Когда солнце и луна встретятся

Люди — существа, которые завышают свои требования во всех сферах жизни. Этим мы сами себе усложняем существование. Мы ожидаем увидеть одно, но в итоге получается совсем другое. Что же рассчитывает увидеть общественность, когда речь заходит о дочери Тони Старка? Скорее всего избалованную девицу, в голове которой только алкоголь и вечеринки. Деньги, статус, всё есть, даже напрягаться не нужно, просто трать папины деньги и наслаждайся жизнью. Именно такой образ ожидали от меня увидеть, но с реальностью он не имел ничего общего, я, конечно, любила отдохнуть и повеселиться, однако не настолько. Я бы могла сказать, что целеустремлённая, ответственная, веду себя по-взрослому, однако нет, такого сказать я не могу. После появления в моей жизни магии я утратила все свои прежние черты характера, остались только импульсивность и эмоциональность, вместе с разрушительной силой это было не лучшей комбинацией. Хотя ответственность проявлялась в отдельных случаях, по крайней мере, я не опаздываю на конференцию с десятками журналистами, как это делает сейчас Тони. Чувство ответственности я взяла явно не от него. — Не переживай, всё будет хорошо, — Пеппер видела, что меня откровенно трусит из-за нервов. В конце концов, не каждый день говоришь всему миру, что ты дочь одного из самых влиятельных бизнесменов, а ещё и Мстителя впридачу. — Легко сказать, — я попыталась составить что-то наподобие улыбки, скорее всего получилось отвратительно. — Мы уже не можем изменить того, что произошло, — Пеппер легонько взяла меня за плечи, — Понимаю, это сложно принять, но ты должна выдержать это. Каждый из нас рождается не просто так, с самого рождения у нас есть предназначение, а твоё именно такое. От самой себя не убежишь. — Хватит терять время, мы вообще-то опаздываем! — Тони буквально пронёсся мимо нас в сторону конференц-зала. Поттс лишь закатила глаза, и мы пошли за папой. С каждым шагом в сторону зала воздуха в лёгких становилось всё меньше, я даже не думала, что буду так переживать. Организм действительно становится менее выносливым в эмоциональном плане. Возле входа я думала, что и вовсе потеряю сознание, но мне на это времени просто не оставили. Пришлось заходить следом за Тони. Журналисты моментально оживились с нашим появлением, увидев ещё и меня, они практически сорвались с цепи, но всё же сохранили своё поведение в рамках разумного. Мы вдвоём заняли свои места. Вести себя нужно было уверенно и непоколебимо, любое проявление неправильных эмоций станет наживкой для жёлтой прессы. Ровная спина, спокойное выражение лица, уверенный голос — это уже половина дела. Не моя игра, но я вожу. Видно было, что журналисты жаждали сенсации, они её и получили. Тони кинул несколько шуток, чтобы разрядить атмосферу перед тем самым вопросом. Кажется, мы раз пятнадцать отработали то, как это будет проходить, но руки всё равно слегка трусились. Пару десятков журналистов буквально уставились на нас, готовясь к самым главным вопросам. — Мистер Старк, почему до недавнего времени никому не было известно о существовании у вас дочери? — Задала вопрос низкая, светловолосая журналистка. Все резко замолчали. — Мою жизнь нельзя назвать подходящей для того, чтобы растить маленького ребёнка, Роксану воспитывала её мама подальше от скандалов и интриг. Сами видите, во что это вылилось, — даже журналисты казались растерянными, зато Тони показывал, что переживания не для него. — Правда, что мать вашей дочери — художница Шарлотта Эшби? Вы скрывали свой брак? — Вопросы доносились из другой части зала. — Да, Шарлотта — мама Роксаны, но мы не были в браке, — Папа продолжал доминировать над журналистами, однако их напор становился сильнее. Ещё несколько вопросов о том, сколько мне лет, где я училась, чем интересуюсь, какие у нас отношения с Тони... В какой-то момент меня начало это раздражать настолько, что я не выдержала и ответила на очередной вопрос журналиста. — Если у вас есть вопросы обо мне, то прошу спрашивать