Сердца и стояки

Когда они добираются до больницы, приемный покой набит битком. Дерек загоняет Стайлза в сторону регистратуры, чтобы того внесли в очередь, а потом они ждут. Наконец, усевшись на пластиковое кресло, Стилински поправляет штаны. Он натягивал их на мокрое тело, так что ткань липнет к коже и только подчеркивает одну определенную проблему, которая, как надеется парень, не привлечет к себе излишнего внимания. Неуклюжим движением, Стайлз закидывает ногу на ногу. Все тело ощущается как один гигантский синяк. Проблему это никоим образом не решает. — Прекрати ерзать! — шипит сидящий рядом Дерек. — Пытаюсь! — поморщившись, ворочается сын шерифа, а затем, выразительно кивнув в сторону промежности своего парня, интересуется: — И как, скажи на милость, вышло, что ты не в аналогичной ситуации? — У нас есть вопрос поважнее этого в данный момент, тебе так не кажется? Дверь в приемный покой открывается, являя знакомую медсестру с кудрявыми волосами: — Стайлз Стилински? — Застрелите меня кто-нибудь на этом месте, — тихо взвывает Стайлз куда-то в плечо Хейлу, прежде чем встать. — Привет, Мел.

***

Стилински сидит на кушетке в небольшой палате неотложной помощи. Одноразовая салфетка громко шуршит от каждого движения, стоит ему пошевелиться от внимательного взгляда Мелиссы. — Итак, — произносит та, стуча ручкой о свой планшет, раскачиваясь на стуле, стоящем возле кушетки. — Что произошло? —Э-э, — прижимая запястье к своей обнаженной груди, отвечает парень. — Я поскользнулся. — Поскользнулся? — Ага, — максимально беззаботно подтверждает Стайлз, украдкой взглянув на сидящего наискось от него Дерека. — В душе. — И поэтому на тебе нет рубашки? Он кивает, отчего капля воды скатывается по его шее, срываясь с мокрых волос. Мелисса неторопливо записывает что-то в карточке, скрипя ручкой по бланку. — Значит, ты душ принимал? — Ну да, мы уже это установили, — отвечает Стилински, вертя в руках завязку от пижамных брюк и избегая при этом смотреть миссис МакКолл в глаза. — Посреди бела дня? — Угу. Снова скрип ручки и затянувшаяся пауза. — А Дерек что делал? — пришпиливая Хейла взглядом, осведомляется Мелисса. Тот отводит взгляд. — Вез меня сюда. — А мокрый он почему? — Услышал, как я упал. Прибежал помочь и намок, — заикаясь, оправдывается Стайлз. — Понятное дело, — ручка замирает на месте. — Дерек услышал, пришел на выручку товарищу и в процессе потерял футболку. — Так она же намокла. Правду я говорю, Дерек? Тот молча кивает. — Футболка, значит, намокла, а штаны — нет? Рука мужчины, лежащая на плече у Стилински, нервно дергается. Парень пытается успокоить его взглядом. — Ладно, — неожиданно откладывая планшет и поднимаясь, подытоживает медсестра. — Давай-ка взглянем! Стайлз вытягивает шею, чтобы посмотреть, что Мелисса написала в карточке, но та перекрывает ему вид на стол с планшетом. Осторожно взяв его руку, женщина проверяет, как двигается сустав, просит пошевелить пальцами, а затем спрашивает, не повредил ли он что-то еще при падении — голову, например. Дерек все это время не снимает ладонь с его плеча, впиваясь ногтями в кожу и вытягивая у парня боль. Мелисса лишь улыбается, краем глаза заметив момент нежности между молодыми людьми. — Короче говоря, — рывком избавляясь от перчаток, говорит она, кивая в сторону пострадавшей конечности, — я практически уверена, что это перелом. Пойду за доктором, пусть назначит рентген. Если повезет, мы быстренько наложим гипс и отправим тебя домой. Положив ручку в карман и захватив планшет, медсестра обещает: — Я скоро вернусь, хорошо? Исчезая за ширмой, она оставляет ребят одних. — Кажется, она купилась, — выдыхает Дерек, оседая на спинку стула. — О, божечки! Да ни за что на свете! — начинает хихикать Стилински. — Наверняка моему отцу звонит — зуб даю! — Нет. — А вот и да! Мы вляпались по самое не балуй!

***

Стайлзу фартит впервые за этот день (извиняться за каламбур не стану): это простой перелом без смещения, никакая операция не нужна. Обойдется шестью неделями увесистого гипса. Когда они приезжают из больницы, отец как раз возвращается с работы. Дерек паркует «Камаро» возле патрульной машины, и оба сидят в тишине, пялясь на окна дома. — Давай действовать по ситуации, вот мой совет. Вперед, на амбразуру. Мы же все взрослые люди. Если папа учует, что мы скрываем что-то, он от нас не отстанет. — Мне не нравится этот план, — хмурится Хейл, держа руки на руле. — Это клевый план! Он такого точно не ожидает! — парирует Стайлз, открывая пассажирскую дверь и выбираясь наружу. — Не тебе разгребать последствия! Мне с ним еще работать в понедельник, — выходя с водительской стороны, огрызается Дерек. — Уф, ладно, — дуется парень, пытаясь левой рукой справиться с ключами, пока Хейл не отнимает их у него и не открывает входную дверь сам. Джон на кухне, собирает на тарелку остатки еды, чтобы пообедать. Одного взгляда на этих полуодетых двоих и зеленый гипс на руке сына, которым тот машет, хватает, чтобы шериф потянулся за заначкой виски. — Что, черт подери, случилось с вами?! — Понимаешь, папа, когда двое очень любят друг друга, они занимаются сексом в душе и порой это заканчивается тем, что кто-то из них попадает в больницу. Краем глаза парень видит, как Хейл хлопает себя по лицу и шепчет «Стайлз, нет!» в ладонь. — Гм, — кивает шериф, наливая себе полный стакан и опустошая его залпом, чтобы не сказать ничего лишнего. Пострадавший поворачивается к своему бойфренду и победоносно смотрит на него а-ля «ну, что я говорил?!», потом берет его за руку, тащит за собой на ступеньки, на ходу сообщая отцу: — Вот и хорошо. Рад, что мы можем обсудить все, как взрослые люди. А теперь мы с Дереком пойдем наверх… в мою комнату. Там и договорим.