Глава 54. Лиара Крофт
5 февраля 2022 г., 21:22
Обычным текстом говорит Большинство Блэклайта.
Курсивом общается Меньшинство Блэклайта.
Курсив и жирный текст — это рахни.
Жирный текст — мысли Торианина.
Зен, не шелохнувшись, задумчиво прислушивалась к каждому слову Блэклайта. Остальные члены коллегии тоже не смели перебивать выступление Сверхразума.
К сожалению Коллектива, квариане были категорически против того, чтобы разумный вирус ступил на борт флагмана Флотилии. Впрочем, Блэклайт понимал их опасения. Стороны решили ограничиться радиопереговорами. Как квариане к тому же выяснили, коммуникационные органы биоконструктов пока ещё не были способны передавать видеоинформацию. Недостаток системы, которую Блэклайт надеялся устранить позднее.
Хотя большинство квариан сошлось на том, что радиосвязи более чем достаточно для проведения плодотворных переговоров, невозможность лицезреть инопланетных собеседников напрягало Зен. Её взгляд постоянно отвлекался на что-нибудь, отчего ей было труднее сосредоточиться на речи Блэклайта.
Слушая представителей вирусной расы вполуха, Зен задумалась не оставила ли она у себя на лабораторном компьютере работающие программы. Учёная искренне надеялась, что она ничего не забыла, когда уходила из лаборатории. В последний раз из-за её оплошности её личный ВИ ассистент взорвался из-за критической ошибки в программе. Тогда Зен вместо умного дрона выдали живого, но не слишком сообразительного помощника.
Хотя Зен постоянно отвлекалась на посторонние мысли, она сумела уловить сообщение, что Блэклайт пытался донести до Коллегии. По их словам, у одного саларианского учёного капитально потекла крыша, и тот в творческом порыве создал в своей лаборатории злобного радиоактивного мутирующего монстра. Означенное чудовище, появившись на свет, тут же разрушило лабораторию, сожрало всех обитателей, а потом угнало удачно подвернувшийся крейсер. И теперь эта тварь вероятно ищет себе какую-нибудь планету, где она сможет отъесться вдосталь, после чего распространить самую смертельную заразу по всей галактике, о которой доселе никто не слыхивал. По крайней мере, именно так Зен запомнила слова Блэклайта.
Однако, учитывая всё, что учёная знала о возможностях гиперэволюционирующего вируса Блэклайта, её не особо впечатлил рассказ о новой радиоактивной напасти. Пусть даже Дети Салеона, по словам Сверхразума почти не уступали Блэклайту в способности манипулировании генокодом.
На всякий случай Зен подобралась, изображая активную внимательность, и уставилась на динамики. А то вдруг кто-нибудь заметит, что она думает о чём-то постороннем.
— Учитывая всё сказанное, мы бы порекомендовали вам воздержаться от активных действий и не преследовать тот крейсер.
— Даже если предположить, что всё сказанное вами — правда, то зачем этот саларианский доктор вообще создал этих существ? — спросил Хан.
«Скука, приправленная доброй щепоткой безумия», — про себя предположила Зен.
— Пока мы не совсем уверены, в чём заключались цели Салеона. Хотя, основываясь на имеющихся данных, мы можем предположить, что он заинтересовался темой бессмертия. Или доктор хотел создать свою версию Блэклайта, но подконтрольную ему.
«Он точно был сумасшедшим учёным», — мысленно отметила Зен.
— Хорошо, значит, основные вопросы мы разрешили, — подытожил Заал. — В таком случае, Флотилия не станет снаряжать команду в погоню за радиоактивным кораблём. Есть у кого возражения?
В ответ все промолчали. Видимо, подумала Зен, её коллеги адмиралы оказались достаточно благоразумными, чтобы не перечить бессмертной вирусной расе, способной пожирать любую органику.
— Благодарим вас за ваше понимание.
— Однако остался ещё один вопрос, — поднял голос Хан.
