Глава 56. Лиара Т’Сони и сговор в ресторане
15 августа 2022 г., 21:25
Наконец, шипы надёжно обездвижили трепыхающуюся жертву. Кошмарные механизмы Жнецов, предназначенные для трансформации органиков в кибернетических существ, приступили к работе. На поверхности шипов открылось множество микроскопических щелей. Зубы дракона начали производить наниты. Фабрикаторы шипов работали быстро и бесперебойно, и уже меньше чем за минуту количество наномашин стало исчисляться триллионами. Наниты мгновенно распространились внутри организма, используя для транспортировки то, что заменяло Детищу Салеона кровеносную систему. Организм псевдорастения едва напоминал собой живое биологическое существо. Сама природа Детей Салеона будто бросала вызов всем законам биологии. Но, несмотря ни на что, растительные мутанты оставались существами из плоти, а потому их можно было превратить в хасков.
Из-за испытываемой боли, что причиняли шипы, мутант выделил большое количество адреналина, но это никак не помогло ему вырваться из ловушки. Наоборот, благодаря молекулам адреналина, наниты стали продвигаться вглубь организма ещё быстрее. Наномашины обратили это преимущество в свою пользу. Некоторые из них, собрав строительного материала, вернулись к фабрикаторам, что позволило Зубам Дракона воспроизвести ещё больше нанитов. Остальные же остались внутри, приступив к постройке различных механических устройств в самых разных частях организма жертвы. Процесс превращения органика в хаска начался.
Вместе с кровотоком, наниты в кратчайшие сроки добрались до сердечно-сосудистой и нервной систем организма. Микроскопические машины, не теряя времени, принялись разбирать ставшие бесполезными органические ткани. На их место тут же устанавливались синтетические части, состоявшие из колоний нанитов, способных к сверхбыстрому восстановлению.
Наниты стремительно соединялись друг с другом, формируя прочные синтетические ткани. Одновременно наномашины начали оплетать внутренние органы Творения Салеона тончайшими нитями, диаметром всего лишь с микрон. Эти нити обвились вокруг каждого органа и начали вытягивать электрохимическую энергию со всего организма. Собранная энергия затем использовалась в процессе превращения жертвы в хаска.
Из-за высокого радиационного фона внутри организма программное обеспечение многих нанитов начало сбоить, и они не смогли выполнять свои функции дальше. Но даже оставшихся наномашин оказалось более чем достаточно, чтобы продолжить процесс хаскизации. Уцелевшие наниты оперативно собрали ставших неисправными собратьев и вернули их к фабрикаторам. Жнецы успешно переработали сбоившие единицы в новые, нормально функционирующие наниты.
Жнецы с интересом отметили, что внутренние органы жертвы всё это время не прекращали дёргаться, будто пытаясь спастись бегством. Будто они обладали собственным, отдельным, разумом, и чувствовали, что их ожидает участь хуже смерти. Однако все эти трепыхания были абсолютно бесполезны, и наниты неумолимо продолжали обрабатывать плоть, превращая её в бездушную машину.
Как только нервная система перешла под контроль Жнецов, сознание мутанта тут же заполонили мириады ужасных видений. Творение Салеона за доли секунды познало все те эмоции, что испытывало всё то неисчислимое количество существ, которых некогда переработали в Жнецов. Оно познало те неописуемые боль и ужас пленников древних машин, прежде чем они погрузились в вечный кошмар синтетического единства. Творение Салеона узнало, каково это — быть Жнецом.
От испытываемых эмоций мутант выбросил в кровь ещё больше адреналина. Это только лишь ускорило процесс трансформации. На глазах невидимый кукловод перекраивал плоть жертвы в синтетические ткани. Жертва медленно превращалась в ещё более уродливое, неживое подобие самой себя.
Произведя вычисления, машины поразили электрическим током слабые точки в нервной системе жертвы. От шока Творение Салеона полностью парализовало. Оно было настолько неподвижным, что со стороны могло показаться, что жертва погибла. Однако существо оставалось по-прежнему в сознании, будучи запертым в собственном теле. Все эти минуты мутант в отчаянии ожидал своего конца, чувствуя, как всё больше и больше нанитов вторгалось в его мозговые и нервные системы. Сопротивляться этой медленной казни Творение Салеона больше не могло. Его сознание продолжали захлёстывать чужие воспоминания, в которых триллионы жертв Жнецов визжали от животного ужаса и невыносимой боли. Мутант будто видел всё это наяву, как древние машины из тёмного космоса пожинали беспомощных разумных, подвергали их переработке, а затем сковывали их сознания воедино в чудовищном подобии жизни, тем самым, создавая нового Жнеца.