непосредственно меня, — за моим холодным тоном и спокойным выражениям лица была самая настоящая буря, всё внутри загоралось от раздражения. Журналисту не особо понравился мой дерзкий ответ, зато остальные наоборот оживились сильнее. С каждой минутой я начинала чувствовать себя более уверенно, как внутри, так и снаружи поселилось непоколебимое спокойствие. — Хотите ли вы продолжить дело отца, мисс Старк? — я переглягулась с Тони, ответ на этот вопрос мы отработали тщательнее всего. — Мне предстоит много работы, но, — журналисты замерли в ожидании моего ответа, — Да, я продолжу семейный бизнес. После этого посыпались десятки вопросов уже конкретно на меня. Отвечать было относительно не сложно, но устала я от этого быстро. Придирчивые журналисты жаждали открытых и полноценных ответов, однако со временем сил на это становилось меньше. На помощь пришёл Тони, который ответил на ещё несколько вопросов и решил, что пора заканчивать пресс-конференцию. Мы быстро покинули зал, на выходе было огромное количество папарацци. Охрана увела нас через другой выход. — Ты молодец, хорошо держалась, — Тони улыбнулся и продолжил обсуждать что-то с Пеппер. Я шла чуть позади них, поэтому никто не заметил, что меня чуть шатало, а в глазах всё затуманило, резкая головная боль ошеломила. Пришлось собрать все силы чтобы хотя бы ровно идти. Никто даже не понял, что со мной что-то не так. Только в машине мне стало немного лучше, по крайней мере, в глазах всё снова стало чётким, хотя боль в голове не проходила. Хотелось скорее добраться домой, но как назло весь город стоял в пробках. Разговор Тони и Пеппер я до сих пор не смогла уловить из-за своего не самого приятного состояния. Брать телефон в руки я не решалась, уверена, что он просто разрывается от сообщений, страшно представляю реакцию некоторых друзей и знакомых. После того, как слили информацию про то, кто я, Питер даже десяти минут не дал посидеть в телефоне и просто отобрал его. Это давало повод думать о том, что реакция общества далеко не лучшая. Как вернуться в школу я вообще понятия не имею, все будут смотреть только на меня, учиться нормально мне вряд ли кто-то даст. Однако я не могу их винить за интерес к тому, что произошло, людям свойственно быть любопытными, но все те, кто стоит за моим «разоблачением», получат своё. Иногда члены Золотого кольца забывают кто я и что могу сделать с каждым из них. — Рокс, мы уже приехали, — Пеппер обеспокоено взглянула на меня, — Ты хорошо себя чувствуешь? — Да, всё в порядке, — я вышла из машины с всеми остальными, кажется, боль в голове становилась всё меньше. По пути в гостиную я стянула с себя пиджак. Мыслей в голове было море, временами я чувствовала себя безумной, словно слышу тысячи голосов в голове. Легче дышать стало, когда в гостиной меня встретили нежные объятия Питера. Я буквально упала ему в руки. — Ты отлично держалась, — он остался на базе и смотрел пресс-конференцию онлайн, так было правильнее. — Я ужасно устала, а завтра предстоит денёк похуже, — я буквально промычала это Питеру в плечо. Почему-то перед друзьями и одноклассниками было сложнее, чем перед всем остальным миром. Я не знаю, как учиться дальше, что делать, особенно, когда вокруг меня создалась не самая лучшая ситуация. В голове был слышен голос мамы, которая твердила, что я всё смогу и что я сильная. Но так ли это? Недосказанности всегда мешают жить, особенно, когда они преследуют тебя в таком количестве. Мне предстояло ещё много работы, в особенности это касалось семьи. Я старалась вернуть прошлую себя, ту, которая устраивала всех близких, та, кто не причиняла вред. Вернуть старое оказалось невозможно, даже вести себя адекватно получалось плохо. Вокруг меня образовался огромный ком ситуаций, дел и недомолвок, это никак не помогало в решении моих ментальных проблем. Именно поэтому я стала решать проблемы по мере их поступления, а с остальным разбираться медленно, но уверенно. Нормально я не живу уже давно, пора принять правила игры.