Адмирал Тяжёлого Флота поднялся со своего места и оглядел всех присутствовавших. Зен замерла в нервном ожидании. А вдруг вспыльчивый вояка, чей мозг слабо отличался от процессора военного робота, сейчас скажет что-нибудь крайне недальновидное прямо в лицо Блэклайту!
— Зная, что эти… Твари находятся где-то рядом… Мы же не можем просто бездействовать в данной ситуации. Я не говорю, что наши разведчики должны последовать за крейсером, но, если эти существа ускользнут, кто знает, какой ущерб они могут нанести сектору за это время. Пусть кварианским силам не совладать с этой опасностью, но Коллегия должна предпринять хоть какие-то меры против нового противника. Эта напасть не должна оставаться проблемой только лишь одной расы, пусть даже, если эта раса — вы, Блэклайт.
Ответ пришёл не сразу. После минуты молчания динамики снова захрипели статикой. Это был всё тот же голос, но его тон немного изменился.
— Вы хотите сказать, что для нас это непосильная задача?
Хан видимо не заметил скрытого подтекста в вопросе.
— Нет, я так не считаю. Но, всё же, если не считать регулярных поставок медигеля, Мигрирующая Флотилия практически не поддерживает отношений с Блэклайтом. Насколько мы слышали, ваша раса чуть было не уничтожила Цитадель. Многие спекулировали, почему вы вдруг ни с того, ни с сего потеряли контроль над своей биомассой. Пока мы не видим никаких гарантий того, что у вас достаточно сил справиться с буквально любой опасностью.
— Инцидент на Цитадели стал результатом непредвиденных нами обстоятельств. Мы удивлены, что Флотилия до сих пор не в курсе настоящих причин второй Одержимости. Недавно мы поделились кое-какими сведениями с информационными брокерами на Цитадели, поэтому мы полагали, что слухи уже дошли до вас.
— Мы не поддерживаем постоянных контактов с Цитаделью и тем более с торговцами информацией, — ответил Раэль. — Информация — это мощное оружие, верно, но буду честен с вами, кварианам редко когда удаётся обменяться действительно полезными сведениями с другими расами. Наши знания другие могут обратить против нас, в то же время мы не можем извлечь большой пользы от полученной информации о большой галактике. Ведь Флотилия нечасто бывает в пространстве Цитадели, и большую часть времени мы проводим на окраине.
— Мы понимаем, но всё равно удивлены вашей неосведомлённостью. Если вкратце, то мы столкнулись с новым и опасным противником, который, если его не остановить, истребит всю разумную жизнь в галактике. А Дети Салеона одним своим существованием вынуждают нас тратить время и силы на их поиски, когда мы могли бы заняться подготовкой к вторжению древней синтетической расы, которую мы называем Жнецами.
«Слишком уж напыщенное название», — фыркнула про себя Зен.
— И, тем не менее, опасения у нас остаются. Кем ни были эти «Жнецы», если они сумели спровоцировать в вас ещё одну Одержимость, нельзя точно сказать, на что способно творение Салеона, обладающее способностями вашего вируса, — сказал Хан.
— Мы… понимаем, что вы хотите сказать. Нам действительно нужна ваша помощь, хотя у нас достаточно собственных сил. И обращаемся мы к вам за поддержкой не по тем причинам, каким вы думаете.
— Вот и славно. Военная поддержка вам в любом случае не повредит, — ответил Хан.
— Зачем ты настаиваешь на участии во всём этом, Хан? — Заал тихо прошептал. — Мы же фактически не контактировали с этими… Детьми Салеона. Наши разведчики всего лишь засекли проходящий через систему едва плетущийся неопознанный крейсер. Мы вообще не обязаны вмешиваться в это дело.
— Мне надоело, что нашу расу постоянно воспринимают как сборище непутёвых кочевников, которые вечно что-то портят. Всего-то одна ошибка — и мы в одночасье стали изгоями всей галактики, — проворчал Хан.