Зуб дракона, надёжно пригвоздивший аберрацию на месте, всё это время, не прекращал напевать жертве мелодию Одурманивания. Каждое слово машины подтачивало у мутанта волю к жизни, и с каждой секундой страшная мелодия убивала сознание Творения Салеона по капле. Музыка Жнецов подавляла любое сопротивление и беспрестанно внушала лишь одну мысль: «ПОДЧИНИСЬ». Против своего желания аберрация, и телом, и разумом, становилась безвольной марионеткой древних машин.
К этому времени остальные тела Творения Салеона давно перестали оказывать сопротивление. Это позволило коллекционерам безопасно высадиться на некогда принадлежавший «Затмению» крейсер. Бывшие протеане безучастно наблюдали, как Дети Салеона беспомощно извивались в муках, одолеваемые кошмарами. Затем коллекционеры приступили к деятельности, ради которой они были созданы. Дроны начали упорядоченно паковать беспомощных жертв в контейнеры.
***
Ступившая на твердую землю космопорта, Лиара огляделась. Она наконец-то оказалась на родной планете, месте, который она когда-то называла домом. Разглядывая до боли знакомые небо, дома, прохожих, она почувствовала, как на неё накатил приступ ностальгии. Беззаботно засунув руки в карманы, она вышла на улицу, где в бесконечной суете сновали сотни пешеходов. Лиара не видела городов Тессии вот уже несколько десятков лет. Большую часть своей взрослой жизни она провела на других планетах, древних гробницах и храмах давно ушедших цивилизаций. Юная азари практически всё своё время проводила в раскопках, разыскивая ценные артефакты, которые могли многое поведать археологам о давно исчезнувших расах. Лиара слишком много времени провела вдали от цивилизации. А потому оказаться посреди перенаселённого мегаполиса было для неё крайне непривычно. Хоть юная азари и родилась здесь, теперь Лиара не могла назвать это место своим домом. Несмотря на это, кое-что её сумело развеселить, напомнив о детских воспоминаниях. Как стайка юных дев прошла мимо, дружно хихикая, обсуждая что-то. Как матроны со своими детьми неспешно прогуливались по паркам. Как матриархи что-то живо обсуждали со своими коллегами. Лиара, видя всё это, вспомнила, как в самом раннем детстве она играла в песочницах, в своём воображении раскапывая сокровища древних. А рядом всегда сидела её мать, никогда не спускавшая глаз со своего ребёнка. Но, всё равно, находиться под таким ярким солнцем Лиаре было непривычно. Как заядлый археолог, она всё свое время проводила в пещерах и катакомбах, где и искусственного света бывало мало, не говоря уже о солнечном. Она ещё сильнее натянула шляпу на глаза, при этом старательно игнорируя косые взгляды со стороны прохожих. И немудрено, ведь мало какой азарийский дизайнер смог бы додуматься до столь причудливого головного убора. Не тратя более времени, Лиара бодрым шагом направилась к назначенному месту встречи. К гостинице. Не сказать, что оговорённое место казалось примечательным, да и сама идея встречаться в гостинице была избитой. Но всё же, это было лучше, чем если бы встреча была назначена в ресторане. В таком случае, Лиаре пришлось бы подбирать себе какой-нибудь приличный наряд. Очнувшись от тяжёлых дум, Лиара продолжила свой путь пешком. Вскоре перед ней предстало здание одного из самых вычурных отелей, которое она когда-либо видела. Здание, построенное из мрамороподобного материала, отличалось обилием изогнутых элементов. То тут, то там, сверкали всеми цветами радуги непрозрачные окна. Их мозаичные стёкла при этом были отполированы до безупречного блеска. Весь отель своим цветастым видом навевал какие-то сказочные ощущения. Любой мог бы понять, что ночь в номере этой гостиницы может влететь в копеечку. Излишество — твоё второе имя, Моринт, усмехнулась Лиара. — Надеюсь, это того стоит, — пробормотала она и вошла через главный вход.***
