Рассвет последней недели

      Поздняя весна. Зелёные листья уже вовсю красовались на кронах деревьев, переливаясь на солнечном свете. Перелетные пташки - вечные странники, вернулись в свои родные края из тёплых стран, а торопливо тянущееся к зениту солнце - хорошенько припекало не покрытые уборами головы. Все прямо как в известных сказках.

***

      В тихой пригородной деревушке готовились к проводу такого свежего, полного романтики времени года. Даже в воздухе веяло каким-то неуловимым весельем, счастьем от предстоящих событий. Многие жители уехали из деревни в город, и, хоть деревня и была полупуста - каждый год, все без исключения отмечали Последний день Весны, как праздник. Такая уж традиция. Не подумайте, что они уехали на совсем: люди более старшего возраста отправились закупаться продуктами в близжайший городишко или в гости к родственникам, которые не могут приехать в деревню сами. Молодёжь же - развлекалась как могла, заваливаясь в пивные, или мчась на прогулки в парк целым скопом знакомых и друзей. Остальные жители, что остались в деревне, оживлённо крутились около продуктовых и сувенирных лавочек на центральной улице.       На прилавках красовались спелые весенние фрукты и овощи, кондитерские изделия, сувениры ручной работы. Все было таким ярким и интересным, что просто проходя мимо - было сложно оторвать взгляд. В деревне очень явно чувствовалась атмосфера предстоящего праздника и столь полюбившихся всеми традиций.       Домики в деревне были простыми - деревянными. Древесина, из которой они были сделаны, казалась новой, да и что уж там говорить - так оно было и на самом деле и это казалось странным для стольких лет их здесь нахождения. Большая часть этих домиков была сложена двумя этажами, а домашние садики имели при себе пышные клумбы с цветами, что только начали распускаться перед окнами. Многообразие растений поражало: петунии, нарциссы, розы - словно добрые соседи, могли уживаться друг с другом, радуя всех своим видом и невероятным запахом.       На мало оживленных улицах можно было легко найти пару-тройку библиотек - тихих, уединенных "островков", чьи старинные книги хранили очень много интересной информации. Работающие в них лица, библиотекари - были людьми мудрыми, знающими, как минимум, половину сокрытых знаний своих читален, но даже для них всегда находилось то, что они могли увидеть или прочесть впервые. Ведь невозможно знать всё, даже если ты много прочёл, верно?       На окраине деревни находилась небольшая таверна, в которую все ходили чаще выпить, чем остановится на ночь. И, тем не менее, приезжие всё-таки были, потому и комнаты пустовали не все. На улице, перед входом, чуть сбоку, были дружно расставлены несколько деревянных столиков. Так же имелся и свой сад: его наполняли зелёные растения, вьющиеся вверх по одной из стен здания.       В полупустом заведении издавало прекрасные мелодии пианино. Человек, сидящий за ним, был будто погружен в свою вселенную и почти не замечал приходящих в харчевню людей. Местные официантки, одетые в светлые одежды, обслуживали посетителей, принося им хмельного пива или закуску, состоящую из хлеба, сушенной рыбы, сухарей или сыра, в дополнение к уже имеющимся стаканам алкоголя.       За деревянными столами таверны сидели по большей части мужчины средних лет, с краснотой на лицах из-за алкоголя. Все они казались довольно крупными, но, на удивление, выглядели они моложе своих лет. Похоже, жизнь за чертой донельзя грязного и душного города, делала свое дело. Мужчины отмечали предстоящий праздник, пока их жены с детьми украшали дома или ходили за продуктами в уже известные читателю лавочки.       За одним из столиков, на который остальные не обращали особого внимания, сидели ещё двое мужчин. Со стороны было видно, что один из них - такой-же, слегка поддатый, как остальные. Он сидел в рубашке, отчего-то имеющей непонятный оттенок, и свободных тёмных штанах, а на его ногах были сапоги, которые плотно закрывали лодыжку и половину икры.       Второй же мужчина, скорее парень, очень сильно выделялся на фоне первого: прежде всего, он был трезв, но что более важно, так это его одежда, отличающаяся не только от одеяний сидящего напротив, но и от одежд всех местных жителей.        Примечательно и то, что облачен он был гораздо лучше, чем его "товарищ" по столу. Изящная белая блуза из легкой ткани, поверх которой был надет карсет из кожи, служащий в качестве защиты, вкупе выглядели потрясающе. На его правой руке красовалась мягкая кожаная ткань, намотанная вокруг его ладони и запястья, на левой же руке был обычный, средней толщины браслет с каким-то непонятным камнем синего оттенка. Сверху все это прикрывала зелёная накидка: она уже немного выцвела, поэтому имела приятный зелёный приглушенный цвет. Своеобразная пелерина тянулась до середины бедра, как раз закрывая корсет и руки полностью. На ногах его красовались жёсткие кожаные чёрные сапоги. Они чуть ли не сливались с такими же чёрными штанами, которые были слегка небрежно распущены к низу из-под сапогов. На вышеупомянутых штанах имелись кожаные ремни для поддержки. При парне также имелась сумка: перекинутая через плечо, она служила в качестве современного рюкзака. Лицо незнакомца было закрыто светлой деревянной маской, прижившейся уже настолько, что запросто смогла стать повседневным атрибутом в его жизни. Она была скорее элементом защиты, чем аксессуаром, но несмотря на это, на ней было нарисовано улыбающееся лицо.       И вот, оба человека заняты игрой в карты. Они играют на деньги, на все деньги, что у них имелись при себе. По первому взгляду можно сказать, что второй проигрывает, потому что он немного сконфужено сидит и держит карты. Первый же довольно самоуверенно выкладывает на кон последнее, что у него есть. И проигрывает.       Улыбка на лице масочника не видна, но он насмешливо ухмыляется и забирает свой выигрыш. Одним движением руки он смахивает всё в свою сумку, оставляя пьяницу в растерянности, и уходит из таверны, довольный этим днем.

***

Осталось 2 дня.