— Думаем, вы можете сделать для нас кое-что. На данный момент наш доступ к большей части галактики ограничен. А вы могли бы временно стать нашими глазами и ушами в тех регионах, куда нам дорога закрыта.
— Вы имеете в виду квариан, находящихся в паломничестве?
— И их тоже. Кварианские паломники находятся во многих системах, они видят то, что нам недоступно. Вы оказали бы нам услугу, если бы передавали информацию о том, что происходит в остальной галактике. Пусть для вас это звучит как пустяк, но для нас это было бы неоценимой помощью.
— Что ж, звучит неплохо, для начала, — согласился адмирал Тяжёлого Флота.
«Во что же ты только что нас ввязал, Хан?» — встревоженно подумала Зен.
***
Моринт задумчиво стучала пальцем по подбородку, рассматривая десятки карт и схем, которая она собственноручно приклеила к стенду. Моринт и Самара уже успели побывать везде, а в некоторых местах даже дважды — чтобы убедиться, что они ничего не пропустили. Но ни одна из вылазок не увенчалась успехом. Нигде не было ничего, даже отдалённо похожего на древнее хранилище информации, оставшееся от протеан. И, тем не менее, Моринт полагала, что они с Самарой явно что-то пропустили в своих поисках. Она повернулась к матери. — Может, нам стоит наведаться в храм Атаме ещё раз? А? Просто, чтобы наверняка. Самара тяжко вздохнула. — Моринт, пора прекращать с этой дурацкой затеей. Нет никакого тайного хранилища знаний протеан. А если даже такой артефакт существует, его точно не найдёшь ни в одном из музеев. — Нет, оно существует, я это точно чувствую. Я тоже поначалу думала, что это бабкины сказки, но теперь… Даже не знаю, как объяснить… В общем, теперь я понимаю, что предположения Блэклайта верны. Заметь, азари всегда технологически развивались прыжками, неравномерно. И каждый, буквально каждый раз, когда какой-нибудь саларианин изобретал новую машину или придумывал новую научную теорию… Или, когда туриане создавали новую военную технологию — азари всегда выставляли свой собственный аналог, но только чуть лучше. У Республик явно есть какой-то важный секрет. Это не может быть просто совпадением. Посуди сама: кто-то придумывает новую технологию, наши учёные разбираются, как она работает, а чуть позже Республики объявляют о выходе нового, азарийского, причём допиленного аналога. С другими расами всё понятно, их прототипы всегда несовершенны, имеют изъяны, «баги»… Но не у нас. Когда дело доходит до азарийских прототипов, возникает впечатление, будто целая армия гениев-инженеров в ударные сроки обработала необкатанную новинку до безупречного состояния. Каждый раз, когда другой расе удаётся вырваться вперёд в технологической гонке, азари умудряются вернуть себе пальму первенства в течение всего лишь месяца или даже недели! — Тогда зачем держать хранилище именно в музее? — Просто догадка, — Моринт пожала плечами. — Музеи же специально созданы для того, чтобы держать старое барахло в первозданном состоянии. Тем более, если речь идёт о протеанских артефактах. И именно историки и археологи должны знать, как сохранить древние реликвии. Самара рассеянно глядела, как взбудораженная Моринт стала расхаживать по комнате. — Мы просто ищем не в том направлении, — убежденно произнесла её дочь. Самара терпеливо вздохнула. — Признаю, что твоя теория звучит довольно убедительно, но мы ведь азари. Мы всегда были одарённым народом, когда дело касается науки и искусств. Такова наша натура, и мы всегда были великой расой. — Ты слишком сильно веришь в исключительность азари. — Прошу прощения? — Самара удивленно воззрилась на Моринт. — То, что ты говоришь… По твоим словам, выходит, что азари по определению лучше любой другой расы. Ха, а как же может быть иначе? Да и ваш кодекс юстицаров всячески восславляет нашу