***

Просыпаться от звука дождя, живя в Лондоне, было привычно, однако Нью-Йорк не был таким дождливым, поэтому ностальгия накрыла меня с головой, когда я увидела стекающие на стекле капли. Отличалось ли это утро от других? Нет. Однозначно нет. Как и раньше я собрала свои школьные принадлежности, надела заранее подготовленную одежду, позавтракала и спустилась вниз к машине Хэппи, который отвезёт меня в школу, но я понимала внутри, что это далеко не рутинный школьный день, сегодня меня может ждать настоящий ад. Я знала, что Пеп и Тони позаботились, чтобы в школе было безопасно для меня. Это на самом деле пугало, ведь теперь я ходячая мишень, просто так погулять с друзьями будет сложно в ближайшие месяцы уж точно. Хотя о какой безопасности на улице я могла мечтать, когда даже в собственном доме мне угрожали. Уже два дня из моей головы не выходила та записка. Честно, мне хотелось сказать об этом Тони, но зная его, он просто спугнет того, кто это написал. Тут нужно действовать аккуратнее. Ноги стали ватными, как только мы подъехали к школе, в этот момент мне хотелось попросить Хэппи вернуть меня домой, запереться в комнате и не выходить оттуда несколько месяцев, но вместо этого я попрощалась с ним, выходя из машины. Возле ворот меня встретила Ребекка, чёрный гольф подчеркивал её фигуру. Я поспешила, в конце концов промокнуть до нитки я не хотела, а у неё был зонт. — Мне хочется тебя ударить за то, что ты сделала, но надеюсь, на это была причина, — я обняла подругу, на душе было не так ужасно, ведь хоть с кем-то из ровесников я могла поделиться своими переживаниями. С Питером нас связывало ещё много чего, поэтому разговоры на эту тему с ним вести я не хотела, у нас и без этого было немало проблем. — Я тебя тоже рада видеть. — Идём? — Она без слов понимала, что мне сложно, я, конечно, могла не идти, но тогда буду перед всеми трусихой, а главное перед самой собой. Когда мы зашли в школу, у меня создалось впечатление, что поголовно у всех отсутствует воспитание. Кто-то просто шептался, смотря на меня, кто-то тыкал пальцем, а самые наглые фотографировали и снимали на видео. Нескольких Ребекка откровенно послала, я же никак не отвечала на их действия. Может, погудят и успокоятся. — Искренне хочу наорать на них, но пока что держусь, — Бейкер тихо рассмеялась пока я перебирала вещи в шкафчике. — Рокси, ты в порядке? — рядом с нами из ниоткуда появилась Эм Джей, по виду она точно чувствовала себя неловко, я постаралась улыбнуться ей. — Держусь. — Мне жаль, что такая личная информация просочилась в сеть. Они отвратительно себя ведут, — она оглянулась на школьников, которые всё не переставали на меня глазеть. — Спасибо за поддержку, — мы кивнули друг другу. Было уже не так плохо, ведь хотя бы взгляд Эм Джей на меня не поменялся. Иногда кажется, что будь перед ней даже президент, она бы оставалась такой же невозмутимой. Самым сложным этапом стал путь в класс: мало того, что сейчас придётся увидеться с одноклассниками, так ещё и по пути в кабинет покоя не давали. Оставалось надеяться, что с одноклассниками всё будет не так критично. Стоило мне только ступить на порог кабинета, все взгляды устремились прямо на меня, разговоры сразу же прекратились. Взглядом я старалась найти Паркера, но его нигде не было видно, зато я наткнулась на Алису. Круговорот событий полностью поглотил меня, я просто-напросто забыла про существование этой идиотки. Её глаза выражали высшую степень злости и гнева, она с надменностью смотрела на меня. Именно так выглядит её зависть, она всегда так делала. Я решила сесть вместе с Бейкер, остальные не переставали смотреть на нас, Флеш и вовсе притих. Интересно, что было бы, узнав он о том, кто Человек-паук? Думаю, сердце не выдержит. Нед всеми силами пытался выразить восхищение, но шок не давал ему выразиться достаточно понятно. Учителя косо посматривали на меня, параллельно отчитывая за долгое отсутствие на уроках и огромные долги по