Мордин стоял посреди кустарной лаборатории, которую он наскоро соорудил с помощью блэклайтовцев. Лаборатория не была предназначена для проведения сколько-нибудь серьёзных экспериментов. Однако имевшегося оборудования было достаточно, чтобы подробнее изучить биологию Блэклайта. А большего профессору не требовалось — всё равно ему скоро придётся отбыть с Омеги. Блэклайтовцы уже рассказали Мордину о смерти Салеона. Если быть точнее, безумного учёного постигла участь хуже смерти: он был поглощён новой, неведомой сущностью, которая одновременно была похожа на Блэклайт, но в то же время разительно отличалась от пост-человечества. А посему, о плане по проникновению на «Горат» с помощью Салеона можно было забыть навсегда. Появление ещё одного биологического Сверхразума оказалось мрачной вестью для Блэклайта и его союзников. Куда более тревожным было то, что Блэклайт не сумел выяснить, куда ускользнули выжившие Дети Салеона. Основная часть их биомассы, усилиями Сверхразума, сгорела в звёздном огне. Но кое-кто из них выжил и успешно угнал чудом сохранившийся звездолёт, ранее принадлежавший «Затмению». Мордин в это время изучал собственные записи. Краем глаза профессор заметил, как из покрытой биомассой стены выросла знакомая фигура. В этот раз друг Мордина появился в мужском облике. — Шепард, — приветственно кивнул саларианин. — Здорово, Мордин! — Изучаю свои старые наблюдения за блэклайтовскими тканями и сравниваю, что изменилось с тех пор, — профессор при этом помахал планшетом. — Уже заметил несколько важных нововведений. Сейчас анализирую новые белковые соединения… Впрочем, это неважно. Я слышал, что вариант с поимкой Салеона отметается. Я много думал, как ещё можно попасть на станцию «Горат». Пока никаких идей нет. — Знаешь, Джобол ведь приходится тебе дядей. Был ли он когда-либо замечен в кумовстве? — Я бы не сказал. Друзьям и родственникам он поблажек не делает. Для Джобола важно лишь, насколько эффективно его подчинённые достигают поставленных задач. Он приблизил меня к себе отнюдь не из-за родственных связей. Я действительно лучший профессионал в своей области. — Ладно, Мордин, хорош зазнаваться, — засмеялся Шепард. — Это не хвастовство. Просто озвучиваю факт. Шепард кивнул в согласии и скрестил руки на груди. — Что ж, мы постараемся помочь тебе, чем сможем. Сейчас мы собираем любые сведения, касающиеся детища Салеона. Возможно, эта информация поможет тебе получить пропуск к тайному проекту Джобола. — Я тоже подумывал об этом варианте. Вероятно, теперь он единственно возможный. Но тогда мне придётся признаться им в том, что я подсадил шпионящую программу в омни-инструмент Салеона. В этом случае Джобол догадается, что я следил за проектом «Горат». По крайней мере, за станциями, тесно работавшими с Салеоном. — То есть, это не очень хорошая идея, так? Мордин огорчённо покачал головой. — Джобол и так параноидален донельзя. С него станется организовать моё убийство. — Ясно… А твой дядя — негодяй, каких ещё поискать, знаешь? — Я знаю о характере своего дяди куда больше других, — пожал плечами Мордин. — Но иных вариантов у нас сейчас нет. Я готов рискнуть. — Если меры безопасности действительно настолько хороши, как ты их описал… То достать хоть сколько-нибудь стоящую информацию будет крайне затруднительно. Хуже того, если дело вдруг пойдёт наперекосяк, мы не сможем вытащить тебя оттуда. Внутри тебе придётся действовать совершенно самостоятельно. — У меня есть пара козырей в рукаве, — таинственно произнёс саларианин и ещё раз пробежался глазами по записям. — И, вообще, это должен быть я. — Дай-ка догадаюсь, потому что другие лишь всё испортят? Мордин лишь хитро улыбнулся.***
Лиара заняла кресло напротив Моринт. Та в это время увлечённо поглощала блюдо, которое Лиара опознала как самое дорогое из имевшегося в меню. Конечно, в итоге оказалось, что вся троица пойдёт в ресторан. Причём Моринт выбрала настолько помпезное заведение, что Лиаре постоянно было не по себе. Юный археолог была одета по-простому, и этим резко выделялась на фоне богато выглядящих посетителей. Юстицар же была одета в тот же костюм, в котором Лиара увидела её в первый раз, по видеозвонку. А Моринт, с другой стороны… Та сегодня щеголяла в дорогом платье, изысканностью не уступавшем нарядам остальных клиентов ресторана. Да и поведением Моринт не отставала от окружавших её богачей. Весь её вид излучал такое спокойствие и уверенность, отчего становилось ясно: эта азари умеет и любит жить на широкую ногу. Моринт глянула в сторону Лиары, одобрительно улыбнулась и, закончив приём пищи, отодвинула блюдо в