расу. Дескать, у нас лучшая культура, наш народ сплошь состоит из гениев, и прочее, прочее… Ведь именно азари создали юстицаров и их Великий Кодекс. Нерушимый свод правил, который не менялся в течение тысячелетий. А правда состоит в том, что наш вид ничем не лучше других. Мы — всего лишь ничтожные органические пылинки в безграничном космосе. Мы не лишены недостатков, а будь мы действительно совершенными, то вели бы себя куда скромнее... И у нас не было бы ардат-якши. — В твоих устах это звучит довольно нигилистично. — Называй это как хочешь, но я знаю, что права. На Тессии существует… Нечто, что помогает азари быть первой расой в галактике. Это либо протеанские технологии… Либо что-то связанное со Жнецами. Самара устало посмотрела на дочь. — Хорошо, давай сходим ещё раз. Но, мне кажется, мы ищем немного не то, что нужно. Предположим, что нам нужен протеанский артефакт, а не технология Жнецов. — Может, и так, — согласилась Моринт. — Если это был артефакт Жнецов, то все, кто контактировал с ним оказались бы одурманены, разве не так? Мы… То есть Блэклайт знает, как распознать одурманенного Жнецами, а ничего подобного мы не заметили. — Твоя правда, ладно, — кивнула Моринт. — Значит, мы ищем не жнецовский артефакт. Стало быть, если искомое вообще существует, то оно должно было быть сделано протеанами, правильно? — Верно. — Что ж, в таком случае нам потребуется эксперт-археолог по протеанам. Лишним не будет. — У меня на примете нет ни одного специалиста по протеанам. По крайней мере такого, которому можно было доверить такую тайну. Моринт задумалась на пару минут, потом её лицо озарилось. — Мне нужно связаться кое с кем. — С кем? — С тем, у кого есть достаточно сведений, чтобы указать нам в нужном направлении. — И кто же это? — Блэклайт, конечно же.***
Каждый активированный ретранслятор находился под их пристальным наблюдением. Всякий проходивший звездолёт удалённо сканировался, вплоть до самых мелких деталей. Полученные записи затем подвергались самому тщательному анализу. В глубине галактического центра, за ретранслятором Омега-4, коллекционеры, оставшиеся под контролем Предвестника, заметили, как через несколько ретрансляторов прошло нечто необычное. Неизвестный корабль спешил, совершая прыжки почти без перерывов. Обнаруженный объект обладал при этом подозрительно высоким уровнем радиации. Коллекционеры приступили к поискам неведомого звездолёта.***
Моринт перечитала своё сообщение ещё раз, готовясь его опубликовать. Она рассчитывала, что, если её пост обнаружит кто-нибудь из союзников Блэклайта, Сверхразум тут же выйдет с Моринт на связь. Самара выглянула из-за плеча дочери. — Суккуб в треде, нужно перетереть кое о чём, — вслух прочитала юстицар. На пару мгновений она зависла. — Что такое «суккуб»? — Типа, эротический демон из человеческих мифов. Блэклайт сразу поймёт, что это. Дело в том, что слово «суккуб» ещё никогда не появлялось в экстранете, оно использовалось только среди людей, поэтому Блэклайт должен заметить этот пост. А потом мы найдем, как связаться друг с другом. И я попрошу у них помощи. — Ясно. Итак, ты хочешь, чтобы Блэклайт связался с тобой на каком-то случайном форуме в экстранете? Ты серьёзно? — Хоть у тебя есть блэклайтовские воспоминания, но в твоём сознании они пока ещё не укоренились, как у меня. Я помню, что Блэклайт уже успел завести себе кое каких союзников. Например, гетов. И я рассчитываю, что синтетики увидят мой пост и сообщат Коллективу. Самара машинально кивнула, и только через минуту до неё дошёл смысл слов дочери. — Блэклайт сотрудничает с гетами?! — Ага. Юстицар лишь моргнула и неодобрительно покачала головой. — Я даже не знаю, как реагировать на это. — Как бы то ни было, они на нашей стороне, и это хорошо. Геты — настоящие мастера в деле сбора разной информации, в том числе, и бесполезной. Кажется, одного из них зовут Легион. Это имя — отсылка к Библии, если что. Насколько я знаю гетов, это раса роботов, которая обожает постоянно узнавать что-нибудь новое. Эти синтетические ботаники обязательно должны были спросить у Блэклайта о происхождении имени «Легион». Скорее всего, Сверхразум рассказал им и про Библию, и про ангелов с демонами, и всё прочее. Наверняка, они теперь знают и про суккубов. Если геты сейчас присутствуют в экстранете, они не могут не наткнуться на чисто человеческий термин, и вот тогда Блэклайт поймёт, что я прошу помощи. После чего Коллектив даст нам контакты нужного нам эксперта по протеанам. — Звучит довольно рискованно. Даже если твоя затея вызвать Блэклайт через экстранет сработает, нет никаких гарантий, что у них есть на примете специалист по протеанам. — Верно, но в таком случае я смогу вернуться на Омегу с чистой совестью, пусть и с пустыми руками. На минуту обе замолчали. Самара глубоко задумалась о чём-то. — Скажи мне, Моринт, — спросила юстицар. — Теперь, когда ты столько знаешь о Жнецах, чем ты займёшься, когда вернёшься с Тессии? Будешь дальше помогать Блэклайту или сбежишь куда-нибудь на волю, пытаясь пережить будущую войну самостоятельно? Моринт искоса глянула на свою мать. Та пытливо смотрела ей в глаза. Моринт знала, что заданный вопрос был проверкой: действительно ли Моринт избавилась от своих садистских наклонностей? Ответь она на него неправильно, и Самара тогда решит прикончить свою дочь прямо здесь и сейчас. Моринт решила сказать правду. — Наверное, я останусь и буду помогать, чем смогу. Самара скептически скрестила руки на груди, внимательно рассматривая лицо дочери, пытаясь выявить хотя бы малейший признак лжи. Судя по всёму, она не лгала. Самара лишь молча кивнула. Моринт повернулась к экрану, перечитала сообщение в последний раз и нажала на кнопку «Опубликовать». — Теперь остаётся только ждать. — Я до сих пор не уверена, что это сработает. — Это же коллективный разум, — пожала плечами Моринт. — У них отлично получается заниматься многими вещами одновременно.***
Мы не можем больше заниматься столькими вещами одновременно! Аксоны и дендриты, соединявшиеся в синапсы и составлявшие огромную нервную сеть Блэклайта, вдруг разом вспыхнули. Сейчас Сверхразум испытывал нечто, что раньше происходило довольно редко, но с чем теперь сталкивался каждый день. Блэклайт переживал когнитивный диссонанс. Хотя для Коллектива это явление не было в новинку. В конце концов, Индивидуумы Большинства и Меньшинства появились именно благодаря когнитивному диссонансу, но в последнее время это стало происходить слишком часто. Море Разумов обуревали противоречащие друг другу мысли и идеи, однако диссонанс коснулся не только Блэклайта, но и его союзников, рахни и Торианина. Их же присутствие усугубляло приступы многократно. В этот раз очередная волна когнитивного диссонанса была вызвана обсуждением одной актуальной проблемы: Блэклайт потерял след Детей Салеона. Меньшинство Блэклайта правильно говорит. Вы слишком сильно распределили своё внимание между разными задачами. То, что вы упустили след Детей Салеона — живейшее тому подтверждение. Мы знаем, что делаем, и мы всё равно найдём их. Вы одновременно занимаетесь столькими проектами. Активно ведёте подготовку против вторжения Жнецов, обучаете ворча, реформируете общество батариан, а вот теперь ищете Детей Салеона. Ваши ресурсы памяти не бесконечны. Не поймите меня неправильно, вы более чем способны работать над столькими вещами одновременно и это далеко не предел для вас. Но, когда ваше внимание распределено между многими делами, ваша способность примечать мелочи заметно ухудшается. И тогда