учёбе. Мне кажется, этим людям просто плевать на внешние факторы, даже когда ты ребёнок Тони Старка, домашка по химии или математике будет важнее. Можно сказать, что я побывала в шкуре папы, ведь во время учёбы он тоже был ребёнком знаменитого человека. Откровенно говоря, это дерьмо. Мало того, что отсутствие Питера и игнорирование моих сообщений не давало покоя, так ещё каждому нужно было по десять раз переспросить, а точно ли я дочь Железного человека. Ещё и анонимная записка с угрозами висела как топор палача над моей шеей. Кто-то подобрался настолько близко ко мне, а я даже не знаю, кто это и что с этим делать. — Молодец, Эшби, — норматив по прыжкам в длину был успешно сдан, и учитель отпустил меня отдыхать на скамейку. Было интересно, как скоро ко мне начнут обращаться по фамилии папы. — Если и дальше будешь ходить с таким лицом, они только сильнее будут приставать, — Ребекка сдала нормативы ещё до меня, поэтому спокойно прохлаждалась на скамейке минимум десять минут, — Понимаю, это внимание неприятно, но нужно потерпеть. — Потерпеть? У меня после первого урока уже двадцать записок возле шкафчика, от угроз до признаний в любви, — подруга засмеялась, мне же было не до смеха. — Могу прислать двадцать первую с сердечками, чтобы ты меня приняла в клуб своих подружек. — Не могу гарантировать, что до тебя это не дойдёт, ты ведь всегда рядом, и это видят, — я приподняла бровь, а Ребекка лишь продолжила смеяться. — Они ко мне даже подойти боятся, так что с удовольствием посмотрю на смельчака, который напишет мне угрозы. Честно говоря, я до сих пор не выяснила, почему все так сторонились Ребекку, она была не самая общительная девушка школы, но тем не менее её остроумие, чувство юмора и загадочная харизма привлекали. — Давно хотела спросить, почему все так боятся тебя? — Считают жуткой, и была одна история в средней школе, — она слегка увела взгляд, но все-таки продолжила, — Дети и ровесники относились достаточно предвзято из-за моей внешности, особенно всех пугал мой «мертвый» взгляд. Даже некоторые учителя не спрашивали меня, лишь бы не смотреть. Один раз мальчик на год младше меня случайно толкнул, а я тогда была зла из-за проблем в семье, вот и накричала на него, у него была истерика из-за этого. Несколько часов ни медсестра, ни кто-либо иной не могли его успокоить. Честно, я не знаю, почему он так отреагировал, но мне было действительно жаль, я не хотела, чтобы так получилось, — по её взгляду было понятно, что ей действительно жаль. — Не знаю, успокоит тебя это или нет, но у тебя прекрасные глаза, — серые глаза слегка отливали зелёным, её взгляд совершенно не пугал, скорее завораживал. — Ты второй человек в моей жизни, который это говорит, прабабушка смотрела на меня и говорила, что у меня глаза её брата. Их разлучили, когда они были ещё детьми, поэтому она всегда плакала, глядя на меня. — Мне очень жаль, — девушка лишь отмахнулась. — Корона голову не жмёт? — меня всю передернуло от этого мерзкого голоса, я медленно повернула голову в сторону Алисы, она стояла с отвратительной ухмылкой на лице, — Слишком высоко забралась и делаешь вид, что все остальные тебя не достойны. — А ты всю жизнь это делаешь, и что теперь? — Она прищурила глаза, подходя ближе. Взгляды всех ребят в зале устремились на нас. Снова чувствую себя как тогда, в тот дерьмовый вечер, но в этот раз я буду умнее. — Невоспитаная сиротка, да тебя только из-за жалости забрали! — Ей явно было нечем меня уже больше задеть. — Мой тебе совет, — я встала со скамейки, чтобы поравняться с ней, — Сначало голову подлечи у психотерапевта, травмы проработай, может, комплексы уйдут, а то каждый раз мне скучнее с тобой спорить. Она хотела что-то ещё ответить, но я достаточно быстро направилась в сторону двери. Я не знаю, что ещё нужно сделать с Алисой и в какой тёмный угол Нью-Йорка её затащить, чтобы не мешалась под ногами. Иначе её голос и лицо скоро будут снится мне в страшных снах.