сторону. — Ну, что, достаточно шаблонно? — ухмыльнулась она, обведя рукой всё помещение. Лиара в ответ промолчала. — Давайте приступим к делу, — начала Моринт. — Я уже вкратце изложила все известные мне теории, больше к этому добавить уже не могу. И теперь нам нужна твоя помощь в поисках маяка. — Это если он существует, — заметила археолог. — Да, если он существует, — беззаботно поддакнула Моринт. Лиара бросила взгляд на Самару, скрестила руки на груди и откинулась в кресле. — Протеане обычно не старались прятать свои маяки, — начала она. — По крайней мере, в истории археологии тайных маяков ещё не встречали. Обычно эти устройства встречаются в руинах, отдалённо напоминающих храмы. Но сказать точно, для чего протеане строили здания с маяками, теперь нельзя. Слишком много времени прошло с их исчезновения. Теперь, непосредственно к вашему вопросу. Нередко бывали случаи, когда маяки обнаруживались внутри уцелевших протеанских скульптур. Но все из них оказались нерабочими. Археологи предполагают, что эти маяки содержали в себе информацию о скульпторах, но это лишь гипотеза. Ничего конкретного, кроме факта, что иногда протеанские маяки можно найти внутри культурных памятников. Именно они больше всего подходят под определение скрытых протеанских хранилищ. — Может ли оказаться так, что одна из статуй Атаме может содержать внутри себя такой маяк? Притом исправно работающий? — Только если принять в качестве теории, что протеане контактировали с азари пятьдесят тысяч лет тому назад. У нас тогда едва возникла цивилизация. А в эту гипотезу мне слабо верится. — Ясно, — сухо пробормотала Моринт и принялась доедать второе блюдо. — Можно ли хоть как-то сузить круг наших поисков? — вмешалась Самара. — Опять же, если предположить, что ваши теории верны, вам нужно будет искать маяк среди самых древних памятников и скульптур. То есть, требуется тот исторический раздел, когда протеанская цивилизация, предположительно, ещё существовала. Я бы сказала, что наилучшим вариантом будет музей Атаме, это самое крупное хранилище артефактов из нужной нам эры. Самара лишь удовлетворительно кивнула. — Да ходили мы уже туда, — отмахнулась Моринт, отвлечённо глядя в тарелку. Тут она осеклась. — Только вот сами статуи мы изучили не так внимательно. Видимо, нам пора проникнуть туда тайно ещё раз. Последнее предложение она произнесла нехорошим заговорщическим тоном. Лиара удивлённо приподняла бровь. — Вы незаконно залезли в музей Атаме? — Вламываться на закрытую территорию мне не впервой, — усмехнулась Моринт так, будто речь шла о чём-то обыденном. — Поверь мне, в списке плохих детей у Деда Мороза я точно на первом месте. —…Дед Мороз? Кто это? — Персонаж из человеческого фольклора, ещё до появления Блэклайта. Каждую зиму он разъезжал по всему миру, даря хорошим мальчикам и девочкам подарки. А плохие дети получали от него только уголь. — История вида, существовавшего до Блэклайта, очень слабоизучена, — нахмурилась Лиара. — М-м-м, не совсем так. Например, в «Героях Галактики» недавно выпустили новое DLC. Туда добавили новых мобов, моделек и персонажей из мифологии разных земных культур. Кстати, саму Землю тоже добавили в качестве посещаемой локации. Нового контента немерено: божества, духи, монстры, демоны — всё из человеческой мифологии. Видала трейлер к последнему патчу? Как изобразили короля Артура — это просто отвал башки. — Вообще, я не играю в видеоигры. — А зря, я, например, уже прокачала своего турианского Кабала до 95-го уровня! — Какое отношение всё это имеет к нашему делу? — раздражённо бросила Самара. — Никакое, я просто хвастаюсь. — Значит, так… — продолжила Лиара. — Я помогу вам, чем смогу. Но если в итоге мы так ничего и не найдём, я тут же покидаю планету. После того, как основательно начищу вам морды. — Само собой, разумеется, — одобрительно улыбнулась Моринт, которая к этому времени всё доела. — Нам уже приходилось вламываться в музей. Так что, мы тебя проинструктируем, как не поднять тревогу, когда пойдём на дело. — А с чего вы решили, что я стану вместе с вами проникать на охраняемую территорию? Тем более, чтобы украсть ценную историческую реликвию? — Хм, дай-ка подумать… Ну, например, потому что, не улетать