возникает вероятность упустить из виду что-нибудь важное. Ещё совсем недавно ты был отдельным разумом, Торианин. Ты пока ещё плохо себе представляешь самую суть Множества, и только начинаешь познавать её. Я всего лишь выражаю свои опасения. Признаю, я пока не очень хорошо разбираюсь, как функционирует Сверхразум, но в прошлом я не раз разделял внимание, выполняя сразу несколько задач одновременно. В таких случаях я постоянно упускал что-нибудь из виду. Мы таким образом уже умудрились проморгать возрождение «Исцеления». И только вторгнувшись на Вермайр, мы узнали, что они вернулись, и что у Жнецов вдобавок теперь есть в наличии целая армия кроганоподобных кибермонстров размером с Бегемотов. За подобными вещами нужно следить внимательнее, иначе может оказаться слишком поздно. Мы должны сосредоточиться. В противном случае, мы все можем погибнуть из-за какой-нибудь вовремя не замеченной опасности. Вторжение Жнецов не за горами, но на данный момент мы знаем слишком мало о Детях Салеона. На что они способны? Чего от них ожидать? Нам приходится перенаправлять ценные ресурсы с подготовки к будущей Жатве на поиски творения этого безумного саларианина. А если мы просто проигнорируем их, всецело сфокусируемся на Жнецах, то они затеряются, расплодятся и мутируют во что-то куда более опасное. У нас почти нет выбора. Нам нужно уничтожить этих тварей сейчас, пока они уязвимы, но что ты предлагаешь? Задействовать всю доступную биомассу и затеять массовую облаву на Детей Салеона? Я всего лишь хочу напомнить о том, что наши ментальные возможности не безграничны. Просто не забывайте об этом. Мы приняли во внимание твои опасения, но, тем не менее, мы будем работать по прежней схеме. Как пожелаете. Просто знайте, что я не одобряю ваше стремление охватить всё и сразу. И мы того же мнения. Принято.***
За те шесть фемтосекунд, в течение которых длился диалог между Блэклайтом, рахни и Торианином, геты были, как всегда, заняты поиском и анализом информации. Каждый день они выходили в экстранет, пытаясь отыскать какие-нибудь полезные сведения. В то же время геты, таким образом, утоляли жажду знаний, а экстранет служил отличным источником информации, позволяя синтетикам лучше понимать мыслительные процессы органических существ. Одновременно выполняя миллиарды поисковых процедур, геты обнаружили на одном сайте аномалию. Это было всего лишь одно слово, которое, однако никак не могло попасть в экстранет без вмешательства Блэклайта. Этот термин был «суккуб». Мифы о соблазняющих мужчин демонах женского пола существовали в культурах практически всей галактики. Однако данное слово было известно исключительно человечеству, и не знакомые с Блэклайтом органики никак не могли узнать его. А следовательно... Геты после двух фемтосекунд пришли к единым выводам. Выведя консенсус, синтетики решили оповестить Блэклайт об этом скрытом послании.***
Моринт стоило обновить страницу один раз, а в уведомлениях у неё уже появился ответ на пост. — Как быстро они отреагировали, — покачала головой Моринт и ехидно посмотрела на мать. — Кто там говорил, что моя затея не сработает? Самара критически исследовала всю тему. — Думаю, это не самая лучшая идея переписываться с помощью публичных сообщений. — Не волнуйся, мы просто отправим им письмо в личку, — беззаботно пожала плечами Моринт. С этими словами, она стала составлять ответ. — У меня тут загвоздка… Нужна помощь… Требуется консультация археолога по протеанской культуре… Так, всё, отправляю. — Не слишком ли расплывчато? — Это же коллективный разум, они наверняка поймут. Ну или, на крайний случай, уточнят у нас. Но, думаю, этого сообщения им будет достаточно. Моринт вздрогнула от звука ещё одного входящего сообщения. Самара, прочитав ответ, выпрямилась. — Видимо им требуются уточнения, — в голосе юстицара послышалась ирония. — Заткнись, — сконфуженная дочь бросила взгляд в сторону матери. — Ладно, пишу… Не могу найти артефакт, если вкратце, нужна помощь кого-нибудь, кто знает, где протеане могли прятать своё добро… Так, сообщение доставлено. Моринт, пытаясь сохранить достойную мину, скрестила руки на груди и принялась ждать.***
