа. Рядом с которым лежали тела Римуса и Тонкс. «А ведь у них только родился ребеннок», — Деа услышала мысли Полумны стоящей рядом. Десятки умерших лежали в два ряда в большом зале. Старшекурсники заперли оставшихся пожирателей в зале для трансгрессии и тоже спустились вниз. В этом зале нельзя было колдовать. Не то что бы нельзя, а запрещено, там колдовать попусту не получалось. Капли стучали по серым окнам, где-то затекая внутрь по битому стеклу и разваленным стенам. Была закрыта только одна дверь– в зал трансгресси. Из пожирателей только Малфоем разрешили остаться внизу. Поэтому в главный зал заходил холодный майский прохладный ветер. — Listen(слушай), — негромко сказал кто-то у окна. — Слушай, — слово повторилось шёпотом с другой стороны. Воздух был пропитан дождем, пропитан слезами … — Слушай…– чуть громче прошептала Деамона. За ней повторили и друзья. —Listen, listen… (Слушай, слушай) Listen, listen… (Слушай, слушай) Listen… (Слушай…)– теперь этот шёпот раздавался из каждых уст, как в церковном хоре. — Listen to each drop of rain (listen) (Слушай каждую капельку дождя (слушай)) Whispering secrets in rain (listen), (Шепчущую свои секреты,) Franticly searching for someone to hear, (Отчаянно ищущую того, кто услышит,) That story be more than it hides (Что история больше, чем она прячет) Each droplet long gone. (В каждой уходящей капельке.) Can't we stay for a while? (Неужели мы не можем остаться?) It's just to hard to say «goodbye» (Просто очень сложно сказать «прощай») Listen to the rain (Слушай дождь). Listen, listen, listen to the rain (Слушай, слушай, как плачет) Weeping… (Дождь…) Listen (listen), listen (listen) (Слушай (слушай), слушай (слушай)) I stand alone in the storm (listen) (В шторм я стою одна (слушай)) Suddenly sweet I say no (listen) (И внезапно нежно говорю «нет».) Couldn't they stay (Неужели они не останутся,) For you haven't much time? (Раз у тебя осталось так мало времени?) Open your eyes to the love around you (Открой глаза окружающей любви) You can feel you're alone (Ты можешь чувствовать одиночество,) But I'm here still with you (Но я всё так же рядом с тобой.) You can do what you dream (Ты можешь делать всё, о чем мечтаешь,) Just remember to listen to the rain (Просто не забывай слушать дождь) Listen… (Слушай…) Люди пели, забывая на мгновение о своем горе. Понимая, что они не одни, что рядом ещё осталась опора. Рядом есть надежда, и всё смоет дождь, всю их печаль. Они подходили ближе к друг другу, давая понять, что помощь рядом. Друзья брались за руки, родственники садились рядом. Драко приобнял Деа за плечо. Каждый вытирал слёзы. Через полчаса, пока на улице продолжало темнеть от печального дождя, в открытые двери вошли мракоборцы Министерства. — В связи с новым командованием, — начал впереди стоящий, в нем некоторые гриффиндорцы узнали мистера Альберта Ранкорна. К счастью он не подал виду. Речь его была сложна и угловата, однако суть в том, что был свергнут предыдущий министр, сейчас во время Временного командования был отдан приказ об отлавливании Пожирателей Смерти. Откуда-то о смерти Волан де Морта им уже было известно. — Большинство на третьем этаже, мы можем провести, — предложил когтевранец. — Вот так всегда: власти прислали подмогу, когда вся работа уже сделана, — шепнула Джинни на ухо Гарри. — Так и этих, — мельком указал мистер Ранкорн на семью Малфоя и Блэквуд. Трое мракоборцев тут же подошли к ним, беря под локти. — Эй! — крикнул Невилл, видя этот беспредел. Гриффиндорцы сделали шаг вперед, чтобы защитить друзей, но им преградили путь. — И не говорите, что они не виновны. Это решит суд, — пригрозил мистер Ранкорн, уходя из зала. Слово «суд» уже вызывало отвращение у многих там присутствующих, но им пришлось молча наблюдать, как пожиратели выводят школы их друзей к вокзалу Хогвартса. Деа полностью промокла, пока дошла до поезда. — И куда нас везут? — спросила Деа, потирая скованный за спиной запястья. — По указу Временного Министра всех подозреваемых и причастных к деятельности Тёмного предводителя следует незамедлительно отправить в Азкабан. Поэтому каждый будет туда перемещен, только поезд покинет территорию Хогвартса, — ответил мракоборец. Деа переглянулась с Драко. — Далеко не так я себе представляла последнюю поездку в Хогвартс экспрессе. И увы, это было свершено. В этот день Азкабан пополнился десятками заключённых, каждому из которых отводилась отдельная камера. Суд должен был быть назначен через неделю. Но спустя семь дней не пришло даже повестки. Деа знала, что друзья её здесь не бросят. Надеялась на это. Но дни шли дальше, а изменений не было. Так она провела месяц в одиночной камере, пока охранник не отпер четыре двери. Место это было примерзкое. Тюрьма находилась посреди океана, каждый металлический прут покрылся слоем ржавчины. Рухнуть тюрьме не давали только заклинания. Но, несмотря на хрупкость, тюрьма оставалась неприступной. «Только двое смогли отсюда сбежать… Это Сириус и Крауч младший». — На выход, — скомандовал охранник четырем заключённым. Малфои и Блэквуд послушно сделали шаг вперёд. Их сопроводили на крышу тюрьмы, откуда переместили прямиком в Министерство. Где должно было пройти слушание по их делу. Деамона сразу заметила Гермиону с огромной папкой документов в дверях. Суд она отсидела молча, выслушивая все «за» и «против» от разных сторон. От себя она не добавила ни одного слова. Её историю все уже досконально знают, поэтому лучше ей было не встревать. Было проведено ещё два заседания, после чего с её рук, наконец, сняли кандалы и она смогла обнять друзей. Встречать их пришел почти весь Отряд Дамблдора, Уизли пригласили к себе в гости. Люциус и Нарцисса Малфой поспешили скорее удалиться из этого общества, пока ненароком не сказали лишнего. Все вышли на вечернюю улицу Лондона, только зажгли фонари. Друзья, радостно распевая песни, шли к мосту, за которым через пару улиц был спрятан Косой переулок. Они решили дойти туда пешком и, наконец, отпраздновать победу. — Ты идёшь? — спросил Драко у Деа. Она застыла у входа, смотря на один из фонарей. — Да, — она подошла ближе. — Всё нормально? — Теперь, да, — она мило улыбнулась и взяла его за руку.