же тебе отсюда с пустыми руками, даже ничего толком не проверив? К тому же, разве тебе не хочется узнать, правдива ли наша теория заговора? Ты же ведь всю жизнь изучала протеан, это будет отличным шансом узнать о твоей любимой цивилизации побольше! Будь я на твоём месте, даже одной из этих причин было бы достаточно, чтобы пойти с нами «на дело». И вообще, без опытного археолога в музее мы можем упустить что-нибудь важное. —…Ваша правда, — сдалась Лиара после минутного раздумья. Лицо Моринт растянулось в довольной улыбке, и она хлопнула в ладоши, ознаменовывая окончание переговоров. — Итак, мы достигли консенсуса. Для начала, мы пойдём туда днём, в качестве простых посетителей. Там ты всё хорошенько осмотришь и изучишь. А потом, во второй раз, мы проникнем в музей нашим «обычным» способом, через аварийный выход на первом этаже. Я сделаю так, чтобы сигнализация не сработала. Мама останется на крыше и будет на стрёме, — Моринт оглядела своих сообщниц. — Я буду настороже, — Самара успокоила остальных уверенным кивком. — Ну, и ладно. Тогда чего же мы ждём? Идем в музей, покупаем билеты и на месте уже скорректируем план, — решилась Лиара. Улыбка Моринт дотянулась до ушей, и Лиара заметила, как в глазах ардат-якши заплясали нехорошие огоньки. — Мне кажется, мы вскоре отлично поладим. Самара в ответ лишь устало вздохнула.***
Шиск с гордостью глядел на новейшую постройку, сооруженную его сородичами. Посреди плотных зарослей лиан выглядывали здания космопорта. Весь космопорт, в целом, выглядел довольно неказисто. Ворча фактически собрали его из металлолома, да и строителей нельзя было назвать первоклассными инженерами. Хоть первый блин и вышел комом, всё же, это был настоящий космопорт, который мог худо-бедно выполнять свои функции. В ангарах уже стояло несколько челноков, которые ворча отбили в результате рейдов на «Кровавую Стаю». На данный момент у племени Шиска в распоряжении был небольшой флот численностью в пятнадцать фрегатов. Некоторые из них были оснащены кое-каким оружием, а иные несли на себе наземную бронетехнику. Хоть нынешний космопарк ворча не был внушительным, но Шиска это ничуть не огорчало. Самым важным было то, что ворча, впервые в своей истории, обладали собственным космическим флотом. — Ты многого достиг за всё это время, Шиск, — сказала Чаквас. — Тока малые карабли, — задумчиво фыркнул вождь. — Нибальшие. Нет крейсиров, нет дредов. — Верно, но ведь у вас пока есть только пиратские корабли. К тому же, каждый когда-то начинал с малого. — Ворча пака хватает. Шиск спрыгнул с ветки и подошёл к ангарам, чтобы рассмотреть корабли вблизи. Каждый из них был спроектирован так, чтобы нанести противнику в бою как можно больше урона, в ущерб защите. Бронёй эти челноки практически не обладали. Однако в то же время, генераторы могли поддерживать неплохие для такого класса барьеры. Сейчас с кораблями возилась команда инженеров-ворча. Пусть инженеры ворча проигрывали специалистам других рас, их навыков было достаточно, чтобы поддерживать звездолёты в боеспособном состоянии. Самым главным было то, что они знали, как управлять различными системами звездолётов. Хоть и не блестяще. Рядом с инженерами околачивались и другие члены племени, некоторые из которых закрашивали символы «Кровавой стаи». Поверх них рабочие наносили различные знаки племён ворча. Шиск щёлкнул зубами, и его взгляд сместился от ангаров к небу. Он помнил, как корабли «цивилизованных» рас обычно швартовались. В большинстве случаев, пилоты предпочитали останавливаться у орбитальных доков, а на планетах садились только если у них не было иного выбора. Шиск понимал, почему. Куда предпочтительнее держать флот наготове уже на орбите. Тем более, что Хешток была крайне негостеприимной планетой. Её атмосфера оказывала пагубное воздействие на металлы, что сильно затрудняло хранение и ремонт кораблей. — Чаквас, каг думаишь, паможет ли Блэклайт ворча с адним моим праектом? — Возможно. Что у тебя на уме? — Шиску нада, штобы у ворча был флот пабольше. Нужны крейсиры, дреды. Но ворча ни смогут сажать бальшие карабли на нашей планете-стерве. Ворча нужын свой касмапорт на арбите. — Думаем, что мы сможем помочь вам в этом предприятии, Шиск.