Специалист по протеанам? Любопытно. У нас мозги не резиновые, чтобы ещё заниматься и поисками каких-то кадров. Да это и незачем. У нас на примете уже есть один весьма одарённый археолог. Вышлем по почте нужные контакты и займёмся прежними делами. Ага, давно пора. А теперь — за Детьми Салеона. Их поимка является для нас первостепенной задачей на данный момент. Хотя бы в этом я с вами согласен.***
И в этот раз Моринт не пришлось ждать долго. Прошла минута, и пришло ещё сообщение, в котором содержались контакты некоего лица, которое, как догадалась Моринт, было либо независимым специалистом по протеанам, либо Индивидуумом Блэклайта. Прочтя карточку, Моринт поняла, что археолог, фамилия которой было Т’Сони, скорее всего была азари.***
Лиара с любопытством рассматривала руины, некогда воздвигнутые древней цивилизацией. Протеанская архитектура воистину поражала воображение. Во всяком случае, так считала сама Лиара. Простояв так несколько минут, юный археолог очнулась и принялась исследовать новую часть руин, которую открыли совсем недавно. — Думаю, когда-то это была протеанская лаборатория, или что-то вроде того, — произнёс очевидное её коллега саларианин. Лугин, вспомнила Лиара его имя. Азари он показался довольно неплохим кадром, однако к величайшему сожалению, он обладал одним крупным недостатком. Как учёный, Лугин был умён, но для саларианина его интеллект был чуть выше посредственного. То был очевидный факт, который не был секретом ни для Лиары, ни для него самого. Лиара никак не ответила, и приступила к осмотру места раскопок. От редких высокотехнологичных протеанских устройств остались одни обломки, однако функция каждого из них становилась понятной почти сразу. Картину портило лишь то, что на место археологических раскопок неведомым образом — к величайшему раздражению всех работавших здесь учёных — пробралась целая дюжина ненавистных мелких фиолетовых вредителей. — Пыжаки… Ну почему именно пыжаки?! — процедила сквозь зубы азари. Лиара сосредоточилась, её кожа вспыхнула голубым биотическим пламенем, и она выбросила руку вперёд. Биотический хлыст разом смёл сразу несколько пыжаков, беспечно сидевших ближе всех к Лиаре. Остальные обезьяноподобные вредители, увидев, что произошло с их сородичами, поспешили убраться подобру-поздорову. Как только след пыжаков простыл, Лиара сделала вдох, натянула шляпу поплотнее и двинулась вперёд. Тут она услышала позади тихий смех. Юный археолог совсем забыла об их новом помощнике, которого прислал Блэклайт. — И над чем это ты, интересно, смеёшься? — спросила она Конрада Вернера, поправив шляпу. — Да ничего, просто шутка для тех, кто в теме, — ответил тот, сдерживая улыбку. Лиара с подозрением оглядела сверхмутанта, задумчиво кивнула и направилась вглубь руин, ведя за собой остальную команду. Через несколько минут Т’Сони вдруг подняла руку, чтобы все остановились. Археолог внимательно оглядела помещение перед нею. В этом месте что-то было явно не так. — Тут что-то неладное, я это чувствую, — прошептала она. Лиара оглянулась в сторону блэклайтовца и окликнула его. — Конрад, можешь подойти сюда на минуточку? — Лиара при этом коварно улыбалась, задумав что-то. Конрад, подозревая что-то, всё же подчинился приказу. На фоне остальных археологов он ярко выделялся своим по-детски беззаботным видом. И даже сейчас, вся его сущность выражала добродушие