***

— Если, конечно, не считать толпы подростков, которые не перестают на меня смотреть, то впринципе неплохо, — Пеппер после работы зашла ко мне в комнату, чтобы поинтересоваться, как прошёл день в школе. Она понимала, что то, что происходит, даётся мне нелегко, влияет на психику, и поэтому старалась поддерживать как могла. — Дети. конечно же, это воспринимают остро, если тебе будет некомфорто, то можно перейти в частную школу в новом учебном году. — Нет, нет, нет, — я замотала головой и руками, — Меня всё устраивает, думаю, что шумиха скоро стихнет. — В любом случае, у тебя всегда есть выбор, не терпи, если будет совсем плохо, — я кивнула, — Много пропустила? — Достаточно, сейчас вот историю делаю, — на столе было разбросаны десятки бумаг, две книги и тетрадь, временами можно было найти даже наброски рисунков. Спустя столько времени я смогла найти в себе силы, чтобы продолжить рисовать, — Порядок на рабочем столе это, конечно, не мой конёк. — Тогда не буду тебя отвлекать, — Пеппер слегка засмеялась, — Если нужно поговорить или нужна помощь, говори мне сразу же. Женщина вышла из комнаты, и я сразу же встала из-за стола. Целый день меня мучает один вопрос, настолько, что дальше продолжать делать уроки я не могла. Открыв шкаф, я подняла нижнюю доску, под которой было свободное место. Двойное дно, которое сыграло мне на руку. Когда пару месяцев назад я пролезла на базу Золотого кольца, то забрала не только документы на себя, но и ещё одну папку. Именно она лежала всё это время в моём небольшом тайнике.

«Зимний солдат. Дело № 17.»

Мне было неловко открывать эту папку, ведь сейчас я вмешаюсь в чужую жизнь. В особенности мерзко от себя становилось, когда я осознавала, что пережил этот человек. Хотя раз он убил, может и не по своей воле, моих бабушку с дедушкой, может я имею право это сделать? Некоторые данные из папки были известны из новостей, большинство, конечно, изменили. Джеймс Барнс был героем войны, а из него сотворили чудовище. Начало его жизни было описано очень и очень кратко, практически никаких подробностей. Только внизу страницы я увидела небольшую надпись.

«По утверждению подопытного имеет младшую сестру. Местонахождение неизвестно»

Младшую сестру... Верно. Младшую сестру. У меня в голове словно поезд проехал и оставил после себя гул. Рядом была фотография Барнса, и я смотрела не в его глаза, я смотрела в её глаза. Свет в комнате резко погас, биение сердца в несколько раз ускорилось. — Пятница? — Искусственный интеллект не отвечал, стало ещё страшнее. Моё предчувствие буквально кричало о том, что что-то надвигается. Я как маленький ребёнок рядом с бурей, которая вот-вот его снесёт. Сидеть в неведении я просто не могла, поэтому приоткрыла дверь из своей комнаты. Темнота окутывала всё вокруг, сложности придало то, что уже вечер, и дневной свет не поступал в помещения. Закрыв дверь в комнату, я стала как истукан посреди коридора. Идея в моей голове могла привести к опасным последствиям, однако я подняла руку, вызвав сферу энергии. Синий свет осветил небольшой промежуток возле меня. В конце коридора послышались шаги и я резко обернулась. — Рокси, это ты? — Пеппер подошла ближе, теперь я видела её лицо. — Да. Что произошло? — Не знаю, свет отключился, связи нет. Тони не было дома из-за важных дел в Бостоне, он улетел сегодня утром, а когда будет дома, мы не знали. Наташа не отчитывалась о том, где находилась, Ванда по понятным причинам давно не на базе. Паркер с самого утра не ответил ни на одно сообщение или звонок. Здесь никого не осталось с нами, из-за одной мысли об этом у меня в горле вставал ком, однако у меня есть силы, и на базе так же много агентов, поэтому всё обойдётся. Должно обойтись. Мы стояли вдвоём в темноте, когда вдалеке послышались звуки выстрелов. Взгляды, которыми мы обменялись были напуганными. В другом конце коридора послышался странный шорох. Я встала в боевую позицию, прикрывая собой Пеппер, в конце концов, разрушительные силы были у меня, а не у неё. Долго ждать я не хотела, поэтому запустила несколько сфер в конец коридора, но специально приостановила их, чтобы случайно не навредить кому-то из своих. Две сферы затормозили перед самым лицом. — Питер? — вопрос явно был не без возмущения, он стянул маску, под которой виднелось несколько ран на лице. — Вам нужно немедленно уходить отсюда.