и открытость. — Да, мисс Т‘Сони, чем я могу помочь? Лиара сделала осторожный шаг назад, после чего указала куда-то вглубь помещения. — Мне нужно, чтобы ты сделал приблизительно три шага в ту сторону. От сверхмутанта не ускользнул чрезмерно приторный, и оттого фальшивый, тон в голосе азари. Своими сверхчувствительными глазами блэклайтовец осмотрел указанное Лиарой место. Миллиарды разумов одновременно наблюдали за происходившим. После секунды раздумий Конрад принял решение. Для любого блэклайтовца жизнь представляла собой не что иное, как интересное приключение. Тем более речь шла о бессмертных существах, чья продолжительность жизни измерялась числами, многократно превышающими текущий возраст Вселенной. Индивидуумам бояться за своё будущее было совершенно бессмысленно. Была не была, наконец решил Конрад. И, к тому же, Т’Сони была профессионалом своего дела, и ей можно было довериться. Не станет же она в самом деле подвергать своих подчинённых излишнему риску? Да и, вообще, что плохого может случиться здесь, в конце концов? И Конрад пошёл, с готовностью и восторженностью преданной своему хозяину собаки, в очередной раз подтверждая гипотезу Блэклайта о животном происхождении сознания Вернера. Конрад отсчитал ровно три шага и остановился. — Вот тут? Лиара задумчиво подперевшая рукой подбородок, кивнула. — Так, а теперь немного левее. В смысле, левее с моей стороны. — Без проблем, мэм. Лиара одобрительно улыбнулась сверхмутанту, и тут же дотронулась до протеанской консоли на стене, которая каким-то чудом функционировала до сих пор. Как только азари нажала на кнопку, Конрада Вернера охватило едва светящееся энергетическое поле. Сверхмутант взмыл в воздух на метр, а поле надёжно зафиксировало его на месте. Лиара, наблюдавшая за работой ловушки, удовлетворительно кивнула. — Ага… Как я и думала. Это барьерный занавес. Должна признать, протеане умели строить на века. — Э-э-э… Кто-нибудь может вызволить меня отсюда? Мне не нравится висеть внутри этого пузыря. Я не могу пошевелиться. Я даже разомнуться не могу почему-то, — смущённо пожаловался Конрад, с любопытством разглядывая энергетический кокон. — Мы тебя вызволим, Конрад… Но потом. Насколько я помню, блэклайтовцы могут обходиться без пищи очень долго, если не тратят энергию на движение. Пусть это будет тебе это уроком, Конрад, мне не нравится, когда надо мной насмехаются. — Хорошо, мэм. Лиара, удостоверившись, что сверхмутант ничего не предпринимает, обратилась к остальным членам экспедиции. — Представление закончилось, а теперь, все приступаем к работе. Тут все будто очнулись и бросились к своим рабочим местам. Лиара надвинула шляпу поглубже, сделала глубокий вдох и обратилась к Конраду вновь. — И ещё. Не называй меня «мэм». Я доктор. Конрад покорно кивнул. И именно в этот момент Вернер получил от остального Коллектива большой пакет информации. — Э-м-м… Мисс Т’Сони. Мне очень неловко вас беспокоить, но вам сейчас кое-кто сделает звонок. — Кое-кто что? — переспросила археолог, и её омни-инструмент тут же ожил, оповещая о вызове. Азари глянула на экран, а затем удивлённо воззрилась на сверхмутанта. — Как?.. Ладно, не важно, — не теряя времени, Лиара нажала на кнопку «Принять». Перед ней на голографическом экране возникли две фигуры. Помехи через секунду исчезли, и на Лиару теперь смотрела пара азари. Т‘Сони пришла в замешательство, и она с подозрением оглянулась в сторону Конрада. — Оставайся на месте, — приказала она сверхмутанту. — Не думаю, что я мог бы уйти куда-нибудь, даже если бы захотел, — попытался пожать плечами тот. Но Лиара уже не обращала на него никакого внимания, уставившись в экран. — Говорит доктор Т‘Сони, и, надеюсь, у вас есть веские причины, по которым вы отвлекаете меня от важных дел.
